— Я знаю, что ты только пришла и нужно время, чтобы освоиться, но, имей в виду, у нас здесь высокие стандарты. При малейших затруднениях — бегом ко мне.
В словах Андрея не было ничего неправильного, но я совершенно не могла успокоиться. Возможно, это под влиянием стресса, а может, я сама за эти несколько минут полностью потеряла веру в свои силы и собственные мысли спроецировала в голову Андрею, а теперь чувствовала себя совершенно обиженной.
— Ты сомневаешься в моих способностях?
— Конечно, нет. Я просто хочу убедиться, что ты понимаешь ответственность. Если считаешь, что пока не справишься, лучше скажи сейчас. Без проблем. Со временем всему научишься.
— Ты во всех так сомневаешься или только во мне?
— Да я же просто пытаюсь помочь.
Где-то на краю сознания я это понимала, но, кажется, сегодня я стала настоящей истеричкой. Прикрыв глаза, я думала, что прямо сейчас должна взять себя в руки, пока совсем не опозорилась. В первый же день? Возможно, Андрей уже пожалел, что предложил мне работу. Тихо, Катя! Замолчи!
— Наверное, мне лучше уйти и подумать над этим.
Я вышла из кабинета, чувствуя, как растет обида. Но ведь меня никто не обидел! Я должна придумать, как всё исправить. Но почему его слова меня ранили?
Сидя за столом, я еле сдерживала слёзы. Почти нестерпимое желание поднять глаза и посмотреть, а мучится ли Андрей так же, как я, не давало усидеть на месте, и после долгой борьбы я сдалась и посмотрела. Он стоял там, где я его оставила. В его взгляде было нечто похожее на чувство вины, и от этого сжималось сердце.
***
Я сидела на скамейке в парке и без аппетита жевала сосиску в тесте. Первый обеденный перерыв проходил в полном одиночестве. Так мне и надо! Когда я успокоилась после совещания, стало настолько стыдно, что ровно за минуту до того, как все ринулись в кафе, я трусливо сбежала на улицу и спряталась в зарослях парка. Чем не заяц? Осталось раздобыть морковку.
Прохладный ветерок проникал под отворот рубашки — наконец нашелся повод ее надеть. Солнце то и дело выглядывало из-за туч, и тогда становилось жарко, но стоило только ему спрятаться, и я с тоской вспоминала о теплой кофте, которую оставила в офисе. Ну и лето в этом году! Переменчивое, как мое настроение.
Изредка откусывая от сосиски, я размышляла над случившимся. Вот я ненормальная! И что это было? Конечно, я была неправа. Решив, наконец, действовать, набрала Андрея.
Андрей не заставил себя долго ждать. Через несколько минут он уже шагал по дорожке, виляющей среди деревьев. На его руке, аккуратно сложенная, висела моя кофта. Даже сейчас не забыл. Чувство вины взлетело выше дуба у скамейки.
— Привет! — сказал он тихо, подойдя ближе. — Я присяду?
Я кивнула. Смотреть в глаза было стыдно. Андрей сел рядом, оставив между ними небольшое расстояние. Несколько минут мы слушали шум ветра и шорох листьев под ногами редких прохожих.
— Прости, — наконец сказала я, нарушив тишину. — Вела себя как истеричка.
Почувствовав, что Андрей на меня смотрит, подняла глаза — взгляд был полон сочувствия.
— Да нет, это ты прости. Набросился не глядя: сделай то, сделай это. Забыл, какая ты…
— Психованная, — перебила я.
— Не преувеличивай.
— Как есть. Вообще-то, ты просто дал мне работу, а не устроился ко мне няней сопли вытирать. А я…
Мои глаза наполнились слезами. Осталось только зареветь, и тогда Андрей от меня еще и шарахаться станет.
— Немного порядка в твоей жизни не помешает, конечно…
— Ну началось!
Кажется, Андрей пытался меня развеселить. Он всегда считал, что моя жизнь проходит в хаосе и надо бы ее упорядочить. Начиная с содержимого сумок, откуда никогда ничего не выкидывалось, разве что вместе с самой сумкой, и заканчивая бардаком в комнате и в собственных мыслях. Каждый раз я обещала себе начать все сначала, навести порядок и отныне его поддерживать, но как только я хоть немного приближалась к цели, начинались новые проблемы — в этой странной упорядоченной жизни я ничего не могла найти. И тогда я снова возвращалась к старому.
— Для начала расслабься, — сказал Андрей.
— Я просто... Я так сильно переживаю за эту работу. Я так боюсь не справиться. Сама в себе сомневаюсь.
Андрей потянулся и взял меня за руку. Рука сразу согрелась, а следом и я.
— Я понимаю, Катка. Я тоже волновался, как ты освоишься. Но вместо того, чтобы поддержать тебя, только усилил твои сомнения. Прости дурака.
Я сжала его руку. Он тоже. Стало почти жарко.
