Виктория Велес "Жизнь, свобода и любовь"

Мы все лжем друг другу. Кто-то хочет защитить любимого человека от боли, солгав ему. Кто-то старается защитить себя или свой авторитет. Но самое главное – это ты сам. Самая опасная и страшная ложь – это ложь самому себе. Я каждый день спрашиваю себя, уверена ли я в своих мыслях, своих решениях, своих принципах. И самое ужасное, что ответа я не знаю. Я не уверена ни в чем, поэтому, наверное, я поддаюсь маме и лгу ей. Ведь я сама не уверена в том, что правда, а что нет, где заканчивается реальность и начинаются мои собственные домыслы. Вдруг я ничуть не лучше мамы? Вдруг я заставляю себя лгать самой себе, чтобы отгородить от правды?

На улице шел дождь. Я подставляла ладонь под холодные капли. Я улыбалась. Люблю дождь. Мне нравится то чувство, которое он вызывает. Чувство безвременья. Я шла по мокрому асфальту и чувствовала себя ребенком. Люди прятались от дождя под зонтами, а кто-то успел сбежать домой. А мне не нужен был зонт, как не нужны были люди. Не нужны же?..

Я достала наушники и включила музыку. Мои волосы превратились в странные сосульки, а по лицу скатывались капли воды, которые я ловила языком. В такие моменты мне хотелось жить и любить, потому что я чувствовала себя свободной. Я не люблю солнце, лето и жару, потому что спрятаться никуда уже нельзя. Иногда мне не хотелось прятаться. Иногда хотелось танцевать. Вот как сейчас. И плевать на людей.

Я сделала несколько поворотов и движений руки под музыку, которая играла в наушниках. И улыбалась. Я не люблю лето. Не люблю солнце и жару. Я люблю стихию. Дождь и снег. И ветер. Море… Горы. Темноту. Просторы… Я люблю свободу, хоть и ощущаю ее лишь в такие короткие моменты жизни.

В тот момент звучала скрипка. Так странно: в моем плейлисте так мало инструментальной музыки, но это… это было восхитительно. Скрипка будто плакала, в этой музыке слышен ее грустный танец, ритмические движения и ее погасание. Будто она живет. Когда я ее слышала, то мне тоже хотелось жить, хотелось, чтобы все жили так, как живет эта музыка.

Стоило вспомнить произошедшее в больнице, как снова захотелось плакать. Или напиться. Забыться. Мне в такие моменты хотелось пойти куда-нибудь и напиться, с кем-нибудь поцеловаться, чтобы просто забыть. Забыть все и всех. Я снова усмехнулась. Да уж, если бы моя мама слышала мои мысли… Интересно, как это у такой хорошенькой и правильной могло родиться нечто ужасное и порочное, как я. Она говорит – подменили. Что ж, все возможно. Судьба любит шутить, а точнее играть с людьми.

– Где ты была? Ах да, с сестрой. Доверия к тебе уже никакого. Кстати, я тут убиралась. Скажи-ка мне дорогая моя доченька, откуда у тебя деньги? Я нашла на твоем столе 500 рублей! Мне уже страшно подумать, где ты их взяла!?

Я с сожалением вздохнула. Стоит быть осторожней в следующий раз. Да уж.

– Какая разница? Просто накопила. Это мои.

– Твоего здесь нет ничего! Как ты это еще не поняла? А знаешь, раз ты у нас такая самостоятельная и деньги уже у тебя свои, то может и покупать все себе будешь сама?

В глазах отчаянно защипало, а в горле образовался ком. Нет, я не буду плакать. Надоело из-за нее плакать. Вдох через нос, выдох через рот, и снова, и раз, и два. Кажется, отпустило.

– Мам, это бабушка мне дала, просто я тебе забыла отдать…

Конечно, я не забыла. Просто мне нужны были эти деньги, я собиралась копить на свое образование. Я не смогу подготовиться к экзаменам сама… Никто не может. Мама отказывается платить за репетиторов, за курсы, а я просто обязана вырваться на волю. Здесь все как будто из-под неволи… Я грустно посмотрела на нее. Ее недоверие меня ранит каждый раз, несмотря на то что это продолжается уже пару лет. Я хочу, чтобы все было хорошо. Я хочу поддержки и любви. Хотя я не права, она меня любит, я это вижу. Может, поэтому я каждый раз ее прощаю и все ей рассказываю о себе, ищу поддержки. Часто она даже не старается меня понять. Иногда понимает.

