Подстегнув жеребца и направив того от ворот к уходящим загонам их воинства, Вепреубийца махнул пятернёй на прощание.
– Ты смотри – если помощь владетелю ну?жна в том деле, я мигом! – хохотнул он вдогонку не оборачиваясь, – а то говорят в дому? разное, знаешь ли…
Рассвет занимался над спящей равниной, алыми красками рдяно светля ещё тёмные дебри лесов, когда ненадолго заночлежившее в придорожных зарослях воинство Эйрэ вновь тронулось в путь, устремляясь к уже недалёкой дороге на запад с расположенными там по пути городами и укрепям на сходящихся с ней большаках – ещё не ожидавшими вскоре узреть над собою безжалостный вражеский меч. Где-то там далеко впереди двигались многочисленные дозоры лазутчиков. Легковооружённые даламлаох прикрытия с боков и сзади оковывали главную волну воинства надёжным кольцом, не давая противнику даже попытки приблизиться теснее чем на выстрел из лука, когда четыре основные мор-лохрэ лились конным потоком вперёд, сметая все встречные селища.
Лев скакал на Ветре в голове второй тысячи, идущей впереди всех, когда с южной стороны к их рядам стал приближаться на полном скаку одинокий гонец из дозорных.
– Эй, Аррэйнэ! – запыхавшийся всадник остановил взмыленного скакуна прямо подд носом у Ветра, недовольно всхрапнувшего и мотнувшего пепельно-серою гривой.
– А?ррэйнэ, там… – он запнулся, переводя дыхание, и нетерпеливо указал рукой куда-то к югу от себя, – там…
– Что? – спросил Лев, успокаивая фыркающего жеребца.
– Там… за тем лесом есть укрепь. Как её там…
– Гъельбу?рсти-гейрд! – подсказал один из помощников вершнего.
– Точно! Так вчера тут прошли целых десять их когуров, – сбиваясь, торопливо передал запыхавшийся вестовой, указывая рукой куда именно,– шесть под стягом хозяев Биркфъяллернгейрда ушли по дороге к востоку. А четыре их всё ещё тут… вокруг стен на постое. А над главною вежей стяг ёрла!
– Точно?! – резко переспросил его Аррэйнэ, впившись глазами в гонца.
– Да чтоб меня, Лев! – ударив кулаком себя в грудь в запале подтвердил тот, – Тремя поклянусь, своими глазами я это увидел! С остальными парнями едва ли не к самим воротам в ночи подползли, всё там выведав! Вражьи речи в том стане слышны были издали – этот пёс Къёхвар сам идёт с войском! Здесь он сейчас, среди них!
– Вот он где, значит. И Вепреубийца ушёл… Оллин – зови сюда Унлада! – в то же мгновение крикнул товарищу Лев, ехавшему неподалёку. Глава метальщиков понимающе кивнул и окликнул одного из помощников. Тот подстегнул скакуна, вихрем сорвавшись на северный край их загона, где впереди своей тысячи ехал Стрелок.
– Каллиах! – рявкнул Аррэйнэ во всё горло, озираясь назад к хвосту войска, – Молот! Ко мне, живо!
Исполина звать дважды не надо было, и вскоре его громадный огненно-рыжий жеребец с топотом подлетел к старшему в воинстве.
– Стряслось чего, Лев?
– Поворачиваем к югу, немедля! Готовь тысячу к бою!
– Да что там такое?
– Къёхвар сам в здешней укрепи… – левая ладонь Аррэйнэ указала на светлеющий небокрай в синей дымке далёкого леса.
– Да ну? – недоверчиво переспросил сын кузнеца.
– Правда! – кивнул головой вестовой, – их ёрл здесь, в том стерквегге! Отделился от прочего воинства вы?блюдок!
– К югу! – Каллиах приударил коня по бокам, – попомним всё выползку!
– Смерть псине! – пронеслось над рядами воинства, заслышавшего упоминание о вражьем правителе. Тысячи мечей и секир взмыли ввысь над загоном, ударяя об окованное дерево щитов.
– В землю гада!
– К змеям в ямы сучьего Къёхвара!
– А ну тихо! – перекрикивая всех проорал людям Аррэйнэ – приказывая, чтобы его разбушевавшееся воинство утихло, – нечего шум поднимать на рассвете!
Он вновь обернулся к гонцу.
– А места там какие хоть вокруг стерквегга? Откуда пройти можно тихо?
