– Я обещал Беннингтону вернуть его дочь сегодня же.
– Потерпит…
– Он пустит по нашему следу копов.
– Они не сунутся в Дарк-Лэйн.
– Не будь так уверен. Все, довольно обсуждений, – сказал Ник твердо. – Если он не сдержит слово, мы убьем его. Но сначала – дадим ему шанс образумиться.
Малену затрясло. Она так сильно старалась убедить себя, что голос, произносивший ужасные слова, не принадлежит Нику, что потеряла бдительность и не заметила, как ее укрытие было обнаружено. Тяжелой поступью к ней подошел человек, и внушительных размеров рука хлопнулась на плечо. Малена вскрикнула и, не найдя иного выхода, вжалась в стену.
– Ты что здесь делаешь? – пробасил мужчина.
Малена молчала. Тогда незнакомец бесцеремонно взял ее за шкирку и втащил в ту самую дверь, возле которой она пряталась.
– Смотрите, кого я нашел! – объявил он. – Стояла тут, подслушивала.
Она сразу же встретилась взглядом с Ником: его лицо исказилось от ярости.
– Кто ее выпустил?! – он пристально посмотрел на всех собравшихся в небольшом помещении людей. Малена тоже осмотрелась и, к своему ужасу, увидела, что на стенах висит оружие самой разной масти. После этого открытия, она уже не могла сосредоточиться и сосчитать присутствующих.
– А ты уверен, что хорошо ее запер? – спросил человек, стоящий рядом с Ником. Девушка узнала его хрипловатый низкий голос, – кажется, Ник назвал этого человека Шим, – и поразилась тому, насколько ошиблась, представляя его внешность. Она ожидала увидеть, как минимум, ровесника своего отца, но более брутального и непременно безобразного. Но мужчина, разглядывающий ее с явным любопытством, хоть и выглядел старше Ника, все же имел вполне приятное лицо. В отличие от голоса, внешний облик его был лишен суровости: мягкая линия рта, большие карие глаза, аккуратная короткая борода. Мужчина уступал Нику в росте всего пару сантиметров, но смотрелся внушительнее из-за широких плеч, крупных рук и мускулистых ног. Девушка могла поклясться, что под плотно прилегающим свитером и штанами нет ни грамма жира.
– Я-то уверен, – ответил Ник, – а вот Ленца надо расспросить поподробнее. Он должен был отнести ей ужин, а еще он не должен был притрагиваться к запасам…
– Вчера было его дежурство? – спросил Шим, нахмурившись.
– Вот именно.
Малена не понимала, в чем дело. Ей и самой было интересно узнать, как вышло, что их главный предмет шантажа – то есть, она, – остался без присмотра и с открытой дверью. Однако Шим, кажется, прекрасно понимал, о чем идет речь.
– Я разберусь, – кивнул он, глядя Нику в глаза.
– Хорошо, сделай это до того, как я его прикончу, – согласился Ник и переключился на Малену. – А теперь время выяснить, что ты слышала из нашего разговора. Я сейчас.
В два шага молодой человек пересек разделявшее их расстояние, схватил Малену за руку и выволок в коридор.
– Почему всем не терпится выломать мне руку?! – застонала девушка.
Ник не обратил внимания на ее жалобу. Они свернули за угол, и тогда молодой человек пригвоздил Малену к стене, вцепившись в ее хрупкие плечи. Сердце девушки бешено забилось в груди. Не может быть, чтобы Ник не слышал этих оглушающих ударов. Он был так близко, Малена чувствовала его горячее дыхание на своем лице. Но нужно взять себя в руки, ведь он, кажется, что-то говорит…
– Что ты слышала? – спросил он суровым тоном.
– Ничего, – выдавила Малена, вспоминая каждое услышанное слово. Лицо ее помрачнело, губы сжались в тонкую линию.
Ник страшно оскалился:
– Я не шучу.
– Хорошо! – она яростно сверкнула глазами. – Я знаю, что ты хочешь убить моего отца!
Ник даже бровью не повел. К нему вернулся хладнокровный настрой, и он без труда выдержал ее горящий ненавистью взгляд.
– Тем лучше, у тебя будет хороший стимул уговорить его никогда не соваться к нам.
– Я не имею на него влияния…
– Придется обзавестись, – он сжал ее плечо еще крепче, причинив боль. Малена издала слабый стон. Ник тут же ослабил хватку, а затем вообще убрал руку.
Но Малена все еще не могла пошевелиться, будто бы он до сих пор продолжал удерживать ее. Спиной она ощущала обжигающий холод металла, и все же оставалась неподвижной, словно прилипла к стене.
– Так мой отец согласился на ваши условия? – спросила Малена.
Ник кивнул:
– Как ты и говорила.
– И когда ты отвезешь меня к нему?
– В назначенное время. Все не так просто, я же не хочу попасть в ловушку.
– Ты думаешь, он обратился в полицию?
– Уверен… – Ник огляделся по сторонам. – Ладно, пошли.
Малена не шелохнулась.
