– Отслеживать мужские реакции тебе, кажется, тоже рановато.
– Не тебе решать, что мне делать, – насупилась девочка и вернулась к своей яичнице.
Чайник свистнул, и вскоре Галина Ивановна вынесла поднос с двумя тарелками. Обычно Никите она готовила дольше, чем всем остальным: у него была особая диета. Предвкушая завтрак, который сегодня пришлось ждать дольше обычного, Таня подхватила поднос и сбежала с кухни. Словами Светы она пренебрегла и сразу же отправилась в комнату Никиты. Во-первых, пока она будет переодеваться, еда точно остынет, а есть холодное не хотелось. Во-вторых, мысль о том, что на ее ноги будут «пялиться», не вызывала смущения, скорее, заинтересованность. Таня еще не испытывала такого внимания в свою сторону.
В коридоре Таня заметила Германа. Он о чем-то говорил с Кристиной. Девушка жалась, потупила глаза в пол и сжимала в руках вазу с люпинами – точно такую же, какая стояла на кухне. Таня замерла в нескольких шагах от них, ей не хотелось влезать в разговор.
– Я говорил тебе не носить ему эти цветы. – Герман строго смотрел на Кристину.
– А я говорила, что вы ошибаетесь и ничего плохого не будет. – Кристина подняла подбородок и с вызовом посмотрела мужчине в глаза.
– Слова глупой девочки против доводов профессионала, – сложил руки на груди Герман. – Мне лучше знать, будет или нет.
– Вы не можете знать моего брата лучше меня. – Таня заметила, что руки Кристины дрожат, но девушка продолжала смотреть на Германа. Борьба взглядов длилась недолго, Кристина отвела взгляд и заметила Таню. – Я пойду. В университет опаздываю. – Она прошла мимо, едва не задев Таню плечом.
– Это было грубовато. – Таня подошла к Герману.
– Две порции? – заметил он, проигнорировав ее замечание. – Знаешь, ему не стоит набирать вес.
– Вторая для меня, – хмыкнула Таня. – Решила, что совместные завтраки пойдут на пользу его настроению.
– Хорошее дело, – расплылся в одобрительной улыбке Герман. – Тебя же наняли за эмоциональным состоянием следить.
– О чем ты спорил с Кристиной? – спросила Таня. – Если это касается Никиты, то мне тоже стоит знать.
– Люпины. – цокнул языком Герман, будто одно это слово могло что-то объяснить. – Я много раз говорил ей, что Никите люпины не нужны, он сам говорил ей это, но она продолжает упрямо таскать ему цветы.
– Что плохого в цветах? – Таня не понимала. – У Никиты же нет на них аллергии.
– Ты прочитала папку, которую я тебе давал? – спросил вдруг Герман.
Таня кивнула. Именно в этой папке она и вычитала, что у Никиты нет аллергии.
– И пятую страницу? – уточнил Герман, будто не верил ей.
– И пятую. – подтвердила Таня, помрачнев. Она прекрасно помнила, что написано на той странице. – Но как это может быть связано? Он же не люпинами наелся.
– Я думаю, цветы были триггером. И вполне могут спровоцировать снова.
– Люпины? – фыркнула Таня и закатила глаза. Предположение Германа она считала чересчур неправдоподобным. – Цветы, Герман, это просто цветы, а у него было много других причин.
– Причин было много, – согласился Герман. – Но триггер.
Таня замолчала. Ей совсем не хотелось развивать эту неприятную тему. Она захотела уйти в спальню Никиты как можно скорее и подбирала слова, чтобы попрощаться с Германом.
– Я видел твои посты в блоге, – он, напротив, не хотел отпускать ее, поэтому переменил тему. – Я с первого дня еще подписался, как нашел.
– Правда, но как? – не поверила ему Таня. Она судорожно соображала, где могла проколоться. Могла ли мама, как и Герман, найти блог? Это было бы катастрофой. С другой стороны, если бы она узнала, что дочь не в СамГМУ, она бы позвонила и устроила разнос.
– Да. Прости, подглядел в твой нетбук, потом нашел по названию, – во весь рот улыбнулся Герман. – Я думаю, у тебя круто получается. И фотки… Ты не занимаешься фотографией? Просто они очень красивые.
– Занимаюсь, спасибо, – смутилась Таня. Впервые кто-то, кроме папы и Юли, похвалил ее работы. – Ладно, я пойду. Не хочу, чтобы завтрак сильно остыл.
– Хорошо. Удачи, – пожелал на прощание Герман и ушел по своим делам. Когда она появилась в комнате, Никита, полностью одетый, сидел в кровати. Коляска стояла рядом на случай, если понадобится. Таня заметила кроватный столик. Такие обычно используют, чтобы завтракать в постели, но на этом стоял ноутбук. Никита с кем-то переговаривался по видеосвязи, но, увидев Таню, тут же завершил звонок. Как бы ни было любопытно, она промолчала. Поставила принесенный поднос на рабочий стол у окна. Подняла шторы-жалюзи, впуская в комнату солнечный свет – немного, чтобы не доставить Никите неудобств: после вчерашнего он недолюбливал свет. И только после этого поздоровалась.
– Доброе утро. Как голова?
– Тебе идет, – вместо ответа прокомментировал он, окинув ее взглядом. – Ты принесла две тарелки?
– Решила, что теперь будем завтракать вместе. Хорошая еда становится вкуснее, если есть ее в компании друзей, – отозвалась она, занимаясь сервировкой завтрака. Его порцию Таня выставила на столик, уже так удачно установленный, свою разместила на рабочем столе.
– Ты считаешь меня другом? – спросил он с едва заметным удивлением в голосе, будто не верил, что она захочет с ним дружить.
– Конечно, – небрежно пожала плечами Таня, передав Никите его таблетки.
– За что? – можно было бы подумать, что он напрашивается на комплименты, но Таня уже достаточно знала Никиту, чтобы понять: он на самом деле не понимает, за что его можно считать другом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