– Ща расскажу всё, почтенный. Дай отдышусь… – гонец приложился губами к бутыли в оплети прута, жадно глотая вино.
– Думаешь, справимся? – осторожно спросил у их вершнего Оллин, – их тут столько же, да к тому же Железной Стены добрых тысячи две, если даже не больше…
– Должны… – после короткого мига раздумий негромко ответил товарищу Аррэйнэ, – шанса такого повторно нам вряд ли когда ещё выпадет.
– Строй – к югу! – раздался приказ, заставляя слаженные порядки загона развернуться и направиться влево к синей дымке далёкого леса, за которым был враг. Считанные мгновения понадобились для того, чтобы всё воинство свернуло с прямого пути к ходагейрду и молниеносно устремилось вслед за шедшими впереди всех дозорными.
Ёрл Къёхвар в то утро с рассветом поднялся на самую маковку клычницы, озирая далёкий, озарённый сияющим розовым светом всходившего солнца восточный край неба. Вчера весь их орн – сопровождавший ёрла брат Имель и прочие родичи, возглавлявшие сотни и тысячи войска – стал на военный совет, выслушивая донесения прибывавших посланников. Вести по-прежнему были благоприятные, и в успехе не сомневался даже немолодой уже Гаттир Седой, во времена деда Къёхвара бывший соратником великого ратоводца их дома Эльдлейтэ, нынче вечно недоверчивый и подозрительный. Пусть он и тщетно уговаривал ёрла выдвигаться скорее в дорогу вместе с шестью тысячами Вепреубийцы, не задерживаясь тут на потраченный лишний день хода – однако же и старик успокоился, услышав от прибывших гонцов, что все созванные войска успешно идут по Помежьям, и о сопротивлении прежде наводнивших конными заго?нами весь восток Дейвоналарды арвейрнов пока и не слышно. Ещё больше он присмирел, когда на вечернем пиру ёрл поднял полную хмеля узорчатую витую чашу из золотистого камень-света за здравие их славного родича, прежде нещадно бившего в сшибках Помежных Раздоров противника, и теперь не убоявшегося оторвать старые кости от теплой печи и вспомнить боевое минувшее.
Солнце утратило первовсходный багрянец, став слепящим и ярким, пока глаза Къёхвара радостно зрили с площадки огромного ху?гтанда на рассвет, как некогда в детстве впервые увидел его, несмышлёнышем сидя на крепких руках своего отца Нъяля – тогда ещё живого и полного сил. Радость вселял и полученный вечером из ходагейрда с гонцами написанный свиток от Альды, просившей владетеля о скорейшем же к ней возвращении, обещавшей тому в строках рун очень радостное известие. Однако нахлынувшие благостные воспоминания и надежды внезапно прервал топот чьих-то сапог по ступеням.
Звеня металлом лёгкой брони на площадку влетел – не вбежал даже – запыхавшийся гонец, перемазанный с ног до шелома засохшею грязью болота с запёкшейся кровью, тяжело дыша от стремительного подъёма. Был он не из шедшего воинства, и прибыл как видимо прямо сейчас, что-то желая немедля поведать для ёрла – раз стража стерквегга без всяких препон пропустила его к их владетелю.
– Ёрл! – он припал на колено – от почтения или усталости – махая рукою куда-то в восходный бок, – ёрл – а?рвейрны… это… это…
– Что – а?рвейрны? – Къёхвар недоуменно взирал на посланника, – неужели сдаются и мир запросили, рвань рыжая? – лицо его озарилось улыбкой догадки.
– Да нет же… – гонец никак не мог отдышаться, хрипя на каждом слове, – а?рвейрны… перешли через Помежья! Они уже тут!
– Как?! Где? – вздрогнул ёрл, поражённый негаданной вестью.
– Не могу сказать, владетельный… – гонец умолк, переводя дух.
– А что ты можешь, дурень? Говори – что тебе известно?! Ты сам из чьего загона?
– Владетель – я из первой сотникогура твоего родича Снорры Левшуна из Эикгейрда. Мы вчера уже прошли развилок путей у Свартифъя?ллерн и двинулись к ближайшему городищу – как вдруг заметили дым от пожарищ.
– У Чёрной Кручи? Там кузнецы с углежогами часто горят со своими горнилами… – Къёхвар просто не мог поверить, что враг появился всего в каких-то паре восьмин пути от их тверди.
