– Вроде отпустило, – заявил Гера, через пару минут, останавливаясь на светофоре. – Оказывается, малоприятного, когда твои мозги начинают кипеть от получаемых команд.
Максим лишь усмехнулся про себя, стараясь не выдавать того, что он уже несколько раз не позволял проникнуть в свой разум.
Телефон, лежащий на панели, пиликнул, Ефремов, взяв его в руки, прочитал сообщение и быстро набрал ответ. Дождь за окном почти прекратился и Герман, наблюдая за светофором, выключил дворники, а когда загорелся зелёный – спокойно тронулся с места.
– Нас уже ждут, – пояснил он Соколову. – И вопросов становиться всё больше…
– Ты сказал, что ему нужен я, – перебил его Макс и стал засыпать вопросами, в надежде на то, если получит на них ответы, то никто не заподозрит, что он об этом догадывался заранее. – Как ты это узнал? Зачем я ему нужен? Почему ты его не видел…
– Подожди, сейчас приедем в отделение, там получишь ответы на свои вопросы, – ответил Герман, слегка дрожащим голосом, а со стороны было видно, как его тело бьёт мелкая дрожь. Ефремов и сам, с трудом сдерживался, чтобы не начать расспрашивать Максима о его сущности, но он понимал, что, находясь в автомобиле это опасно делать, так как он не может читать мысли Соколова и в случае чего он даже не успеет среагировать. В отделении хотя бы Вадим с Костей будут, да Пашку, вроде уже выписали.
Герман внимательно смотрел на дорогу и думал о том, как человек может закрыться настолько, что практически невозможно уловить даже его эмоции. «Видимо, эта его особенность и не позволила, этой сущности, остаться незаметной для Соколова», – думал Ефремов, радуясь тому, что хотя бы смог почувствовать её.
Вопросов становилось всё больше, а Герман продолжал медленно ехать вперёд. Изредка он бросал взгляд на Максима, удивляясь тому, насколько спокойно он выглядит, со стороны даже создавалось впечатление того, что события, которые произошли пару минут назад, были для него обыденными и ничего сверхъестественного не произошло.
* * *
Человек в чёрном плаще, склонился над бездыханным телом волка и, приложив к нему руки, начал что-то шептать. Сначала вокруг волка появилась едва заметная пульсирующая аура, свечение которой с каждой пульсацией усиливалось. Вскоре оно превратилось в яркое и ослепляющее сияние, вспыхнув последний раз, аура впиталась в руки человека, а на асфальте вместо волка оказалось мужское тело.
– Твоя смерть, Прохор, не была напрасной, – проговорил человек, вставая на ноги и глядя светящимися белыми глазами на труп, добавил: – Ты сделал всё, что от тебя зависело. Мы отомстим за тебя.
Он подошёл к голове погибшего и положил руку на его темя. В районе касания появилось яркое свечение, а воздух наполнился запахом горелых волос. Сияние стало растекаться по всему телу и, словно кокон, окутало его тонкой оболочкой. Затем, по поверхности кокона пробежали мелкие вспышки, напоминающие молнии, после чего тело осыпалось на дорогу, превратившись в прах. Порывшись в нём, человек нашёл нечто, напоминающее браслет, и отряхнув его, положил себе в карман. Оглянувшись по сторонам, он отошёл в сторону и посмотрел вслед скрывшейся за поворотом машине.
Из глубины парка донеслось одинокое волчье завывание, а с дороги в небо поднялся крупный ворон. Резкий порыв ветра перемешал прах человека с дорожной пылью, а продолжающийся ливень смыл его в ливневую канализацию, не оставив на асфальте ни единого следа, после чего резко закончился.
Глава 05
Угольно чёрный ворон сел на ветку берёзы около заброшенного ангара на окраине города и, несколько раз взмахнув крыльями, принялся вертеть головой, наблюдая за происходящим. Ветер гонял пыль, по разбитой дороге ведущей к воротам здания. Вокруг не было заметно ни единого движения и лишь минут через пять, кусты на другой стороне дороги зашевелились и из них выскочил крупный волк, который направился дверям ангара. Когда до здания было ещё метров десять, он начал перевоплощаться. Задние лапы начали удлиняться и он, встав на них, продолжил движение уже на двух человеческих ногах. Передние лапы тоже начали терять шерсть и видоизменяться, превращаясь в руки. Голова начала меняться последней, и когда она приобрела человеческий вид, полностью обнажённый мужчина находился как раз на пороге ангара и, открыв дверь, скрылся внутри здания.
