Особенная

– Уйди, пожалуйста, – прошу его, чуть ли не мольбой трепетной, и он, видя глаза мои зарёванные, тут же психованно встает и уходит вперед, оставив меня одну.

Вот такое выдалось знакомство…

Глава 3. Женя.

Я ещё никогда таких правильных не встречал. Ну, понятно. Ей пятнадцать. Она из моей школы…И как я не замечал то её, нихуя не понимаю. Может ослеп? Пиздец же красивая. Маленькая, хрупкая и яркая как солнышко. От одного вида слёз её разрываюсь на атомы и чувствую, как кишки по всей вселенной размазывает. Что это такое понять не могу. Влюбился что ли? Так быстро, нахер? Ну не бывает же, да?

Возвращаюсь обратно вперед и Матвей этот ржет рядом, как кретин последний.

– Чё не дала? – спрашивает он, суша зубы, а мне их выбить хочется. Все до одного. Я тут же его обхватываю за шею и вниз склоняю удушающим захватом.

– Значит так, нахуй. Ебало своё завалил. Дрыщ обосранный. Ещё раз услышу, что подобное, и кости свои в госпитале собирать будешь, усвоил?

– Усвоил, – отвечает дёргано и тут же уходит назад искоса на меня глядя, а ко мне Анжелка радостно бежит и присвистывает.

Ну вот, нахуй. Началось.

– Видела Митяй тебя провожал…Привёз чего, а, – втирается она ко мне, положив руку на моё бедро, а я как-то неприятно съеживаюсь весь, потому что о девчонке той думаю и мне стрёмно становится, что до слез её довел. Ужраться даже хочется в соплину. Ногу дергаю, стряхиваю с себя её паклю. – Ну…Жеееень.

– Чё тебе? Привёз, потом поболтаем, нахуй всё это здесь обсуждать, – ругаюсь себе под нос, и она руку снова кладёт мне на бедро.

– Ты же знаешь я отплачу…Сделаю приятно. Очень… – шепчет она, прижимаясь.

– Сделаешь, куда ты денешься, – мямлю себе под нос, вспоминая как она сосёт. Да, неплохо сосёт. И даёт в рот кончить тоже так неплохо, я что тупой от всего этого отказываться? – Ладно…Жел, иди давай. Я щас на нервах.

– Из-за этой лохушки что ли? – хмурится она, оборачиваясь, а у меня желваки ходуном ходят.

Вот хули вы все такие мрази, а?

Я конечно обычно нормально с ней общаюсь, ибо у нас отцы как бы партнёры по бизнесу, но, блядь…

Хватаю её руку на своей ноге и силой её сжимаю, отбрасывая в сторону.

– Слышь…Не лохушка ты наша…Это ты как себя лучше её сделала? В жопу много раз давала?

У Никитиной на лице тут же пожар вспыхивает, она обиженно на меня смотрит и нахер отправляет, уходя. А я только, блядь, и рад. Нахуй она мне не уперлась. Дура тупая.

Доезжаем до места. Света всё ещё выглядит как маленький беленький пушистик, который от страха трясется. Молча подхожу и сумку её снимаю, на плечо себе закидывая, а она пытается возмутиться, но просто краснеет и идёт за мной, не зная, как меня остановить. Я же как таран. Если что решил – всё. Там меня даже батя не остановит.

– Отдай…Женя, просто отдай, пожалуйста, – просит она, семеня за мной маленькими ножками, пока я продолжаю идти за вожатой.

– А, подскажите где женский корпус, – спрашиваю и она косится на меня. – Да я сумку донести и всё.

– Вот, Зорин. Молодец. Каждый мальчик мог бы взять и помочь девочке какой-то, – подсказывает она и парни недовольно цокают, хотя некоторые всё же нормальные пацаны повторяют за мной молча. – Идёмте, покажу. Корпус общий, этажи разные.

– Женя, я сама могу донести, – вякает она под ногами. Метр пятьдесят. Я её на сорок три сантиметров выше. Это пиздец смешно.

– Помолчи, – говорю грубо, чтобы она наконец прикрыла свой красивый ротик, а не то я его собой займу, как пить дать. Ибо только увидел и захотел. И думать уже ни о чем не могу. Ну, красивая она. Прям до безумия какого-то. А ещё уверен, что умная. Вот нутром чую, что есть, о чем поговорить. А мне этого пиздец не хватает в суровых реалиях. Ненавижу тупых баб. Особенно тупых меркантильных баб, коих у меня, к сожалению, было в избытке.

Доходим до комнаты, и я её с ноги открываю, первым захаживая внутрь. А ничего вроде. Уютненько.

– Выбирай, – говорю, перегородив всем дорогу. Обойдутся нахуй. Пусть она сначала выберет себе кровать.