Я посмотрела на ее синяки под глазами и опухшие от слез глаза и подошла к ней. Иногда человеку не нужны слова, иногда одни объятия могут помочь. Я обхватила ее за плечи и просто сделала то, в чем она нуждалась. Обняла ее.

– Не смей меня трогать! Отпусти… – всхлипнув, она тоже обняла меня. Я заглянула в ее глаза и поняла, что ей просто плохо. Видимо, врач и ей сказал те страшные слова. Смерть пугает, особенно когда она так близко. Меньше года… Сколько нам дней осталось, чтобы попрощаться с ней?

Я умылась и ушла в свою комнату. Раз напиться у меня возможности нет, есть и другой выход. Уйти в книжный запой. Учить, писать, решать и думать только о том, что писать и что учить.

Я открыла очередной сборник заданий. Взяла шоколадный батончик для ума (честно, помогает), разложила все, что мне надо, и начала.

– Так. Странный вопрос… Если у человека есть возможность социальной мобильности, то он живет в открытом обществе. Ну, это-то само собой разумеется. —я закусила губу, пытаясь понять, что мне не нравится в следующем суждении. —Если человек живет в открытом обществе, то он всегда перемещается в социальной структуре и меняет свой социальный статус. —мне не нравилось слово всегда. Ну конечно, не всегда. В нашем мире нет слова всегда. Это слово-маркер. Если вы видите это слово где-нибудь или слышите его от кого-нибудь, то это будет обязательно ложь. Всегда… Я больше поверю в слово никогда. Проверила в ответах – все сошлось. Ну конечно, не всегда. Никогда…

Мои руки тряслись, когда я проверяла решенный вариант… Каждый раз я надеюсь, что наберу больше восьмидесяти, но почти всегда одно и то же. Складывается ощущение, что я не двигаюсь дальше, будто меня приковали к полу и я не могу из-за этого взлететь. Я закусила губу. Снова. Семьдесят пять. Это число уже десятый раз подряд. Как же оно меня бесит…

Я посмотрела на часы. Полночь. Мне нравится это число. Четыре нуля будто символизируют начало, новый чистый лист. Каждый день мы начинаем все с начала, каждый день у нас есть возможность что-то изменить и каждый день мы пренебрегаем этой возможностью, считая, что изменить уже ничего нельзя. За нас все решила судьба. По правде говоря, я не знаю, к какой группе людей отношусь сама. Сегодня мне кажется, что я и есть судьба, а завтра мне кажется, что я лишь ничтожная песчинка на этом берегу и что бороться с самой жизнью почти так же бессмысленно, как со смертью.

Я открыла телефон перед сном, надеясь увидеть что-нибудь интересное. Хоть кто-то может жить полной жизнью, наслаждаться молодостью и развлекаться. Моя школьная группа разрывалась от миллиона сообщений! Я улыбнулась. Наши мальчики уже предлагают варианты, как отметят первый день учебы. То ли от горя напиться, то ли от счастья. Хотя кто-то уже… Слава вон тихо сам с собой вдвоем напился.

«Предатель. Завтра тебя не ждать на классном часу?» – пишет Никита.

«*Слава отправляет видео*»

«Зато веселый сразу стал какой!» – комментирует видео Коля.

«Это он так на учебу настроился» – подшучивает Даня.

«Или все еще настраивается» – добавляет Никита.

«Так что, кто завтра будет?» – уточняет Артем.

«Все наши. Только Славу сегодня спрашивать не стоит» – отвечает Коля.

«Он там вообще живой?» – интересуется Егор.

«Вполне, судя по видео» – пишет Артем.

«Капец, Артемчик, а ведь это последний год, когда мы вот так все вместе» – начинает Даня.

«Да, пацаны, надо завтра за это тост выпить, я считаю» – отвечает Тема.

«У меня один вопрос: где Вовчик?» – вдруг вспомнает Егор.

«Опа, а кстати, он вроде с Катей гулял. Она там его не убила случайно? А то он жестко накосячил» – пишет Даня.

«Ладно, пацаны, завтра увидимся в школе» – пишет Артем. – «Завтра же у меня?»

