Страница 11 из 16
– Да что ты, конечно. Пылал как хворост. И орал жутко, – пояснил гном, скорчившись от неприятных воспоминаний. – Так что даже ваши и то не все Искренние.
– Искренние?
– Да. Вот они-то магии не подвластны. Совсем. Всё, что от магии вас не возьмёт. Ни стихийная атака, ни яд какой, сваренный алхимиком с помощью ворожбы, жуткие гады из сумрака вам тоже не опасны, – сказал гном. – То есть тебе, Полковник.
– Мы дорого стоим?
– Ещё как! Вы же идеальные телохранители для монархов и богатеев, – хлопнул себя по коленям Рофур. – Да и вообще применение вам найдётся.
Объяснения гнома были путанными, немного пространными, но суть я понял верно. Что ж, о нечто подобном я давно догадывался. Кстати, я до сих пор так и не объяснил Неистовому зачем путешествую с ними. Ничего про Лизку он не знал. Лишняя информация гному пока ни к чему. В общем, в этот раз тоже решил промолчать.
Дорога постепенно становилась всё шире и шире. На обочине стали появляться постоялые дворы и многочисленные люди. Ребятишки пасли коз и коров, а вдалеке слышался стук топоров и многоголосица. Кажется, мы прибыли в Хорш.
Я уже знал, что город существовал за счёт моста на другой берег. Неистовый битый час возмущался, что раньше в это задрыпаное село никто из серьёзных людей и носу не казал. Всё изменилось после сильного наводнения пять лет назад, когда местным просто повезло. Чем? Так большая вода сошла, а их мост остался единственной переправой через Ветлугу. С того времени дело пошло. Деревянную переправу заменили надёжным каменным строением, наняли троллей для охраны и гребут деньжищи лопатами. А речка-то тьфу, а не речка.
Меня разглагольствования гнома не удивили. В нашем Средневековье тоже был мостовой налог. Причём брали его на содержание и охрану конструкции. Так вот ловкие бароны и виконты придумали оригинальный способ заработка. Рыли посреди нормальной дороги яму, перекидывали через неё нарочничный мост и всё – плати. Да, а ещё налог на пыль был. Интересно здесь додумались?
В Хорше даже был фонтан. Я вообще заметил, что фонтан здесь это признак процветания. Мраморная здоровенная голая тётка с четвёртым размером груди и кудрявыми волосами, прижимала к себе толстого поросёнка. Интересная композиция, не с натуры ли ваяли?
Пока Лоник решал вопрос с закупкой свежих продуктов, мы с командиром Железных пересекли площадь, спотыкаясь об озорничавшую детвору, и оказались в здании местной администрации. К слову больше она походила на свинарник. С полом посыпанным соломой и лавочками у стены.
Выстояв очередь, мы оказались у простого деревянного стола, за которым важно восседал толстомордый лысый мужичок, лоснящийся от пота и с бляхой сержанта на груди.
Посмотрев наши документы и заслушав одного из стоявших позади него стражников – уже сбегали на наш караван посмотрели, и телеги с лошадками посчитали. Сержант объявил приговор:
– Десять золотых монет и вы можете пройти через наш мост.
– Что?! – выпучил глаза гном. – Да за десять золотых монет половину твоего свинарника…
Неистовый уже было хотел устроить скандал и поцапаться с местными из-за высокого мостового налога, но я решил, что незачем тратить на это время и настраивать людей против себя. Золото у меня было. Десять золотых монет из рюкзака перекочевало в карман подвижного лысого толстячка.
– Ну, вот и ладненько, – сладким голоском просюсюкал он и протянул Рофуру шест с зелёным флажком.
– Это что ещё за хрень? – недовольно спросил гном разглядывая плохо обструганную палку. – Куда мне её тебе вставить?
– Это всего лишь пропуск уважаемый, – раздражённо оборвал его стражник. – На тот берег. Отдадите его троллю. Тому, что в шлеме и он вас пропустит. Вымпел оставите на другой стороне.
Два тролля действительно охраняли каменный мост, пропуская или не пропуская повозки и пешеходов. Один из них был оранжевокожий, обросший щетиной и закутанный в грязную набедренную повязку (даже отсюда я слышал вонь исходящую от монстра), а вот второй… на его описании стоит остановиться подробнее.
