Саднила спина и локти, сердце стучалось словно бешеное, но я был жив и умирать пока не собирался. Захотелось лечь и выдохнуть, но это желание полетело на… туда же, куда и паника минутой ранее. Да, стычка и тридцати секунд не продлилась, но я всё равно чуть не помер. Пронеслась ли у меня перед глазами вся жизнь? Да хер там плавал! Я с самой первой секунды боя думал лишь о выживании и том, что я мог для этого сделать. И делал! Победил! И теперь у моих ног валяется трофейная туша, которой я-то точно найду применение!..
Я наклонился, крякнул от стрельнувшей в спину боли, но поднял сначала неспособный потухнуть факел, а после и кинжал, с весьма однозначными намерениями направившись к тушке паука. «Философский камень» включал в себя рецепт зелья исцеления, и по счастливейшему стечению обстоятельств для него требовалась только внутрянка этого жука-мутанта, да вода, которой мне Сатана положил в сумку целое, м-мать его так, ведро.
Небрезгливость… работала, хоть я сейчас и справился бы без неё. Потому что на кону неожиданно оказалась моя жизнь, с которой я, наткнувшись на ещё какую-то тварь в своём нынешнем состоянии и с нулём здоровья, расстанусь просто и совершенно бессмысленно. А я так умирать не хотел. Как угодно, но не так! Ну, желательно вообще никак, конечно, но в моём личном рейтинге худших смертей столкновение с гигантским пауком шло следом за гибелью под завалом без возможности даже пошевелиться. Да-да, клаустрофоб я ещё тот, и чудо, что местные тоннели на меня совсем не давят.
«Ладно, хватит об этом» – я задвинул в дальний угол все раздумья и рефлексию, сосредоточившись на том, чтобы правильно заготовить и не попортить ингредиенты. Руки «знали», что и как делать, а сознание благоразумно не пыталось перехватить контроль. Паук постепенно разделялся на части, а я, сам того не заметив, начал насвистывать под нос задорную мелодию из далёкого детства, вводя в себя в некое подобие медитативного транса.
Хладнокровие и небрезгливость, что б их ети, в действии…
Спустя некоторое время и объём выполненной мною нудной и неприятной работы по правую руку легли рассортированные ингредиенты, полученные с паука. На удивление, разделать получилось его всего, от головы до задницы, а не как обычно бывает в играх – убил паука? Вот тебе глаз, иди фармить дальше. В моих запасах появилось двадцать четыре части лап, пять глаз, – три я самолично развалил ударом кинжала, – разного вида и качества кишочки и, наконец, флакон с кровью – основным ингредиентом «паучьего» зелья исцеления.
И вот тут-то вылезла первая проблема: я не мог наварить себе банок впрок, так как склянка у меня была всего одна. Имелась, конечно, смутная надежда на то, что «Философский камень» от щедрот своей каменной души выдаст мне стеклянных флакончиков, сделав их из ничего, да только шанс на такой исход был… маловат, мягко говоря.
Но не проверишь – не узнаешь, так что…
«Философский камень» лёг в руку увесистым таким булыжником, а напротив на неровный пол опустилось полное чистейшей воды ведро. Сосредоточившись, я вытянул камень вперёд, мысленно выбрал необходимый рецепт – и не без удивления проследил за тем, как струйка воды из ведра сначала воспарила, устремившись к «Философскому камню», а после в него втянулась. Таким же образом камень сожрал два глаза и одну лапу, после чего мне пришлось откупорить склянку с кровью, «скормив» жидкость прожорливому инструменту любого алхимика. Сопровождающее действо световое шоу меня интересовало не сильно, так как я готовился ловить своё зелье, которое из камня вполне могло и просто политься на пол.
А что? Тут любая подстава возможна, так как флакон он не сожрал, и готовый, в «заводской упаковке» продукт не мог выдать по определению. Разве что так же, струйкой выльет, куда надо, но после паука я излишней верой в лучшее не страдал.
Тем не менее, было что-то неуловимо прекрасное в работе «Философского камня». Алое с чёрным сияние как бы кипело внутри него, вытравливая наружу всё лишнее в виде сизого дыма, который я, от греха, старался не вдыхать. А кое-что хитрый булдыган и себе оставлял, развиваясь и «прокачиваясь» – я это тоже вполне себе отчётливо чувствовал. Ману-то эта прелесть из меня сосала, в ответ делясь подробностями алхимического процесса. Любопытными, оседающими в голове эхом странных ощущений, но пока не имеющими практического применения подробностями…
От и до «варка» снадобья заняла три минуты. По итогу я просто в какой-то момент почувствовал, что зелье готово, и подставил пустующий флакон под проявившуюся на поверхности «Философского камня» выемку. Оттуда-то зелье и полилось, быстро заполнив флакон, но не перестав течь. «Успех кританул» – промелькнула мысль вместе с осознанием перед тем, как я сунул под камень уже свою голову, начав жадно глотать спасительную рубиновую, с чёрными вкраплениями жидкость, отчасти стекающую по подбородку и так кстати – на грудь. Рана зачесалась – пошёл процесс регенерации, под конец которого о повреждениях моей бедной тушки напоминал лишь белёсый неаккуратный шрам, да рваная тряпка, в которую превратилась прежде хорошая хлопковая чёрная футболка. Стёсанная об камень кожа на спине всё ещё саднила, но излишков на эти повреждения не хватило: регенерация снова исчерпала себя.
