"Ааа, как же я забыла обуться?" – подумала Лиф. Она развернулась и пошла обратно, подумав, что так она никуда не пойдёт. Но тут её окликнули:
– Хаха, сестрица Ли, ты это куда?
Лиф развернулась и ответила:
– Да никуда – при этом думая: "Не обязательно сейчас. Так просто забью на это и пойду."
Поэтому она развернулась и пошла так. Дойдя до семьи, просто молча встала рядом.
Там стояла её старшая сестра Юлиана. Девушка с короткими светлыми волосами и очень высокомерным взглядом. Лиф недолюбливала её, потому что она только ругала её и говорила, как ей правильно делать, хотя обычно говорила она это всем и была вся такая правильная и хорошая. Но больше всего в Юлиане Лиф бесило то, что у неё самой всё получалось идеально и придраться было не к чему. И поэтому Лиф всегда оставалась в проигрыше. Так как у неё часто всё падало и горело. Одним словом, придираться можно было хоть ко всему!
Рядом с ней стоял её брат Вильям, который как раз и окликал Лиф. Он вечно творил всякий бред и почему-то потом ходил и всем рассказывал, что он сделал. А ещё он всегда ходил с улыбкой на лице, а его ничего не боящийся и сумасшедший образ дополняли его белые волосы. По виду, если бы он молчал, он был бы больше похож на главного злодея. При этом он был тем, кто жил по принципу "я буду делать всё возможное для того, чтобы добиться своей цели и себя жалеть не стану". Также он ещё и был очень общительным и даже сейчас пытался поговорить со своей сестрой-двойняшкой.
Но его сестра Виола просто не замечала его и стояла со своим миленьким лицом. Хотя Лиф знала, чего стоит именно ей стоять с таким лицом и при этом не ударить Виля. Весь её образ делал её просто невероятно милой. Её такие же белые волосы, как у брата, сейчас развивались от лёгкого ветра. Её нежное простое розовое платье дополняло образ. Этот образ она построила сама для того, чтобы всем нравиться и чтобы они делали то, что она скажет. Для тех, от кого для неё была выгода, она вела себя прекрасно, а если ты был ей не нужен, то она церемониться с тобой не станет. Но если уж появится дело, которое ей понравится, она выложится на все сто, наплевав на связи, отношения и статус. Ведь для неё главным приоритетом в жизни остаётся делать то, что она захочет! Да, Виола с Вильямом были очень разные, но при этом и очень похожие. И в этой компании жила Лиф. Сама она была доброй и умной. Всегда хотела быть в центре внимания, но пока это у неё не получалось. Ведь если она и была в центре внимания, то из-за какой-то своей глупости. Она готова была рисковать жизнью ради своей мечты. Она всегда хотела стать той, кто поддерживает и любит этот мир, при этом хотела того же сама, наверное, поэтому это и была её мечта. Хотя пока конкретной цели у неё не было. Пока Лиф рассматривала всех, к ним из замка выбежала Эмеральда.
Младшая дочь семьи Виэль. Она была любимой дочкой отца, хоть он это и отрицал, потому что у всех остальных волосы были кристально белые, как у их мамы, а её волосы были более рыжими, как у отца. Она ценила свои волосы и считала их своим величайшим сокровищем, и так как папа ей много чего прощал, вела себя вовсе не как дочь эфира (титул людей из высшего общества, их власть главная после королевской семьи), а как дочь лина (простой рабочий, житель маленькой деревни или города). А также была очень весёлой и энергичной и плевала на статусы, считая, что каждый должен вести себя как захочет. Сейчас она бежала к ним в своей шляпе, подаренной мамой, и чёрном платье. Подбежав, остановилась и сказала:
– Хах, заждались меня?
Тут отец, стоявший у дороги, впервые за вечер повернулся и сказал:
– Эми, ты почему опоздала? –сказал он своим мягким и добрым тоном и поправил волосы. "Снова он за это, эх" – подумала Лиф после этих слов.
У Эми сегодня было хорошее настроение, и она ответила:
– Хах. Ничего я не опаздываю, это вы пришли слишком рано! Отцу, конечно, не понравилось, что на его добрый тон пререкаются, и уже строго, но вполне спокойно, сказал:
– Хватит вести себя как лин – и показательно снова отвернулся в сторону дороги.
