Страница 2 из 3
Лиза обернулась, с удивлением замечая забитый до отказа стадион. Защитная перегородка между залом и трибуной операторов почти не пропускала звуков.
– Это можно отключить, – Марк подошел к стеклянному ограждению, вызвав жестом командную панель, и нажал на светящийся динамик. В тот же миг помещение наполнилось шумом тысяч зрителей, заставляя Лизу вздрогнуть и зажать уши ладонями. Марк усмехнулся и передвинул из угла два кресла.
– Садись, скоро все начнется, – он плюхнулся на сиденье, скрестив руки на груди, и стал невольно трясти ногой в такт реву фанатов Рея, жаждущих увидеть долгожданный бой.
Прямо напротив находилась трибуна соперников. Там стояла целая толпа работников, а в центре – мужчина, одетый в такой же, как у Рея, костюм. Он смерил девушку холодным, словно металл, взглядом и отвернулся, погружаясь в резервуар с раствором. Через несколько секунд за спинами работников вырос огромный робот – он достигал четырех метров, был угольно-черным, голова его напоминала голову дикого животного, а из-за спины торчали копьями длинные отростки. Лапы чудовища походили на колья, а вместо ног у него был длинный черный хвост, на котором робот ловко маневрировал, раскачиваясь из стороны в сторону.
– О, это один из лучших роботов Яна! – ухмыльнулся Марк, наблюдая, как противник с трудом помещается в грузовой лифт. – Змеехвост.
– Выглядит устрашающе. Рей справится? – Лиза посмотрела на бетонный пол стадиона, где по обе стороны от центра уже ждали начала два робота.
– Не сомневайся.
Через несколько минут в центре ринга выросла голограмма – это была анимированная молодая девушка в разноцветном комбинезоне, напоминающим тот, в который были одеты операторы. Она задорно объявила участников, приправляя все кокетливыми шутками, что вызывало восторг у заполненного битком стадиона. Они выкрикивали, не щадя горло, имена операторов и их бойцов. «Мечник» звучал громче «Змеехвоста», но и тот не сильно отставал.
– Разве Мечник – официальное имя робота? – спросила Лиза, вспоминая, что Рей назвал его по-другому.
– Нет, мы называем их только номерами. Этот, например, S-86, но народ прозвал его «Мечником». Так за ним и закрепилось.
– И что значит это обозначение?
– S – от слова «sword», а 86 – номер модели, с которой у нас получилось его создать. Считай, что это номер попытки. У того робота, над которым мы работаем сейчас, буквенное обозначение «М» от «mind», – Марк облокотился о колени, внимательно следя за действиями бойцов. – S-86 относительно маленький и быстрый, это его преимущество. Но и Змеехвост довольно верткий. Очень качественный робот. Они еще не дрались вместе. Интересно, сколько Ян продержится?
Змеехвост рывком бросился в сторону Мечника, пытаясь сбить его своими руками-копьями, но тот лишь подпрыгнул на пару метров, и, двигаясь зигзагами, будто молния, рубанул мечом, рассекая воздух. Противник смог увернуться от удара в последний момент, а затем, извиваясь змеей, сделал очередной выпад, на этот раз попадая своим острием в плащ Мечника. Его рука застряла в ткани, и робот остановился на мгновение из-за человеческой растерянности оператора. И этого мига хватило, чтобы Мечник разрубил одним быстрым движением хвост противника. Искры, смешанные с дымом, заполонили зал, и скрежет металла прорезал замерший в ожидании воздух.
По залу раскатом грома раздались восторженные вопли. Змеехвост упал навзничь, пытаясь подняться на свободной руке, но его старания вновь и вновь заканчивались лишь неудачей. Оставив бесплодные попытки, он развернулся к Мечнику спиной, которая зашевелилась, будто что-то пыталось вырваться из-под металлических пластин. Момент – и оттуда залпом полетели острые колья. Все они целились в корпус, но Мечник успел прикрыться руками и лезвием своего меча, поэтому отделался лишь повреждениями рук. Последний взмах оружием, и голова Змеехвоста упала на бетонный пол.
Восторг смешался с трепетом и волнением. Сердце отбивало бешеный ритм где-то в висках, отгоняя прочь все мысли, кроме одной – насколько же восхитительным и незабываемым было зрелище. Есть вещи, которые хочется увидеть хотя бы раз в жизни, и робо-битва была именно такой. Вся техническая мощь человечества помещена в небольшого робота, который за пару минут разделался с таким устрашающим противником. Теперь Лиза точно убедилась – мастерство Рея не подвергается никаким сомнениям.