– Вот здесь возле окна, спасибо, – тихо и быстро говорит она, и я ставлю туда её сумку, присаживаясь напротив. Жаль с девчонками нельзя жить в одной комнате. А то бы я вот прям тут. Напротив её кровати заселился.

Она испуганно смотрит на то, как я сижу рядом и разглядываю её.

– Свет, ты извини меня. Я реально погорячился в автобусе, – опускаю глаза, пока две её соседки пялятся на нас. – Я больше не стану так делать.

– Ладно, – отвечает она, несмело открывая свои вещи и достаёт оттуда книги. Первой из которых я вижу «Тайное окно» Кинговское.

– Тоже её люблю, – говорю, улыбаясь, и она немного растерянно на меня смотрит.

– Если хочешь, можешь взять почитать, я уже в третий раз…

– Давай, – соглашаюсь, хотя и сам уже дважды её читал, но перспектива, что у меня будет что-то от неё как-то приятно разглаживает моё нутро. Она передает мне книгу, и я сжимаю ту в руке, глядя на её блестящие огромные глазища цвета океана. Блин, это реально просто нечто…Блейк Лавли в лучшие годы тут и рядом не стояла.

– Может выйдешь уже? – спрашивает меня какая-то девчонка, встав в позу сахарницы, и я напоминаю себе, что да…Надо бы выйти и самому тоже найти себе ночлег.

Едва переступаю за порог и слышу, как они начинают говорить обо мне, знакомясь со Светой…Всё будет хорошо, надеюсь, ей здесь понравится…

Глава 4. Света.

Господи, он ещё и сумку мою донёс. У меня чуть сердце не остановилось.

Почему он так странно себя ведет? Будто реально умом двинулся. Я же ясно дала понять, что неинтересно мне это.

Едва он выходит, как я слышу от девушки напротив:

– Парень твой? Красавчик, – цедит она, усмехаясь, а я мотаю головой.

– Он мне никакой не парень. Нет, – тут же отрезаю любые мысли об этом, а она удивленно смотрит.

– Ну и зря ты так брыкаешься…Видно же, что нравишься ему. Высокий такой, а руки эти? – волнительно произносит она, пока я вещи разбираю. – Я – Дина, кстати.

– Привет, а я…

– Света…Слышала я из уст твоего «не парня», – смеется она, протянув мне руку. – Это Катя. Мы из одной школы.

– Привет, – знакомлюсь с ними обеими. Очень милые и симпатичные девочки, слава Богу, а то я переживала, что с соседками проблемы могут быть. – Нет, серьезно…Я ему никто, так что можете спокойно встречаться с ним. – заявляю, а Дина хохочет.

– Каждая нормальная девушка знает, что если сердце занято, нечего там ловить. А этот таскается за тобой, как будто ты сестра его младшая. Я, признаться честно, сначала так и подумала. Думаю, как мило, а…Пока разговор ваш не услышала, тут всё на место и встало, – говорит она улыбчиво. – Боишься его, видно…

– Да это не страх. Скорее…Просто вы его не знаете. Узнаете ещё.

– Поглядим, – хихикает Катя, прикрывая рот рукой. – Ну что…Переодеваться будете?

– Да я так, наверное… – смотрю на себя и понимаю, что надо бы шорты надеть вместо джинсов. Всё же солнце там лупит сильно.

– Переоденься, здесь не щадит никого солнышко…На воду пойдем сегодня…Мы здесь не впервые. Были уже. Знаем что да как.

А вот вода – это не очень хорошо для меня. Я плавать не умею. У меня это страх номер один реально, поэтому я обычно на берегу остаюсь.

Всё же надеваю шорты и майку, и иду с девочками знакомиться со всеми. Я тихушничаю, а Дина всё время подталкивает меня к разговору. Кроме того, скоро обед. Все торчат возле столовой, и мы там же, и мой взгляд снова врезается в его широкую спину. Я тут же отвожу его, но Дина улыбается.

– Трудно не заметить, да, – хохочет она, увидев мою реакцию. Я просто молчу и слушаю как Женька неподалеку записывается на всякие там футболы, волейболы, плавание и прочее, а вожатая только и успевает что отмечать это в своём блокноте. Я стараюсь не смотреть в его сторону.

Обедаем, девочки что-то рассказывают о своей школе, а затем мы все направляемся по комнатам, чтобы надеть купальники. Я очень худая, я сама знаю. Правда несмотря на это у меня есть грудь и попа тоже есть. Дина же намного меня крупнее, она эдакая сладкая булочка, если сравнивать нас.

– Капец…Зависть, – стонет она, рассматривая меня, а мне стыдно. У меня же рёбра даже видны, пересчитать можно.

– Чему тут завидовать? – у неё, наверное, грудь размера четвертого, если не больше. Я не сильна в этом, ведь у меня самой до двойки еле дотягивает.