Не особо думая, опрокинул в себя оставшийся флакон…
Тут-то и стало понятно, что кроме видимых и ощутимых повреждений я ещё и головой ударился, так как до сего момента о возможности варить зелья до полного восстановления запаса здоровья даже не задумывался. Всё причитал, что полечиться не получится, и придётся сильно рисковать своей шкурой, а очевидный вариант просто игнорировал! Но это надо было исправить, чем я, с нежностью погладив «Философский камень», и занялся.
– Алхимик – не ошибка, Алхимик – это шанс! Я ж и в роли варвара какого мог травмироваться, и что тогда? На рестарт? А нет этого рестарта, а-ха-ха-ха!.. – Я рассмеялся себе под нос, ничуть не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Не до того сейчас было.
Дальше пошла торопливая, – опять нагрянуло ощущение догоняющего конца, – рутина, отнявшая у меня половину часа на всё про всё. Здоровье снова достигло значения в тридцать единиц, резерв маны показал дно, а в инвентарь легла склянка с зельем. По ходу дела я приноровился доставать из этого магического пространства и нормально метать камни, – а вдруг пригодится? – и, по ходу дела, подкрепился, ополовинив запасы хлеба и мяса. Только после этого, подгоняемый Тьмой, бросил жадный взгляд на ещё не высушенную до конца тушку паука – и двинулся дальше.
Обычная жизнь осталась позади, но мне даже подумать об этом было некогда. Ведь остановка – это смерть, а я как раз понял, что очень, просто до одури сильно хотел жить…
Глава 02.
Подземелья не разочаровали: в какой-то момент я наткнулся на развилку, пару минут проведя в тщетных попытках понять куда же мне, всё-таки, надо. Но ни ветерка, ни ещё чего я от обоих коридоров не ощутил, в конечном счёте свернув направо. Почему направо? Да потому что прабабка в далёком детстве однажды сказала, мол, «ты налево-то не ходи, внучек, направо ходи». Я бы монетку подбросил, да только оказалось, что меня не только в другой мир закинуло, но и всё лишнее как корова языком слизала. Одна одежда только и осталась, даже початую пачку жвачки – и ту утащили, демоны! Заприметил-то я это сразу, а вот полноценно осознал только сейчас.
То, что приходилось полагаться на вот эту вот присказку, тыкая факелом в темноту и надеясь, что оттуда на меня не выскочит очередной паук, меня определённо не радовало. Я хоть и знал теперь, как с такой скотиной бороться и чего от неё ожидать, но желания с ней встречаться это мне ни разу не прибавило, уж поверьте. Даже наоборот: очень уж ярко в памяти отпечаталось чувство вгрызающихся в плоть хелицер…
Поэтому, наверное, я воспринял появление белесого прямоходящего скелета с каким-то вырвавшимся изнутри облегчением. Не испугался, не отпрянул, а обрадовался, чуть ли не как старинному приятелю.
Которого, правда, надо как-то убить, – или упокоить, нежить же, – но это уже частности.
Двигался самый обычный человеческий костяк неспешно, рвано и совсем не так, как я представлял себе движения порождения чудовищной некромантии. Медленный, неповоротливый, не в пример менее пугающий, чем паук, скелет даже вооружён не был. Но кое-чем всё равно удивил: когда между нами осталось не больше пяти метров, я смог разглядеть его, так сказать, «плоть». Тусклое голубоватое свечение, канатами, верёвками и нитями связывающее кости и выполняющее роль этаких мышц. И хоть свечение имело место быть, даже на костях самого скелета этот свет не играл, словно и не было его в материальном мире.
«Алхимик может видеть магию, не иначе» – подумалось мне перед тем, как пришлось срочно отмахиваться кинжалом от руки нежити. Лезвие с неприятным скрещуже-стучащим звуком столкнулось с костьми, но нечеловеческой силы в ударе я, позволив руке с кинжалом скользнуть в сторону, не ощутил. Отступил исключительно в силу осторожности, и то – очень зря, так как скелет продолжать наступление не торопился. Он выпрямился, установил равновесие и, клацнув челюстью, приподнял обе руки, будто бы желая меня напугать… или схватить: очень уж характерно он бросился вперёд, задорно постукивая ногами по каменному полу.