– Что ж, это было быстро, – довольно усмехнулся Марк и поднялся с кресла.
Рев трибун заполнил собой все пространство, перекрикивая, казалось, даже мысли Лизы. Она с восторгом смотрела на Мечника, который, подняв правую руку, махал поклонникам. Левая же конечность свободно свисала вниз. Очевидно, кол повредил ее сильнее всего.
Спустя несколько минут робот вернулся на трибуну к остальным. Он послушно встал позади резервуара и остановился, а Рей распахнул глаза и снял наушники.
– Что-то Ян меня в этот раз разочаровал, – сказал он, вылезая из ванны.
– Да, Змеехвост отлично показал себя на прошлых турнирах, а тут вылетел за пару минут. Они теряют хватку, – Марк взял планшет и подошел к S-86, осматривая поврежденную руку.
– Что-то серьезное? – спросила Лиза, видя, как механическая конечность начала искриться, когда Марк нажал на устройстве несколько кнопок.
– Нет, полностью починю за пару дней. Надо будет заменить суставные шарниры и спаять несколько частей. Кабели не повреждены, так что ничего критичного. А пока закреплю как следует, и пойдет. Следующий бой через полчаса.
Марк достал пластмассовый чемодан, заполненный разными инструментами, надел халат, резиновые перчатки и натянул на глаза защитные очки, принимаясь наспех чинить сломанную руку.
Следующие бои заканчивались, даже не успев толком начаться. Мечник быстро расправился с противниками, вызывая раз за разом у трибун взрывы восторга. Лиза оглянулась на Рея – тот лежал недвижно в резервуаре, и только глаза его беспокойно бегали под отяжелевшими веками.
– Когда Виктор был оператором, все было немного по-другому, – Марк потянулся, хрустнув позвоночником.
– Это создатель нейро-системы и предыдущий владелец компании? – уточнила Лиза. Имя она знала, но в подробности никогда не вдавалась.
– Да, и наставник Рея. Он обучил его всему, что знал, и оставил ему компанию, а сам полностью отошел от дел, никому ничего не объяснив. До сих пор не знаю, почему он это сделал. Да и откуда Рей взялся, толком никто не понимает. Я стал работать в «Старволкере» за четыре года до его появления.
– Сильно все изменилось, когда Виктор ушел?
– Не то чтобы, – пожал плечами юноша, – но голова у него работает совсем иначе. Не знаю, как объяснить… Он будто был рожден для этого. Я рад, что мы до сих пор держимся на вершине, потому что боялся, что Рей не справится, но он оказался куда толковее, чем я думал. Да и человек он неплохой – мы с ним сразу нашли общий язык и подружились. Чудной немного и черствый, но неплохой.
– Вроде не сильно чудной, – Лиза попыталась вспомнить какие-то странности, но Рей казался ей совершенно обычным, только внешний вид его был очень уж болезненным.
– Не бери в голову, – отмахнулся Марк, вновь натягивая перчатки. Очередной бой подошел к концу. – Это был последний. Осталось дождаться результатов, и можно по домам.
– Разве они не очевидны? – спросила Лиза, понимая, что Рей не проиграл ни одной битвы.
– Очевидны, конечно, но формальность есть формальность, еще награждение впереди, – Марк быстро напечатал что-то на компьютере, и оператор открыл глаза.
Рей вылез из резервуара, поежившись, и приобнял, похлопав по плечу, светловолосого коллегу, усмехаясь.
– Фу, мокрый, отойди, – скривился тот, отталкивая друга. – Иди переодеваться, я пока тут все соберу.
– Как тебе? – спросил Рей Лизу, вернувшись из служебного помещения.
– Очень круто, – восхищенно ответила та, – потрясающе. И что, ты в каждом турнире всухую побеждаешь?
– Да, – кивнул мужчина, – но иногда роботов ломают, и приходится брать других. Обычно мы привозим с собой по две-три модели. Марк тебе как-нибудь покажет, кто у нас еще есть. В основном составе десять роботов, остальные резервные.
– А сколько их всего?