Я закрыла чат и вздохнула. Почему у меня все так? Я тоже хочу гулять, развлекаться и наслаждаться жизнью, наслаждаться своей юностью. Я еще раз открыла телеграмм. Хм, кто-то историю выставил. Да ладно, она издевается? Вот же…

Тиана, моя бывшая подруга, хотя и не такая бывшая, потому что мы с ней общаемся до сих пор время от времени, выставила историю. Один вопрос – зачем?? Фото со своими бывшими подругами, которые ее предали. У нее бывает время от времени. Она не может забыть прошлое, постоянно возвращаясь к воспоминаниям. Ее кинули, а я была в тот момент рядом, так мы и стали общаться ближе. Но зачем она снова и снова вспоминает о том, что ее когда-то так расстроило. Она общалась с ними лет пять, а они просто ее бросили, поверив нелепым слухам.

«Привет. Как ты?» – написала я ей.

«Привет. Да нормально. Готова к началу учебного года?»

«Странные ощущения. Последний год все-таки…»

«И у меня. Через полгода первый экзамен, через год мы будем поступать куда-то, и бежать куда-то. Черт, да мы как будто недавно были в классе седьмом. Хочу обратно» – ответила Тиана.

«А я в садик хочу.»

«Я хочу к своей сестре в первый класс»

Потом мы еще немного поговорили о своих страхах, мыслях и ожиданиях. Я легла на кровать, но уснуть не могла. Тишина в тот момент не давала мне уснуть, поэтому я заполнила ее своими мыслями. Зачем она хватается за прошлое? Хотя, неужели я лучше? Я вспомнила его.

Перевернулась на другой бок, но образ так четко образовался в моей голове, что забыть не получалось. Я уже пять лет это пытаюсь. Я все гадаю: неужели это была настоящая любовь? Такого ведь не может быть. Он мне просто нравился, просто сосед, с которым я сидела два года. Мне было тогда двенадцать. Я написала ему стихотворение, а он просто сказал: «У тебя хорошо получается». Я горько усмехнулась и убрала стихотворение. Так я и стала творческим человеком, который пишет стихи и книги, любит литературу и увлекается музыкой. Он играл на гитаре, я из-за него полюбила музыку. Но судьба решила по-другому. Я подавала заявление на гитару, а взяли на вокал. Вот же странность… На гитаре я тоже начала недавно учиться. Я тоже хватаюсь на него, за его образ, за его фотографии, но люблю ли я его? Не знаю.

Любовь… Нет ее. Любовь отнимает свободу, любовь – это кандалы. Какой безумец сказал, что любовь дарит крылья? Некоторые любят не взаимно, полностью отдаваясь партнеру, который постоянно отвергает и изменяет. Так чувства приковывают человека к другому, поэтому любовь – это кандалы. Некоторые любят друг друга, но несчастны по другим причинам, и тогда любовь тоже становится кандалами. Крылья – есть ли они у влюбленных? Пока мне не встретился ни один счастливый влюбленный человек. Надо очень постараться, чтобы любовь стала крыльями, но главная проблема человека – это его комфорт. Нежелание отдавать свою видимую свободу. Любовь всегда требует самопожертвования, иначе это нелюбовь. Именно поэтому я не готова любить. Я понимаю, что такое любовь, и поэтому боюсь чувствовать. Там, где есть счастье, есть и несчастье. Боль. Это закон жизни. Если знать его, то можно избежать боли. После этих мыслей пришла тишина. Моя знакомая тишина. Внутри стало так тихо, что я сразу уснула. Ничего не сможет заставить меня чувствовать. Никто и ничего. Так я думала.

Глава 2

Я выключила пятый по счету будильник. Черт, пора бы собираться. У меня тридцать минут до выхода. Я зевнула и снова закрыла глаза. Через секунду мой телефон опять зазвенел. Я разлепила один глаз. Звонок. Застонав, я ответила папе. Да, проснулась, конечно, помню, да, не опоздаю, да, уже завтракаю. Не раскрывая глаза, я пошла умываться, собираться и пить кофе. Кто вообще придумал устраивать линейки в такую рань? Какой-то садист, наверное…

– Да твою ж…! – выругалась я сквозь зубы. —Почему я такая растяпа? Вот честно, каждый мой шаг – это разрушение какое-то! И что мне теперь надеть?