Ворон, с высоты дерева ещё раз изучил обстановку и, не заметив ничего, что могло вызывать беспокойство, подлетел к ангару и устроился на отливе, возле открытого окна, прислушиваясь к идущим изнутри звукам.
– Бечёк3, ты один? – раздался женский голос из глубины ангара. – А где Прохор?
– Прохора больше нет, он погиб, когда пытался остановить нашу цель, – проговорил другой голос.
– Как погиб? – женский голос стал взволнованным. – Ойуун же обещал, что никто не пострадает…
– Мне кажется, что ойуун4 обманул нас, обещая лёгкую прогулку. Наша цель совсем не человек, – произнёс мужчина и замолчал.
– Кто он? – в интонациях голоса было заметно, что девушка ошеломлена новостями.
– Я не знаю, Кюн5. Мне удалось лишь почувствовать, что он очень опасен. А ойуун не вмешивался, а лишь приказывал гнать его к нему, а потом… Прохор бросился под машину, – обречённо произнёс мужчина, – и больше не поднялся.
– Ты хочешь сказать, что шаман не помог ему? – удивилась Кюн. – Как нам дальше без следопыта действовать?
– Не знаю. Но, могу сказать, что у нашей цели нет того амулета, который ищет ойуун.
– Но, ойуун…
– Говорю же, что он обманул нас, – перебил её Бечёк. – Прохор сказал мне, что не там мы амулет ищем, – продолжал говорить мужчина. – Мы ещё нашли поляну, на которой остались следы свежей бойни… Именно там с Сергеем произошло что-то ужасное, там всё пропитанную его кровью.
– Так Сергей погиб, а не сбежал? – едва слышно произнесла девушка.
– Похоже на то, Кюн. Думаю, что его как раз и убили ради этого амулета. Если, хотя бы в этом вопросе, верить ойууну, то, мне кажется, что не стоит удивляться большому количеству желающих получить его силу.
– А на месте убийства не осталось никаких следов амулета? Если он на самом деле обладает такой силой, то должны были остаться её следы, вы бы их точно почувствовали… – спросила Кюн.
– Должны были, но мы ничего не смогли учуять, – проговорил мужчина, – Возможно, его ограбили в другом месте, и потом здесь сбросили труп, а может, кто-то впитал энергию амулета, не оставив и следа.
– Энергетический вампир? – произнёс женский голос. – Разве такие существуют?
– Я не слышал о существовании таких. Поэтому ждём возвращения ойууна и пока он не ответит на все вопросы, я, больше помогать ему не намерен, – произнёс Бечёк.
Ворон, сидевший в это время у окна, наблюдал, как мужчина, уже успевший надеть одежду, снимает с руки браслет, и укладывает его в шкатулку на полке.
– Теперь никто не заставит меня обратиться, по крайней мере, до следующей полной луны, точно, – закончил говорить мужчина.
Громко стуча лапами по отливу, ворон отошёл от окна и вспорхнув полетел в сторону города.
* * *
Герман, вошёл в кабинет и увидев там Ундину, вздрогнул от неожиданности, а по всему его телу прошла мелкая дрожь.
– Товарищ капитан, Соколова доставил, ждёт в коридоре, – произнёс он, повернувшись к Вадиму, но его взгляд продолжал коситься на Ундину. – Можно приглашать?
– Погоди, – произнёс Кириллов, протягивая ему блистер с таблетками, – На вот – прими, – и, переведя взгляд на архивариуса, продолжил. – Успеет подействовать?
– Успеет, – улыбнулась она и дождавшись, когда Ефремов проглотит таблетку, продолжила. – Теперь можешь приглашать его.
Пока Герман выходил из кабинета, чтобы пригласить Соколова, Семёнов пересел на другой стул, а Ефремову, пришлось занять место возле своего стола, так как за ним уже разместилась Ундина, и освобождать его не собиралась. Соколов выбора не оставалось, и он занял единственное свободное место, рядом со столом Кириллова, оказавшись практически лицом к лицу с Ундиной.
– Ну, что, Максим Викторович – может, уже пора рассказать нам кто вы? – обратился Кириллов к Соколову, когда тот устроившись на стуле мельком бросил взгляд на Ундину. – Или так и продолжите в шпиона играть?
– Не понимаю, о чём вы, – ответил он, повернувшись к Вадиму, стараясь скрыть своё беспокойство.
Герман, украдкой бросил взгляд на Ундину и заметил удивление, появившееся на её лице, когда Максим, не выражая никаких эмоций, просто отвернулся от неё.
– Где вы были вчера ночью? – продолжал задавать вопросы Кириллов.