Аккуратно перехватив кинжал обратным хватом, – уж что-что, а колоть так будет как будто бы удобнее, – я выставил перед собой факел на манер копья: убить не убью, но приторможу тварь и, если что, запихну дощечку ему в пасть. А то больно активно он челюстями щёлкал: никак окажется, что местные скелеты кусаются не хуже зомби какого. Ну а в следующую секунду, пойдя в лобовое столкновение с нежитью, я снова оказался на полу.
«Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать всю ту боль и унижение, которые я испытал сегодня…» – промелькнуло в голове, когда на удивление тяжёлая груда костей, навалившись сверху, потянула костистые руки к моему горлу. Гений, что б меня! Как ещё могут убивать скелеты?! Забивать кулачками до смерти? Царапать фалангами пальцев? Нет: только грызть… и душить. Им ведь наплевать на то, что я попытаюсь придушить их в ответ. В глаз не ткнуть, да и просто боли не причинить – нежить же! Благо, [Хладнокровие] было со мной, и я успел прикрыть левой рукой горло. Не без потерь: факел извернулся так, что пламя едва не облизало кожу на правой половине лица, да и сейчас я отчётливо ощущал его голодный, пульсирующий жар, гармонично дополняемый вонью тлеющих волос. Ещё и скелет не сдавался, пытаясь дотянуться лапами до своей цели, а челюстями пока ещё неловко, но с каждым мгновением всё увереннее примериваясь к моему локтю.
Ну уж нет, гнида костяная! Из тебя зелье здоровья не сварить, так что хер ты мне расходники-то потратишь!..
Я искренне надеялся на то, что мне не придётся и в этот раз жонглировать кинжалом и инвентарём, но обратный хват в моей нынешней позе показал себя наихудшим образом: я просто не мог извернуться, чтобы насадить черепушку на лезвие. И вновь оружие отправилось в некое невидимое пространство, и вернулось в руку уже по-нормальному. Первые два удара я, почувствовав, как скелет вгрызся в локоть, нанёс не особо удачно: лезвие просто скользило по черепу безо всякого эффекта, а от боли на глаза уже вновь накатывала алая пелена. Здоровье… тратилось не так сильно как могло бы, стоит признать, но легче мне от этого не стало. Я кое-как, матерясь сквозь сжатые зубы и рефлекторно пытаясь оттолкнуть от себя неживую тварь, вогнал кинжал куда-то между шейными позвонками и затылком скелета, надавил…
Так не визжал даже паук. А уж что при этом происходило с нематериальной «плотью» нежити… описать сложно, особенно если смотреть издалека. Но так как я лежал прямо под скелетом, то судороги переливающихся мышц-канатов видел вполне отчётливо. Как и то, что голубоватое свечение в один миг устремилось к месту контакта честной стали и костяной шеи, после чего кинжал как будто начало что-то выталкивать. А вот всё остальное тело живого мертвеца без мяса и мышц резко ослабело, и я радикальным образом поменялся с ним местами, оказавшись сверху. Кинжал при этом из затылка я вытащить не позволил, так что теперь скелет смотрел куда-то вправо, верещал, махал всеми конечностями и сопротивлялся изо всех своих оставшихся неживых сил.
Бросив вечный факел на пол рядом с собой, я уже со всей силы, обеими руками потянул рукоять своего оружия, выжимая из скелета последний протяжный визг и отворачивая, наконец, его гадскую черепушку, отлетевшую в сторону словно от хорошего пинка. Голубое свечение окончательно пошло в разнос. «Канаты» начали распадаться на массивные хлопья и парящую в воздухе пыль, а косточки одна за другой стали осыпаться на землю вместе с отрывающимися «верёвками» и «нитями», до сего момента связывающих их воедино. Я уже выдохнул было, как вдруг часть голубого свечения резко, прямо с очередным моим вдохом, влетело в ноздри, а я ощутил, как резко пополнился ранее истощённый алхимическими манипуляциями резерв маны. Он и сам восстанавливался, но очень-очень медленно, в то время как скелет «заполнил» одну десятую от доступного максимума.
На самочувствии это не сказалось ровным счётом никак, и трёх единиц здоровья я, по итогу, всё-таки не досчитался. Цена исцеления немного покусанной руки – благо, местной нежити зубы не натачивают, и сила укуса у скелетов не как у акул каких.
