Страница 3 из 5
– Пап, можно я к Соне Соколовой схожу, посижу немного у неё.
– Иди конечно, что тебе весь вечер с нами стариками сидеть, поговоришь с подружкой, отвлечёшься.
Ответил ей Александр, Валентина промолчала, но так посмотрела на них обоих, что у Веры по спине пробежали мурашки, поэтому пойти к подруге она не решилась. После ужина перемыв посуду, она ушла к себе. На улице стояли жаркие дни, и вечера мало чем от них отличались. В раскалённом за день солнцем воздухе, стояло удушливое марево, в котором колыхалась поднятая деревенским стадом пыль. Вера сколько себя помнила, середина июля в их краях всегда была такой. Бабушка Глафира говорила, Петровки, пора жатвы, потому так и печёт. А ещё она часто вспоминала, как во время войны, после нескольких дней страшной битвы, что пришлись как раз на это время, собралась пойти в родное село, чтобы узнать как там родители, и не смогла этого сделать. На Ясную Поляну нужно было идти через поле, а оно было всё усеяно трупами, и стоял такой запах, что Глафира повернула назад, пройти было невозможно.
Вера Открыла окно, в надежде на то что в душную комнату попадёт хоть немного свежего воздуха.
Взяв книгу, она включила ночник и стала читать. Незаметно для себя склонив голову на подоконник уснула. А проснулась от того что прямо в лицо ей, светила полная луна, а под окном раздались звуки гармошки, кто-то играл Страдание.
(Продолжение следует)
–6-
Вера встала со стула и выключила ночник. А потом осторожно отогнула край занавески и посмотрела на улицу. Там у дома бабушки Филимонихи стоял высокий парень, и играл на гармошке. Вглядевшись получше, Вера узнала вчерашнего знакомого Димку Погожина.
– Господи, зачем он здесь, что понадобилось на нашей улице.
Встревожилась Вера, а потом постаралась успокоить себя.
– Ну что ты так переполошилась, ты что одна здесь живёшь, вон через дом Татарка Сомова, ещё через два, Любочка Котова. Они девчата незамужние, может к кому из них Димка пришёл.
А сердце сладко заныло в груди, от того что он стоит сейчас всего в нескольких шагах от неё.
– Ну как тебе не стыдно.
Ругала себя Верочка.
– Видно права была свекровь, когда отчитала тебя на чём свет стоит. У тебя муж, а ты вздумала на чужих парней пялится. Постыдись, разве так ведут себя приличные жёны.
Вера опустила шторку, разделась и легла в постель. Постаралась уснуть, но назойливые звуки гармошки не давали ей этого сделать. Она ворочалась в постели, вставала, пила воду, потом снова ложилась, но сон бежал от неё. А память настойчиво подбрасывала события вчерашнего праздника. Только под утро смогла она забыться тревожным коротким сном. Проснулась Вера точно от толчка в бок. Открыла глаза, первые лучи солнца пробирались через густую листву рябины, что росла в палисаднике дома Буртасовых. Она встала с постели и подошла к окну. Хотела закрыть его, чтобы за день в комнату не налетели мухи, отодвинула в сторону занавеску и замерла, на подоконнике лежал чуть привядший букет васильков. Первым порывом было выбросить эти неизвестно как оказавшиеся здесь цветы. Но сделать этого Вера не смогла. Она взяла букет, опустила в него лицо, и вдохнула чуть сладковатый его запах. Потом вышла в прихожую, взяла с полки кувшин, наполнила водой и снова вернулась к себе. Поставила цветы в воду и спрятала их на подоконнике за занавеской.
– Неужели это Димка принёс васильки, ну зачем, что ему от меня нужно?
Мучила себя вопросами Вера, на которые не знала ответа.
– Неужели я дала повод, и он решил что со мной можно вот так поступать, нет этому нужно сразу положить конец, иначе по селу сплетни пойдут, а свекровки моей только этого и надо. Постараюсь увидеть его и сказать чтобы больше не смел так делать.
Твёрдо решила Вера, а потом засомневалась.
– А вдруг это не Димка, и как я тогда буду выглядеть, заведя с ним подобный разговор. Уж лучше буду молчать, может кто из ребят домами ошибся, шёл к Тамарке, а попал к нам.
Вера быстро справилась по хозяйству, и поспешила на работу. Сегодня начиналась уборочная, поэтому нужно было прийти пораньше, навести порядок на весовой, ведь ей предстояло работать здесь до поздней осени, после зерновых начнут убирать подсолнечник, и кукурузу, а потом сахарную свеклу. Так что это теперь её рабочее место считай до декабря.