– У меня есть еще вопросы… – начала она.
– Я понимаю, – прервал ее Ник, – но мне некогда на них отвечать. Да и не стоит. Я верну тебя отцу, и мы больше не увидимся.
Ник протянул ей руку, приглашая следовать за ним. Девушка медленно отошла от стены, но руки не приняла. Молодой человек лишь пожал плечами.
Он вел ее в знакомую комнату, и Малена не сомневалась, что на этот раз ее обязательно запрут.
– И все же, кто вы такие? – спросила девушка.
– Что ты хочешь услышать? – Ник нахмурился, его раздражали ее вопросы. – Мы люди, которые хотят жить свободно у себя дома.
– И убивать…
– Это крайняя мера, не думаю, что твой отец захочет вернуться к своим планам.
– А если?
– Ты все слышала…
Да, она действительно все слышала, но если бы он только знал, как не хотелось верить своим ушам. Как больно думать, что Ник каким-то невероятным стечением обстоятельств оказался злейшим врагом ее семьи. А еще хуже становилось от того, что вместо того, чтобы испытывать отвращение к нему, она снова, как и накануне вечером, страшилась только одного – что Ник ее покинет. Что же с ней происходит?
Ник впустил ее в комнату, сам же проверил засов – он хоть и был ржавым, но держал дверь отменно.
– Значит, Ленц, – заключил молодой человек. Он посмотрел на Малену, такую расстроенную и злую, слабо улыбнулся ей.
– Я скоро, не скучай, – сказал Ник и вышел.
Малена еще некоторое время стояла, глядя на закрытую дверь и не двигаясь, а потом обессилено опустилась на диван. Почва окончательно ушла у нее из-под ног. Малена больше не понимала себя и не могла себе доверять, от этого становилось страшно и неуютно оставаться наедине с самой собой. Ожидание тянулось нескончаемо долго, заняться было абсолютно нечем. Малена сто раз пересчитала коробки и выучила наизусть все названия. Еще вчера она заинтересовалась их содержимым, но сейчас подавленность была сильнее любопытства.
В конце концов, истощенная от голода и волнений, девушка не заметила, как уснула. Это был тяжелый, неспокойный сон. Малена то и дело вздрагивала, всхлипывала, едва различимые обрывки фраз слетали с ее уст. И все же, она бы предпочла никогда не просыпаться. В мире снов, пусть даже кошмарных, у тебя всегда есть возможность проснуться и избавиться от мучений. В реальном мире бежать некуда, из него лишь один выход…
Реальность вырвала ее из сна рукой Ника. Он небрежно тряс Малену за плечо. Она открыла глаза и испуганно осмотрелась по сторонам, ничего не понимая.
– Нам пора, – сухо сказал Ник, когда взор ее немного прояснился.
Малена машинально поправила волосы и одернула задравшийся джемпер. Впрочем, она зря беспокоилась, Ник, удостоверился, что она проснулась и уже отошел в сторону, не обращая на нее ни малейшего внимания. Он дождался, пока девушка собралась, и, не говоря ни слова, вышел в коридор. Она последовала за ним.
На улице уже смеркалось. Ступив на подъездную дорожку из гальки, Малена несколько раз глубоко и с наслаждением вдохнула холодный воздух. Даже запах горючего не казался отвратительным. Машина уже ждала: безупречно черная «шевроле камаро» смотрела на них своими хищными глазами. В прошлый раз у девушки не было возможности рассмотреть красавицу. Неужели в Дарк-Лэйне ездят на таких машинах? Слабо верится… Хотя еще совсем недавно Малена была и вовсе убеждена, что там живут лишь те, кто не нашел денег перебраться в город получше. Нику машина определенно подходила: и цветом, и характером, и красотой.
Молодой человек распахнул переднюю дверь и взглядом указал, чтобы Малена садилась. Ну, хотя бы это хорошо, ее не станут связывать и надевать на голову мешок, или что там еще делают в таких случаях…
– Мы поедем вдвоем? – робко спросила она, когда Ник оказался рядом и повернул ключи зажигания.
– А ты бы хотела компанию побольше?
– Нет, но…
Ник усмехнулся:
– Не волнуйся, мои люди будут следовать за нами на расстоянии, на всякий случай. Но я надеюсь, этого случая удастся избежать.
Малена тоже на это надеялась, ей совсем не хотелось, чтобы отец вдруг вздумал геройствовать. Самое лучшее для них всех – поскорее покончить с этой скверной историей и уехать домой. Но, зная его характер, она была рада тому, что Ник так осторожничает.
За всю дорогу ни один из них не нарушил молчание. Пейзаж за окном постепенно менялся: линию деревьев разбавили одноэтажные дома. Вскоре на горизонте замаячили блестящие тела небоскребов. Напряжение в салоне автомобиля незаметно, но быстро нарастало. Руки Малены вспотели, и, чтобы унять дрожь, она теребила ручку лежавшей на коленях сумки. Ее взгляд все чаще обращался к непроницаемому профилю молодого человека. Он небрежно вел машину одной рукой. Внешне Ник был абсолютно спокоен, но девушка не могла отделаться от ощущения, что не только внутри нее сейчас идет безмолвная борьба. Ужасно хотелось нарушить тишину, заговорить с Ником хоть о чем-нибудь, но сумбур в голове был дичайший. К тому же горло судорожно сжималось.