Второй тролль действительно был особенным. Во-первых, говорил на языке людей почти чисто, то есть без привычных уже мне «р-р-р», «агр-р-г» и «фр-р-р». Во-вторых, был одет в нормальную одёжку: огромный рогатый шлем, штаны с ремнём и что-то вроде кожаной безрукавки, на которую были редко нашиты медные пластины. Защита так себе, но если учитывать, что каждая была размером с тазик для белья… На ногах чудовища были сандалии на деревянной подошве. А ещё на поясе у него висел самый настоящий меч, вот только без ножен и заточен с одной стороны. Дополняло образ бледная серо-синяя кожа, курносый нос и обломанный клык справа, торчащий из пасти.
– Давайте я перенесу вас бабушка! – сказал гигант и в четыре шага осторожно перенёс через мост старушку с маленьким осликом. Животное даже не испугалось, видно подобное обращение было для него привычным.
– Спасибо Мотыга, спасибо. Что бы я без тебя здоровяка делала.
Прямо при нас стайка девчонок разрисовала бабочками, пчёлками и цветочками подошву сандалий тролля. «Вежливый тролль», – удивился я. Хм, отец высокого фэнтези явно не раскрыл весь потенциал этого мира.
– Я всё сделал, погрузили, можем отправляется, – возник из ниоткуда Лоник улыбаясь во все тридцать три зуба и облизывая сахарного дракончика на палочке.
– Пива взяли? – рыкнул Неистовый с осуждением наблюдая за языком гномика.
– Взяли, взяли. Как ты любишь, тёмного, – успокоил тот. – Остальные продукты тоже. Спасибо, что спросил.
Они ещё переругивались, но я их не слышал. Что-то изменилось вокруг, что-то затрещало по швам и завопило от страха.
Сначала я увидел точки в небе, затем понял, что это огромная стая птиц или скорее несколько стай сбившихся в бестолковую кучу. Скворцы, галки, совы, воробьи и даже дятлы так тороплюсь покинуть лес, что сосем не обращали внимание на соседей. Толкаясь, пробивая себе дорогу в воздухе, они пронеслись над нашими головами.
За птицами из леса выскочили животные. На мост они не полезли, его перегораживали два здоровенных тролля, поэтому твари безрассудно бросались в воду и переплывали на наш берег. Косули, еноты, бобры, зайцы и лисы. Ни одного крупного хищника замечено мной не было. То ли их основательно повывели хоршцы, то ли две образины на мосту. Мотыга кстати тоже, что-то почувствовал так как положил руку на рукоять меча и угрожающе зарычал. Молодец!
Жители Хорша с открытым от удивления ртом смотрели на творящиеся безумие, и только мы с Рофуром поняли что происходит.
20. Длинноносая
– Гоблины! Гоблины идут! Их тьма-тьмущая! – по мосту поднимая пыль промчалась заполненная сеном телега. Взмыленные лошади, разбрасывая вокруг себя пену, выпучили глаза от страха. Они бешено перебирали копытами нахлёстываемые ещё более испуганным возницей.
– А может пожар? – спросил мужичок в соломенной шляпе. – Вон и животина убегает.
Кто-то из замерших на улице людей его поддержал, но опирающаяся на потемневшую от времени клюку согбенная старуха раскрыла беззубый рот и на удивление внятно произнесла:
– Гоблины несут с собой Длинноносую. Нам всем конец.
Что тут началось, просто представить страшно. Паника в мгновение ока превратила улицы в царство хаоса – детский плач, истеричные визги, ржание лошадей, брань и вопли страха.
К мосту брякая доспехами прибежало два десятка стражников, но было видно, что они трусят не меньше остальных селян.
– Полковник надо уходить! – пробасил гном, закрутив головой по сторонам. – Лоник! Лоник! Где ты?
– Я здесь!
– Готовь телеги к отбытию! Быстро!
– Уже бегу.
Вонючий тролль сначала стоял рядом со своим товарищем, а затем, махнув рукой, неловко спрыгнул с моста и помчался по течению реки обгоняя выплывших на наш берег животных. Даже такой здоровенный детина был испуган.
– Значит, маг не врал и на них действительно напал отряд гоблинов? – повернулся к Неистовому я.