Войдя в небольшое помещение весовой, Вера осмотрелась. Сквозь пыльное окно, сюда едва пробивались солнечные лучи. Толстый слой пыли лежал на всём. Сняв висевший в углу халат, вера надела его поверх нарядного шёлкового платья, в большой красный горох. Взяла ведро и отправилась на колонку за водой. Она быстро привела всё в порядок, на окошко повесила небольшую тюлевую шторку, что нашла в ящике стола. Сам стол застелила белой бумагой, положила на него счёты, авторучку, карандаш, стопку накладных и амбарную книгу для записи, огляделась вокруг и решила.
– Ну кажется всё готово, для работы, остаётся теперь только дождаться первую машину с зерном нового урожая.
По традиции, первую машину зерна прямо из-под комбайна отправляли на элеватор в райцентр. И каждый колхоз старался сделать это первым, опередить соперников. Поэтому когда вдалеке Вера увидела идущую по дороге машину, поспешила привести веса в рабочее состояние, чтобы не задерживать водителя. А когда в кабине остановившегося ЗИЛа увидела Димку, растерялась.
– Ну что застыла, словно приведение увидела, давай быстрее взвешивай и накладную выписывай.
Прикрикнул на её Димка. Вера зафиксировала вес, заполнила накладную и подала её Димке через открытое окошко.
– Ну всё, жди назад с цветами.
Прокричал он ей и машина рванула с места быстро набирая скорость.
– Значит он шофёром в колхозе работает. Ну и ладно, тебя это совершенно не касается.
Подумала Вера, и стала ждать следующую машину. Которую теперь уже разгрузят на току. А через час Димка вернулся обратно, зашёл на весовую и протянул Вере огромный букет астр.
– Вот держи, он теперь твой, я раньше всех на элеватор приехал, музыкой и цветами встречали, сам первый секретарь райкома руку пожал и поздравил с началом уборки. Ну что же ты, возьми цветы и в воду поставь, ведь завянут же.
Вера взяла букет, и поискала глазами во чтобы его поставить. Но ничего подходящего на весовой не оказалось.
– Подожди, я сейчас.
Проговорил Димка и выскочил на улицу,через пару минут вошёл держа в руке трёхлитровую банку.
– Вот, держи, у заведующего складом, Семёна Павловича взял. Ну всё я поехал, некогда мне, нельзя чтобы комбайны простаивали.
Димка уехал, а Вера поставила букет на стол и залюбовалась им.
– Надо же, до этого дня мне ещё никогда не дарили цветы, а тут два букета сразу.
Думала Вера, глядя на ярко малиновые астры. В обеденный перерыв к ней на весовую заглянула Соня. Увидев букет воскликнула.
– Ого, какая красота. Откуда Верунь?
– Димка Погожин привёз, ему это на элеваторе вручили.
– А он значит сразу тебе отдал, молодец парень, не теряется.
– О чём это ты Сонь?
Насторожилась Вера.
– Да ни о чём, просто так.
А потом загадочно улыбнулась и сказала.
– Понравилась ты Димке, вот он и старается.
– С чего ты это взяла?
– Он сам признался, мне Виктор вчера вечером сказал. Он с Саньком и Витькой моим весь день в гараже только о тебе и говорил.
– Господи, только этого мне не хватало.
А Соня посмотрела на подругу и произнесла.
– Знаешь, а мне кажется вы с ним хорошей парой могли бы быть.
Эх Верка, куда ты только спешила, вот на черта тебе этот Славка нужен, не мужик, а рохля какой-то, вечно в рот маменьке своей заглядывает. Жалко мне тебя подруга, несчастна ты с ним.
(Продолжение следует)
–7-
Веру задели слова подруги за живое. Потому что письма от Славика снова перестали приходить. А ей так хотелось чтобы пришло письмо в котором муж написал бы как скучает по ней, и мечтает чтобы поскорее пришло то время, когда они снова будут вместе. Но писем не было, а дома её снова будет ждать одинокая холодная постель.
– Что приуныла Верунь?
Спросила подругу Соня.
– Да так, ничего, тебе показалось.
Нехотя отвечала ей Вера.
– Вер, я наверное обидела тебя своими словами, ты прости меня пожалуйста, я ведь не хотела этого делать. Просто вижу как тебе тяжело у Буртасовых, тётка Валя тебя поедом ест, а мужу всё равно. Нет чтобы защитить от самодурства матери, так он наоборот под её дудку пляшет.
– Соня, пожалуйста, не надо так про Славика говорить. На самом деле он очень хороший, и любит меня, я в этом уверена. Ведь он уехал, чтобы нам на дом поскорее заработать. И от нападок матери меня защищал, когда дома был. Ничего, я потерплю, вот он вернётся, и всё у нас будет хорошо, тем более он обещал скоро в отпуск на несколько дней приехать.
