– Ну и как? Симпатичный?
– Нет.
Мне не нравилось, что мы заговорили о Руслане. Я лихорадочно думала о том, как бы перевести разговор на другую тему.
– Ксюш, что-то после скотча хочется подвигаться. Я слышала, тут в районном центе какой-то клуб захудалый есть. Давай туда наведаемся.
Надя сама сменила тему, но ее предложение мне не понравилось.
– Какой еще клуб? Там малолетки одни.
– Ну, так в самый раз. Ты что, считаешь себя старухой? Да мы женщины в самом соку. Мужики от таких, как мы, слюнями исходят, тем более молоденькие. Так, пошли приведем себя в порядок и поедем в клуб. Потанцуем, задницами повертим и спать вернемся. Давай, когда мы последний раз на дискотеке вместе были?
Я засмеялась, вспоминая наши походы на дискотеку после школы.
– Тряхнем стариной. У тебя шмотки нормальные есть?
Я задумалась.
– Не думаю.
– Пошли, посмотрим, а то мне тоже переодеться надо. Я взяла с собой немного барахла. Я же после тебя сразу в аэропорт – меня милый в Афины пригласил. Он там уже месяц без меня скучает.
Имя ее очередного любовника я не помнила, а переспросить стеснялась.
– Ну, ты даешь. И это все? Спортивные штаны, пару брюк и всего один костюм? Это все?
Я пожала плечами.
– Ну, я же не в Афины собиралась.
– Женщина должна оставаться женщиной, даже если она не едет в Афины.
С Надей не поспоришь. Через пару минут она прикатила из машины свой огромный чемодан на колесиках.
У меня есть тут чуток барахла. Поделюсь с тобой, так и быть.
"Ничего себе чуток? У меня в шкафу меньше!"
Надя бросала вещи на диван.
Не то и это не подойдет. О, вот. Для деревенского клуба в самый раз.
Ну, уж нет. Это я точно не одену. Надя увидела, как я скривилась.
И не кривись. У тебя нормальная фигура, красивые ноги. Давай, одевайся.
– В это? Ни за что!
– Да ладно тебе. Это моднейшее платье, ну коротковатое немножко, но я же ношу, а я полнее тебя.
Всего лишь на пару килограммов, а вообще, мы с Надей похожи телосложением, правда, она выше и чуть крупнее.
– Ну что ты ведешь себя, как старая ломовая лошадь? А? Сил нет смотреть на тебя, Ксюх. Ты меня бесишь. Красивая баба, загляденье. Сколько раз тебе говорю – пошли со мной в салон, прическу сделаешь, маникюр. Ты же совсем себя забросила, на тебя уже и мужчины не смотрят. Можешь обижаться, но будь я на месте твоего Сергея, уже давно смотрела бы налево.
Я разозлилась, схватила черное мини-платье.
– Я как старая кляча?
– Да!
– На себя посмотри, корова рыжая!
Она расхохоталась, и я вместе с ней. Так я обзывала ее в детстве, когда мы ссорились.
– Одевай, а я пока туфли подыщу. Размер у нас всегда одинаковый был.
Я переоделась, позволила Надьке поколдовать с моими волосами и накрасить себя. Но, когда посмотрела в зеркало, ужаснулась.
– Ты что сделала, а?
– Теперь ты выглядишь моложе. И губы видно, они у тебя пухлые и красивые.
С этим я поспорить не могла, только макияж слишком яркий, прическа вызывающая, а платье слишком короткое. Совсем короткое. Под него колготки не оденешь.
– Надень чулки, и резинку повыше натяни.
– Нет у меня чулок.
– У меня есть, целая дюжина, какие захочешь, есть даже красные. Мой Альфредо обожает красное белье. Тебе под помаду в самый раз подойдет.
– Да иди ты.
На дорожку мы выпили еще по порции скотча и уже совсем навеселе поехали в районный центр.
Клуб назывался очень экстравагантно: "КЛУБ". Вот прямо так и назывался, чтобы никто не перепутал. Возле входа толпилась молодежь, попивая пиво. Все это напомнило мне старые былые времена, даже настроение поднялось. Мы подошли к входу, сливаясь с толпой. Изнутри уже доносилась громкая музыка.
Молодежь заходила по очереди. Видимо, оплата на входе. Интересно, а девушкам бесплатно или как?
Послышался рев мотоцикла, но я не обратила внимание. Сюда почти все на мотоциклах приехали. И вдруг услышала голоса девушек у себя за спиной:
– Ух, ты. Смотри, с кем наша Ирка приехала.
– Нечего себе. С Бешеным что ли? Он что, к ней вернулся?
– Черт его знает. Говорят, он сейчас за заповедником живет. Там, где строят новую гостиницу для крутых. Вроде его батя строит.