– Это точно. И раз даже животные и птицы рванули из леса, то значит гоблины действительно собрались в большой набег. Кто бы мог подумать, давно такого не было.
– А кто такая Длинноносая?
– Это скорее не кто, а что, – крякнул в бороду Рофур. – Слышал, что это какая-то их реликвия, что-то типа мумифицированной шаманки умершей лет двести назад. Будто бы эта карга, ещё при жизни, предсказала, что доходяги вскоре построят своё государство и будут править людьми, гномами и эльфами.
– Скромно.
– И не говори. Тело её будто не разложилось, а приобрело чудесные свойства. Всё живое рядом с ней умирает. Они прикручивают мумию на шест и несут перед собой вместо стяга. За сто лет гоблины дважды объединялись вокруг Длинноносой и оба раза набеги уносили десятки тысяч жертв, опустошали наши земли и приносили чуму. Поэтому надо уносить ноги Полковник, – закончил гном, подзывая к себе Добура и Болвара.
– Как же это всё не вовремя, – сказал самому себя я, выходя на мост. Мне надо на тот берег, я не могу задерживаться. Через сутки я должен быть в Бустере. Бегство сорвёт все мои планы по спасению дочери. Да и кто вообще сказал, что нас не догонят в чистом поле и не перебьют как куропаток?
Придерживая рукой парик прибежал раскрасневшийся староста Хорша, а за ним его жена толстушка послебальзаковского возраста с поросёнком под мышкой. Животинка тоже была не первой свежести, зато с розовым бантом на макушке. Понятно теперь кого увековечил в мраморе фонтана староста (или он уже поди себя считает мэром). Смело, ничего не скажешь.
Сначала глава местной власти уставился на своего сержанта, даже открыл рот, чтобы что-то приказать, но у того глазки бегали от страха, а зубы выбивали дробь. Тогда он обратился ко мне и хмурому Рофуру разглядывающему что-то на том берегу.
– Я местный бургомистр мэтр Эбле. Рад познакомится.
Не дождавшись ответного приветствия, он, оглядев улепётывающих селян, разбросанные на улице вещи, носящихся туда-сюда кур, устало опустился на опрокинутый короб с зерном и с надеждой взглянул на меня.
– Что нам делать? Располагайте нами. Сделаем как скажите.
– С чего вы взяли, что я знаю? Что могу отдавать приказы?
– Это очевидно, уважаемый. Я живу на этом свете уже немало лет и умею разбираться в людях, – неожиданно спокойно произнёс мэтр Эбле. – Даже гномы из Железного клана смотрят на вас с уважением. Да и то, что вы пришли с ними уже о многом говорит.
Жена бургомистра обняв поросёнка села рядом с супругом и уткнулась ему в плечо.
– Почему вы не убегаете?
Вздохнув, мужчина достал из кармашка на животе серебряные часы луковицы и посмотрел на циферблат:
– Наши с Анной родители погибли во время прошлого набега гоблинов. Мы спаслись чудом. Убежать всё равно не сможем. Кто-то должен задержать орду здесь. Только так у других появится шанс.
А ведь бургомистр прав. Женщин, детей и стариков просто вырежут на лесных тропах, до Кноста им не добраться. А потом на их плечах уродцы ворвутся в город, а там… Власта, Глор, Красавчик. Да и мне убегать не хотелось. А уж погибать и подавно.
Осмотрев противоположный берег, я вернулся обратно. Всё это время второй тролль, так и стоявший на мосту, внимательно разглядывал меня с высоты собственного роста.
– Что мы будем делать Полковник? – неожиданно пробасил великан.
– Хороший слух? – улыбнулся я, взглянув наверх и прищурившись от солнца.
– И слух хороший и живу давно – оскалился в ответ Мотыга.
Ещё некоторое время подумав, моя персона приняла решение. Приказывать мне не привыкать.
– Бургомистр прикажите своим людям перегородить мост. С обоих концов.
– У нас есть телеги с камнями, мы собрались строить…
– Они подойдут. Да, и тащите сюда всё, что может гореть.
Рофур нервно подскочил ко мне и попытался ухватить за локоть.
– Полковник, если они несут Длинноносую значит их тысячи! Тысячи! Нам не справится!
– Нам и не убежать, – спокойно ответил я, приметив, что справа и слева от моста река резко расширялась, а значит гоблинам придётся взять мост. – Я не могу уйти.