Руки подрагивали: в отличие от битвы насмерть с пауком, здесь мне «расслабиться и получать удовольствие» просто не позволили. Левой я сдерживал натиск скелета, правой – пытался расковырять ему затылок, и в итоге всё равно всё получилось совсем не так, как я планировал. Про камни в инвентаре я благополучно забыл, пробить кость кинжалом не вышло, но организовать рычаг и выломать её из «крепления» – очень даже. Сколько книжек прочитал и игр сыграл, ни разу не видел, чтобы со скелетами боролись в партере, и уж тем более отвинчивали им головы, вырывая победу из неживых челюстей.
Локоть только болит, скотина: регенерация залатала стёсанную кожу и дырки от зубов, но эхо ран меня ещё не покинуло.
«А ведь рано или поздно, но мне придётся искать ночлег. И что-то есть после того, как запасы подойдут к концу. Дропа…» – я окинул взглядом кости, среди которых не было ничего кроме пыли и серой трухи. – «… просто нет, если не считать сами косточки».
Я подобрал с пола потрескавшийся череп, засунув тот в инвентарь. Аналогично поступил с сохранившимися цельным куском рёбрами и ещё парой косточек – просто на всякий случай.
А дальше, дождавшись, пока меня отпустит адреналин, я просто продолжил путь вперёд.
Что ещё было делать-то? С одной стороны поджидает неизвестность и монстры, к которым идти совсем не хочется… но с другой-то напирает Тьма! А ей, как подсказывают инстинкты, решительно наплевать, сплю я там или убегаю в ужасе: коснусь – пиши-пропало. Так что уйти нужно было как можно дальше, покуда тело позволяло. Усталость давила только та, что образовалась в боях, а ментально я и вовсе был вполне себе свеж и бодр. Что, в общем-то, логично: от моего прежнего тела осталось хрен да маленько, раз и рост увеличился, и жир «ушёл», и мышцы «пришли». Ещё и учиться заново ходить не пришлось из-за смены вообще всего, начиная от длины рук-ног и заканчивая смещением центра тяжести. Тут без мистики не обошлось, точно вам говорю! Вот прямо стоя посреди подземелья с вечным факелом в руке, копаясь в пространственном кармане и продолжая разбираться с «воображаемым» интерфейсом сие утверждаю, мда…
Я всё так же пугался каждой тени, «жонглируя» кинжалом и камнями, то появляющимися в правой руке, то возвращающимися в инвентарь. Каждая такая попытка приносила всё больше понимания касательно того, как вообще эта способность работает.
Первым открытием стало то, что каждая итерация «пропади-появись», если не делать пауз, срабатывала со всё большей и большей задержкой. Изначально я мог выхватить кинжал почти мгновенно, убрать в инвентарь и снова вернуть в руку – но уже с «перезарядкой» в полсекунды. В бою это, чисто теоретически, можно и не заметить, – я же не замечал! – да только уже следующие такие финты не позволяли обратиться к инвентарю в течение секунды, двух, четырёх, восьми…
Дальше я не проверял из-за второго открытия.
Оказалось, что все эти манипуляции самым что ни на есть прямым образом «били» по телу. Как и с перезарядкой инвентаря – с каждым повторением всё сильнее. И снижалось отнюдь не здоровье, как можно было подумать, нет. Эффект был куда глубже… и опаснее: абсолютно все мышцы равномерно тяжелели, дышать и двигаться становилось всё сложнее. Если взять паузу и не трогать инвентарь в принципе, то эффект слабел, а спустя несколько минут и вовсе пропадал.
А ещё «сила базового воздействия на тело» зависела от того, каким именно предметом я жонглировал. Хуже всего отчего-то было с зельем здоровья, изъятие которого из инвентаря «шарахало» по самочувствию как три подряд повторения с кинжалом. Вот уж чего я не почувствовал в первый раз, зато прекрасно ощутил, просто идя по коридору! Аж пошатнулся и на стенку левой рукой опёрся, подпалив факелом мох, наросший на сырых камнях. И, покуда сизый дым струился под потолком, отчаянно ища хоть какие-нибудь щели, я пытался понять логику этого «дебаффа».
И логика эта могла быть какой угодно. Почему усталость? Ну, напитываю я инвентарь жизненными силами, например. Праной какой-нибудь. А почему предметы «весят» по-разному? На ум приходило разве что магическое наполнение объекта, – как-никак, эликсир я варил алхимическим путём, а кинжал он и в Африке кинжал, – но проверить это не было никакой возможности.
Ну и «знания из астрала» на этот раз молчали, не давая даже малейших подсказок.