Я обернулась, и сердце ушло в пятки. Замерло, перестало биться.
Руслан приехал с девушкой. С молоденькой длинноногой блондинкой, похожей на куколку. Наверняка, ей лет двадцать, не больше. Девушка висла у него на шее, оплетая его руками, и светилась от счастья. Позади Руслана я увидела его друга Сергея и еще пару парней. Все они были с местными девушками.
Краска бросилась мне в лицо, стало обидно до слез, до истерики. Даже захотелось дать ему по физиономии. Но я себя одернула. Какое я имею право? Всего-то целовались. Для него это обычное дело, у нас даже секса не было. Мне захотелось уехать сейчас же, немедленно. Исчезнуть и не видеть его с молоденькой подружкой.
– Ксюх, пошли, для одиноких девушек бесплатно.
Руслан сел за столик рядом с барной стойкой, фамильярно усадил Иру к себе на колени и заказал водки им обоим. Она попыталась вякнуть, что не пьет крепкие напитки, но он хлопнул ее по ляжке и прижал к себе сильнее.
– Со мной будешь пить то, что я скажу. Расслабься, отдыхай.
Ирина тут же притихла и поерзала ягодицами, он услышал ее довольное урчание:
– Может, нам стоило сначала заехать ко мне домой? – многозначительно шепнула она и переместила его руку к себе на бедро под короткую юбку.
– Это еще зачем?
Руслан одной рукой сунул сигарету в рот, пошарил в кармане джинсов в поисках зажигалки.
– По-моему, ты возбужден… – прошептала девушка и снова потерлась о напряженный член.
– Ты об этом? А зачем к тебе? Меня устроит минет в моей машине, у тебя прекрасно получается ротиком. Давай выпьем сначала.
Он знал, что ведет себя по-хамски, но он был зол. Он, черт подери, кипел от ярости и дикого возбуждения. К Ирке специально поехал, знал, что та не прогонит. Ему бы вечер скоротать подальше от Оксаны.
"Любимый Сережа" бл***ь. Охренеть. Стонала как умалишенная, изгибалась, кончила, все еще дрожала в его руках, а за телефон тут же схватилась. Ему тогда захотелось выдрать из ее рук мобильник и разбить о дерево, а потом еще раздавить ногой. Кто Руслан для нее? Развлечение? Приятное приключение вдали от мужа? Потом вернется домой, отмоется в ванной и ляжет к своему "любимому Сереже", мать ее так? Да пошла она. У него таких Оксан, Ир, Лен, Свет, Вик всяких вагон и маленькая тележка.
Не таких. Похожей на нее не было ни разу. Она ему душу наизнанку выворачивала с самой первой встречи. Словно болезнь какая-то, наркотик. Он подсел на нее, на ее глаза, на улыбку, на движения ее рук. Женщины никогда не значили для него больше, чем еда, вода или другие физические потребности. А с Оксаной все по-другому, все сложно, остро, от взгляда на нее мозг кипит.
Увидел, как ее машину занесло, и чуть с ума не сошел. Думал, догонит и отборным матом покроет, а потом заметил Оксану там, у дерева, раскрасневшуюся, растрепанную, грудь ходуном ходит, волосы на лицо упали, глаза безумные. То ли испугалась, то ли сходит с ума, как и он сам. Не удержался – ударил. Не потому, что сильно злой был, а испугался, мать ее, впервые испугался за кого-то так, что чуть сердце не остановилось. Она лишь вздрогнула, а потом на губы его посмотрела. Будто хотела, чтобы прикоснулся к ней, даже так грубо. Он сам не понял, что уже целует ее. А Оксана отвечала. Такой бешеной страсти он еще не испытывал никогда в жизни. Женщины редко соответствовали его темпераменту, чаще уставали от него, кобелиной называли или жеребцом. Он всегда был неудержим, а им поцелуйчики подавай, возню, нежные слова. Он, конечно, играл по их правилам, желание женщины – превыше всего, но сам удовольствия от этого не получал. Разве что физически. Морально – никогда. Всегда оставалось чувство фальши, осадок, казалось, что все это – жалкий суррогат. Но Оксана отвечала на поцелуи со всей страстью, сходила с ума вместе с ним, она кусала его за губы в ответ на его укусы, она жадно перебирала его волосы и стонала громко, надсадно, естественно. Его это завело, в глазах потемнело. Смотрел на нее, когда она кончала, извиваясь в его руках, и понимал, что она не притворяется. Ее закатившиеся глаза, бледное лицо, ее крики, мышцы лона, ритмично сжимающие его пальцы. В этот момент он чувствовал себя победителем. Не потому, что приложил усилия, а потому, что она хотела его. Ее возбудило не то, что он делал или говорил, ее возбудил он сам.
