ГОД ВТОРОЙ "…СЛОВНО УГЛИ ПОД ПЕПЛОМ" Нить 14
Вечером, в одном жарко натопленном покое Высокого Чертога, где запрошлой весной за столом так же собрались на совет ёрл Къёхвар с братьями и Медвежьей Лапой – теперь уже все давно мёртвые – вокруг накрытого к поздней трапезе стола воссели шестеро человек. Там собрались глава владетельного дома и хранитель казны и печатей, его старший сын Горм Меткий – занявший место Бъярпо?тэ вершним над стражей, скригга Утир – крупнейшего из домов Прибрежий – Виганд Широкий, глава южного семейства Свейров Эвар Хромой, старейшина сильнейшего из орнов восточных Помежий Ёрваров Асквъёльд Долгобородый, и он – вершний стерквеггом Верхнего городища Храфнварр Прямой.
– Рад, что вы все тут собрались, почтенные! Хвала Всеотцу! – Сигвар Клонсэ поднял в руке кубок, немного отлив через край в дар богам, и за ним последовали остальные гости.
– Славный Виганд – я рад, что ты самолично повёл ваше воинство в эту выправу. Это послужит примером для многих иных семейств, чьи владетели презревают общую для нас угрозу, отсиживаясь с людьми в тепле своих очагов по уделам.
– Не настолько я стар ещё, почтенный Сигвар, в отличие от того же достойного Асквъёльда, чтобы не возглавить своё воинство – раз и он сам не страшится взять в длани секиру! – высокий и такой же широкий в плечах и поясе владетель дома Утир почтительно кивнул головой седому скригге Ёрваров и поставил на скатерть опустошенный кубок, отерев рукой губы и рыжеватую бороду.
– К тому же из моих сыновей в воинском деле силён только старший, а я хочу обучить тому прочих наследников. Быть может, если удача нам улыбнётся, и за зиму мы соберём на востоке достаточно сил, то удастся отбросить войска арвеннида прочь из уделов Дейвонала?рды как было прежде хотя бы. Теперь, как их Лев уже мёртв, хвала Всеотцу – натиск арвейрнов в это лето был не столь яростен.
– Однако почтенный, я хотел бы спросить – все ли дома Прибрежий верны присяге нашему ёрлу? – осторожно, не желая ничем обидеть союзника, вкрадчиво спросил того Сигвар.
– Как и было во все времена владычества дейвонов, достойный… – развёл руками Виганд, и вышитый на богатой верховни?це знак его дома словно пришёл в движение – бушующие синие волны в белой пене, из глубин которых вздымалась распростёршая лепести-пальцы окровавленно-красная рука исполинского Владыки Моря.
– Потомки А?ргвидд-Мар всегда будут верны дейвонским владетелям – и всегда же и будут их ненавидеть. Мой дом и мои сыновья преданы присяге и нашему общему делу. Однако достаточно семейств до сих пор помнят недавнее пришествие твоего родича Рауда, залившего нашей кровью восставшие прежде уделы – и держат в сердце дедовские обычаи и законы, к возвращению коих взывал нам тогда сам почтеннейший Кербалл. Мой единокровный брат Ройг из таких, если для тебя это тайна ещё.
– Не тайна, Виганд… – кивнул ему Сигвар, сжимая в ладонях резной черен посоха, – что брат твой был твёрже и этой вот кости…
– И навряд ли размяк он с годами. Молись Всеотцу, почтенный, что у меня довольно сыновей-наследников – и не его, а своего старшего я оставил в моё отсутствие блюсти дела дома Утир.
Владетель Прибрежий умолк, и взяв вильцом с расписанного многоцветием красок тонкоглиняного блюда жареный окорок, отправил его в рот, смакуя жгущую терпкую подливу с пряностями. Скригга Скъервиров тем временем обратился к главе Свейров.
– Почтенный Эвар, как обстоят дела на юге?
– Сколько смогли, столько свердсманов мы привели, достойный. После поветрия красной смерти многие гейрды опустели и податей не хватает. В избытке развелось средь купцов и селян недовольных, некоторые Вольные Города уже с лета открыто бунтуют, – Хромой в злости наткнул на вилец кусок рыбы – свежей форели, дымящейся паром средь жареной луковой стружки с гороховой кашей.