Пришлось, повздыхав по смерти гениальной идеи строить тактику боя на основе появляющегося-исчезающего оружия, продолжить идти вперёд, покуда петляющий и изобилующий опускающимися вниз ступеньками коридор не уткнулся в относительно просторную, чуть лучше обычного освещённую залу…
– Уважаемые, я уверен: как разумные существа, мы сможем договориться. Конфликт не нужен ни мне, ни вам, так что давайте просто разойдёмся, а?.. – Без особого энтузиазма произнёс я, бочком смещаясь правее, к тянущимся по периметру зала и «вросшим» в стены каменным столам высотой мне чуть выше пояса. Они были завалены всяким хламом, но я всё равно смог без особых проблем спиной, сначала сев на столешницу, а после подтянув ноги, на них забраться. Почему спиной? Потому что небольшие коричнево-блевотного цвета звигги в количестве двух штук, своим обликом напоминающие гоблинов, на диалог не шли, и аккуратно сближались, покачивая дубинками. Кто такие звигги и как я определил, что передо мной именно они? Алхимию знать надо! «Список» ингредиентов-то я изучил, а там звигговьих кусков было более чем достаточно, вполне можно собрать половинку одного такого уродца.
Выглядели эти существа так, словно кто-то хотел создать гоблинов, но опрокинул в котёл все запчасти сразу, наделив тварей своей неповторимой изюминкой. Или даже россыпью изюминок. Во-первых, цвет кожи: он отлично маскировал карликов на местном фоне. Чуть отвёл взгляд – и их уже не особо-то и видно, глаз зацепится только при резком движении с их стороны. Во-вторых, вывернутые в обратную сторону ноги. Довольно длинные, жилистые и куда как более мощные, чем худосочные ручонки, удерживающие дубинки. Ну а в-третьих, глаза, коих у «гоблинов» было больше двух и меньше четырёх. При этом третий глаз у них торчал не во лбу, а у подбородка, так что видок, сами понимаете, нарисовывался тот ещё.
Такими тварями не только детей, но и взрослых пугать можно, спасибо хладнокровию!
Даром, что ростом они метр с кепкой, не больше…
– Ладно, предположим, что говорить вы, полуживотные, не умеете… – Отчётливо говорю просто потому, что приближающиеся в абсолютной тишине твари – это та ещё картина. А так, глядишь, спровоцировать получится, и они прекратят меня вот так окружать…
Мне повезло.
– Мерзкий человечка умрёт! – Завизжал один из звиггов, которого сильнее всего задели мои слова. Он же и бросился вперёд, наглядно продемонстрировав, чего стоит опасаться. Сиганула тварь на шесть-семь метров в длину и на пару – в высоту, почти запрыгнув на мой стол. И она запрыгнула бы, – вблизи оказалось, что это самка. И не просите описать, как я это понял, – если бы я совершенно наглым образом, пользуя свою ловкость в хвост и гриву, не вонзил ей кинжал меж рёбер прямо в воздухе и не довернул корпус, помогая «гоблинше» влететь прямиком в стену. И покуда та сползала на стол, я совершенно незатейливо воткнул ей факел куда-то в район лопаток, мысленно ужасаясь тому, с какой лёгкостью я обрёк нечто живое и говорящее на ужасную смерть.
Поморщившись от резкого запаха горелой плоти и воя истязаемого существа, я, с трудом повернув голову, бросил взгляд на вторую особь. Вовремя: звигг, пользуясь природной маскировкой, уже сместился в сторону и собирался подобраться ещё ближе, явно примеряясь, как бы половчее огреть меня дубиной по голове. И если в своей железобетонной психике я теперь был уверен, то спрогнозировать, как поведёт себя мозг при таком ударе просто не мог.
Отключусь – и всё, сожрут-с, никакие очки здоровья не помогут…
Я резко припал на одно колено, смахнув на пол гору какого-то хлама, и, на секунду упустив второго врага из виду, вонзил кинжал в шею первого, надеясь прервать её мучения. «Капнул» опыт: звиггша явно умерла, но вот последствия этого удара…
В первый раз я её ранил, можно сказать, бескровно, ибо натёкшую на стол лужицу можно и не считать. Но вот рваная рана шеи оказалась не столь чистой, и брызнувшая струйка алой жидкости уверенно осела на правой руке, намочив рукоять моего оружия. В воздухе распространился терпкий запах крови, как будто бы стремящийся осесть на губах гадким металлическим привкусом, но мне некогда было петь реквием своему пацифизму: последний звигг понял, что отвлекающий внимание фактор «закончился», и нагло запрыгнул на стол в пяти метрах от меня.
Лишь секунду мы смотрели друг на друга, прежде чем перейти к следующему акту этого, с позволения сказать, смертоносного балета. Звигг рывками, бросаясь из стороны в сторону пошёл на сближение, а я подскочил на ноги, едва не поскользнувшись на крови, поудобнее перехватил факел с кинжалом, – факел, как обычно, выставив перед собой с намерением остановить попрыгунчика подальше от своей головы, – и замер в ожидании. Благо, я каким-то невообразимым образом, не иначе как за счёт параметра ловкости, видел практически каждое движение звигга, и потому смог остановить его последний прыжок.