– Дома был. Спал. Свидетелей нет, – невозмутимо ответил Соколов, – А что? Произошло ещё что-то, а я опять рядом проходил?
– Ладно, пойдём другим путём. А как вы объясните вот это? – Кириллов развернул к нему ноутбук и включил воспроизведение.
– Что это? Чья-то шутка? – недоумённо произнёс Соколов, разглядывая своё изображение на экране. – Глаза мне нарисовали, зубы… А кто там в кровати? – Максим начал закипать, и со злобой прошипел, – Видеоэффекты неплохие, но…
– Это запись с камер видеонаблюдения в больнице, – прервал его Кириллов. – Вспомните фотографии пострадавших, так вот, в кровати находится та самая девушка – которой удалось выжить.
– Но, то, что вы мне тут показываете, не имеет никакого отношения к реальности, – Макс указал пальцем на монитор. – Это сплошная компьютерная графика.
– Ундина Михайловна, – капитан обратился к архивариусу. – Можете продемонстрировать гостю свои способности?
– Да я, как бы, давно пытаюсь, – немного разочарованно произнесла она. – Не реагирует он.
Максим перевёл взгляд на неё и его глаза округлились.
– У вас же только что были длинные русые волосы, – практически прошептал он. – А сейчас тёмные и вьются… С глазами тоже что-то не то…
– Ну, хоть, мою злость заметил, – улыбнулась она, пристально глядя в его глаза.
– Гера, как мы уже знаем, ничего тебе продемонстрировать не сможет, – проговорил Вадим. – Костя, может, ты?
Максим, наблюдая за тем, как Семёнов усаживается поудобнее, заметил на его пальцах кольца и спросил: – А я тебя, вроде знаю. Имеются какие-то размытые воспоминания: нити по всему телу и вроде бы, маска на лице…
Костя удовлетворённо кивнул и замер. Из колец, словно тонкие змеи, полезли нити, скрывая под собой истинный облик человека. Буквально за минуту они окутали Константина, поместив его в своеобразный кокон и Максим открыв от удивления рот, рассматривал сидящую перед ним почти точную свою копию.
– Как это возможно? – только и смог произнести он.
– Ты же фильмы ужасов смотришь? – начал говорить капитан. – Знаешь, что бывают простые люди, а бывают и не совсем люди… Вот и тот погибший был не совсем человек…
– И волк, который бросился нам под колёса, был совсем не волк, – влез в разговор Герман.
– Какой волк? – не понял Кириллов.
– Я же вам в сообщении о проблемах писал…
– Давай, подробно рассказывай, – и повернувшись к Соколову, добавил. – А ты дополняй своими наблюдениями.
– Говоришь, гнали тебя на этого – со светящимися глазами, – задумавшись, проговорил Вадим, когда Соколов закончил рассказ. – А ты, Гера, его не видел… Но чувствовал. – Кириллов откинулся на спинку кресла и, крутя в руках карандаш, продолжил, – И опять кто-то, способный подавлять твои способности… Странно всё это… Неужели в стае уже всё знают и сюда прибыли мстители? Но как они узнали про Соколова… Ундина Михайловна, есть какие мысли на этот счёт?
– По описанию, тип со светящимися глазами, похож на ойууна, и если это он, то стаи тут нет, – проговорила она. – Но вот то, что загонщиками были волки, меня очень беспокоит… Что-то тут не так, вукулы, никогда с шаманами дружбы не водили. Моё мнение, нам надо связываться с вожаком.
– Вы о чём? Какие вожаки, какие ойууны? – взорвался Макс. – Кто вы вообще такие?
– Парень, которого разорвали в парке, был вукулой, – начала говорить Ундина и, заметив непонимающий взгляд Соколова, продолжила. – Оборотнем, чтобы тебе было понятнее, а разорвал его ты. Ойуун – это шаман. Самое странное в этой истории то, что все они ищут тебя.
– Вы шутите? – вспылил Соколов, – Я того типа даже и не видел ни разу.
– Ильич, тут такое дело, пока они демонстрировали ему свои способности, мне удалось на мгновение пробиться к его сущности, – сказал Ефремов и все повернулись к нему.
– Рассказывай, – быстро сказал Кириллов.
– Сущность, несколько раз пыталась подчинить его себе Соколова, но ему, каким-то образом, удавалось удержать её от некоторых поступков. Именно поэтому Елисеева осталась жива, – начал говорить Герман, – В больницу сущность отправилась, чтобы проверить, имеется ли заражение и в случае вероятности обращения уничтожить её. Но и там Максиму удалось подчинить её себе, он заставил сущность применить свои знания и искать варианты помощи.