– Ты что? Это не твоя война. Гоблины покуражатся и успокоятся. Через полгода вернутся к себе. Они же глупые, вздорные и не способны, что-либо создавать. Передерутся, всегда так происходит.
– Я не могу столько ждать, – отрезал ваш покорный слуга. – Мне нужно быть в Бустере через сутки, максимум двое.
Гном впился пятернёй в бороду и с силой дёрнул её:
– Что там у тебя? Что-то дороже жизни?
Сжав крепко губы, я бросил через спину:
– Там моя дочь.
Удивительно, но гном прямо мгновенно изменился в лице. Оставил в покое бороду, расслабил морщинки и, прихрамывая, покинул мост.
Ну, что ж, начнем, пожалуй. Слава богу, что в Хорше затевалось серьёзное строительство. Стражники и не сбежавшие мужики, с луками и копьями (набралось таких ещё десятка три), пригнали к мосту аж две дюжины телег с камнями и брусом. Сюда же притащили шесть здоровенных бочек с местной самогонкой, которая реально горела, когда её поджигали. Крепкая жуть, от неё даже глаза слезились. Как они её только пьют-то?
Мотыга поработал краном и быстренько разложил всё это в указанных мной местах и в нужном порядке. Селяне начали заострять колья, вгоняя их в противоположный берег. Стражники натащили кучу стрел и расставили их в вёдрах на определённом расстоянии друг от друга. Площадь с фонтаном мы превратили в укрепление на случай отступления. Этому способствовали стоявшие друг к другу близко дома и наваленный полукругом скарб, состоящий из мебели, заполненных барахлом сундуков, досок и другой ерунды. В общем, получились баррикады. Не идеальные, но всё лучше, чем без защиты.
Интересно было то, что в село начали возвращаться люди. В основном мужики, но были и женщины, и даже подростки. Поддавшись панике, по дороге они поняли, что убежать не удастся, да и не все были готовы отдавать свой дом просто так, без боя. Видя, что работа кипит, они молча присоединялись к ней. Всех подростков и женщин, я рассадил с луками по крышам. Стрелять тут умели все. Охота существенно разнообразила трапезу, а запрет на убийство дичи здесь ещё не придумали. То ли феодалы были мелковаты, то ли занимало их нечто другое.
Прихватив из рюкзака свой модный водонепроницаемый бинокль с шестнадцатикратным увеличением, одну из гранат, пару упаковок бинтов и шприц с обезболивающим, я рассматривал противоположный берег, стоя на баррикаде из массивных прямоугольных камней. За спиной у меня стоял Мотыга и ждал указаний. Монстр, было, предложил посадить меня на плечо, но я отказался… мы были ещё не в таких близких отношениях. Вообще он парень оказался неплохой, жаль только напарник его струсил.
Не оборона Хельмовой Пади, но все-таки. Позади что-то забрякало и строем к нам подошли гномы.
Ах, как они были хороши. Закованные в броню до пят, с опущенными забралами и массивными щитами, которые всё время нашего путешествия были сложены в телегах. Солнечные лучи играли на металле, словно окружая подземных жителей сиянием. Два десятка профессиональных воинов это вам не баран начхал.
В ответ на мой удивлённый взгляд Неистовый сначала насупился, затем усмехнулся и, рассмеявшись, хлопнул меня металлической перчаткой по плечу:
– Хирд принял решение. Решения хирда не обсуждаются.
От этих слов внутри у меня стало тепло, и я почувствовал себя почти дома. Словно я снова со своими ребятами и нам море по колено.
– Спасибо, просто сказал я.
– Пустое. Давно пора эту гнусь повывести.
21. Раньше смерти не умрём
– Лоник!
– Да, Полковник.
– Принеси из моего фургона ящик с бутылками и не торопись.
Оценив содержимое ящика, Рофур, вытащил одну из склянок заткнутых свёрнутой жгутом тряпкой и потряс ее, рассматривая на свет.
– Осторожно, это смесь опасна, – предупредил я командира Железных.
– Опасна? Чем же?
– О это смесь лутского масла, немного…
– Так, давай мой рюкзак за спину и с арбалетом к ребятишкам на крышу, – остановил я готового раскрыть все мои секреты Лоника. – Головой за вещи отвечаешь.