Да уж, я вылила свой кофе на штаны, поэтому в надежде найти что-нибудь я осматривала шкаф. Что-нибудь не находилось. Был только один вариант – одеть короткую юбку в клетку. Ну, хоть что-то!

Я бегала из комнаты в комнату, пытаясь натянуть на ходу юбку, а параллельно красить ресницы. Зажала телефон одной рукой, чтобы потом не забыть. А то я могу! Накрасила губы своей любимой помадой в стиле омбре. За секунду выбежала из квартиры, вернулась через минуту, чтобы закрыть дверь. Оказавшись на остановке, я наконец вздохнула.

Так странно было стоять в полной тишине на безлюдной улице. Неужели мне одной куда-то надо с утра пораньше? Ни машин, ни людей, только я и ветер. Теплый ветер поднимал мою юбку, развевал волосы и просто играл со мной. Я улыбнулась.

Посмотрев на часы, я поняла, что опаздываю. Да где же этот чертов автобус? И тут же на остановке остановился один из них, как будто испугавшись моего гнева. Со мной в автобусе ехало еще пять человек. Хотя он вмещает сотню! Мда, и где все?

Я закрыла глаза и прислушалась к тишине. После утренней спешки сидеть вот так просто было странно, создавалось ощущение безвременья. Это чувство рождается спонтанно, ты никогда не можешь его предугадать, но оно всегда застает врасплох, потому что нет определенных факторов, влияющих на это. Иногда ты сидишь в полной тишине, но чувствуешь, как время уходит. Иногда даже рождается страх того, что его слишком мало. А иногда его катастрофически мало, чтобы успеть сказать нужные слова, успеть сделать запланированные дела, его почти всегда катастрофически мало. Именно поэтому я так ценю такие моменты, когда нет секунд, минут, они проходят мимо тебя, а ты физически ощущаешь себя вне времени.

По дороге от остановки я снова открыла телефон. Интересно, чисто теоретически я смогу добежать за минуту, если обычно мне нужно семь? Ну, лично я считаю, что попытка не пытка. Как же я люблю утренние пробежки… Прямо целая эстафета: прыжок через лужу, бег на короткие дистанции, прыжок, прыжок, поворот. Когда еще в наушниках звучит музыка, кажется, что ты танцуешь. Ага, прям паришь! Жаль, что летать так и не научилась я.

Я оглядела огромную толпу и, найдя знакомые лица, просочилась внутрь этой толпы. Всего лишь на четыре минуты опоздала, прям рекорд. Директор говорил что-то пафосное, как всегда, впрочем.

– …впервые вступают на дорогу знаний… – приветствовал он первоклассников. Любимые классы для разговора – это первые и одиннадцатые классы. Так что прямо-таки не терпится услышать про нас что-нибудь интересное.

– Привет. А ты чего опаздываешь? – спросила Малика.

– Да ужас. Просто катастрофа. Автобус ждала долго, так он еще и тащился так, будто его толкали люди, а не двигатель. Я ехала в практически пустом автобусе. Так странно вообще сегодня… -Малика была тем человеком, с которым можно было поговорить здесь и сейчас. Она просто общительная, а я не могу общаться сейчас с кем-то близко. Но при этом я не могу постоянно стоять молча. Мне и общения иногда хочется… А иногда хочется сбежать.

– Да? Не знаю, мне много людей попалось на дороге. Какая-то семья с пятью детьми шли на линейку. Это так прикольно было, их папа с двумя рюкзаками, мама с одним.

– Ужас. Бедные родители. У меня сегодня, кстати, один из невезучих дней. Там, где я иду, все падает, так что ты лучше отодвинься. Я сегодня кофе разлила прям на штаны. Белые! В итоге ни кофе, ни штанов.

– Кстати, ты слышала новости? —воодушевленно спросила Малика. Когда она так меня спрашивает, мне уже страшно.

– Нет. Я по утрам обычно телевизор не включаю. —пошутила я.