Эми же лишь пожала плечами и села на траву. Юки это не понравилось, и она приказным тоном сказала:
– Эмеральда, ты почему на траве сидишь, вставай – и рукой убрала прядь волос за ухо. Эми на это своим непринуждённым тоном ответила:
– Хватит строить из себя такую правильную и садись рядом. Сама же устала, Юки! – сделав едва заметный акцент на последнем слове и улыбнувшись, сказала Эми. Юки возмутилась и снова, заправив прядь волос за ухо, сказала:
– Знай, я в отличие от тебя не буду сидеть на траве как лин. И для тебя я сестрица Юлиана.
– Бу, ну ты и зануда. Буду называть тебя как захочу – и Эми показала язык.
– Ну и называй – и последний раз поправив свою прядь волос, сказала Юки и отвернулась.
Тут Эми увидела Лиф, которая наблюдала за всем этим, и предложила:
– Лиф, а ты не хочешь посидеть? Лиф, явно не ожидавшая такого предложения, сказала:
– Пожалуй, я откажусь.
Тут она увидела, что Ви смотрит на неё своим самым хитрым и ничего хорошего не предвещающим взглядом. "Чего это она на меня так смотрит?" – подумала Лиф. А Ви тем временем сказала:
– Ты чего отказываешься? Я думала, что все лины любят сидеть на траве. Ты что, исключение?
А Вильям добавил:
– Конечно, она исключение. Ведь как иначе бы такое ничтожество, позорящее нашу семью, стояло бы здесь?
Лиф разозлили их слова, и она сказала:
– Я, ничтожество? С чего это вдруг?
А Виола продолжила:
– Ну сама посмотри, ты вроде дифир, а у тебя даже феи нет. И после этого ты не ничтожество, позорящее нашу семью?
"Так-то оно так, феи у меня нет, но семью я не позорю, вроде. И всё-таки мне не обязательно об этом напоминать," – подумала Лиф.
Лиф решила, что надо ей об этом сказать, и когда она уже собиралась открыть рот, заметила, что мамина карета уже остановилась. Она решила, что скажет об этом позже. Маме тем временем открыли дверь, и она вышла во всей своей красе. Как всегда, с идеально белыми волосами и добрым лицом. Перед её красотой невозможно было удержаться. Она была словно воплощением ангела. Эми сразу бросилась к ней и схватила за руку.
– А ты выросла – сказала мама.
– Ага – ответила Эми и широко улыбнулась.
Тайны и Подслушанные Разговоры
После короткой встречи разговор продолжился уже в доме. Когда они вошли, отец сразу заговорил:
– Дорогая, я приготовил небольшой банкет в честь твоего приезда!
– Это в твоём стиле. Устраивать подобное только потому, что я приехала, – ответила мама своим голосом, напоминающим арфу.
Сейчас никому не было дела до Лиф. Все радовались приезду мамы. Подумав, что на банкете в таком виде не стоит появляться, Лиф решила найти обувь. Пока все продолжали идти по коридору, Лиф потихоньку отставала от всех и на первом повороте свернула направо. Она ещё около минуты постояла и, убедившись, что никто за ней не вернулся, пошла к своей башне. Лиф повезло, и она дошла до комнаты через пять минут. Открыла дверь и вошла. Внутри царил полумрак, лишь свет, пробивавшийся через окна, немного освещал комнату. Лиф, переступая через вещи, лежащие на полу, дошла до кровати. Порывшись в куче, лежавшей рядом, нашла туфли. Это были красивые туфли из кожи черного цвета. Лиф поочерёдно надела туфли и, пробравшись обратно, вышла и пошла в банкетный зал. Пока Лиф шла, ей было очень скучно, и когда она дошла, ей показалось, что прошла целая вечность. Двери в зал были открыты, а внутри он был украшен.
На стенах висели банты и плакаты с надписью «Аманда». На потолке горели свечи в канделябрах, а по всему залу стояли столы с разнообразной едой. Было много гостей, и половину из них Лиф знала в лицо. Сегодня у неё была одна цель – уговорить маму на фею. Поэтому, зайдя в зал, Лиф начала осматриваться вокруг и искать маму. Вскоре она увидела её: мама стояла в конце зала у больших окон, которые были украшены цветами, и здоровалась с гостями, которые только что прибыли. Лиф, не сводя с неё взгляда, пошла прямо к ней, умудряясь огибать столы и людей. Вдруг она услышала позади себя голос, который звал её:
– О, Лиф, это ты? Не ожидала тебя здесь увидеть, – после слов последовал саркастический смех.