– Штук шестьдесят – у нас все здание ими набито. Уборщики, например. А еще в кафетерии несколько – повара и официанты, и так, по мелочи. Это не считая тех, кто плохо работает и лежит на складе.
– Я не знала, что у вас есть кафетерий, – девушка не была практически нигде, кроме основных технических помещений.
– Марк часто там ест, пусть покажет тебе. Он вообще живет в лаборатории, – Рей махнул в сторону коллеги, который уже заканчивал сборы.
– Серьезно? – Лиза удивленно подняла брови.
– Да, у нас есть все необходимое для жизни – душевая, кафетерий, комната отдыха. Марк очень много работает, поэтому уходить оттуда смысла ему нет. Я сам думал туда перебраться, но пока руки не доходят.
– Я закончил, – Марк прервал говорящих, упаковывая последние инструменты. – Тебе пора спускаться.
Рей кивнул, направляясь к лифту. Спустя минуту он оказался внизу, и громкий шум фанатов с трибун стал оглушительным. Они кричали его имя в такт заводной музыке, а тот лишь смущенно улыбался своими тонкими серыми губами и махал руками.
Через несколько минут объявили очевидные всем результаты, а Рею всучили огромный золотой кубок, который, казалось, вот-вот его перевесит. Мужчина с трудом удерживал его в руках, кланяясь в разные стороны.
Второе место занял Ян. Теперь, когда тот стоял на пьедестале в центре стадиона, а лицо его выводилось на огромные экраны, Лиза смогла его рассмотреть. Это был мужчина лет сорока, светлые волосы аккуратно уложены набок. Телосложение его крепкое и жилистое, рост – немногим выше среднего, а прямая осанка создавала впечатление туго натянутой вдоль всего позвоночника лески. Ян задрал голову вверх, демонстративно не смотря на Рея, а желваки его проступали сквозь кожу из-за сомкнутых до боли челюстей. Белоснежная рубашка обтягивала грудь мужчины, выставляя напоказ его глубокое дыхание. Он спрятал подрагивающие руки в карманы серых отглаженных брюк, как пытаются спрятать болезненную обиду, но эмоции, хоть и неплохо скрываемые, все же его выдавали.
– Он сейчас взорвется от злости, – усмехнулся Марк, легонько толкнув Лизу плечом. – Еще ни разу не побеждал Рея и всегда на втором месте, хотя оператор он отличный, да и команда у него хорошая. Думаю, выйди он против Виктора, у него были бы все шансы.
– При таком раскладе будто бы вся суть турнира теряется, – проговорила Лиза в ответ, наблюдая, как Рей с трудом тащит кубок к их трибуне. – Нет смысла участвовать там, где результат и так очевиден.
– Так и есть, – выдохнул Марк, протяжно зевая. – Ладно, пора по домам.
Глава 2
В комнате было душно и пахло лекарствами – форточку не открывали уже несколько дней. На кровати под плотно закрытым окном лежала женщина лет тридцати. Она дышала поверхностно и редко, а ее серая кожа покрылась липким потом. Скулы выступали на исхудавшем лице, а глаза были широко распахнуты, словно женщину сильно испугали, после чего она замерла статуей. Если бы не болезненный вид, ее с уверенностью можно было бы назвать красивой: благородные черты лица, которые обрамляли аккуратно расчесанные светлые волосы; ярко-голубые глаза, еще не растерявшие блеска жизни. Даже в таком состоянии она старалась сохранить свою красоту – была в чистой ночной рубашке, пахнущей порошком для стирки, на тонкой шее – золотое ожерелье, на пальцах – кольца с камнями, что стали велики.
Ян вошел в комнату вместе с врачом, внимательно слушая, что тот говорит. Мужчина был сосредоточен и напряжен, сжимая кулаки до боли в ладонях. Ногти впивались в кожу, оставляя новые раны на месте старых, уже заживших.
– Я не буду Вас обнадеживать, – тихо проговорил врач, встав поодаль от кровати и косясь на женщину. – Несколько месяцев, максимум полгода.
Больная лежала недвижно и смотрела в потолок, редко моргая. На присутствие гостей она давно перестала реагировать.
– А импланты? Заменим ей органы, которые не функционируют, – Ян перебирал в голове все варианты. Лишь бы спасти, лишь бы продлить жизнь хоть ненадолго, лишь бы провести с ней еще несколько месяцев, увидеть еще раз ее улыбку, услышать ее смех.
