– Ты что, решился на Супер Игру?
– Да.
– Но ведь, если не справишься, тебя отбросит далеко назад в развитии. Ты будешь гораздо ниже, чем был.
– Знаю.
– А ты смелый. – Солта махнула полупрозрачной рукой в сторону и медленно поплыла над травой. Шон поспешил за ней.
– Ну как? Пойдешь со мной? Поможешь разобраться со всем этим? С «заботой», «терпением». Ты же Ключ. Должна хорошо в этом понимать.
– Странно, но мне кажется, что я тебя знаю. Может быть ты уже путешествовал через мой портал?
– Возможно. До сегодняшнего дня я не особо обращал внимание, кто обслуживает порталы. Перемещают и ладно. Ну так поможешь? Давай заключим контракт. – Шон уже начинал закипать от нетерпения, его ноздри раскалялись и трескались.
– Вы, Демоны, не умеете держать обещаний и соблюдать контракты, – усмехнулась Солта и ускорила свой плавный ход.
– Я достиг высшего ранга. Это не просто. Не знаю, как будет на Земле… Но сейчас я уверен, что смогу соблюсти любой контракт, – суетливо пыхтел Шон, пытаясь не отставать от быстрого и легкого Ключа. – По крайней мере, все свои контракты я всегда соблюдал «от» и «до». Ну почти.
– Смотри! – Солта махнула вперед.
Перед усталым взором Демона раскрылось бескрайнее розовое море. Цвет напомнил кожу Стидж. От этого воспоминания Шон попробовал изобразить на грубом лице что-то похожее на улыбку.
Над водной поверхностью танцевала и переливалась легкая искристая дымка. Раскаленные ноздри остыли от неизвестных ранее ароматов цветов. Лава, что текла вместо крови, замедлила движение по каменному телу.
– Я не покидала Ветуриус целый ветурианский год. Это долго, – вздохнула Солта, отразив в глазах искристую дымку.
– Я хотел бы так же. Хотел бы жить здесь. Вечно. – Шон обреченно опустился на рыхлую почву, не сводя взгляд с розовой глади моря.
– Ветуриус не вечен, как и вся Вселенная, Шон. Вечна только твоя Суть.
– Я знаю. В теории.
– Работа Ключа ответственная. Без меня портал будет простаивать. Не уверена, что сейчас могу позволить себе играть во что-то другое. Моя основная Игра здесь. На Ветуриусе.
– Понимаю. Кажется, – прорычал Шон и шумно вздохнул. Из ноздрей вылетел черный дым с мелким пеплом.
– Демон, умеющий понимать. Удивительно! – Солта плавно опустилась на траву рядом с ним.
– Я – Демон. Высшего. Ранга.
Над морской гладью пробежала упругая волна звонкого смеха Ключа, заставив воду ритмично пританцовывать. Солта снова осторожно прикоснулась к центру раскаленной груди, намереваясь ближе познакомиться с Сутью Шона, и мысленно спросила: «Покажешь?»
– Не испугаешься? – недоверчиво уточнил тот.
Солта снова громко рассмеялась, и, прикрыв глаза, с искренним любопытством заглянула на самое дно темной Сути Демона высшего ранга.
– Ты очень умный. Великий Стратег. Земная логика будет даваться тебе легко. Хороший уровень самоконтроля.
– Мне сложно, но я стараюсь. Почти изучил, что такое самоконтроль.
– Ты необычайно благородный. Даже странно, что ты до сих пор Демон.
– Вот и я считаю, что это несправедливо. – Из ноздрей Шона вылетели огненные искры возмущения.
– Ах, да. Ответственность на себя брать пока не научился. Все вокруг виноваты в чём-то. Ясно. Говорят, на Земле с этим влегкую разбираются. Пара сотен игровых циклов и готово. Я вижу, ты не понимаешь Любовь. На Земле и ей учат. Вся Вселенная обучается Любви, глядя на землян. Выходит, Любовь – обязательное условие для твоего выигрыша. С низким диапазоном частот у тебя нет проблем. Высокий… никак пока. – Солта опустила полупрозрачные ладони, вздохнула и открыла глаза.
– Даже в теории не понимаю, что это. Сколько ни изучал земные писания. Сколько ни слушал истории существ, прошедших земной опыт. Вообще не понимаю.
– Ты мне нравишься.
– Будешь со мной играть?
– Жители Ветуриуса связаны важными обязательствами перед Вселенной. Работа порталов строго регламентирована расписанием. Я не могу просто так взять и уйти на Землю. – Солта задумчиво перебирала в руках длинные отростки, напоминающие волосы. – Нам нужно отправиться к Маме. И, если она позволит, я пойду с тобой. Приготовься, сейчас будет щекотно.
Солта едва прикоснулась к плечу Демона, и вмиг они телепортировались на бескрайнюю зеленую поляну, окруженную горами.