– К нам новенькие пришли. Два парня. Видишь вон один стоит. – я проследила за ее взглядом. Хм, ничего такой. Только один стоит. Симпатичный, тело спортивное. Раньше я его нигде не видела. —Он вроде переехал сюда к родственникам. И там второй стоит. —она указала мне на второго парня, и я застыла. В стороне от всех стоял он. Стоял тот, о ком я думала несколько лет, единственный парень, из-за которого я плакала ночью. По которому скучала. Которого… любила? И тут меня охватила злость. Один взгляд на него заставил меня вспомнить все, что было после него. Я не хотела его видеть, не хотела снова играть с ним по его правилам. Какое право он вообще имел врываться снова в мою жизнь, когда она и так рушится? Он мне безразличен. Пусть будет так. Я снова посмотрела на него и поняла, что это неправда и он действительно меня все еще привлекает. Но теперь я хочу мести. Пусть видит, кого он упустил. Пусть видит, с кем он играл. Я изменилась. Сейчас я девушка, иметь которую будет рад каждый. И даже он этого захочет, но я ему этого не дам. —Вероника, ты что, уснула?

– Слушаю директора. Сейчас про нас начнет. —соврала я. Как я могла слушать директора в тот момент, если я ничего не слышала, только свои мысли? Они раздавались в такт моего сердца, и каждое слово придавало мне уверенность. Я не поддамся своему глупому сердцу. У меня весьма умный мозг, я образованный человек и могу принять правильное решение. Но сердце мое очень глупое. Оно не принимает правильные решения и никогда не советуется с разумом. В этот раз он сам примет решение, потому что иначе будем страдать все мы – и разум, и сердце, и я. И нервная система.

– Надеюсь, этот год будет у всех успешным. Особенно у выпускников. —озвучила заключительную фразу Ольга Николаевна, и толпа начала медленно рассеиваться, заходя в школу.

Малика села со своей подругой Лизой, поэтому я искала просто свободное место. Вдруг наш новенький – тот самый новенький – прошел мимо меня, задев плечом. Я закатила глаз и тихо сказала:

– Идиот. Даже пройти не может нормально. Широкий, что ли?

Честно, я не собиралась ему ничего говорить, да и человеческий слух ну не может быть настолько чутким, но он поднял на меня взгляд и ухмыльнулся. Мне же показалось, да? С ним с ума можно сойти, надеюсь, я не успею свихнуться до окончания школы. Вдруг в подтверждение моих мыслей у меня задергался глаз. Я посмотрела на него взглядом Уэнсдэй Адамс. Испепеляющим взглядом.

К счастью, рядом с Ксюшей было свободное место. Я с такой надеждой посмотрела на нее, потому что было два варианта – либо Ксюша, либо он.

– Ты не против, если я с тобой сяду? – спросила я из вежливости. Мы с ней часто сидели в прошлом году, но она сохраняла нейтралитет. Ксюша не такая общительная, но иногда я вынуждала ее немного все-таки поддерживать разговор со мной.

– Да, садись.

– Как отдохнула летом? Последний год, не верится.

– Ага, а там экзамены. Но зато мы теперь одиннадцатиклассники. Будет наш день учителя и вальс в конце года.

Тут наша классная начала говорить, и мы замолчали. Приветствие, потом слова о том, насколько важен этот год, что нельзя расслабляться и так далее… Каюсь, мне нравится обычно, как рассказывает наша классная, но в этот раз я ее не слушала совсем, будучи поглощенной в свои мысли и немного в воспоминания.

Его зовут Максим. Сейчас я сидела сзади него через парту, поэтому могла рассмотреть его изменившуюся внешность. Мне всегда было плевать, как он выглядит. На самом деле, я не заметила изменений в нем, потому что мне казалось, что он всегда был идеален. Но я приказала разуму работать на максимум, поэтому сейчас поняла, что он все-таки другой. Плечи шире, высокий, даже немного выше меня, хотя раньше был таким маленьким, ниже меня на сантиметров десять. Его волосы стали темнее, но на свету казались такими же золотыми, как были. Они стали гуще, и его стрижка идеально подходит ему. Поведение стало другим: более взрослым, более уверенным. Мое сердце говорит, что он не изменился, но разум кричит прямо-таки о том, что это уже не тот, кого ты любила раньше. Это уже совсем другой человек. Я вздохнула. От облегчения или от грусти – не знаю.

