Я надеваю новую рубашку, чёрные штаны и чёрный кафтан, расшитый серебром. На ноги – сапоги. На мне нет драгоценностей, кроме обручального перстня.
Вспоминаю, в каком порядке проходит церемония. Эйвис давно готова, она не принимает участия.
– Удачи, Рауль, – говорит она и выскальзывает за дверь, чтобы наблюдать за церемонией из толпы любопытных.
Жду ещё некоторое время. За мной пришёл слуга. Ну что ж, пора. Иду в зал. Сердце колотится. Я замираю на верхней ступени лестницы.
Голос императора заполняет своды замка:
– Я, правитель империи Илинай, Гиоргий Рэнгволд, прибыл по просьбе здесь присутствующего Ричарда Ренделла о передаче власти над Северным Пограничьем. Подтверждаешь ли ты свою просьбу сейчас перед лицом своих людей и свидетелей?
– Подтверждаю, мой повелитель, – отец склонил голову в поклоне.
– Готов ли ты, Ричард, восьмой герцог Ренделл, Властелин Северного Пограничья передать всю власть своему сыну?
– Готов, – отвечает отец слабым голосом. Вижу, что его одели в парадную одежду. Он выглядит измождённым.
– Подготовил ли ты достойного приемника? – опять спрашивает император.
– Подготовил, – отвечает отец.
– Твой сын воин?
– Да, мой повелитель.
– Владеет ли он боевой магией?
– Владеет, мой повелитель.
– Женат ли твой сын? Сможет ли произвести на свет наследников?
– Да, мой повелитель.
– Я не вижу причин, чтобы отказать тебе в просьбе о передачи власти в Северном Пограничье.
Я спускаюсь по лестнице и склоняюсь перед императором.
– Рауль Ренделл, клянёшься ли ты в верности империи и своему императору?
– Клянусь, – твёрдо говорю я.
– Клянёшься ставить интересы империи выше своих собственных?
– Клянусь.
– Да, будет эта клятва нерушима.
Император кладёт руки на мою склонённую голову. Я чувствую покалывание, словно множество маленьких иголочек одновременно вонзились в моё тело. Сохраняю невозмутимость.
– Клятва магически скреплена. Нарушение ведёт к смерти. Помни об этом, девятый герцог Ренделл, Властелин Северного Пограничья.
Император надевает на меня цепь с медальоном. Даже это магические артефакты, символизирующие собачью преданность империи и повелителю.
Я поднимаюсь с колен. Распрямляю плечи. Смотрю в глаза императора. Он обнял меня.
– Достойного приемника воспитали, герцог.
Отец кивает. Видно, что ему с трудом далась эта церемония. Магия императора перестала поддерживать моего отца.
Он оседает в кресле. Эйвис бросается к нему, поддерживает за руку. Отдаёт распоряжения слугам. Вокруг отца кипит бурная деятельность.
– Рауль, береги Эйвис, – даёт мне напутствие император.
– Ты можешь толком объяснить, что происходит? Твоё появление среди ночи в моей спальне. Прости, но я не верю, что ты мог ошибиться в переходе. Загадочные слова о моей женитьбе. Хотя сам знаешь, что я не горел желанием жениться на незнакомой строптивой девчонке.
– Ты прав. Тогда мне ещё нужно будет задержаться у тебя. Пойдём в кабинет. Я открою тебе военные тайны, – Гио совершенно серьёзен.
Я давно знаю императора. Мы учились вместе сначала в школе элементарной магии, потом в колледже Пяти Стихий, а потом в Академии Высшей магии, но на разных факультетах. Наша неразлучная троица – Гио, Артур и я – много крови попортила преподавателям своими проделками.
Гио весёлый парень, редко когда я видел его таким серьёзным. Власть отложила свой отпечаток на характер друга, но не отняла неунывающего нрава. Так что же произошло, что Гио примчался сюда на всех парах?
Мы поднялись в кабинет. Император ставит на комнате магический купол тишины и сигналки, если кто-то решит проникнуть в кабинет.
– Мне докладывают, что на границе Северных земель с Сумеречным королевством участились случаи поимки контрабандистов с живым товаром.
– Да, это так. Но такие всплески происходят время от времени. Когда у вампиров на фермах не остаётся больше пищи, они начинают покупать больше людей.
– Я знаю это. Старый король Станислав контролировал количество пищи на фермах. Что происходит в королевстве, что им так срочно потребовалось много крови?
– Да нам-то какая разница? Наше дело, караваны с живым товаром отлавливать…
– Ты рассуждаешь как воин. А сейчас тебе нужно думать, как политик.
– Гио, я никогда не хотел влезать в политику, и ты это знаешь. Я воин. Мне проще разработать стратегию и тактику войны с вампирами.
– Ты знаешь, что происходит в Сумеречном королевстве, которое граничит с твоими землями? – говорит император раздражённо.
– Нет, я не интересуюсь, как живут кровососы, – меня утомляет этот разговор. – Гио, говори по делу.
– Там произошла революция, а теперь идёт Гражданская война.
– А мы-то здесь причём? – удивляюсь я. – Каким боком это должно волновать нас?
– У власти сейчас пытается удержаться лидер радикальной партии. Они подняли массы призывами, что наша империя должна принадлежать вампирам. Из нашей страны хотят сделать огромную ферму по выращиванию пищи. Понимаешь?
Я киваю.