Едва они въехали в город, Ник резко затормозил.
– Дальше пойдешь одна, – сказал он, не потрудившись даже повернуться к ней. – Возьмешь такси, надеюсь, ты помнишь адрес. Вот твои вещи.
Ник открыл бардачок, и оттуда вывалились документы Малены. Молодой человек пошарил у себя в кармане и выудил ее телефон.
– Сколько у тебя было денег?
– Что?
– Сожалею, но человек, которому я поручил принести тебе сумку, не смог устоять. Я верну тебе все. Сколько там было?
Ник достал свой бумажник и в ожидании уставился на нее.
– Я уже не помню… Это не важно.
Он пожал плечами.
– Как хочешь. Этого хватит на такси, я думаю, – парень протянул ей одну купюру. Малена хотела отказаться, но, в конце концов, это было глупо.
Очень медленно она сложила все в сумку. Не потому что медлила, но руки ее сильно дрожали и приходилось контролировать каждый жест.
Малена перевела взгляд на молодого человека – он снова смотрел прямо перед собой и, похоже, не собирался прощаться.
– И ты даже не боишься, что я знаю твое имя и могу помочь составить фоторобот? – спросила она небрежно.
– А должен? Я сомневаюсь, что им это понадобится.
Малена сначала не поняла, о чем он говорит. Но потом до нее дошло.
– А, ну да… тебя, скорее всего, засекли камеры видеонаблюдения в отеле, – сказала она будничным тоном: нельзя, чтобы он подумал, будто она переживает за него.
Ник поморщился.
– Ты думаешь, я случайно приехал на мотоцикле? Я зашел в отель в шлеме.
– Понятно…
Ник впервые за последний час посмотрел на нее. Синие льдинки на минуту сверкнули недобрым весельем.
– Что тебе понятно? Если бы ты знала меня лучше, то поняла бы, что я давно перестал бояться. Мой портрет и так есть у каждого полицейского в Чикаго, как и фото моих друзей. Но пока у них хватает мозгов не обращать на нас внимания, – Ник достал сигарету и, взглянув на часы, добавил: – Правда, если ты не поторопишься, они могут передумать.
– Да, конечно.
Она опустила смущенное лицо, и уже взялась за дверную ручку, но в последний момент остановилась. Другого шанса у нее не будет.
– А если бы я не была дочерью Говарда Беннингтона? – слетело с ее губ, прежде чем она смогла тщательно обдумать свои слова.
– Что? – Ник только что закурил сигарету и, задавая вопрос, закашлялся.
– Что если бы я не была дочерью Говарда Беннингтона? – от страха свело живот, Малена не поверила, что смогла произнести это вслух. – Чем бы тогда могла закончиться наша встреча?
Явно озадаченный, Ник молчал.
– Я не знаю… – сказал, он, наконец. Малена не решалась взглянуть на него, а бесцветный голос ничего не выражал. – Зачем говорить о том, чего уже не случилось.
В груди что-то особенно сильно скребнуло, так что Малена едва не задохнулась. Она в отчаянии посмотрела на него. Жесткое красивое лицо все напряглось, казалось, оно вытесано из камня. Глаза прищурены, смотрят настороженно и недоверчиво. Наверно, он боится, как бы она не ударилась в нелепые признания.
– Тебе пора, – напомнил он.
Малена медленно кивнула и вышла из машины. Она чувствовала себя полной дурой. Маска безразличия не слетела с него даже на секунду, значит, это была вовсе не маска… Значит, она снова все придумала. У нее было больное воображение, дебильное больное воображение!
Девушка зашагала, не разбирая дороги. Все силы уходили на то, чтобы придать походке уверенности. Ник все еще сидел в машине и наблюдал за ней. Как хорошо, что он не видел ее лица, по нему давно уже расползлись неудержимые слезы, застилая мутной пеленой окружающий мир. Малена даже смахнуть их не могла и поэтому вообще не видела, куда идет. От этого обида и злость усилились.
Малена завернула за угол, скрывшись из поля зрения, следящего за ней «камаро». Где-то далеко, за сотней метров ватного воздуха раздался едва уловимый звук взревевшего мотора и визг резины. Малена все еще ожидала, что звук начнет приближаться, но вместо этого поняла, что больше совсем не слышит его. Она остановилась, и тут же нечто невидимое и тяжелое опустилось ей на плечи. Малене даже показалось, что ее ноги утопли в асфальте. Испугавшись, она сделала над собой усилие и побежала. Двигаться было легче, чем стоять. Тяжесть и боль все еще висели на хвосте, но не могли завладеть ею целиком. Малена бежала еще долго, прежде чем смогла остановиться.