Лиф обернулась и увидела Марифель Сиан. Они учились вместе в школе и, мягко говоря, недолюбливали друг друга, что проявлялось с самого первого дня. Марифель начала обзывать Лиф и смеяться над ней. Лиф не обращала на это внимания, считая, что отвечать ей тем же – значит показать, что все шутки для неё не пустой звук, а она этого не хотела. Марифель это злило, ведь она была дочерью менее знатного человека, чем Лиф, и завидовала ей. Она считала, что такая бездарность, как Лиф, не должна иметь столько счастья и быть кем-то, в то время как талантливая девушка, как Марифель, должна иметь всё. Марифель хотела доказать, что Лиф не стоит внимания и успеха. Сейчас Лиф понимала, что обращение Марифель означает лишь недовольство её присутствием и желание поиздеваться. Но Лиф не было времени на это, она спешила к маме. Поэтому она решила быстро отвязаться от Марифель и уйти. Начавшая разговор Марифель сказала:
– О, Лиф, и не думала, что тебе разрешают ходить сюда.
– Да, – просто отозвалась Лиф.
Марифель не знала, что ответить, поэтому застыла на месте с открытым ртом. Лиф воспользовалась этим шансом и, обогнув столы, подошла поближе к маме. Сейчас она увидела, что мама разговаривает с Виолой, и ей стало очень интересно, о чем они ведут свою беседу. Поэтому она встала за ближайшую колонну и начала подслушивать. Мама в это время говорила:
– Ну да, понятно. Так вот, как обстоят дела.
Виола просто стояла рядом и молчала. После этого мама снова сказала:
– Ну все же, у меня остался один вопрос. Ты такая талантливая, могла бы получить артефакты попозже. Был бы он посильнее, могущественнее что ли. Ты же вроде всегда хотела быть сильной. Так чего же так рано пошла за артефактом?
Виола вздохнула, а после сказала:
– Мам, на самом деле я тоже думала над этим. Меня всегда тянуло на власть, на все это могущество, но забывать о семье ради этого я не могу. Поэтому я решила, что сейчас самое время получить артефакт. Это достаточно рано, но сил моих хватает, поэтому теперь все не будут считать, что наша семья ужасная и слабая, а стоит до сих пор у вершин власти. После моего получения артефакта все начали сразу же говорить, что это просто Лиф неудачница, а не вся семья скатилась вниз. Так что таким образом я не испортила нашу репутацию в твое отсутствие. Я просто не знала, что делать, и у меня не было других вариантов, и я решилась на такое.
Мама улыбнулась и положила руку ей на голову. Виола посмотрела на руку, а мама сказала:
– Ты молодец, что в мое отсутствие не позволила дурным слухам о нашей семье распространиться. Я понимаю, что это очень сложно, но все же не стоило рисковать своим желанием могущества ради какой-то репутации. Надо было подождать и не делать таких отчаянных шагов. Написала бы мне письмо.
– Да, я понимаю, – отозвалась немного грустно Виола.
– А теперь иди отдохни и веселись, и забудь об этом. Как бы ты ни поступила, я считаю, что твой поступок был очень правильным и хорошим.
– Правда? – сказала Виола.
– Да, – отозвалась мама, и после этого Виола ушла.
Лиф даже немного покраснела за колонной из-за того, что в этой ситуации виновата она, но решила, что винить себя за прошлое не будет, и будет исправлять всё сейчас. Поэтому она вышла из-за колонны и подошла к маме. А после сказала:
– Мам, у меня к тебе есть один серьёзный разговор.
Мама обернулась и сказала:
– Ну что же за разговор такой? Ты сегодня прям сама серьёзность.
Её глаза, как всегда, светились. Белые волосы были уложены, дорогое платье сидело по фигуре, и она была просто прелестна. Лиф сразу не смогла высказать всего, что хотела. Она попыталась собраться с мыслями и, наконец, уговорила себя открыть рот и сказала:
– В общем, я уже подумала, мне бы давно уже пора, я бы хотела… В общем, я хочу сказать…
Лиф собралась совсем со смелостью, чтобы, наконец, сказать это. А после чуть ли не выкрикнула:
– Мне нужна сильная фея, прошу!
После этого поклонилась. Её щеки покраснели. Несколько гостей, стоявших поблизости, обернулись и посмотрели на это. Ничего интересного не увидев, вернулись обратно. А мама сказала:
– Ну что ты, я же не такая злодейка. Я тебе уже много раз объясняла: ты в те моменты была явно не готова. Ты к феям относишься совсем иначе. Мы практически королевская семья, и мы должны относиться к феям соответствующе, как принято в обществе. Мы же не хотим опозорить себя, поэтому ими нужно командовать и не давать им много разрешений. Они должны тебя слушать беспрекословно. А ты с ними общаешься, как с друзьями. Но мы с тобой не виделись уже четыре года, и я надеялась, что за это время ты подрослела и уже готова.