– Так ты же 90-60-90, ну…Или 80-50-80, – утверждает она, глядя на меня, а потом смотрит на Катю. – Скажи же.

– Ага, – подтверждает она, вздыхая. И я их вообще не понимаю, если честно. Они реально красивые. У них круглые лица, розовые щёки, пышная грудь и всё, как надо, а у меня вид болезненный и кожа бледная, потому что я не загораю. И вообще почти никогда не раздеваюсь. Я купальник-то впервые в жизни купила, если не считать тот, который носила в восемь лет.

Тут же прячусь в полотенце, и мы направляемся на пляж всем скопом.

– Нет, я умру…Вы на него посмотрите, – стонет Динка, и я голову оборачиваю. Чему я удивлюсь? Конечно это Зорин. Во всей красе. В своих купальных плавках с широченной спиной и накаченными ногами. Смуглая кожа, косые мышцы, тонкая полоска тёмных волос, ведущая прямо туда… – Он вообще, блин, как с обложки.

Я тут же отворачиваюсь обратно. Нечего мне смотреть на него. К чёрту. Аккуратно собираю волосы в хвост, когда звучит свисток, и инструктор говорит, что мы можем делать что хотим, только за буйки не заплывать. Девочки идут купаться. А я осторожно следую к шезлонгам и ложусь подальше от всех на своё полотенце, расстилаясь на приятном солнышке, которое сразу же обволакивает меня своими лучами. На мне белый аккуратный открытый купальник, возможно, слегка чересчур открытый, потому что я хотела слитный, а мама меня заставила взять этот. У нее вкус лучше. А я очень мягкотелая, поэтому всегда сдаюсь под её напором. Зато теперь чувствую себя некомфортно, потому что излишне всё выпирает и дышать тяжело.

Чувствую, что начинаю довольно потягиваться, ощущая лучи на животе. Тёплые приятные согревающие. Долго так лежать конечно не собираюсь, иначе обгорю. Однако прикрываю глаза и чуть ли не проваливаюсь в сон, пока вдруг капли холодной воды не касаются моих бедер и живота и не отрезвляют меня до состояния паники.

– Ай! – вздрагиваю, приподнявшись, и вижу, как Зорин нависает надо мной, а с его взъерошенных волос бежит вода прямо на меня, заставляя его светиться от счастья.

– Какого чёрта?! Тебе заняться нечем?! – психованно пытаюсь встать, но он буквально придавливает меня к шезлонгу и не дает уползти, хотя я готова вприпрыжку бежать от него. Так, чтобы одни пятки сверкали. – Отпусти!

Пытаюсь выбраться, пока мою руку не перехватывают жесткой хваткой. А я снова смотрю на это, будто это вошло в наше привычное общение с ним. Его мокрое тело так близко с моим, и от этого всё будто наэлектризовано. Боковым зрением замечаю, что от этих прохладных касаний мой купальник в районе груди натягивается сильнее, ведь всё твердеет и напрягается.

– Женя! Хватит. Ты обещал! Я кричать буду сейчас.

– Прекрати ты в самом деле. Я девочек не обижаю. Меня папа хорошо воспитал. Я только поцеловать могу и завоёвывать, – улыбается он, на что я недовольно фыркаю.

– Отпусти меня, мне больно, – заявляю с тревогой в голосе, и он расслабляет руку.

– А что мне прикажешь делать, если я как дурак за тобой повсюду бегаю, а ты тут же удираешь, как только увидишь меня? Как общаться-то с тобой, Светлана?

– А тебе не приходило в голову, что я не хочу общаться? Вот так просто?!

– Нет…Исключено…Я это по щекам твоим вижу… – шепчет он, усмехаясь, а я краснею ещё пуще. Так что чувствую, как они горят ярким пламенем, готовые оставить от меня лишь пепел.

Тут же отворачиваю лицо и смотрю куда-то в пол, но чувствую, как он пальцы мои в руке перебирает.

– Да ладно тебе…Просто посмотри на меня. Я не хочу тебя обижать. Я наоборот хочу подружиться, – шепчет он, вынуждая меня приподнять лицо.

– Женя. Нельзя вот так навязывать свою дружбу. У всего есть предел, – заявляю я, ловя его взгляд на своей груди. Это не просто отвратительно, это ужасно. Я дышать не могу, меня словно к шезлонгу этому гвоздями прибили. Мне не нравится это. Я не для этого его надела… – Не…Не нужно…

– Просто красивая ты, вот и всё, – говорит он совершенно без зазрения совести. – Поговорить с тобой хотел. Подурить. Я же не приставать к тебе пришел ёлы-палы.

Да ладно? Серьезно, Зорин? Ты меня совсем за идиотку держишь?!