– Владетельный, мы видели зарево – весь гейрд и стерквегг там пылали! Сперва и Левшун про пожар лишь подумал – но только вот сталь не грохочет, когда огонь всё сжирает. Мы разделили когур на три части, и две отправили в дозоры по обе стороны Чёрной Кручи, а сами…
– Что?! – вскипевший ёрл схватил воина за ворот кольчуги, приподнимая с колен к своему побагровевшему лицу, – чуяли рядом врага – и силы вот так разделили?!
– Мы не знали наверняка… Думали – среди народа начались волнения или грабежи, – оправдываясь пробормотал гонец, – в это-то время возможно же всё. Так решил сам Орвхенди. С него за ту глупость уже прежде тебя рыжие го?лову сняли в бою…
– Поделом дураку… И что было там? – взявший себя в руки Къёхвар отпустил воина, внимательно и встревоженно слушаяа, – что за противник?
– Из тех, кто вкруг двинулись – живыми никто не вернулся. А мы ломанули тогда прямиком к городищу – и напоролись в лесу на засаду. Полтысячи было, не меньше! Ни одного пешего – и налетели как ветер, смяли нас копьями в миг. Хвала всем богам, что мы шли растянув весь свой строй – те, кто был сзади, смогли таки вырваться и кто-куда разбежались. И тех стрелами рыжие без пощады косили.
– А ты?
– Конь меня спас – от погони унёс под их стрелами. А уж как пал загнанным Вихрь, я пешим сквозь чащи сюда пробирался по солнцу.
– У-у-ух! – Къёхвар стиснул кулак, не веря ушам, – да откуда они тут только взялись, рыжие выблюдки? Как успели незамеченными через Железные Ворота от самых Помежий добраться сюда?
Усталый воин развёл руками в неведении.
– Сколько их было всего?
– Не знаю, владетель, не до счёта мне было…
– Да что же ты знаешь, дурак?! – Къёхвар махнул левой дланью, дав знать, что посланник свободен – и отпущенный вестоносец отпрянул от ёрла, торопливо спускаясь по узкому лестничному пролёту.
Брови владетеля Хатхалле сошлись в напряжённых раздумьях. Это просто невозможно было помыслить – чтобы противник внезапно явился тут в сердце Дейвоналарды, обминув все двигавшиеся к Помежьям бесчисленные войска, точно тех и не стояло у него на пути.
– Поднимайте людей! – крикнул ёрл с верха клычницы прямо во внутренний двор, где уже суетились воители, – седлайте коней, оружие к бою! Выходим немедля!
– Что случилось, владетель? – переспросил явившийся вершний стерквегга, не осмеливаясь перечить отдавшему столь неожиданное распоряжение правителю.
– Волк к нам в конюшню забрался! – рявкнул в ответ Къёхвар, поспешно сбегая вниз по ступеням, – рыжие сами к нам в гости пожаловали!
– Быть того же не может, тиу?рр! – поражённый почесал бороду прежде славный военачальник, а нынче вершний этим стерквегом однорукий родич ёрла Эвар Твёрдый.
– Вот сейчас и узнаем! Броню мне немедля! – отдал приказ ёрл ожидавшим подле него оруженосцам, – Турса – ко мне сюда живо!
Со стены стерквегга примчался встревоженный воин из числа дозорных.
– По пустоши с востока к нам движутся какие-то загоны!
– Наши быть может – что на сбор копий из Эльмгейрда идут? – переспросил кто-то из ратоводцев, взбегая на стену и пристально оглядывая равнину, – чьи стяги несут?
– Где они? Сколько? – крикнул им Къёхвар, через голову натягивая на себя поданную слугой тяжёлую броню-плитчатку из прочных стальных пластин, затягивая тугую шнуровку перевязей подбойки и застёгивая ремешки сцепок.
– Не наши, уж точно то видно! Идут от дороги!
– Может взбунтовались наймиты из союзных земель – люди Донега Одноокого или Бранна из Ри?анн? Они как раз шли мимо нас на восток южными большаками! – отозвался один из когуриров пеших людей, – явно же переметнулись к своим! Никогда этим рыжим не верил!
– Не они это – бородою Бреннанди клянусь! – пригляделся со стен щуря очи другой, – тянут десяток воротов! Видно решили взять приступом твердь! И ведь внаглую так – среди белого дня сюда чешут, мерзавцы!
– И конница сзади идёт – больше тысячи! – доносились во двор голоса дозорных со стен Гъельбу?рсти-гейрда.