– Да, я готова, – сказала Лиф, поднимая голову.
– Раз уж ты готова, я готова поговорить на эту тему с отцом. И если он разрешит, купим тебе фею. Но при условии, что мы проведем экзамен, и я лично проверю, готова ли ты к фее.
– Правда?
– Да, я согласна, – сказала Лиф.
– Хорошо, а теперь иди отдохни, – сказала мама.
Лиф была рада, что мама согласилась на фею. Но вы скажете, она сказала «поговорим». Но Лиф знала одно: отец обожает маму просто до безумия. И её фраза «Сначала мы поговорим с отцом, а потом, только если он согласится, мы сделаем это» на самом деле означала только одно: «Подожди, я предупрежу папу о том, что я буду делать. Предупреждать-то надо». Потому что всё обстояло вот так: отец делал и говорил «да» на всё, что скажет мама. При этом он был строгим и непреклонным с остальными, но при виде мамы терял рассудок. Поэтому она была уверена, что ей осталось только пройти экзамен.
Лиф набрала еды, поела, а после чего направилась к себе, потому что понимала, что здесь ей делать нечего. Наконец добралась, зашла в комнату, посмотрела в окно. За окном была красивая картина. Из её окна, которое было возле стола, вид открывался на сад роз. Очень красивое место. Сейчас была ночь, и свет луны падал на розы, освещая некоторые бутоны. Это было очень красиво. А звёзды дополняли эту картину. Потом Лиф зажгла свечи, чтобы был свет. Повесила плед, чтобы на следующее утро можно было снова подольше поспать. Немного встряхнула кровать, раскидав с неё весь хлам, который накопился там за день. После этого она уселась за стол и продолжила что-то писать, читать инструкции от артефактов, разбирать различные книги, а также делать домашние задания. Это было, конечно, скучно, так как Лиф училась в школе. Сейчас у неё был перерыв в честь праздников. После этого начинались несколько дней подготовки, а затем экзамены. В этот период все отмечали создание столицы. В этот день все собирались в столице, радовались и устраивали ярмарку. Ну и тут все почти каждый день ходили по балам. Лиф это не интересовало, поэтому каникулы она собиралась провести в библиотеке, чтобы подготовиться к экзамену от мамы.
Скоро Лиф решила, что пора спать. Шум в зале прекратился, многие гости разъехались, и ей никто не мешал. Поэтому она задула все свечи, положила бумаги обратно на стол и залезла в кровать, накинув на себя одеяло, и провалилась в сон. Ей показалось, что прошла всего секунда до того, как она услышала стук в дверь, и ей пришлось спросить:
– Что такое?
Ей в ответ послышался деловитый голос:
– Госпожа Лифенде, вы опаздываете на завтрак.
Лиф сразу узнала этот голос, он принадлежал Мире.
– Да, хорошо, сейчас приду.
И за дверью послышались удаляющиеся шаги.
Лиф немного еще полежала и подождала, пока шаги окончательно стихли. После этого она все-таки открыла глаза, села на кровати, потянулась, протерла их и посмотрела вокруг. Как всегда, в комнате была та самая грязь, которую она оставила: разбросанные бумаги, вещи. Лиф решила сегодня не выпендриваться, поэтому сдернула плед одним движением руки. Плед упал, и её комната озарилась солнечным светом. Лиф от непривычки зажмурила глаза. После этого она, наконец, привыкла к этому свету и решила, что сейчас нужно найти одежду и одеться получше. Ведь она вчера в чем явилась, в том и спать легла. Поэтому сейчас ей нужно было найти хорошую одежду, в которой можно походить по особняку. Она начала искать вещи по шкафам и кучам, попутно жалуясь:
– Ну, обязательно меня будить. Дали бы поспать сколько захочу. Как вообще некоторые в пять утра встают? Вот я понимаю, до двенадцати поспать – самое лучшее в мире!
Перебирая кучи и расхаживая вдоль комнаты туда-сюда, говорила Лиф.
– Так, и все-таки сколько время?
Лиф посмотрела на часы, которые висели у неё в комнате. Они были немного покрыты слоем пыли, но Лиф всё равно смогла разглядеть цифры и увидела:
– Да нет, я же реально опаздываю. Надо побыстрее собираться.
Лиф, наконец, выбрала, что надеть. Это было шелковое розовое платье. Оно было достаточно коротким, с разрезом на груди, но при этом на нём были длинные рукава. Также она решила надеть на ноги гольфы и красивые нежно-розовые лоферы с цепями.
