Страница 12 из 16
Лопоухий кивнул и побрякивая кольчугой бросился выполнять задание.
– Секретничаешь? – кивнул гном, спрятав большие пальцы за широкий ремень с заклёпками. – Ну, ну, правильно.
– Не без этого, – сказал я, видя, что Неистовый ни капельки не обиделся. Голова его сейчас была занята совсем другими вещами.
– Скажи хоть как работает?
– Поджигаешь тряпку и швыряешь бутылку в толпу. Она разбивается и расплёскивает вокруг себя горящую смесь. Дальше объяснять?
Рофур кивая головой, пальцем сосчитал все бутылки, а затем взглянул на меня.
– Шестнадцать штук? Больше наделать нельзя?
Ваш покорный слуга отрицательно помотал головой.
– Ингредиенты кончились. А без них ничего не получится.
– Масло что ли? – удивился гном провожая взглядом пролетевшую над головой ворону. – Так в трактире поди есть. Сейчас организуем.
– Нет, не масло, – бросил я, приближая изображение наконец-то возникших на горизонте гоблинов. – Всё дождались. Рофур, командуй пока, мне надо с людьми поговорить. Настроить на бой. Этим гадам всё равно до нас не менее получаса идти.
Сделав знак хирду выдвигаться на мост, гном шмыгнул носом и заворчал:
– Чего их настраивать? Они что скрипка, лютня? Лучше бы нас настроил. Нам на острие атаки биться.
Я обернулся и пристально посмотрел на гнома. Шутит? Или правда обеспокоен?
– Я в вас уверен, а в них нет. Они же простые крестьяне.
– Ладно, ладно, – замахал на меня рукой Рофур. – Приятно сказал. Иди давай быстрее. Мотыга на мост! И смотри на передави нас тут всех!
За пятнадцать минут я сумел переговорить со всеми людьми. С кем-то ласково, с кем-то серьёзно, на других даже прикрикнуть пришлось. Ко всем подобрал свой ключик. Это же моя работа. В целом люди были настроены серьёзно даже мэтр Эбле с женой вооружились топорами и выглядели вполне решительно.
Вернувшись к мосту, аз многогрешный увидел гномов в крайне изумлённом состоянии. Брови их командира были нахмурены, губы плотно сжаты, наверное, матюгался, поминая всех гоблинских родственников до седьмого колена.
И знаете что? Взглянув на поляну, перед мостом, мне тоже захотелось ругнуться, что я и сделал. Вышло это у меня страстно, да так витиевато, что гномы уважительно переглянулись и со знанием дела покачали головами. В общем, им понравилось.
Всё пространство от леса до моста было заполнено живым ковром, состоящим из копошащихся тел гоблинов. Тысяч пять, не меньше. Над головами сгорбленных уродцев поднимались кривые копья, ржавые мечи и другое скверное оружие, тем не менее не становившиеся от этого менее опасным. Никакой брони у противника и в помине не было. Вот только вели они себя очень странно.
– Откуда их столько Рофур?
– Так раньше на Юге существовало много сильных королевств…
– Каких?
– Ну, Тролльгард или Королевство Закатных эльфов, например, людей Белого мыса. Их грабителей и мерзавцев периодически истребляли и держали под контролем.
– А куда все с Юга делись?
– Так Длинная война же была, потом драконья оспа, потом магическая чума, – загибал пальцы гном. – В общем, перемёрли все.
– Или перебили друг друга.
– Или перебили друг друга, – согласился Неистовый.
– А эти?
– А этих никакая зараз не берёт. Их даже чума не убивает. Они её только переносят. Да и как известно дерьмо не тонет.
– У вас тоже? – удивился я, потирая пальцами подбородок.
– Ну дак.
– Ладно, не бойтесь. Раньше смерти не умрём, – сказал я, внимательно вглядываясь во что-то в глубине этого моря из лысых голов и острых ушей.
Гномы позади меня засмеялись, а затем к ним присоединился Мотыга. Видели смеющегося тролля? Нет? Ничего хорошего, но запоминается на всю жизнь.
– Ты хорошо сказал. Мы запомним Полковник, – толкнул меня плечом гном подмигивая. – Не боишься смерти?
– Не боится смерти только дурак. Просто у моих предков с ней были особые отношения.
– Это какие же? Костлявая она и есть костлявая, заграбастает, не вырвешься. Дожидается тебя за углом и чуть что хвать!
– Вот-вот, наши соседи так же считали и изображали её в чёрном балахоне с капюшоном с косой и костлявыми руками.