– Мы ведь это уже с Вами обсуждали. В таком состоянии ее невозможно подготовить к операции: организм слишком слаб – она не выдержит не то что приживление, а даже само внедрение имплантов. Я могу предложить только паллиативное лечение. Мне жаль.
– Ни черта тебе не жаль! – с ладоней стекала тонкими струйками кровь. Ногти продолжали впиваться в кожу. – Я столько денег вложил в твою клинику, помог все организовать, и этим ты мне отплатил? Жену мою спасти не можешь?
– Здесь больше нечего обсуждать, – врач, не меняя привычного равнодушия в голосе, развернулся и покинул комнату.
Ян подошел к постели и аккуратно опустился на край. Его окровавленная рука коснулась тонких пальцев с большими перстнями. Грудь женщины редко вздымалась, словно хватаясь за жалкие остатки воздуха в этой душной до головокружения комнате, больше похожей на ее темницу. Он опустил голову. Смотреть на увядающую с каждым днем любимую было невыносимо. Но он терпел. Где-то внутри, глубоко-глубоко, безумная боль разрывала сердце на мелкие кусочки. Ян прятал эту боль, чтобы никто ее не нашел, чтобы никто, кроме пары приближенных и врачей, об это не узнал, чтобы никто не посмел использовать эту его слабость.
– Прости меня, – прошептал он чуть слышно, бережно приложив губы к тонкой женской руке.
* * *
– Я не понимаю, что делаю не так, – Рей ходил кругами по комнате уже полчаса. Половицы старой квартиры скрипели, а каждый шаг поднимал клубы пыли от застарелого грязного ковра.
– Ты слишком торопишься, – Виктор сидел за столом, заваленным множеством проводов и инструментов. Его длинные темные волосы, которые уже успела тронуть едва заметная в полумраке комнаты седина, были собраны в небрежный пучок. Он был щетинистый, сутулый и высокий. Руки мужчины слегка подрагивали, но это не мешало ему аккуратно и ловко работать над новым проектом. Это был робот-пылесос.
– На что ты вообще тратишь свое время? – раздраженно буркнул Рей, косясь на круглый диск в руках наставника.
– Здесь стало довольно грязно. Хочу создать себе несколько помощников для работы по дому.
– Подумать только, создатель нейросенсорной системы, человек, которого знает весь мир, сидит в затхлой однушке и собирает робота-пылесоса, – Рей развел руками, плюхаясь на мягкий пуфик в углу комнаты. – Почему хоть в новую квартиру не переедешь? У тебя ведь полно денег.
– Вырастешь – поймешь, – усмехнулся Виктор, наблюдая, как на лице его собеседника проступает плохо скрываемое раздражение.
– Раз ты не хочешь мне помогать – я пошел, – Рей рывком поднялся, направляясь к выходу. Вдруг он почувствовал на своей спине взгляд, обернулся и увидел смотрящего на него Виктора, наконец оторвавшегося от робота.
– Если бы ты знал, – устало начал мужчина хрипловатым голосом, – как я ненавижу свою прошлую жизнь, ты бы все понял.
– У меня сейчас та же жизнь, и она мне нравится. У меня есть деньги, известность, команда… – начал перечислять Рей, поправив очки на переносице.
– И чувствуешь ли ты себя счастливым? – перебил его наставник. Щетинистое лицо скривилось в ехидной ухмылке. Попал в яблочко.
Рей метнул на него недоверчивый взгляд.
– Почувствую, как только создам ее.
– Синдром отложенного счастья – это путь в никуда. Уж поверь мне, – Виктор отвернулся, услышав через несколько мгновений громкий хлопок входной двери.
Рей был зол и разочарован. Он надеялся, что наставник, который дал ему столько знаний, поможет и в этот раз, но тот снова увел разговор в другое русло, пытаясь уйти от темы. Может, он просто не знал, как создать робота с сознанием, а признать это гордость не позволяла?
Рей сел в машину, ввел адрес в командный блок, и автопилот помчал по улицам ночного города. Домой, домой, скорее домой. Он очень устал и чувствовал, что вот-вот отключится.