Лиф надела на себя белые гольфы и лоферы, натянула платье, после этого, наконец, расчесала свои волосы и умылась. Снова покрасовалась перед зеркалом, а после, наконец, вышла из комнаты и медленно, осунувшись, пошла по лестнице, жалуясь на то, зачем её всё-таки рано будить:
– Всего-то 10 утра!
Спустившись, наконец, вниз по лестнице, Лиф поняла, что не хочет идти туда. Потому что, во-первых, ей идти достаточно долго, во-вторых, снова слушать вопросы «Почему же я опоздала?». Она решила, что туда идти точно не хочет. И ей в голову пришла самая простая идея: а что, если просто не идти туда, побродить по замку и что-нибудь поделать? Ближе всего к ней была смотровая башня. Она была очень красивой, и Лиф нравилось проводить там часы напролёт, смотря на сады и на то, что происходит внизу. Лиф дошла до неё, поднялась наверх. Её лицо обдувал ветер. Лиф сразу проснулась, и у неё появились силы. Она начала смотреть вокруг. Трава, как всегда, ярко зеленела и была идеально подстрижена. Кусты роз были идеальны. А вдалеке слышался шум воды. Это между некоторыми рядами роз был проложен ручей, чтобы можно было их спокойно поливать. А также там был красивый мост, сделанный из высококачественного белого дерева с золотыми перилами. Но Лиф знала ещё один секрет, из-за которого чаще всего и слышно журчание. Лиф стояла достаточно долго.
Она не заметила, как прошло целых два часа. Через два часа зазвенели часы. На крыше замка были огромные часы, и сейчас они звучали, обозначая полдень. Лиф решила, что, наверное, пора заняться чем-то другим, например, подготовиться к экзамену. Но вдруг она увидела, как из замка выбегает Эми, её самая младшая сестра. Хоть она и вела себя просто, одевалась она всегда в самое дорогое и красивое, при этом почему-то ещё и короткое. Сегодня на ней была короткая юбка и топик, всё в алом цвете с добавлением золота. Поверх всего был черный плащ. Она всегда носила шляпку, которую подарила мама. Шляпка была красная, а края у неё были черные и в некоторых местах обожженные. В этом всём виде она всегда выглядела как ведьмочка, особенно с её немного рыжими волосами. Лиф наблюдала за ней, как она пробежала по саду, а потом заметила, что она кого-то подзывает и кричит во весь голос:
– Идемте, идемте! Пойдемте! Ну, скорее идите же!
Из дома вышла мама. Сегодня на ней было черное платье. На ней тоже была шляпа красного цвета с обожженными краями, прям как у Эми. Плащ у неё тоже имелся, правда, в отличие от Эми, красный. Затем вышла Виола. Виола была, как всегда, в своём стиле. Её волосы сегодня были преобразованы в два низких хвостика. Её юбка была короткой и фиолетовой. На ней был желтенький топик тоже с фиолетовыми краями. Затем вышел Вилль. Он был любителем либо доспехов, либо того, что найдёт в шкафу. Сегодня он нашёл ткань, как показалось сначала Лиф, но потом она увидела, что это он закутался в какой-то черный плащ. А под ним у него красовались черные штаны и обычная рубашка. Это был его повседневный образ, но зачем он добавил туда плащ, размышляла Лиф. А в конце вышла Юлиана. Она была, как всегда, строга, поэтому на ней сегодня было белое платье без всяких изысков. На голове красовалась беленькая шляпка, волосы были идеально уложены, и она медленно следовала за всеми.
После этого Лиф решила, что ей надо за этим всем понаблюдать, но она не хотела, чтобы её увидели. В основном она не хотела, чтобы её увидела Эми, так как та бы начала об этом кричать, и уже со стороны у Лиф посмотреть на это не получилось бы. Поэтому она присела, внизу была небольшая расщелина, и через эту расщелину она наблюдала. Лиф сидела и ждала. Они шли и шли. В итоге все они дошли до кареты. Кучер открыл им дверь, мама, Юлиана, Вилль и Виола зашли. И за ними уже весело прыгнула по ступенькам Эми.
«И что же делать? Они ушли слишком далеко, я больше ничего не слышу», – думала Лиф. Тут она поняла, что на её правой ноге что-то есть. Она аккуратно посмотрела и увидела, что это фисике, с помощью которого можно было подслушивать. На самом деле Лиф часто занималась подслушиванием, поэтому вторая часть находилась в карете. Лиф открыла коробочку и достала оттуда содержимое – это была небольшая белая штучка. Лиф засунула её в ухо и услышала:
– А вы куда едете?
А мама сказала:
– Мы все едем за тем, чтобы купить фисике (чехлы) для наших артефактов.