– Женя. Там целый склад девушек. Все твои. Иди и получи кого хочешь, ок? А меня не трогай, пожалуйста, – вынимаю свою ладонь и чуть привстаю, сгребая полотенце и закутываюсь в него, видя какую-то печаль на его лице, но мне всё равно. Не моё это дело. И не мои проблемы. – Дай мне встать нормально и уйти.

Парень лишь хмыкает себе под нос и отодвигается от меня.

– Ладно…Не так…Иначе зайду, – твердит он себе под нос, заставив меня нахмуриться и молча уйти от него, лишь раздумывая, что он имел в виду.

Девочки после купания спрашивают, что это было, но я качаю головой, не желая вообще что-либо рассказывать. На сон часе читаю книжку, после мы сидим на английском и занимаемся, вечером ужинаем и соседки направляются на дискотеку, а я остаюсь в комнате. Мне вообще всё это неинтересно. Конечно мама звонит и снова подгоняет меня пойти повеселиться, а я говорю, что подружилась с двумя девочками, чему она конечно несказанно рада, однако всё же просит меня социализироваться как можно больше. Обменявшись парой предложений, мы прощаемся, и я с чистой совестью ложусь на кровать читать новый роман. Время проходит незаметно, и я не сразу замечаю, что галдеж внизу становится намного-намного громче. Вообще никогда не понимала всего этого. Дурдом какой-то.

Сижу в комнате, пока туда не влетает взволнованная перепуганная Катя.

– Там…Этот…Женя твой! Матвею нос сломал, еле оттащили! – говорит она, заставив меня чуть ли не на кровати подпрыгнуть. И? Что мне сделать с этой информацией? Этот ещё и не на такое способен. Знаю я его. Полшколы они с Димой этим метелят время от времени.

– А…Я здесь при чём…Он не мой…

– Так из-за тебя…Дурочка, – заявляет Катя, и я морщусь. Что? В смысле?

– Ну, этот Матвей начал там парням чушь всякую втирать, якобы завалит тебя, ты и глазом моргнуть не успеешь…А тут …Женька, видимо, услышал…

О, Господи. Цокаю, мотая головой. Что ещё за чушь?

– Это же глупость какая-то. Какой ещё Матвей…Знать его не знаю. И Жене реально не стоило…

– Ты лучше успокой иди его. Он там сам не свой. Воспитатели злые, как собаки ходят…

– Но я…

– Иди-иди, – подгоняет Дина в дверях и улыбается. – Господи…Ты с ума-то не сходи! Парень там носы из-за тебя ломает, а она сидит тут, как тихоня, отмалчивается. Никто же тебе не говорит встречаться с ним. Поговори просто. Дёрганный он у тебя какой-то. Ревнует, видимо, сильно.

– Да не у меня, девочки…Я реально не говорила с ним даже до этого дня. Мы с одной школы – да. Но не знакомы!

– Ну…Теперь знакомы, – улыбается Дина, и я вздыхаю. Натягиваю на себя джинсы, толстовку и кроссовки, и спускаюсь вниз к мальчикам на этаж, пытаясь понять, где его искать вообще. Тут здание-то огромное. Может он на дискотеке ещё?

Спрашиваю у какого-то парня, где он, и он тычет в сторону дальней комнаты, куда я совершенно не хочу идти, аж сердце жалобно пищит в груди. Но всё равно иду, вопреки законам логики.

– Тук-тук… – тихо шепчу себе под нос, слышу грубое «да» и захожу внутрь. Он сидит на кровати, раскинув свои длинные мощные ноги в стороны, и держит в руках какую-то бутылку. И я понимаю, что это вовсе не апельсиновый сок. – Извини…Я не вовремя? – пытаюсь развернуться, а он ладонью по тумбе громко стучит. Будто рассержен сильно, правда я вообще не понимаю, при чем тут я?

– Нет уж заходи, раз пришла, – грубо говорит он, пока я мешкаю. Я вообще теряюсь, когда на меня чуть-чуть голос повышают, а стоит Жене прикрикнуть, так перед глазами всё двоится и пульс учащается.

– Слушай, Женя. Ты реально это всё брось, ладно? Я не понимаю, для чего ты это делаешь. Ведь очевидно же. Нам обоим и всем вокруг, что есть у тебя с кем играть во всё это. Зачем бить кого-то за сплетни жалкие? Я бы вообще никогда… – прохожу дальше и застываю перед ним с каменным лицом. Его глаза просто как два омута, которые в свою черноту меня затягивают.

– Затем что никто не смеет о тебе хуйню такую базарить, вот и всё. У тебя, блядь, не спросил, как вести себя с такими уёбками.

– И что теперь? Ну, выгонят тебя отсюда. Кому легче станет?

– Малышка, – смеется он, потягивая из горла, и даже не морщится. – Никто меня отсюда не выгонит. Лагерь отец мой спонсирует. Брось.