Прямой как удар барана об ворота тычок факелом – и звигг верещит, отскакивая в сторону и слетая со стола. Подкоптить его не подкоптило, но приятного, видно, было мало. Всего секунда мне понадобилась для того, чтобы принять решение о взятии инициативы в свои руки. Я спрыгнул на каменный пол, опять едва не поскользнувшись, – кровь на подошве осела надёжно, – и быстрым, но не безрассудным шагом двинулся на последнего противника, который растерял весь боевой азарт и отчаянно, даже как-то карикатурно пятился, едва не падая и нелепо размахивая руками. Я же только сейчас почувствовал себя очевидно сильнее своего врага, поудобнее перехватил кинжал и, кажется, даже кровожадно оскалился…
А в следующее мгновение мир расцвёл всеми цветами радуги, а прокатившийся по голове оглушительный звон пополам с болью лишил меня ориентации в пространстве. Я упал, выронив факел, но кинжал по уже выработавшейся за два предыдущих столкновения привычке пропал в инвентаре. Звигг же, радостно взвизгнув, резко сблизился и замахнулся, не оставляя мне иных вариантов. Чувствуя, как сгорают единицы здоровья, пытающегося ускорить моё восстановление в критической ситуации, и понимая, что мне нужно просто продержаться немного, я вскинул левую руку, приняв на неё стремительный и мощный удар дубинки.
Хрустнуло что-то или нет я вам сказать, к сожалению, не могу, так как звон в ушах не утихал ни на миг. Но боль, охватившая левую руку, была жуткой, а регенерация за счёт здоровья практически полностью сконцентрировалась именно на повреждённой конечности. Я же, пытаясь разглядеть что-то за вспышками перед глазами, окончательно завалился на бок и выронил факел на радость засранцу, ударившему меня в спину и сейчас подбирающемуся поближе. Хотя, какое поближе?! Я уже мог его пнуть, что тут же и проделал, вложив в судорожное движение всю свою боль и желание отомстить.
Болезненный вой диверсанта стал музыкой для моих ушей, но на левую руку, которой я опять, предвосхищая грядущую боль, закрылся, обрушился ещё один удар. Я уже и так находился в не самом адекватном состоянии, а после новой вспышки боли, похоже, окончательно слетел с нарезки. В руке материализовался кинжал, а я сам на четвереньках бросился на проворного, но не успевшего среагировать звигга.
Тот честно пытался отступить, но строение его ног для таких дел, как оказалось, подходило плохо, и спустя пару секунд я уже придавил его к полу, дважды коротко, без замаха вонзив кинжал в дёргающееся горло вопреки попытке ткнуть меня дубинкой в лицо. Ткнуть-то он меня ткнул, да только без замаха толку – шиш, на фоне руки-то.
Кровь брызнула в глаза, но отвлекаться времени не было: я через боль в левой руке схватил умирающего уродца за плечо, попытавшись швырнуть его куда-то в сторону последнего врага. Не получилось: звигг оказался тяжёлым и скользким, а моя левая конечность слишком слабой и подрагивающей от боли. За эту свою самоуверенность я поплатился ещё одним пропущенным ударом, пришедшимся по бедру и заставившим меня сесть на задницу. А следом ещё одним. И ещё. Последний звигг, этот чёртов пнутый мной диверсант, разъярился и слепо молотил меня дубинкой, не особо замахиваясь и даже не пытаясь добраться до головы, которая сейчас казалась мне особенно уязвимой. Ведь болело всё, взор застилала вполне настоящая кровь, чёрт пойми кому принадлежащая, а кинжал то и дело норовил выскользнуть из ладони. Здоровья не осталось вовсе: всё ушло на регенерацию головы и руки, так что сейчас я мог рассчитывать только на себя, безо всяких сверхъестественных способностей.
Неудавшийся пинок, оказавшийся скорее толчком, бросил звигга в сторону, но тот устоял на ногах и не упал. Зато я успел перевернуться и встать на четвереньки, и теперь силился подняться… Зря силился, так как тварь, наконец, допёрла, куда надо бить, и чередой уже известных мне стремительных прыжков бросилась вперёд. Кинжал, прежде подрагивающий в ладони, замер, а алая пелена схлынула с глаз, оставив меня только с заливающей лицо кровью. Но даже такое состояние было лучше, чем то, что я испытывал секундой ранее, так что звигга удалось встретить во всеоружии. Снова подставив левую руку под удар, я навалился на «гоблина», подмял его под себя и по отработанной схеме вскрыл тому горло, дождавшись, пока тушка затихнет, а мне капнет опыт…
… и новый уровень, которому я был рад больше, чем чему бы то ни было ещё в этой жизни. Ведь очки здоровья подскочили до максимума и зафиксировались на этом уровне при том, что тело начало регенерировать… и я понял, что, похоже, опять чуть к чёртовой матери не сдох!