– Нууу, у нас похоже, – подпрыгнул гном лязгнув бронёй. – У твоих по-другому?
– Да, по-другому. Тяжёлые условия существования, постоянные набеги и борьба за жизнь примерили нас с ней. Поэтому просто женщина средних лет, не страшная, не красивая, в длинной белой рубахе с распущенными волосами. Не радуется тому, что твоё время пришло. Просто делает работу и всё.
Рофур задумался, его бойцы позади зашептались.
– Я об этом подумаю.
– Подумай, – произнёс я, приближая изображение передвигающийся через толпу флага… нет не флага, хоругви, нет… – да это же Длинноносая!
– Где? – заорал гном и вырвал у меня бинокль.
Я был не против, ибо того что я увидел было достаточно. На древке было привязано засушенное тело древней седой гоблинши с бельмами вместо зрачков. Вот только у неё не было ни рук, ни ног. Когда-то давно они были отсечены и грубо зашиты. Гадость.
– Вот же срамота и как такое только земля носит, – ворчал гном давя пальцем на кнопку бинокля. – Слушай, а классная штука подаришь?
– Сейчас, разбежался, – сказал я, снимая эльфийскую куртку и свитер. На мне осталась тонкая кольчужка надетая на водолазку.
Со знанием дела, похмыкав и поковырявшись в зубах, гном потыкал в звенья металла, подёргал длинные рукава и констатировал:
– Неплохо. Железо крепкое, работа добрая. Словно гном делал, но не гном.
– Да какой он гном, роста в нём два метра с копейками, – вспомнил я кузнеца Валеру продавшего мне кольчугу. – Но тронутый немножко точно. По-хорошему.
Перекинув через плечо ножны со шпагой, я так распустил ремень, чтобы они находились на бедре слева. В карман штанов сунул гранату, во втором проверил наличие бинтов и одноразового шприца с обезболивающем. Гоблинский клинок всегда теперь висел у меня на поясе справа. Вроде готов.
– Лови Полковник! – с крыши Лоник сбросил пару странных жёлто-зелёных перчаток.
– Что это?
– Закроешь руки. Это перчатки из драконьей кожи, защитят не хуже металлических, – объяснил гномик, смотря на меня сверху вниз. – Только легче и с рук не спадают. Семейная реликвия.
Взглянув на редкий аксессуар я кончиком гоблинского кинжала ковырнул перчатку и даже царапины не оставил, а ведь нож был чудо какой острый.
– Так надень сам.
– Вам нужнее.
– Он дело говорит, – хрустел яблоком Рофур опираясь на щит. – Ладно, кончайте с любезностями и улыбками и давайте разберём стратегию боя.
Перчатки и правда словно влитые сидели. Поблагодарив жестом лопоухого гномика, я прошёл сквозь Железных и встал рядом с Неистовым. Сбоку чтобы никого не задавить примостился Мотыга с ящиком зажигательных коктейлей.
– Стратегия мой командир, проста. Выманиваем вот эту тварь сюда, – я указал пальцем на изуродованную мумию Длинноносой, – и я её уничтожаю.
– Думаешь поможет?
– Поможет. Не так давно в лесу я уничтожил шайку гоблинов и они совсем не были похожи на этих. Они быстро соображали, хитрили, в общем, были живыми и не хотели умирать. А эти посмотри – глаза выпучены, слюни по подбородку текут, будто в трансе.
– В чём? – удивился незнакомому слову гном, задрав голову.
– В трансе. Ну, будто под контролем чего-то, гипнозом.
– Ааа, одержимые то есть! – догадался Добур.
– Ну, можно и так сказать. В общем как можно дольше не пускаем их на мост. Затем отходим сюда не пускаем их с моста. Мотыга прикрываешь нас с боков, вдруг полезут.
– А потом?
– Потом начнут стрелять лучники. Лоник-то как в цель бьёт?
– Без промаха, – сказал Рофур, вглядываясь в шевелящийся ковёр на другой стороне реки. – Дальше?
– Они вынуждены будут принести Длинноносую сюда, и тут я её уничтожу.
– Так она же всё живое убивает.
– Это магия, а она на меня не действует.
– А если не сработает?
– Тогда нам всем конец.
За нашими спинами кто-то начал неистово молиться, и мэтр Эбле тут же на него прикрикнул. Суровый мужик.
– Смелый ты, – бросил в ответ командир Железных. – Ну ладно умрёшь в бою местечко за столом Того Кто Открывает все двери, тебе обеспечено. Договорюсь.