С одной стороны, я должна была бы обрадоваться тому, что вот он – совсем другой, чужой, и я не знаю ничего о его жизни сейчас. Я могла бы с облегчением вздохнуть от того, что человека, которого я любила, больше нет, но… Всегда есть какое-то но. И сейчас это но говорит мне сердце, а разум – предатель, соглашается. Он изменился, как и я. И кажется, таким мне он нравится даже больше. Мой разум соглашается с сердцем, потому что в нем заметны явные достоинства. Черт. Это ж надо было так… Пыталась найти недостатки и понять, что за млекопитающим стал Макс, а вышло… а вышло что-то не то. Я постоянно делаю что-то не то. Постоянно совершаю ошибки, о которых потом жалею всю жизнь. И, кажется, я готова совершить еще одну ошибку. Но я этого не сделаю. Я затеяла свою игру. Ошибку совершит он, это я себе обещаю.

– А теперь еще один конкурс. Кто-нибудь из вас должен прочитать речь с листа. Это будет имитация вступления во взрослую жизнь. —наша классная придумала разные конкурсы, чтобы разнообразить классный час. Я подняла руку. —Вероника, давай. От тебя сейчас зависит, повзрослеют ли твои одноклассники наконец или нет.

Все засмеялись. Я тоже улыбнулась своей самой красивой улыбкой. А она у меня красивая. Надеюсь, он это заметит.

– Итак, до этого момента ваша жизнь была наполнена свободой. —последнее слово я выдохнула, приоткрыв губы. -Возможно, вы этого не понимали, хотели совершать безумства, но вас останавливали. Во взрослой жизни никто не будет вас оберегать, и вы должны понимать, что для вас важно. Взрослая жизнь – это ответственность. Игры в доту отличаются от тех игр, которые вам встретятся на пути. —остановившись, я глотнула слюну и посмотрела на Макса. Он делал вид, что ничего не понимает. Или это не он со мной играл раньше? —Вступить во взрослую жизнь можно уже сейчас. Давайте прямо сейчас сделаем то, что никогда не сделали бы дети. Отпустим все обиды и решим, что будем делать дальше. Давайте напишем на бумаге то, что нам мешает двигаться вперед и сделаем первый шаг во взрослую жизнь. Давайте станем свободными от обид и проблем, не сбегая от них, а решая их. Потом сделаем все самолетик из этого листа и запустим в небо.

– Только, ребят, запускать на территории школы не стоит, поэтому бросьте каждый свой самолетик из окна уже дома. Спасибо, Вероника, садись.

Я отдала листик учительнице и направилась к своему месту. Я знала, что выглядела красивой в тот момент и наслаждалась тем, что я стала такой. Я читала очень выразительно, так, будто я на вступительных экзаменах для поступления в МХАТ. Думаю, он уже понял, что я изменилась, что я развиваюсь, что мне он не нужен, что он даже не достоин меня. Главное, чтобы это понял он, тогда, возможно, это пойму и я.

Я задумалась над символичностью конкурса. Так здорово просто взять и отпустить все, что тебя беспокоит. Вот только… Это работает не так. Совсем не так. Когда человека что-то беспокоит, это значит, что на это есть причины. Просто написать о проблемах это не значит решить их. Это ли ответственность? Пытаться забыть о проблемах, не решая их? Я считаю, что с ними нужно бороться разумом. Просто придумывать решения. Каждая проблема – это жизненная задача, и чем больше таких задач ты решишь, тем умнее и опытнее станешь. Однако я никогда не следую собственным же советам. Люди любят советовать больше всего то, что сами не делают. Советы давать легко, но важны не слова, а действия. Сделала ли я что-нибудь в своей жизни не только на словах? На этот вопрос я бы ответила – нет. Писать и говорить легко, а вот двигаться нет. Для этого нужна сила воли и смелость. Вот именно смелость, потому что люди просто боятся собственного провала. Они предпочитают сбегать. И чем отличаются многие взрослые от детей? Да ничем. Нельзя делить людей по таким признакам, как пол, раса или возраст, потому что они никак не влияют на внутренние качества человека. Осознанный сформированный возраст наступает в 12 лет – в этом убеждены многие врачи и психологи, и тогда же наш мозг становится похожим по размеру на мозг взрослого человека. В детстве у нас большой мозг, потом со временем он уменьшается. Однажды я увидела картинку, иллюстрирующую этот процесс, и тогда же мне показалось это ужасно несправедливым. Дети не готовы использовать свой мозг на максимум, а некоторые взрослые хотят быть умнее, но не могут, потому что их возможности восприятия информации уже не такие, как у детей. Они запоминают все, что видят, и в этом их особая магия. Может, оттого дети иногда кажутся умнее и мудрее нас?