– Да, почтенный – наслышан давно… – скригга Скъервиров мимолётом кивнул на лежавшие в ячеях трёх ларцов на столе свитки писем с прочитанными посланиями, – эти изменники в Ла?утваннгейрде убили вершителя, младшего внука Эльдлейте. Был он толковым в том чине, но тут позабыл, что вести речь возможно лишь с тем, кто готов также слушать – а не с тем, кто желает убийства… и за то был на копья вознят ими заживо.
– Вот выблю?дки! Я бы их за такое… – на миг вспыхнул Эвар.
– Воздам. Своё время для каждого. Поймут и они, что у Скъервиров кровь не вода, чтобы лить её всяким червям без отплаты дозволено было…
– Весною и я за мятеж их возьмусь, поклянусь именами Горящего. Распоясались совсем эта чернь и купцы! – Эвар в запале ударил ладонью по скатерти.
– Не спеши. Придёт тот, от кого они сами ко мне поползут за пощадой и быстрой кончиной, – спокойно ответил хранитель казны и печатей, бесстрастный и невозмутимый – как свитый в кольцо хищный змей, кто готов выжидать для укуса.
– Кто хоть?
– Узнаешь…
– Тебе верю, почтенный. Если бы я сам повёл все войска усмирять их – то и в выправу бы некого было послать. Зато все кто пришёл – сплошь тяжёлая конница, пусть и не я?рнвегг.
– Большего я пока и не прошу. Но снизить подати тоже не в силах – иначе всё серебро мне придётся тянуть из иных уделов, а там тоже отнюдь не бездонные кошели – и воители тоже не шишками с ёлок живот набивают.
– Верно-верно! – поддакнул Когтю с набитым ртом Виганд Брейдур, не отвлекаясь от горячего окорока, – а с монетой сейчас стало худо…
– Да – края обрезают, тонча?т. Из свинца и железа подделки творят серебрёные – не страшатся и плети те воры проклятые! – фыркнул Хромой, негодуя, – точно видно придётся казнить, если даже по морде клеймения уж не боятся, мерзавцы!
– В Эйрэ тоже за распрю хорошей монеты уже не найти – Тийре сам повелел её дважды обрезать, а ценой принимать как за полную так же, – добавил доселе молчавший глава дома Ёрваров, – и подати выросли дважды за год. Недоволен народ, кругом ропот…
– У меня развелось лиходеев в Прибрежьях, кто соль парит втиху?ю и тащит тайком на восток в каждом возе и бочке, мимо податей наших так вот обходя. А как в землях срединных уделов, почтенный – купечество стонет? – обратился Широкий к внимавшему их речам с Эваром Сигвару.
Коготь с тихой усмешкой постукивал посохом по полу.
– Кто-то стонет – а кто-то в час распри лишь рад набить ко?шель… Те как угри в росе – все лазейки находят, чтобы взять свой товар казны мимо. Все Помежья в огне, а иные с востока привезть ухитряются тайно и камни, и пряность, и краску на ткань, и все прочие ценные вещи.
– Северяне на этом небось наживаются – или ардну?рцы тем больше… – подал голос Асквъёльд Лангха?рдиг, хмуря брови, – что кружными путями могут товары возить мимо распрей объятых уделов.
– И такое есть тоже, – кивнул ему Клонсэ, водя посохом по полу – а затем резко ткнул им о доску, – а есть и изменники… Двух купцов – отца с сыном – повесили как две седмины на площади всем в назидание. Дружили с одним свечнико?м-болтуном из Хатхалле, и родне из Помежий все вести про войско и двор наш возили, выблю?дки.
– Купцы? – поднял голову Виганд.
– Мыловары.
– Четвертовать бы их стоило! А свечника того…
– Можно и вешать не быстро таких… – Коготь с усмешкой крутил в пальцах посох виток за витком – точно нитку наматывал им как на веретено, – что танцевать будут в петлях восьмину.