По телу Руслана пробежала волна дрожи, поднес стакан к губам и жадно выпил, не закусывая.
– Может, уединимся?
Ира отвлекла от мыслей об Оксане и смачно поцеловала его в губы.
Руслан налил себе еще водки и посмотрел в залу, внезапно почувствовал, как его подбросило на месте.
– Что за х.…?
Он приподнял Иру и резко посадил на стул.
– Руслан, ты чего? – девушка потянулась к нему, но Бешеный отмахнулся от нее.
– Помолчи.
Он смотрел на Оксану, которая танцевала, по-видимому, со своей подругой около барной стойки, и чувствовал, как глаза наливаются кровью. Что она здесь делает? Ничего себе вырядилась. Молодая женщина раскованно двигалась под музыку, смеялась, потягивала коктейль из бокала. Руслан видел ее ярко алые губы, волосы, взлетающие волной в такт движениям стройного тела. Черное мини-платье облепило тонкую фигурку, полную грудь. На ногах туфли на шпильке, черные чулки.
– Рус…– Ира дернула его за рукав, – давай уйдем отсюда, мне скучно.
– Молчать.
Прошипел он и закурил. Ира обернулась, проследив за его взглядом.
– Ты на эту девку в черном платье смотришь? Знаешь ее? Вроде, не местная. Она тебе понравилась?
Руслан не ответил, он нервно постукивал зажигалкой по столешнице. К девушкам подошли два парня. Местные. Руслан их знал, сараевская братва. Они в этом клубе часто зависали. Чужих обычно гнали в шею, но Бешеного не трогали, боялись. Была у них стычка из-за Ирки пару месяцев назад, она Лысому приглянулась. Так потом половина сараевских в больничке отлеживалась с переломанными костями и огнестрелом, а Бешеному бабки принесли – откупились. Теперь они его не трогали. Руслан мог весь их район под себя подмять вместе с Рыжим, их бригадиром. Нет, ну что за дуры? Приперлись в клуб в чужом городе, да еще и вырядились, как для дорогого кабака. Сейчас к ним приставать начнут.
Руслан не ошибся, Лысый уже заказывал Оксане выпивку. Потом за талию приобнял. Бешеный с грохотом поставил бокал на стол.
– Ты чего? – Серый отвлекся от своей подружки и взглянул на друга.
– Посмотри, – Бешеный кивнул в сторону женщин.
– Это твоя дизайнер что ли?
– Сараевские пристают. Сука, тронет ее, я ему кости переломаю.
– Остынь. Они пока только выпивку заказали и все.
– За выпивку расплачиваться надо.
Ира напряженно смотрела на Руслана, потом снова на женщин. В этот момент Лысый протянул руку и тронул Оксану за плечо. Руслан привстал.
– Сиди! Пока ничего не происходит.
Оксана в этот момент обернулась, посмотрела на Руслана, и тот усмехнулся, сгреб Ирку и посадил снова к себе на колени. Пусть смотрит, что он не один здесь. Пусть знает, что ему наплевать. У нее есть "любимый Сережа", а у него – "любимая Ира, Света, Настя". Оксана тут же отвернулась. Никаких эмоций на лице. А может, ей все равно? Это он, как идиот, бесится и ревнует, не имея на это никакого права. Может, у нее таких Русланов тоже куча? Что он знает о ней?
"Завтра буду знать все!"
Бешеный выпил еще водки, не сводя глаз с парочки возле стойки бара. Лысый что-то шепнул Оксане на ухо, и они пошли танцевать вместе.
Ира поцеловала Руслана в шею, оплетая руками, шепча ему что-то интимное, возбуждающее, стараясь отвлечь, но он не разобрал ни единого слова. Смотрел на Лысого и Оксану, пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались. Когда рука Лысого легла на бедро Оксане и нагло сползла чуть ниже, Бешеный спихнул Иру с колен и встал, опрокинув стул.
– Бля, я его сейчас порву. Выведи эту на улицу, пусть в машине сидит.
Больше он на Иру не посмотрел, пошел к Оксане с Лысым. Сильно затягиваясь сигаретным дымом, он чувствовал, как наполняются легкие, как бешеная ярость поднимается изнутри и становится неконтролируемой. Он подошел сзади и остановился.
– Поехали, тут совсем рядом. Посидим, выпьем. У моего дружбана хата пустует. Давай, не ломайся.
Только сейчас Руслан увидел, что Лысый крепко сжимает Оксану за локоть, а та, хоть и старается выглядеть спокойной, все же напугана, но отвечает внятно и довольно культурно.
– Я же вам сказала, что никуда с вами не поеду. Отпустите мою руку, и разойдемся по-хорошему.
– Не ломайся, твоя подружка не такая, как ты. Посмотри, она уже зажимается вовсю, расслабься.