— Я знаю, Андрюша. Просто иногда кажется, что я стою на месте и ничего не получается. Но ты всегда был рядом, и я не хочу потерять тебя из-за каких-то глупых недоразумений.
Андрей слегка улыбнулся, его глаза светились теплотой.
— Такого никогда не произойдет. Ты моя лучшая подруга, и я тоже не могу тебя потерять. Какими бы ни были причины.
Я вытерла слезы и улыбнулась.
— Обещаешь, что мы никогда не потеряем эту дружбу?
— Обещаю.
— Ничто на свете не сможет повлиять, так? Работа или неважно что еще.
— Определенно. Наша дружба нерушима.
Андрей вздохнул. И я вздохнула. Он обнял меня за плечи, и долгое время мы молча сидели. Обеденный перерыв давно закончился, но никто из нас не сказал об этом ни слова. Взявшись за руки, мы медленно прогуливались по парку и появились в офисе гораздо позже, когда первые капли дождя упали на землю.
Настроение поднялось. Полная энтузиазма, я спешила отхватить себе приличный кусок в новой жизни, а для этого надо кое-что сделать. Первое, познакомиться с коллегами. Второе, обустроить рабочее место и сделать его красивым. Третье, начать работать. Не так и много надо для счастья.
***
Я начала с третьего. Вернулась в офис и сразу взялась за работу.
Задача — выполнить поручение босса. Раскидала всё по папкам, престала смущаться и несколько раз сбегала в кабинет к Андрею за советом, а после того, как всё подготовила, почувствовала себя бодрой и веселой. Вот оно! Это и есть то, с чего следовало начать. Наконец, я стала собой.
Цельная, с улыбкой на лице, я познакомилась с несколькими коллегами. Очень серьезный мужчина в очках с роговыми оправами — Иван Павлович, сдержанно представился и записал моё имя в блокнот. Смешливая женщина средних лет с короткой стрижкой и постоянно квакающим телефоном — Амалия, так неистово улыбалась, что я боялась, как бы её постоянно натянутые губы не лопнули от напряжения. С ней мы обменялись номерами. Ещё несколько коллег — и мой список контактов значительно разросся. Одинокий письменный стол в паре метров от меня пустовал, в скором времени ожидая выхода нового сотрудника. Точно такой же грустил напротив. Когда новенькие придут, познакомлюсь и с ними. Первый пункт плана я тоже выполнила.
Дело за малым — сделать рабочее место родным и приятным, да и кабинет начальника не помешает облагородить. Отпросившись у Андрея для сверхважного дела, я побежала в магазин через дорогу от офиса — «Все для интерьера». Как будто специально для меня открыли.
Вернулась через час, шурша увесистыми пакетами.
Сразу три цветущих кактуса уютно обустроились справа от монитора. Слева поставила семейную фотографию: я, мама, бабушка и дедушка на набережной, а позади бушующие волны. На полочку повыше отправилась белая статуэтка ангела. Теперь мне всё нравилось.
Для кабинета босса приготовила пакетик побольше. Пока Андрея не было, на подоконник отправила шеффлеру в голубом горшке. Рядом разместила картинку в рамочке — волк, сидящий на горе и смотрящий вдаль. Штор не было, а значит, картинка не спрячется. Возле монитора, как и на своём столе, поставила кактусы. Выдохнула, надеясь не получить за самоуправство.
— Вот это перемены, Ласточка. Вот кто ты теперь. Символ обновления у японцев, надежды и верности — у греков.
Я вздрогнула. Андрей упёрся плечом о дверной косяк, осматривая оживший кабинет.
— Любишь ты всякие символы. Не знаю, кто я, а ты как был волком, так и остался: смелый и умный не по годам.
Когда нам было по пятнадцать…
В тот день совсем не хотелось идти в школу. Да и не только в тот, кажется, в новый учебный год я ступила не с той ноги. Еще и погода не радовала: тяжёлые тучи который день висели над городом, гоняя по улицам тоску.
Учительница математики монотонно объясняла новую тему, и я никак не могла сосредоточиться, то и дело вглядываясь в унылое окно и вздыхая.
Вдруг дверь класса со скрипом открылась, и вошел опоздавший. Я вздрогнула и налёт тоски как ветром сдуло: на пороге стоял Андрей. Новенький. Угораздило же именно в мой класс!
В кабинете было несколько свободных мест, но окинув взглядом товарищей по несчастью, Андрей медленно пошёл в мою сторону. От предчувствия сжалось горло: только не ко мне. Пожалуйста! Нет!
Да. Выгрузив из рюкзака учебники и аккуратно обернутые тетради, сел рядом.
Я старалась не смотреть в его сторону, но чувствовала его присутствие каждой клеточкой тела. Сердце и мысли бешено неслись в сторону, противоположную от уроков, а на лбу выступил холодный пот. Что Андрею от меня надо?