– Так а как быть с восставшими, Сигвар? Ровен час – они смогут совсем обособиться, потянув за собою других недовольных… – Эвар поднял наполненный кубок, вдыхая напиток с лоз юга.
– Решил я уже это дело с мятежными гейрдами. Час нам лишь за ответом, как лето настанет… – Сигвар куда-то смотрел вбок к стене, не отводя глаз от чего-то – точно хищная рысь, что лежит на ветвях в ожидании близкой добычи.
– И то как-же, почтенный?
Скригга Скъервиров вдруг резко ткнул концом посоха в доску, раздавив пробегавшую по полу быструю мышь, не достигшую норки в стене. В тишине громко хрустнули кости, и даже писк не раздался из горла несчастной полёвки.
– Ардну?рцы помогут…
– А уйти захотят потом прочь эти дети Единого? – с сомнением нахмурил брови глава дома Свейров, – вдруг решат закрепиться и несколько гейрдов отжать, как случилось в Великую Распрю?
– А кто пустит их в те города, дав им воду и соль того края? За стенами стоять будут наши, держа эти тверди – их же помощь нам будет снаружи, – Коготь вытер мышиные кишки и кровь о дрова очага, где уже загорался в огне серый трупик.
– И потом, добрый Эвар – меж дурным и тем больше дурным выбор нам невелик…
– Мы хоть и лишились за этот год большинства своих старых владений в Помежьях, достойные – но на две тысячи копий Ёрвары соберут лучших свердсманов нашего орна… – угрюмо, но твёрдо проговорил старый Асквъёльд, оглаживая долгую до пояса седую бороду, закрывшую украшавший его верховни?цу знак их семейства на белом – высокую чёрную гору, чей камень раскололи корни венчавшей её вершину огромной ели.
– И наши данники и былые соседи сообща дадут столько же. Это крохи того, что могло бы дать наше семейство в минувшем… но теперь мы изгнанники без уделов, и ютимся в оставшихся землях на западе. Мы с Фрекирами сражались достойно, не раз отбивая войска Неамхейглаха от Буревийного прочь до Помежий, но под их мощью оставили свой родной дом в Горном Камне.
– Наслышан о твоих горьких утратах, достойный Асквъёльд. Ужели все сыновья пали в боях до единого?
– Лишь младший ещё уцелел, но без руки и от множества ран еле жив сам мой Къеттиль – а внуков погибло все семеро… На старости лет мне теперь суждено вместо них ратоводствовать в собственном доме…
По морщинистой щеке старика, давно разменявшего девятый десяток зим жизни, потекла слеза гнева с бессилием. Он – некогда тщившийся встретить почтенную старость скригга взрощенного им к величию из прежних страшных утрат времён Сторстрид семейства хранителей восточных уделов, переживший десятилетия Помежных Раздоров – теперь был вынужден на склоне лет вновь взяться за меч и с отчаянием зрить на потерю всего обретённого некогда.
– Дал я клятву Горящему – не оставить в живых, если встречусь в бою с Львом из Эйрэ… Но хвала Всеотцу с его братьями – что дейвонской рукой был сражён этот зверь, от чьей поступи рухнул наш столп всех имён в моём гейрде, и был пожран огнём вместе с памятью об ушедших…
– Так – прибрали его жизнедавцы, хвала им в том трижды, – поддакнул Хромой.
– Да, почтенный Сигвар – никогда наши дома не были дружными… – Асквъёльд повернулся к главе дома Скъервиров, – но не желал бы я сам никому из врагов видеть это воочию, как пылает и рушится твой Алльменстангир, и горят имена твоих близких… коих многих я собственной дланью там вырезал в древе, оплакав до срока – как любимой сестры моей Ге?дды, которая…
– И у Скъервиров в прошлый год рухнули две твердыни, достойнейший Асквъёльд – с именами живых и ушедших без счёта… Так что утрата твоя мне близка, – прервав старого Ёрвара хмуро ответил ему Сигвар Клонсэ, сжав зубы в воспоминаниях об Огненной Ночи и кровавой резне под Гъельбу?рсти-гейрдом – чей пепел доселе был жгуч для их разом ослабшего дома владетелей, – потому я и надеюсь на то, что сообща мы сумеем вернуть всё утерянное этой зимой. Жаль, не дал тебе Всеотец исполнения клятвы – но и прочих врагов нам в избытке, чьих шей изжажда?лся твой меч. Тем я тебе и признателен, что ты старость презрев рвёшься в бой.