Потом нас отпустили домой, а я написала Тиане. Она как раз живет рядом. Почему люди, которые живут рядом с какой-то школой, в итоге ходят в ту, которая далеко? Я каждый день еду в школу и трачу на дорогу сорок минут, а Тиана тратит тридцать, хотя находится рядом с хорошей школой. Мы с ней планировали погулять после классного часа, у нее он как всегда закончился быстрее, поэтому она уже дома.

«У меня классный час закончился. Ты где?» – написала я ей.

«Может зайдешь ко мне? Мне надо сестру собрать на танцы.»

«А ей куда?»

«Как раз где ты живешь, вместе и поедем. Ты не против?»

«Хорошо, я сейчас поднимусь. И да, я снова все забыла. Напомни, пожалуйста, номер квартиры и этаж»

Я уже пятый раз к ней поднимаюсь, как-то даже мы у нее болтали, но я так и не запомнила ее номер квартиры. Моя память живет самостоятельной жизнью. Иногда я вспоминаю людей, которых знала секунду, или прохожих, но важные вещи могу забыть. Я могу запомнить интересные факты о писателях, но имена героев романа забываю почти сразу. Я помню наизусть стихи, которые учу, потому что мне это нравится, но не могу выучить новые английские слова. Я помню всех детей, которые были со мной в детском садике, но забыла имя парня, с которым познакомилась день назад. Да, была такая история.

– Да не вертись, Алиса! Ладно, оденься сама, я подожду в коридоре. —услышала я слова из комнаты. —Привет, Роня. Как классный час? —у меня возникло безумное желание все ей выболтать про Максима, но я боялась ее реакции. Моя история похожа на сказку, потому что полюбить человека, будучи ребенком, невозможно. И я буду странно выглядеть. Поэтому я лишь улыбнулась и ответила ей.

– Нормально. —я ненавижу это слово, потому что оно синоним слову никак. Пустота. Не хорошо и не плохо, а нормально. Где найти эту норму? И что для одного человека норма, для другого будет совершенно недопустимо. Так есть ли смысл использовать слово нормально? Да, если ты не хочешь отвечать на вопрос. -Ирина Анатольевна конкурсы придумала, мы сидели там писали на листик все, что хотим отпустить. Ну прикольно. Мы потом этот листик в самолетик сложили и дома все запустим в окно. Три часа почти был классный час – ужас! А мне еще в музыкалку сегодня за расписанием.

– Капец. И зачем она постоянно это придумывает? Лучше бы пораньше отпустила.

– Ага, кому-то еще настроиться на учебный лад надо. Вон наши мальчики пошли уже настраиваться к Теме. —Тиана посмеялась, представив себе, как они пытаются поймать нужную волну. —Кстати, у нас новенькие.

– Да ладно? А ну рассказывай. —потребовала Тиана, и я вкратце описала наших новеньких. И у меня даже получилось не выдать своих эмоций при описании одного из них.

– Весело у вас там.

Я улыбнулась. Весело, да. Теперь мне всегда будет весело, каждый день. Надеюсь, он хотя бы не со мной на профиле. Я задумалась над нашим образованием. Придумывать профили и учиться по одним учебникам – это так глупо. А математика? Изучение этого предмета на углубленном уровне невероятно должно отличаться от обычного, учитывая сам экзамен. А в итоге – мы все решаем одно и то же, только с разными учителями. Я люблю гуманитарные науки, но точные науки мне тоже даются достаточно легко. Единственные предметы, которые заставляют меня стонать в голос, пытаясь понять, на каком языке говорит учитель – это химия и физика. На эльфийском, наверное.

Когда Тиана собрала свою сестру, мы вышли на улицу. Я не знаю, почему, но с ней у нас часто бывает просто тишина, и мы тупо идем рядом. Она не рассказывает мне практически ничего, а я пытаюсь заполнить эту тишину, иногда дело доходит до светской беседы. «Сегодня прохладней, чем вчера, не находишь?» Мне это не нравится, но, когда мне хочется кому-нибудь написать и рассказать что-нибудь, я пишу ей, потому что больше некому. Так долго я не общалась больше ни с кем. Хотя так бывает не всегда, иногда мы можем говорить три часа и не заметить, как прошло время. Почему наш мир полон сплошных противоречий? Есть ли что-нибудь безусловное в нашем мире?..