Потому что, вскочив на ноги, я обнаружил под собой столько крови, сколько могло натечь только из потенциального мертвеца. Весь пятачок земли, на котором я барахтался и боролся за жизнь, был ею залит, отчего даже развороченная пауком грудь показалась незначительной мелочью! Ну, не прям мелочью, конечно, но и не тяжелейшим испытанием в жизни так точно.
А опыта… опыта хватило единичка к единичке на повышение уровня, не иначе как это было задумано изначально, в игре ли, в не-игре ли – разницы нет…
Спохватившись, я запоздало заозирался, но ни малейшего движения вокруг не увидел. Зато в самом центре зала взгляд наткнулся на сундук, которого, я готов поклясться, изначально тут не было. Да и выглядел он слишком уж свеженьким для заваленного хламом на столах помещения, сумевшего скрыть от моего взора третьего ублюдочного карлика. Он ведь не невидимым был, иначе что ему стоило и дальше таким оставаться? Просто воспользовался моей невнимательностью и, чего уж греха таить, проснувшейся после победы над скелетоном самоуверенностью. Я же даже толком не огляделся вокруг. Со стола, опять же, слез, как только подумал, что остался один-на-один с маленьким задохликом, вооружённым дубинкой. Быстрый? Так я тоже! Сильный? Я намного сильнее!
А что в каждой такой стычке на кону моя жизнь я слишком уж быстро забыл, словно и не себе признавался в бешеной жажде жизни. Если помру – себя-то не жаль, все смертны, так или иначе. Но семья-то как? Родители? Сестра? Все те, кто хорошо меня знает? Как там говорится: ужас смерти по-настоящему осознают только те, кто продолжает жить?..
Не знаю, как долго я втыкал в пустоту, пытаясь разобраться с собственными мыслями и заставить инфантильного дебила из прошлого стать осторожным выживальщиком, но в конечном счёте ноги привели меня к сундуку. Как и казалось, он был слишком красивым, а концентрация магии в нём была такова, что я невооружённым взглядом видел золотистое свечение в стыках металла, и зеленовато-коричневое – дерева. Это, а так же голубоватая магия скелета, натолкнуло меня на мысль о неких отличиях в самой мане: скажем, тут свет и природа, а там какая-нибудь некроэнергия. Чисто условно, конечно же. И пусть сейчас это мне ничего не даст, когда-нибудь потом может и пригодиться.
Вздохнув, я решил сначала аккуратно пнуть сундук, обойдя его сбоку – мало ли, мимик какой? Но вместо того, чтобы броситься на меня с распахнутой пастью, «мимик» просто открылся, и в воздух, удерживаемые потоками маны, взмыли пока неясные силуэты.
В голове же вспыхнули новые знания, пришедшие «из астрала».
Оружие. Броня. Аксессуар. Навык. Умение.
Мне был предложен выбор из пяти категорий, и первые три я забраковал сразу же. Ну не был я уверен в том, что меч, с которым я не умею обращаться, броня, которую я не умею носить, или какое-нибудь кольцо с плюс один к силе серьёзно повлияет на ситуацию. Навык… вкусно, но тоже сомнительно, ведь в начале игры ничего серьёзного обычно и не дают. А вот умение в том смысле, в котором я его понимаю, стоило многого.
Я бы не отказался научиться орудовать кинжалом, тихо ходить или подмечать опасности вокруг – проку с этого будет всяко больше, чем с супер-пупер рассечения или огненного шарика для пинг-понга. И пусть я могу ошибаться, но меня больше всего волнует именно отсутствие жизненно необходимых тут умений. Я же в местных реалиях, по сути, дурак дураком: фехтовать не учился, из лука стрелять – тоже, драться особо никогда не дрался. И при всём при этом за последние часы дважды оказывался на волоске от смерти, и в обоих случаях меня бы спасла осторожность и умение орудовать кинжалом или, хотя бы, позиционировать себя в драке.
Недолго поколебавшись, я потянулся к Умению, которое тут же развалилось на три части. Остальные варианты при этом исчезли, так что перед глазами ничего особо не мельтешило. И выпало мне…
[Владение оружием, А(-х3)-Ранг, 0%]!
Эм… А-ранг с тремя минусами? М-мать, игра-то мобильная! Что ж я сразу-то, на философском камне ещё этого не понял! Чёртова гача! И плевать ей, что я в не-игре, и меня тут могут прикончить просто из-за того, что пару раз с лутом не повезёт, да?!