– И я на то уповаю, почтенный, – вздохнул скригга Ёрваров, – не хочу встретить смерть я в изгнании, упокоиться на чужбине – а не в тени могучих пик Сторхридсальдрэ в родовом Фъя?ллернстейнгейрде как и все мои предки…
Сигвар учтиво кивнул старику и обратился к старшему сыну.
– Горм, какие вести с восточных уделов? Что передали сегодняшние гонцы?
– Отец, уж тебе-то гонцы всегда первому свои вести передают… – усмехнулся родителю тот, – что рассказывать дважды?
– И всё же, если ты уважишь родителя и попробуешь набраться чуть больше ума от него – то что за вести ты получил? Гостям их ведь тоже услышать не лишне, – Коготь окинул ладонью сидевших вокруг.
– Разные вести, отец – и хорошие, и дурные. Враг пока не снимает осады со всех наших твердей, что смог окружить. Однако его конные заго?ны и с началом морозов остаются на месте, не тревожа нас. Лазутчики говорят, что пока там всё тихо, и новых их сил не пришло на подмогу.
– А от дома Дейна что слышно?
– Бурый отправил младшего сына с его воинством в поддержку военачальникам Железных Ворот – теперь там пять тысяч копий Ярнвегг. Там он осел до иных распоряжений родителя. Доннар ожидает оттуда возможного наступа рыжих и собирает все силы у Хлидъярн на их отражение. Воротов на стенах там в избытке, огнищ выше меры.
– А Скороногий с Железной Стеной?
– Те как и прежде стоят по Помежьям, ждут окончания бурь, чтобы выйти к востоку. Фреки удачлив – сразил два загона их конных, что шли через Тиховодную на подмогу к своим сидящим в осаде войскам в Брейдалу?риннгейрде, и взял весь их обоз, – Горм взял с блюда засоленный зеленец и макнув в мёд захрустел им, – если жрать им не хватит надолго, то дай Горящий к весне они ноги протянут от голода или сыпухи – или сдадутся на нашу милость, – отчитался отцу его старший. Своё дело он знал.
– Что же – и то хорошо, что нет иных бед кроме случившихся…
– Отец – прямо уж говоря – не из агнцев всё наше семейство, как молвят о нас все вокруг, зрю я метко… Как там сказал прежде Къёхвар – проще прутья поодиночке ломать, чем в один пук повязанные?
– Есть такая тут присказка… И? – Сигвар пристально глянул на сына, желая услышать и дальше те мысли, что вдруг произнёс не промолвив их Горм.
– Может арвеннид их и бесстрашный, но и он тоже смертен как все. Отравить его что-ли попробовать, или в спину стрелой попытаться, как часом случается? – так прямо и высказал вдруг старший сын, – Льва их ведь тоже скосили вот так вот – в своих же стенах…
Виганд Широкий, не донеся до рта кубок с излюбленным в Прибрежьях крепким, выгнанным можжевеловым потом, гоготнул во весь голос, ощеривши зубы в усмешке.
– Ну ты умеешь сказать, парень… Даже кошки не просто родят – а такие дела и подавно.
Сигвар пристально посмотрел на своего сына, и губы его искривила усмешка.
– Раз ты умён так, сынок, и зришь это столь метко – то быть может и сам попытайся то сделать? Вдруг тебе боги удачу даруют?
Молодой вершний стражей умолк, поймав насмешливый взгляд отца, в котором словно в развёрнутом свитке читалось безмолвное: «и без тебя то не раз уж пытались иные – кто намного искуснее в этих делах… И где же они и сам Стейне теперь?» – и потянулся рукою за кубком.
Скригга Скъервиров повернул взор к молчавшему Храфнварру.