Каменные глыбы бесшумно меняли высоту и форму и, казалось, водили хоровод вокруг двух друзей. Шон зачарованно наблюдал за странным танцем горных массивов. В его мирах материя была слишком плотной и не могла так лихо перестраиваться.
– Это Танцующие Горы, – пояснила Солта. – С их помощью Мама поддерживает равновесие на планете, ведь каждый миг через нас проходят сотни тысяч существ с разной вибрацией.
Солта приблизилась к одной из скал. Озираясь по сторонам, Шон последовал за ней. Гигантский камень перед ними задрожал и открыл мерцающие всеми цветами глаза.
Раскатистым голосом, похожим на сплетение низких и высоких частот, Мама поприветствовала гостя:
– Уважаемый Шон, всегда рада видеть тебя на Ветуриусе.
– Для меня ваша радость – большая честь. – Грозный Демон опустился на одно колено и медленно поклонился.
Мамино звучание окутывало его непривычным мягким теплом, которое не походило на жар огня низших миров. Шон с трудом осознавал, что конкретно с ним сейчас происходит. Очевидным было лишь одно: этот момент хотелось продлить как можно дольше.
– Солта? Как прошел рабочий день?
– Всё отлично, Мама. Как всегда.
– Чудесно. Как же сильно ты изменился, Шон. Готов перейти на следующий уровень?
– Да, мне предстоит Игра на Земле.
– Знаю. Интересно будет посмотреть, что же получится.
Мама прикрыла глаза, а густое ветурианское время окончательно остановилось. Шона переполняли неизвестные ощущения. Демон никак не мог объяснить себе, что с ним происходит. Казалось, голова расширилась до размеров всей Галактики Порталов, а туловище сжалось до одной молекулы. Потом наоборот: туловище расширилось, голова – в тиски. Каменное тело вдруг обреченно повалилось на траву, будто от бессилия. Шон опустил веки и свернулся калачиком, словно он – маленький котенок, а не огромный раскаленный гость из нижних миров. Вокруг него образовался купол из перламутровой дымки, заботливо укрывший от внешнего шума. Но Демон не знал, что такое «забота», поэтому застыл, боясь пошевелиться.
– Мама, Шон просит меня заключить контракт и помочь в этой Игре, – прозвенел голос Солты.
– Твоя память о Земле недоступна, Солта. – Мама открыла глаза и спокойно продолжила. – Ты забыла, но я напомню. Контракт с Демоном – это непросто.
– Я знаю, но…
– Но зато такой опыт отлично поможет твоему развитию. Мне кажется, ты засиделась на одном уровне. Тебе тоже пора двигаться дальше, дорогая.
– Верно. Засиделась. Да и Шон…
– Шон прекрасно развит. Я знаю обо всех его заслугах. Но на Земле Демонам крайне сложно контролировать агрессию, имей ввиду. Там слишком плотная материя, широкий спектр частот и масса соблазнительных разрушающих сценариев. Демоническая натура нередко начинает выходить из-под контроля. Остужать и структурировать его буйную энергию придется именно тебе. Естественно, у тебя будут помощники, но это серьезная задача. Земные сценарии затягивают таких как ты в спасательство, а оно истощает и отбрасывает назад. Если не поймать Баланс, то можно уйти в окончательное забытьё.
В зеркальных глазах Солты отражались Танцующие Горы и Мамина теплая принимающая Суть. Она подплыла к куполу, накрывшему Шона, и одним касанием растворила перламутровую дымку. Демон мгновенно очнулся и встал по стойке смирно, как ни в чём не бывало.
– Шон, по какому принципу ты выбрал Солту в друзья?
– Я услышал ее голос. И мне понравилось, – отчеканил тот, словно проговаривая отчет об очередном адском испытании.
– Запомни это. Тебе пригодится. Но ты ведь понимаешь, что если не выполнишь минимальных требований, то вернешься в самые низшие миры?
– Понимаю.
– Ты очень смелый Демон. Мне нравится. – Раскатистый голос Мамы снова окутал Шона вибрациями заботы. – Ну что ж. Ваш сценарий практически готов. Как и команда для этой Игры. Мы ждали лишь вашей встречи. Как только всё сложится окончательно, вас оповестят. Будьте свободны, любимые.
– Спасибо, Мама, – хором ответили Солта и Шон и мгновенно телепортировались на Поляну Правды.
Пять
Лика остановилась у подъезда и, сняв с себя куртку, протянула Владу.
– Спасибо, что не дал замерзнуть.
– Давай доведу до квартиры. Уже поздно. Мало ли, – предложил Влад, стрельнув взглядом в сторону темной пятиэтажки. Старая хрущевка недалеко от студгородка давно сдалась перед силой ночи и погасила окна.