– Идут быстро – не иначе хотят нас врасплох поутру? взять! Или что они там тут задумали?
Вдалеке над загоном противника на древке взмыл ввысь багровеющий утром как кровь красно-белый стяг дома владетелей Эйрэ – точно вызов, пощёчиной дерзкой в лицо враз встряхнув онемевших воителей ёрла.
– Вот же сукины дети! И вправду они – прямо тут! – поразился один из когуриров, озлословив от потрясения.
– Шщар им в зубы, рыжей рвани! – рявкнул готовый к бою Къёхвар, – ворота раскрыть! Пока они снасти к осаде не снарядили, нужно им шею свернуть!
Подле своего отца Эвара Твёрдого в волнении застыл державший родителя за единственную ладонь светловолосый мальчуган лет двенадцати, с трепетом и восторгом взиравший на спешные сборы и снаряжения старших родичей. Владетель заприметил радостное волнение того и потрепал подростка по плечу, на миг с сожалением представив себе, что и его единственный сын мог бы быть вот таким же и ловким, и крепким – не забери жизнедавцы у Вигара при рождении лучшую долю, оставив ребёнку лишь скудный рассудок с увечную хилостью тела – и не даровав пока ёрлу иных сыновей.
– Через два лета возьму тебя ко двору в Хатхалле, обучаться военному делу у лучших из ратоводцев. А пока что смотри, Сигвар, как надо бить рыжих, – промолвил мальчику Къёхвар.
Он нашёл взором уже изготовившегося к сражению младшего брата, подле кого как тень стал верный Турса Медвежья Лапа, хмуро щупавший пальцем во рту ту прореху зубов – со дня по Совету в Хатхалле весь кислый как старое пиво в жару, не желавший того говорить, с какой дверью столкнулся в чертоге в ту ночь.
– Имель – поднимай тысячу, будешь по левую от меня! Турса – вы с Гаттиром лёгкими конными наши бока прикрываете! – отдал приказ Къёхвар, – сомнём их Железной Стеной, а ваши всадники не позволят уйти в чащи тем, кто уцелеет от нашего удара и кинется в бегство! Понятны каждому меты?
– Понял, брат! – стукнув в нагрудник железною рукавицей согласно кивнул ему Имель, надевая тяжёлый кольчужный наголовник с толстой подбойкой.
Медвежья Лапа согласно кивнул владетелю и окликнул одного из своих людей, поджидавших его во дворе.
– Винрид, поднимай наших. Седлаем коней. Копья к бою.
Однорукий воитель почтительно кивнул и заторопился исполнять повеление.
– В бой! – раздался над укрепью пробуждавший всех клич, кому уже вторил утробный гул рога.
Тяжёлые ворота Гъельбу?рсти-гейрда распахнулись, и живая река тяжёлой конницы неукротимой волной хлынула навстречу приближавшемуся вражескому воинству, выстраиваясь в два мощных боевых клина Железной Стены. Позади них старый Гаттир Седой вёл легко снаряжённых всадников, прикрывая ударяющие когуры владетельных братьев – и в случае чего вовремя подойдя бы им там на подмогу.
Левый клин я?рнвегг под вершенством младшего из братьев устремился прямиком на видневшиеся вдали немногочисленные каита-гаойта противника, что неспешно ползли между низкими всхолмьями травянистого поля перед стерквеггом, толкаемые впряжёнными скакунами и подсоблявшими пешцами. Пока а?рвейрны не успели подобраться со своими метальными возами к стенам тверди их орна, Имель по приказу старшего брата бросился атаковать первым. Его тысяча Железной Стены волнами ринулась вскачь. Вторая тысяча Я?рнвегг подле владетеля устремилась правее – навстречу двигавшимся вражеским конникам.
Гаттир Грарэ последовал чуть поодаль за всадниками братьев, на ходу отдавая приказы своим людям не растягивать еле поспевавший за ними строй пеших с луками и копьями, осмотрительно ожидая возможного бокового удара противника. С высоты скакуна он узрел, как дружно ринулась тяжёлая конница Имеля на беспорядочно двигавшиеся вдали метальные возы. В тот же час Къёхвар повёл людей на вражий конный заго?н, что отделился от воротов и устремился прямиком на ударный кулак воинства ёрла, укрываясь за всхолмьями в поросли низких кустов на пути между ними и Ярнвегг.