– Почтенный, как удалась твоя поездка на север?
– Да, Прямой – что ты привёз нам от владетелей нищих наделов и пустошей? – усмехнувшись, добавил молодой Горм Норквеммир, наполняя себе кубок вином.
– Сотню их самых страшных одедраугров, юноша – всех, кого смог в свой кошель уместить. Подойди и проверь – если не убоишься… – Храфнварр нашёл чем поставить на место наследника Клонсэ.
– Нет уж, сам их носи серебра вместо… Тебе же вот ножны с чужого ножа не теснят, – презрительно скривился молодой вершний стражей, не постеснявшись уколоть собеседника в самое живое место – не сильно они ладили меж собой от начала.
– Не теснят – как иным кряду все… – с безразличием тихо ответил Прямой.
Сигвар, заметив, как налилось кровью оставшееся бесстрастным лицо Храфнарра, стукнул по полу посохом, сурово обратившись к сыну:
– А ну-ка выйди освежись, Горм… Хмель тебе видно ударил в башку? Так остудись на морозе, обойди-ка все дозоры почтенного Храфнварра, пока он занят советом.
Когда за его наследником громко закрылась тяжёлая дверь, Клонсэ обратился к Прямому:
– Прости дерзость моего безголового отпрыска, почтенный! Я помню, скольких зубов лишились все говорившие хулу о твоей супруге – что хватит и на пасть самого Владыки Моря.
– Крепкий мужик ты, Прямой, раз так честь жены бережёшь! – усмехнулся забывший про окорок Виганд, – в Его пасти десятки их, а у его холодного недруга – Бога Глубин, Многорукого – и того жвал там сотни…
– Ты же молишься ведь Всеотцу? – усмехнулся вдруг Эвар, – или прародителей кровь посильнее дейвонской?
– То на суше, почтенный… – Широкий огладил усы с бородой, поднеся недоеденный окорок к носу, вдыхая пах сочного мяса, – а в Великой Воде, где стоит Тёмный Дом, от Горящего малая помощь…
– Мне не хотелось бы, чтобы такой верный человек из нашего семейства как ты держал за поясом камень. Я сам укорочу Горму его глупый язык, едва лишь закончим с советом, – Сигвар вновь обратился к молчавшему Прямому.
– Я верен нашему дому, почтенный – однако передай своему сыну, что вершить стражею ёрла можно и со сломанной челюстью… – Храфнварр спокойно постукивал костяшками пальцев по доскам стола, глядя прямо в глаза скригге Скъервиров, – его службе это не станет помехой – да и девок портить не сильно мешает.
– О боги… И что за детей принесла нам с супругой Гефа?дринн! – вздохнул старый Коготь, – младший, опекуя с рождения слабосильного Вигара вырос лишь книжником мягкотелым – а старший дерзит самым лучшим из родичей, даже родного отца не стесняясь, и кроме меча и девичьих ляжек ничего не берёт в свои руки!
– Не всегда наши дети как мы… – вздохнул Эвар, – и мой младший таков, одни бабы в уме. Твой хоть отменный воитель, хвала Всеотцу, про него далеко пошла слава – а мой Въёрн только чашу держать удалец, да девиц округлять до женитьбы…
Сигвар пристально глянул на скриггу всех Свейров, прищурясь.
– Ветры мне нашептали, почтенный – что твой сын тут не с теми связался… Передай ему лучше, пусть друзей выбирает с умом, пока бед не нажил он себе…
И со вздохом продолжил:
– Иногда мысли сверлят как шило – не лежала ли тогда моя Хлив в одном ложе с молодым Унниром, что принесла мне такого дерзкого сына? Тот был подобным, и супругу себе подобрал он под стать.
– Да – по нраву та Трюд как гадюка… – фыркнул прежде молчавший старый Асквъёльд, негодующе хмуря лицо, – словно в тёмной норе народилась она, эта выдра проклятая…
– Так, почтенный. Ужасное дело, когда тупость и наглость с нахрапом в душе воедино сплелись… И скажи ведь, что Ёрваров кровь в этой бабе!