– Могут быть прорывы на границах. Я уже предупредил Велеса, Властелина Западного Пограничья. Но там граница по горной гряде, и вряд ли вампиры пойдут через неё. А вот Северные земли – самая длинная граница с Сумеречным королевством. Это первая причина моего появления.
– Есть ещё и вторая причина?
– Вторая причина – это ты. Ты самая лакомая приманка для атаки на земли герцогства.
– Причём здесь я? Даже удивительно.
– Вспомни, чем ты занимался пять лет, когда уехал из империи?
– Был наёмником. Да, и воевал с оборотнями и орками против вампиров. Да я много с кем воевал.
– Воевал-то ты много с кем, но почти всегда против вампиров.
– И что? Наёмникам не мстят. Пусть кровососы чтут кодекс наёмников.
– Не строй из себя дурака. Власть в Сумеречном королевстве захватил Альгул.
Я побледнел. Такого поворота я точно не ожидал.
Глава 9
– Рауль, отец очень плох, – отвлекаю я от разговора с императором мужа. – Простите Ваше Величество, но Раулю нужно попрощаться с отцом.
– Поэтому ты мне твердил, чтобы я не спускал глаз с Эйвис, – странно говорит муж.
– И поэтому тоже. Иди, попрощайся с отцом, – отпускает Рауля император. – Я сейчас тоже сделаю переход к себе.
Я не хочу присутствовать при прощании отца и сына. Зайду позже. Старый герцог ещё немного продержится. Я отдаю распоряжения для подготовки к похоронам. Если такие сложности на границе, то тянуть с этим не стоит.
Я целительница и знаю, сколько ещё протянет герцог. Я злюсь на него из-за организации моего брака с Раулем. Властители Пограничий плохие мужья. Они живут только интересами империи. Жёны у них в лучшем случае на четвёртом месте после императора, империи, наследников, земель Пограничья… Только потом жена. Рауль с молоком матери впитал те же принципы, что и мой отец.
Поэтому я не хотела выходить замуж. Теперь нужно идти прощаться с человеком, который активно способствовал моему неудачному браку.
Входит Рауль:
– Отец совсем слаб, Эйвис.
– Я знаю, смогу продержать его только до утра.
– Плохая примета смерть сразу после свадьбы.
Я пожимаю плечами. Что мне за дело до глупых примет? По мне что так, что этак – всё равно счастья не видать.
– Пойду попрощаюсь с ним. Рауль, я распорядилась насчёт похорон. Раз на границе неспокойно, нужно поспешить.
Он удивлённо смотрит на меня.
– Ты права. Спасибо!
Иду к герцогу. К ногам словно гири привязаны. Так не хочу ничего говорить. Все слова – сплошная фальшь. Сказать, что я его прощаю – неправда. А не прощённым тяжело уходить за грань.
Захожу в комнату. Воздух тяжёлый. Подхожу к окну и открываю. Ему теперь ничего не может повредить.
– Спасибо, дочка, – хрипит старый герцог.
Я присаживаюсь рядом и беру его руку в свои. Не вижу смысла вливать энергию. Вылечить не смогу, а энергия мне может понадобиться.
– Я знаю, что ты злишься на меня из-за этого брака, – ему тяжело даются слова. Он замолчал. Отдыхает. Я не хочу переубеждать его.
– Рауль будет тебе хорошим мужем. Я знаю.
– Да, откуда вам знать, каким мужем будет ваш сын? – вырывается раздражённо у меня.
– Я его воспитал.
– Да, господи, почему все считают, что для хорошего брака нужны только две составляющие. Хорошая женщина и хороший мужчина, и всё, брак автоматически становится счастливым?
– Много ты понимаешь в браке, – криво усмехается герцог.
– Немного, но достаточно, чтобы понимать, что для брака ещё нужен цемент в виде любви.
– Идеалистка, – ласково говорит он. – Такие, как ты, почти всегда остаются одинокими. Так что мы с твоим отцом спасли тебя от участи старой девы.
– Спорное утверждение, – упрямлюсь я.
– Жизнь покажет, – говорит старик, улыбаясь. – А теперь иди. Я устал. Хочу уйти в одиночестве.
– Вот, а всю жизнь бежали от него, – усмехаюсь я.
– Я воин и никогда ни от кого не бегал. Даже от одиночества. Я выполнял свой долг перед империей, – гордо говорит старик.
– Как вы тут? – заглядывает в комнату Рауль. – Отец, всё хорошо?
Отмечаю про себя «отец». Важно, что с отцом. А как я себя чувствую после поддержки отца, ему всё равно. О каком счастье может идти речь?
– Что случилось, Рауль? – забеспокоился старый герцог.
– Твой уход и начало моего правления пришлись на сложные времена. В Сумеречном королевстве революция, бунты, неразбериха, в общем. Император волнуется за целостность наших границ.
Старый герцог преобразился на глазах. Подтянулся.
– Надо усилить гарнизоны на границах. Эвакуировать жителей приграничных деревень.
– Уже сделал.
Старый герцог облегчённо вздохнул.
– Не знаю как у вас с агентурой в граничащих государствах. Мой отец имеет разведданные из каждой страны, где затронуты интересы Южного Пограничья, – вставляю я в разговор.
– Эйвис права. Посмотри отчёты агентов в моём кабинете. Свят тебе покажет, где они лежат. Расскажет о каждом. Подтверди, что платить будешь так же. Доверяй Святу, он верный и надёжный.