Подгоняя отставших, перемешанных с пешцами-копейщиками и лучниками людей, и не щадя крепких слов укорив в мыслях братьев за их поспешность броситься в бой на рассвете против низко стоявшего людям в глаза восходящего солнца, он сам никак не мог понять – как вообще взялись тут в сердце дейвонских земель эти силы врага? Как смогли преодолеть столь великое множество встречных на их пути войск и стоявших на дорогах укрепей? И что они задумали сейчас – столь смеха стоящими малыми силами осаждая всё равно прочный, хоть и небольшой по иным меркам стерквегг Гъельбу?рсти-гейрда? Ужель этот столь безрассудный удар от отчаяния – или наоборот, в одурении слепящей воинской лихости? Или же это…
Но додумать свои догадки старый ратоводец из Скъервиров не успел. Окидывая внимательным взором уже далеко оторвавшиеся от них конные ряды братьев он вдруг с изумлением воззрил на высокие всхолмья к северу от укрепи.
«Чешуями Хвёгга мне глаз обрасти…» – подумал он ненароком, тряхнув головой, чтобы отогнать от себя это наваждение. Нет – не перебрал он вчера того хмельного мёдана долгом пиру… и не врал его прежде внимательный взор. Наоборот – не он видел то, что было сокрыто от глаз прочих – а прочие тысячи не видели в суматохе и их охватившем запале того, что внезапно узрил он.
Прежде полуголые с вечера всхолмия сейчас были укрыты молодой порослью ельника – высокой и колыхавшейся без всякого ветра. Услышав внезапно раздавшийся шум и обернувшись вперёд Гаттир личном узрел, что случилось на поле с той конницей Имеля, вплотную подскакавшей к казалось ещё не снаряженным к бою воротам арвейрнов… и как алой искрой полыхнуло от правого бока – словно древком воздёртого ввысь копья знаком, встрепенувшимся по ветру.
Эта искра стряхнула с того необычного леса их скрывшие хитрые чары – и на глазах Гаттира за одну ночь возросший тут ельник в один миг стеной рухнул на землю, открыв подошедшее вплотную на расстояние удара огнищем и прежде оставшееся незамеченным войско врага – две-три тысячи конных и не меньше десятков двух воротов.
Их дружный удар словно серп по колосьям уцелил по ветхим с времён возведения стенам Гъельбу?рсти-гейрда. Градом огни?щ и цепных валунов точно бритвой срезая верхушки муров с не снаряжёнными к столь внезапному подходу врага хендскульдрэ, устилая огнём переходы и вежи, бойницы с охраной и отворённые створы ворот – превращая всё в крошево, отрезая дорогу к отходу в стерквегг, где дейвоны могли бы укрыться при отступлении… но теперь это было уже невозможно. А затем под продолжившими сыпаться сверху огни?щами, крушившими твердь их семьи, равнявшими с полем ещё не проснувшийся стан и накрывая ряды его пешего воинства – затем эти прежде таившиеся подле них мор-лохрэ арвейрнов ринулись атаковать сзади копейной стеной, из которой колючим мороком взвились стрелы.
Всё это произошло на глазах – столь внезапно и сокрушающе. Бессильный что-либо уже изменить старый Гаттир вмиг понял, в какую ловушку они угодили – последовав за храбро, но безрассудно ринувшимся на врага ёрлом Къёхваром, который повёлся как несмышлёное дитя на уловку противника – подавшего вид, что стремится сокрушить их стерквегг при помощи осадных снастей под прикрытием конницы. И когда тысяча Имеля подоспела вплотную к казалось бы не готовым к бою, ещё тянимым конями метальным возам, чтобы не дать подобраться к стенам на полёт их огни?ща – вот тут Гаттир понял, что на деле столь хитро измысливший это неведомый ратоводец противника просто выманил целых два когура Ярнвегг подальше от тверди и её неспособных ответить огнём с такой дали хендскульдрэ – прямо под убийственный удар их камней, что сорвались с чаш плеч этих доселе невиданных им подвижных в бою а?рвейрнских метальных возов.
– Змей вас пожри… – лишь успел прошептать потрясённый всем Грарэ, словно не веря глазам и мотнув головой – но сделать уже ничего не успел. Чья-то спущенная с тетивы среди сотен таких же взвивавшихся к небу стрела угодила ему прямо в горло, пробивая кольчужную сетку воротника и заволакивая этот оказавшийся единственно зорким в столь страшное утро взор Скъервиров чёрным окру?жием смерти.