В бессилии сжав кулаки, я пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. Всё-таки стоит признать, что этот вариант сам по себе был именно тем, на что я очень и очень сильно надеялся. Ранг приличный, да и «астральное знание» подсказало, что это умение, после полного усвоения, улучшит моё умение обращаться с тем оружием, которым буду пользоваться. А во время сна будет формироваться база для этого усиления, что ещё полезнее.
Каким таким образом, интересно, если кинжалом я махать во сне не буду – вопрос, но пока не особо актуальный.
Из минусов – если я впервые в жизни возьму в руки меч, то умение им орудовать начнёт усваиваться с нуля. Не буду чем-то пользоваться – умение начнёт деградировать вплоть до пятидесяти процентов от набранного ранее «пика формы». Вопрос только в том, будет ли умение раскрываться рывками по достижении некоего процента, или постепенно и с неким начальным бонусом – стойкой там и парой приёмов, например. Последний вариант был лучше всего, но что-то мне подсказывало, будто меня с этими чаяниями нагло опрокинут.
Ко второму варианту я перешёл без особого энтузиазма, но именно оно призвало мою внутреннюю, сильно зашуганную происходящим вокруг жабу, которая прямо мне на ухо проорала что-то вроде «ХОЧУ!».
[Низшее управление маной, В(+)-ранг, 0%].
Уж не знаю, почему А-ранга владение оружием предлагало ни много, ни мало, а в перспективе полноценное овладение всем колюще-режущим, в то время как В-ранга магическое умение – это всего лишь низшее управление маной, за которым наверняка есть среднее, высокое и какое-нибудь высшее, но мне всё равно хотелось его заполучить. Жаль только, этот шанс придётся проигнорировать, ибо магия в начале таких игр – это фокусы, а на фокусах и собственных навыках далеко не уедешь.
Умел бы я фехтовать – тогда другой разговор, а так… ну его к чёрту!
[Добыча и обработка, А(+)-ранг, 0%].
Третье умение вопреки своему рангу не впечатлило, так как здесь и сейчас мне было малость не до того, чтобы получать с трупов ингредиенты выше качеством или в перспективе рыть-добывать всякие редкие материалы. Полезно, особенно для алхимика, да только этому алхимику бы выжить для начала…
Не став тратить время понапрасну, я выбрал владение оружием. Кинжал, который я из рук, в общем-то, не выпускал, тут же попросился в дело… и от удивления у меня расширились глаза. Каждым взмахом я рассекал камни, а выпады оставляли после себя расширяющиеся червоточины!.. Чуете? Пиз… кхм, чушью попахивает? А вот так вот! На самом-то деле я изменений не ощущал от слова совсем. Как не умел махать колюще-режущим, так и продолжаю не-уметь. Умение это, кажется, вообще ничего прямо сейчас не делало, и делать начнёт, если прислушаться к «астралу», только когда показатель усвоения достигнет десяти процентов. Это первая планка, о которой мне сообщили – и на том спасибо.
Осталось только проверить, считается ли за орудование кинжалом разделка трупов.
А что? Ценные алхимические компоненты! И испачкаться не страшно, так как я уже с виду как минимум маньяк с фетишем на купание в ванне, наполненной кровью его жертв. Брезгливость же…
Пусть хладнокровие работает, не даром же я его выбирал?..
Глава 03.
Я устало уселся на один из более-менее чистых столов, окинув взглядом дело рук своих. Всех троих звиггов я разделал на ингредиенты: глаза из подбородков, сердца, кости и жилы из прыгуче-скакучих ног. Некоторые запчасти я просто не смог опознать, но и имеющегося мне хватило, чтобы по итогу вылакать из стоящего сейчас рядом ведра литра два воды, не меньше. Просто потому, что по завершении процесса во рту намертво осел горький, металлический привкус крови, который не удалось убрать никакими другими средствами. Да и вода, если честно, тоже особо не помогла. А ведь кровь я не пил, на вкус не пробовал и вообще ничего такого не делал. Выверт психики, которой обрубили возможность запаниковать и испугаться? Может да, а может и нет – кто сейчас скажет?..
– Хотя бы регенерация есть – и на том спасибо. – Произнёс я в пустоту, лениво высматривая в зале что-то, что могло бы пригодиться. К сожалению, такого не наблюдалось, ибо хлам оставался хламом, не больше и не меньше. Обломки кувшинов, которые даже в теории нельзя использовать как тару, иссохшие пучки трав, битое стекло – всё это мне было не надо. – Иначе я бы в потроха не полез. Не хватало ещё заразиться чем-то…