В отличие от затхлого жилища Виктора, квартира Рея была просторной, светлой и полупустой. Сначала он хотел нанять дизайнера, чтобы тот красиво все обставил стильной мебелью, но за последние несколько месяцев ни времени, ни сил на это совсем не было. Впрочем, и желания тоже. Рей ограничился большой двуспальной кроватью, которую никогда не застилал, широким рабочим столом, стеллажом и стулом на колесиках. Откровенно говоря, он купил эту квартиру только из-за вида: город отсюда как на ладони. Еще две комнаты оставались абсолютно пустыми. Рей иногда приходил туда, садился на холодный пол и смотрел в панорамное окно. Небо то оказывалось черным, напоминая смолу, то рассекалось кровавыми полосами заката, то расплывалось рассветными шариками сладкой ваты, и тон его тогда был нежным, пастельным. Но иногда оно становилось серым, совсем бесцветным, пустым и безжизненным. Рей ненавидел такое небо.
А сегодня небо было просто черным. Звезд здесь не бывает видно из-за бесконечно сияющих огней никогда не засыпающего города. Рей мечтал однажды выбраться, хотя бы на день, в какую-нибудь богами забытую глушь, лечь на настоящую, влажную от росы, траву и взглянуть впервые в жизни на яркие-яркие звезды, а не на то бесцветное, пустое и безжизненное небо, которое преследовало его каждый день.
Он смотрел, как высь окрашивается неоновыми красками рекламных вывесок, – они переливались друг с другом, перемешиваясь и рождая никогда не названные, причудливые цвета. Эта радужная симфония отражалась в карих глазах Рея, и он замер, перестав дышать на несколько секунд, а затем вызвал жестом командную панель и приказал позвонить Марку.
Мысль, до безумия простая и детская. Мысль, которая придет в голову любому первокурснику технического университета. Мысль, которая должна была появиться у Рея еще на этапе разработки проекта. Она надоедливо жужжала в подкорке, шептала на ухо ответ на главный вопрос, вертелась горечью на языке.
Через несколько минут непрекращающихся звонков вызываемый контакт все же взял трубку.
– Ты время видел? С ума сошел посреди ночи звонить? – не скрывая свое раздражение, ответил Марк сонным голосом.
– Заткнись и слушай. Запусти проект M-324 и открой вкладку с вольтажом. Открыл? – Рей дождался, когда из динамика послышится недовольное «угу». – А теперь установи значение на сорок две единицы.
– Совсем сдурел? – выдержав длинную паузу, произнес Марк. – Это же нейро-систему сожжет ко всем чертям.
– Меняй, – уверенно произнес Рей, услышав клацанье клавиатуры. – А теперь запускай диагностику, – с этими словами он скрестил пальцы и прикрыл глаза в надежде, что сейчас все точно получится.
Тишина давила на черепную коробку, и мыслям словно стало не хватать места в голове. Внутри все гудело-зудело, и сердце билось о ребра, словно пытаясь выбраться.
– Ну, что ж, – наконец-то сказал Марк, – ты чертов гений! Все на удивление стабильно работает.
Рей распахнул глаза, взглянув на черно-неоновое небо.
– Ложись спать. Начнем работать над этим утром, – он поднялся, нажал на завершение звонка и замер, не веря в случившееся.
Он шел к этому несколько лет, но впереди было еще много работы. Запуск алгоритма – только начало пути, а оптимизация системы может занять еще много месяцев.
* * *
Лиза пришла на стажировку, когда здание еще пустовало. Она поднялась на один из самых верхних этажей, где находилась лаборатория, и обнаружила там Марка, склонившегося над компьютером.
– Доброе утро. Рано ты сегодня, – произнесла она, но, увидев огромные синяки под глазами мужчины, поняла, что тот еще не ложился.
– Рей разбудил меня часа в три ночи, и с тех пор я не спал, – пробормотал он. – Уже утро, да? Надо сходить в кафетерий, я еще не ел. Пойдешь? – спросил Марк, поднимаясь из-за стола и направляясь к выходу.
– Рей сказал, что там роботы вместо работников. Хочу посмотреть, – кивнула Лиза, заходя за ним в просторный лифт. – Что-то случилось, раз Рей тебя поднял?
– Ах, да, – парень потер затылок, зачесав волосы крупной ладонью, – кажется, получилось. Программа вживления сознания в робота сработала. Надо еще много чего доработать, но благодаря этому мы определенно сдвинулись с мертвой точки.
– Это же чудесно! – восхищенно воскликнула Лиза.
Марк слабо улыбнулся.