Для Лики же ее дом был самым безопасным местом в городе. По соседству жили только милые бабули, одинокий престарелый профессор и несколько молодых семей с маленькими детьми. Конечно, она совсем не боялась заходить в родной подъезд, но прощаться с Владом так быстро не хотелось. Поэтому согласно кивнула и достала ключи из маленькой сумочки.
Влад не спеша поднимался по ступеням и не стесняясь разглядывал ноги Лики. Ее худенькие бедра плавно раскачивались при ходьбе. Шаги казались настолько легкими, будто она плывет над лестницей. Длинные волосы игриво ласкали поясницу и провоцировали на пошлые мысли, уводящие внимание под кожаную мини.
Еще одна ступенька, и он точно не сможет сдержаться и запустит руки под юбку прямо здесь, на лестничной площадке. Видимо, этот подъезд всё же таит в себе что-то опасное. Но ступеньки неожиданно закончились.
– Мы пришли. – Лика резко развернулась возле металлической черной двери с номером сорок семь. – В гости не зову, прости.
– Очень хочу тебя сейчас поцеловать, – Влад положил ладони на ее талию и, рефлекторно закусив нижнюю губу, слегка притянул девушку к себе. – Можно?
– Что-то в клубе тебе не требовалось разрешение, – усмехнулась Лика и двумя руками попыталась оттолкнуться от него.
– Вот блин. – Влад негромко рассмеялся и завис в сантиметре от ее лица. – Сначала я извиняюсь, потом прошу разрешения. Что ты сделала со мной?
– Давай всё-таки зайдем, чтобы в подъезде не шуметь, – вполголоса проговорила Лика открыла дверь ключом.
Ей действительно не хотелось побеспокоить соседей в такой поздний час. Когда прошли внутрь, Лика нажала на кнопку выключателя, и Влад на несколько секунд зажмурился от яркого света.
– Я живу с Кристиной, но сегодня она ночует у своего парня.
– Ты ведь в курсе, что опасно вот так пускать малознакомых мужчин к себе домой?
Громкий щелчок, и входная дверь закрыта на щеколду. Серая ветровка брошена на пуфик, а большие ладони снова обнимают за тонкую талию.
– Не льсти себе, ты совсем не опасный. – Лика в очередной раз ловко увернулась от поцелуя.
– Откуда ты знаешь? – Влад неожиданно выключил свет, стянул куртку с ее плеч и, убрав волосы с шеи, провел языком линию от ключицы к уху. – Вот. Ты дрожишь. Твое тело говорит, что ты в опасности.
Лика отчаянно пыталась сохранить ясность ума, а также власть над собственными руками и ногами, но прикосновения влажных губ к шее возбуждали и заполняли рассудок туманом. Влад буквально впечатал ее в стену коридора. Лике показалось, что он даже слегка приподнял ее. Иначе откуда это ощущение, что она больше не касается пола? Чтобы вернуть контроль над ситуацией, Лика попыталась снова начать разговор:
– Почему ты сегодня подошел ко мне?
– Ты офигенная.
– Надеюсь, ты не передумаешь… если… ай, щекотно, – рассмеялась Лика, когда Влад слегка скользнул языком по ее уху.
– Тебе важно, чтобы не передумал? – Он вдруг остановился и внимательно посмотрел на нее, поправляя растрепавшиеся волосы.
– Важно, – вполголоса ответила Лика и отвела взгляд.
– Почему?
– Потому что нравишься. Очень сильно. – Она говорила всё тише и тише с каждым словом, стараясь дышать глубже.
– Зря ты меня пустила. Что, если не уйду?
Осторожные поцелуи покрыли щеки и уголки губ.
– Уйдешь. – Лика замерла от переполняющего возбуждения.
Тело пульсировало обжигающим гормональным коктейлем и уже абсолютно точно не принадлежало ей. В уме ярко светилась единственная внятная мысль: «Что ты делаешь? Остановись! Ты его не знаешь».
– Ты ведь хочешь, чтобы я остался, – прошептал Влад, полностью снимая с нее куртку.
Наконец почувствовав свободу в руках, Лика положила ладони на его притягательные скулы, кончиками пальцев коснулась пухлых губ, выдохнула:
– Хочу.
– Как ты там пела сегодня? Что-то про одежду…
Лика наклонила его голову к себе и прямо на ухо негромко, но ритмично начала проговаривать слова одной из песен, которую исполняла в клубе.
– Фит, мы и бит. Танцуем, пока музыка звучит. Нет «ты». Нет «я». Есть чистая энергия. Мы никогда не умрем. Движение тела – это движение души в нём. Мы – любовь и надежда. А тело – просто одежда.
Сердце Влада подстроилось под ритм Ликиных слов. С каждым звуком его крупное тело накрывала волна чего-то неизвестного и теплого. В горле образовался ком, затрудняющий дыхание, а глаза стали влажными.
– Что за песня? – растерянно спросил Влад. Он выпустил девушку из рук и слегка попятился назад.
– «Мачете». Знаешь?
– Нет.