Вскоре прозвенел звонок. Я хотела убежать и вернуться только с началом следующего урока, но тело как будто оцепенело, и я продолжала сидеть на месте, вытянутая и застывшая как статуя.
Класс опустел.
— Ты меня боишься?
Андрей слегка стукнул меня локтем в бок.
Не зная, что ответить, я посмотрела на него с недоумением.
— Я…конечно, нет, — сказала я, не совсем уверенная в своих словах.
— Точно боишься, — ухмыльнулся.
Я покраснела. Мысли спутались, а язык прилип к зубам. Собравшись с духом, я сказала:
— Я просто не понимаю, почему ты сел рядом со мной. Есть же свободные места.
Андрей усмехнулся, его глаза сверкнули:
— Потому что ты странная. С другими неинтересно.
— Чего?
Я была потрясена. Не знала, что думать. С хулиганами он связался просто потому, что было скучно, со мной — потому что я показалась странной. Да это он по-настоящему странный!
Уроки прошли в напряжении. То и дело я чувствовала на себе взгляд Андрея, хотя он делал вид, что увлечен учебой.
На английском Андрей не вылезал из моей тетради, и сколько бы я ни старалась прикрыть её рукой, он всё равно находил лазейку. Учитель быстро обнаружил, что Андрей даже читать по-английски толком не умел, хотя на литературе он показал чудеса познаний. Выяснилось, что Андрею срочно кто-то должен помочь, и выбор пал на меня. На то было две причины: во-первых, я и иностранные языки всю жизнь оставались лучшими друзьями, во-вторых, мы с Андреем сидели вместе и сделать с этим я ничего не могла.
Наконец, когда школьный день закончился, я быстро собрала вещи и вышла из класса. Но ничего не вышло: догнал.
— Куда спешишь?
— Тебе-то что? Отстань.
— Не могу. Ты сама виновата, — Андрей подмигнул, а когда я посмотрела на него в недоумении, добавил, — ты как та паучиха из греческой мифологии. Вплетаешь в черемуховые узоры голодных и несчастных. Что я теперь могу поделать? Только бродить по нитям и искать тот самый тортик.
Должно быть, я выглядела очень глупо с открытым ртом и круглыми глазами, потому что Андрей рассмеялся.
Двойные стандарты или торт для волка
В следующие несколько дней пришло понимание, что новая работа как раз по мне. Да и вообще мне нравилось всё, что происходило в моей новой жизни.
Каждое утро мы с Андреем вместе ехали на работу, а вечерами, вернувшись домой, смотрели фильмы, ели пиццу, вспоминали прошлое. Андрей для меня всегда был прекрасным собеседником, хотя мало кто смог бы этому поверить, ведь с другими он всё больше молчал. Ох уж эти уютные вечера на диване за чашкой ароматного чая со смородиновым листом! Чтобы его нарвать, Андрей ездил в деревню, где раньше жила его бабушка, а теперь старенький дом одиноко стоял среди новеньких коттеджей и терпеливо ждал второго рождения. Ничуть не уступали вечерним чаепитиям и утренние чашки кофе у огромного окна. Я начинала привыкать.
В тот день, сидя за офисным столом, я вчитывалась в очередной перевод, несколько строк которого никак не давались. Может, я плохо выспалась от того, что мы с Андреем допоздна разбирали его гардероб, откладывая костюмы для химчистки, а может, до сих пор не вошла в колею, но с самого утра в голове поселился туман.
— Кофе?
Молодой человек в сером костюме протягивал чашку. Глаза его улыбались, впрочем, как и губы.
— Что?
Я встрепенулась.
— Я Алексей. Кофе хотите?
Высокий блондин с легкой щетиной и обаятельной улыбкой. Вот как он выглядел. Я невольно улыбнулась в ответ.
— Катерина. Не отказалась бы.
Алексей слегка наклонился и протягивая чашку:
— Ох уж эта работа.
— Что поделать.
— А если поделать с работой ничего нельзя, значит, стоит запланировать отдых. Как насчет погулять в субботу? У меня есть пара интересных идей.
Вспомнив, что завтра выходной, я чуть не подпрыгнула на стуле от удивления. Как же быстро пролетела неделя! Правда, от внезапного предложения я слегка смутилась.
— Вот прямо так? Без предисловий?
— А зачем зря время тратить? — Алексей поправил волосы на лбу, — ничего плохого. Дружеская прогулка, только и всего. К тому же не такие уж мы и незнакомцы. В одной школе учились. Жаль, что Вы не помните. Перейдем на «ты»?
— Как так? — я растерялась. Пристально всмотрелась в лицо Алексея, но ни одной подсказки не пришло в голову. Я совершенно его не помнила или даже вообще не знала. Состроив виноватую физиономию, добавила, — прости, меня жуткая память на лица.
— Да ничего. Я был старше, поэтому мы почти не пересекались, — Алексей нагнулся почти к самому уху, — но я тебя помню.