Чтобы не поссорится с подругой, Соня промолчала, и не стала ей больше ничего говорить. Она посмотрела на часы и заторопилась.
– Ой, пора мне, а то перерыв вот-вот закончится, Василий Иванович рассердится если меня на месте не будет.
Вера заметила маленькие часики с изящным браслетом на руке у Сони.
– У тебя обновка?
Спросила она её.
– Да, я ведь и пришла к тебе чтобы похвастаться, но увидела шикарный букет и забыла зачем пришла. Это мне вчера Витя подарил.
– А у вас разве какая-то дата была, я что-то не припомню?
– Да нет, никакой даты, просто так подарил, был в городе,зашёл в ювелирный магазин, увидел эти часы и решил купить для меня.
– Так они что не простые?
– Нет конечно, корпус и браслет серебряные.
– Балует тебя Виктор.
Улыбаясь сказала Вера.
– Что есть, то есть, он мне каждый месяц что-нибудь да подарит, иногда просто мелочь какую нибудь, но всё равно знаешь как приятно.
– Знаю, я тоже подарки люблю. Мне маленькой родители всегда дарили.
Соня хотела спросить.
– А муж тебе за два года хоть что-то подарил?
Но не стала, и без того знала, что Славка ничего Верочке не дарил, иначе бы она непременно похвасталась подарком пере подругой.
– Ну я пошла, завтра в обед снова к тебе загляну. Теперь с работы, одной придётся ходить, ты ведь допоздна тут будешь.
А потом встрепенулась и спросила.
– Ой, Вер, а ты домой то, не побоишься ходить, веди через рощу и мимо кладбища идти придётся?
– Не знаю, по правде говоря, как то жутковато, особенно мимо кладбища проходить. Ну ничего, я бегом пробегу, надеюсь, покойники меня не обидят.
Соня убежала, на поле тоже закончился обеденный перерыв, и к весовой подкатило сразу несколько машин. А потом до самого позднего вечера, машины шли почти беспрерывным потоком. На току засыпали один пролёт, и запустили сортировочный транспортёр. Время уже перешло далеко за полночь, когда с поля приехала последняя машина с зерном.
– Всё Верочка, на сегодня шабаш, можешь закрывать свою лавочку и идти домой, машин больше не будет.
Сказал пожилой шофёр, Павел Семёнович.
Вера, подсчитала всё принятое на току зерно, определила победителей дня среди комбайнёров и шоферов, заполнила молнию для завтрашней планёрки, потом закрыла весовую и отправилась домой. Стояла тихая лунная ночь, звёзды на небе были такими яркими, и висели так низко, что казалось можно дотянуться до них рукой, если взобраться на Ясную горку, а в траве вовсю трещали сверчки. Пройдя освещённую центральную улицу, Вера с замиранием сердца приближалась к небольшой берёзовой рощице.
– Пробежать бы её побыстрее, да мимо кладбища проскочить, а
там уже можно и вздохнуть спокойно. Я ничего не боюсь, я не боюсь.
Подбадривала себя Вера, подходя к перелеску. И тут у самой кромки леса, на перекрёстке дорог в свете луны, она заметила машину.
– Господи, этого только не хватало, кто же это может быть. Может кто из шоферов не доехав до дома обломался. Или может у кого свидание здесь. Пройду побыстрее, может и не заметят меня.
Она почти поравнялась с машиной, когда дверца кабины открылась и на дорогу шагнул Димка Погожин. Вера не дойдя до него несколько шагов остановилась.
– Ну что ты замерла, Вера. Иди сюда, не бойся. Я специально здесь тебя ждал,чтобы до дома подвезти.
– Дим, ни к чему это, я сама дойду, а ты поезжай домой.
Ответила ему Вера.
– Да не упрямься ты Вера, ведь страшно небось, особенно мимо кладбища идти, что я вас девчонок не знаю. Вы из-за маленькой мыши визг на всю вселенную поднимаете, а тут ночью да мимо кладбища одной. Поехали, вот честное слово тебе даю что кусаться не буду.
Идти одной действительно было страшно, и Вера поборов робость в душе, согласилась. Димка помог забраться ей в кабину, и они поехали, когда свернули на Луговую, улицу где теперь жила Вера, она попросила.
– Дим,ты здесь останови, не нужно меня прямо к дому подвозить.
Он послушно остановил машину, а когда Вера вышла из кабины, вышел за нею следом и протянул большой букет полевых цветов.
– Возьми Вера, специально для тебя собирал.