– Спасибо, обойдусь. Мне ещё дочь спасать, – проворчал я, становясь плечом к плечу с гномами. – Битва пяти воинств, блин.
22. Мотыга
Мотыга глухо зарычал и по толпе гоблинов, плотно окружавшей Длинноносую, пошло странное еле заметное серо-серебристое свечение, которое словно круги на воде охватывало всё больше и больше оскалившихся, выпучивших глаза особей.
– Хирд, внимание! – пророкотал Рофур.
Железные дружно издали что-то вроде «Хаг!» и щиты одновременно опустились на землю, да так, что мост под ногами завибрировал.
Я напрягал и расслаблял мышцы готовя тело к схватке. Старый проверенный годами способ. Нет, я не погибну здесь, в этом карикатурном фэнтезийном мирке от рук мелких, злобных уродцев натравливаемых на всё и вся сумасшедшей мумией древней старухи. Не беспокойся доченька, папа справится.
– Хирд, стена!
– Дум! – хором гаркнули гномы и выдвинули щиты тесно придвинувшись друг к другу. Мечи поднялись на согнутых в локте руках над головой. Да, да, именно мечи. Никаких топоров, секир, и боевых молотов из фильмов старика Джексона. Нет, точнее топоры-то были, но на длинных ручках и совсем не массивные, скорее нечто вроде томагавков с которыми мы привыкли видеть наших индейцев. Выполняли они роль вспомогательного оружия, не более. А вот мечи у Железных были самые обыкновенные, разве, что клинок был чуть более широкий, чем я привык видеть в учебниках по истории, музеях и киношках.
Гоблины рванули все сразу, расталкивая друг друга и вереща, словно стая безумных котов в период спаривания.
– Хирд, атака!
– Бирн! – выдохнули из себя два десятка глоток, и мечи синхронно опустились на головы ринувшихся на мост гоблинов.
Первый ряд уродцев скончался мгновенно, затем второй, третий, четвёртый и пятый.
– Хирд, смена!
– Аху! – первая шеренга, состоявшая из пяти бойцов, повернула щиты боком и сделала шаг вправо и назад. Одновременно, вторая шеренга выдвинулась вперёд развернув горгонионы. И снова первый, второй, третий, четвёртый и пятый ряд пали.
– Хирд, смена!
Ну что сказать, я остался под впечатлением. Если все гномы сражаются именно так, они приберут весь этот мир к рукам совсем скоро, тут и говорить не о чем.
Мне на этом празднике жизни места пока не было и поэтому, щёлкнув зажигалкой, я запалил фитиль первой бутылки и отправил её по назначению. Публика была в восторге.
Гоблины горели весело, усугубляя дело начавшейся паникой. Пропитанные потом шерстяные тряпки, которые они использовали вместо одежды, вспыхивали словно бумага, поджигая тем самым соседей.
Щелчок зажигалки и новая бутылка разбилась о голову остроухого мерзавца – новые крики и бестолковая сутолока. А гномы тем временем собирали свою кровавую жатву, уже уложив себе под ноги целую кучу трупов.
Я бросал бутылки одну за другой, выжигая в рядах гоблинов целые проплешины, но Длинноносая на древке так ни разу и не приблизилась к нам.
В какой-то момент я даже подумал, что противник вот-вот побежит, ведь они не смогли продвинуться ни на шаг вперёд, а потеряли уже так много бойцов. Не тут то было.
Снова это серо-серебристое свечение охватившие атакующих всё изменило. Паника разом прекратилась и даже пылающие гоблины замерли на месте. В десятке шагов от меня серомордый с горящими волосами дико завращал зенками и оскалив зубы, вернулся в строй. Словно марионетки они развернулись в сторону моста и одновременно кинулись на нас.
Груды сложенного штабелями кирпича, преграждающего путь на мост, дрогнули и сдвинулись на несколько шагов в нашу сторону. Гоблины давили друг друга, плющили тела соседей о камни, ломали кости, вывихивали конечности, но протискивались в узкий проход обороняемый хирдом.
Вот тогда то и наступило наше с Мотыгой время. Забросив последнюю бутылку с зажигательной смесью в нахлынувшую на нас волну неприятеля, я начал сбивать гоблинов с парапета моста справа, а тролль делал тоже самое слева. Уродцы ловко пробегали по ограждению мимо гномов норовя ударить их в спину и поэтому работы нам хватало.