– И, по счастливой случайности там оказался Паша, – проговорил Костя.
– Да, – кивнул Герман. – Если Максиму удастся окончательно подчинить эту сущность себе, а это, скорее всего, и произойдёт, то и провалы в памяти прекратят…
– Тихо! – вдруг крикнул Макс и весь напрягся, глаза его покраснели, а зрачок вытянулся в узкую вертикальную полоску. Он повернулся к окну, скрытому за жалюзи, и прислушался. Его уши слегка шевелились, пальцы начали вытягиваться, а из них начали появляться длинные острые когти.
– Что там? – спросил Вадим шёпотом.
– Тихо! – процедил Максим, сквозь зубы, и сделал пару шагов в направлении окна.
С улицы доносился слегка скрежещущий звук, словно какая-то птица пытается удержаться на отливе перед окном. Никто не обратил на эти звуки внимания, так как уже привыкли, что голуби часто сидят за окном.
Соколов подкрался вплотную к окну и замер, закрыв глаза. Одну руку он поднял до уровня груди и вытянул пальцы в сторону окна. Глубоко дыша, он продолжал стоять в этой позе, и вдруг резко выбросил руку вперёд. Раздался звон бьющегося стекла и громкое карканье, сопровождаемое ударами крыльев.
Максим втянул руку, в которой он держал за лапы крупного ворона, который яростно бил крыльями, а во все стороны летели чёрные перья. Своим клювом он пытался дотянуться до руки Соколова, но все его попытки оборачивались крахом.
Максим схватил его за одно из крыльев и вывернул его. Комнату наполнил хруст костей, а ворон издал потусторонний рёв.
– Знакомьтесь, господа, – произнёс Макс, – Это тот тип, к которому меня гнали загонщики. Как вы его там называли – ойуун?
– Гера, ты то почему опять ничего не заметил? – серьёзным тоном спросил Кириллов.
– Вадим, я тоже ничего не почувствовала, – ошарашенно прошептала Ундина, в защиту Ефремова. – А ты уверен, что это он, а не обычная птица? – добавила она, повернувшись к Соколову.
– Уверен, вороны же не способны так выть, – произнёс Максим, продолжая выкручивать крыло, и улыбаясь, обнажив клыки. – Просто надо заставить его обратиться обратно, и вытащить из него информацию.
Макс схватил ворона за второе крыло и принялся его крутить так, что от стоящего хруста и воя, у всех по телу побежали мурашки.
– А мне, всё-таки кажется, что это обычная птица, – проговорил Кириллов. – А ты разыгрываешь перед нами звуковое представление.
– Нет, это не птица! – зарычал Макс и резко ударил ворона по голове, а когда тот обмяк у него в руках, бросил его на пол.
Птицу тут же окутала чёрная дымка, которая разрасталась, стелясь по полу. Под ней практически сразу начали проявляться очертания человека, руки которого были вывернуты и находились в неестественном положении. Все с удивлением смотрели на корчившегося от боли человека, лежащего между столами.
– Кто ты? – Кириллов смотрел на Соколова, который начал принимать вид обычного человека.
– Если бы я сам знал, – проговорил он, подходя к лежащему и резким движением схватил его за шкирку и поставил на ноги. Схватив и продолжая выворачивать уже сломанную руку, провёл его через комнату и усадил на стул.
– Поговорим? – прошипел Максим.
Ойуун поднял голову и улыбнулся. Он начал бубнить себе под нос что-то нечленораздельное и его карие глаза начали белеть и вскоре засветились. Морщась от боли, мужчина встал со стула и осмотрел присутствующих.
– Куда он пропал? – прошептал Ефремов. – Чувствую, что он ещё здесь.
У всех в глазах было недоумение, лишь Максим продолжал оставаться спокойным, продолжая наблюдать. Человек улыбнулся ещё шире и направился к двери. Не успел он сделать и пару шагов, как ему на плечо опустилась рука.
– Далеко собрался? – остановил его Максим, второй рукой он схватил его за предплечье висящей как плеть руки, и стал выворачивать его в суставе, продолжая говорить. – Давай-ка, возвращайся в нашу реальность, хватит в прятки играть, а то я тебе ещё и ноги переломаю.
– Как тебе удалось меня увидеть? – корчась от боли, прошипел ойуун и оборачиваясь, в глазах его читался испуг. – Так ты и там меня видел?
– Видел, – ответил Максим, продолжая выкручивать руку так, что шаман заскрипел зубами. – Садись и сиди спокойно.
Морщась от боли, шаман сел на стул, глаза его перестали светиться и потемнели.
– Кто ты? – спросил его Макс.
