Владимир Александрович Сединкин "Папины хлопоты"

– Руки, ноги, голова, всё как у вас.

– Эээ, не скажи. Говорил я с одним умным человеком лет двадцать назад, так вот, что он мне поведал.

Рофур по-хозяйски отодвинул развесившего уши Лоника в сторону и запрыгнул ко мне на повозку. Отстегнув ножны меча, он поставил их между ног и сложив руки на рукояти начал свой рассказ:

– Мы то, то есть жители нашего мира за тысячелетия пропитались магией. Стали… что ли её частью. Она повсюду, она везде. В еде, воде, воздухе тудыж его. Изначально люди её пользовали и вроде как жили-процветали. Пока не привела она к страшной войне. Сейчас-то магия под запретом. Особливо стихийная и некромантия. Узнают, сразу полквартала выжгут.

– А эти? Которые на нас напали?

– Они тоже вне закона. Поэтому так отчаянно и сопротивлялись.

– Но у вас же есть ведьмы и колдуны. Сам объявления в Кносте видел, – возразил я, хлестнув поводьями лошадок чуть не затащивших фургон в яму на дороге.

– Да нет, – рассмеялся гном, – эти совсем слабенькие. Ну, там лекарство от прыщей сварганить, приворотное зелье лёгкое, роды принять, по мелочи, в общем.

– Да и то сейчас почти в каждом городе врач есть! – перебил старшего товарища Лоник, воздев указательный палец вверх. – Медицина!

– Сиди уж! – пихнул его внутрь повозки Неистовый. – Шарлатаны они дохтора твои, мы и сами себя неплохо лечим.

– А дальше? – вернул ваш покорный слуга Рофура к рассказу.

– Дальше? О чём это я? Ааа! Вот, так и получается, что магия среди нас и в нас. Эх, как я завернул, – довольно крякнул гном, оглядев идущих справа и слева от фургона товарищей. – А выходцы из другого мира они как бы…

– В них магии нет?

– Получается, что так… вот только не так.

– Почему?

– Мальчонкой я видел одного из ваших. Лопотал не по-нашему, был в смешной форме со значками и звёздочками, чёрных сапогах, шапка у него была ещё смешная такая, не понятно для чего… голову же не закрывала. Так вот, он бедняга заступился за незнакомых ему людей на дороге. Даже не знаю зачем ему это было надо. И один из магов поджёг его. Легко, одним щелчком.

– Погиб?

– Да что ты, конечно. Пылал как хворост. И орал жутко, – пояснил гном, скорчившись от неприятных воспоминаний. – Так что даже ваши и то не все Искренние.

– Искренние?

– Да. Вот они-то магии не подвластны. Совсем. Всё, что от магии вас не возьмёт. Ни стихийная атака, ни яд какой, сваренный алхимиком с помощью ворожбы, жуткие гады из сумрака вам тоже не опасны, – сказал гном. – То есть тебе, Полковник.

– Мы дорого стоим?

– Ещё как! Вы же идеальные телохранители для монархов и богатеев, – хлопнул себя по коленям Рофур. – Да и вообще применение вам найдётся.

Объяснения гнома были путанными, немного пространными, но суть я понял верно. Что ж, о нечто подобном я давно догадывался. Кстати, я до сих пор так и не объяснил Неистовому зачем путешествую с ними. Ничего про Лизку он не знал. Лишняя информация гному пока ни к чему. В общем, в этот раз тоже решил промолчать.

Дорога постепенно становилась всё шире и шире. На обочине стали появляться постоялые дворы и многочисленные люди. Ребятишки пасли коз и коров, а вдалеке слышался стук топоров и многоголосица. Кажется, мы прибыли в Хорш.

Я уже знал, что город существовал за счёт моста на другой берег. Неистовый битый час возмущался, что раньше в это задрыпаное село никто из серьёзных людей и носу не казал. Всё изменилось после сильного наводнения пять лет назад, когда местным просто повезло. Чем? Так большая вода сошла, а их мост остался единственной переправой через Ветлугу. С того времени дело пошло. Деревянную переправу заменили надёжным каменным строением, наняли троллей для охраны и гребут деньжищи лопатами. А речка-то тьфу, а не речка.

Меня разглагольствования гнома не удивили. В нашем Средневековье тоже был мостовой налог. Причём брали его на содержание и охрану конструкции. Так вот ловкие бароны и виконты придумали оригинальный способ заработка. Рыли посреди нормальной дороги яму, перекидывали через неё нарочничный мост и всё – плати. Да, а ещё налог на пыль был. Интересно здесь додумались?

В Хорше даже был фонтан. Я вообще заметил, что фонтан здесь это признак процветания. Мраморная здоровенная голая тётка с четвёртым размером груди и кудрявыми волосами, прижимала к себе толстого поросёнка. Интересная композиция, не с натуры ли ваяли?

Пока Лоник решал вопрос с закупкой свежих продуктов, мы с командиром Железных пересекли площадь, спотыкаясь об озорничавшую детвору, и оказались в здании местной администрации. К слову больше она походила на свинарник. С полом посыпанным соломой и лавочками у стены.

Выстояв очередь, мы оказались у простого деревянного стола, за которым важно восседал толстомордый лысый мужичок, лоснящийся от пота и с бляхой сержанта на груди.

Посмотрев наши документы и заслушав одного из стоявших позади него стражников – уже сбегали на наш караван посмотрели, и телеги с лошадками посчитали. Сержант объявил приговор:

– Десять золотых монет и вы можете пройти через наш мост.

– Что?! – выпучил глаза гном. – Да за десять золотых монет половину твоего свинарника…

Неистовый уже было хотел устроить скандал и поцапаться с местными из-за высокого мостового налога, но я решил, что незачем тратить на это время и настраивать людей против себя. Золото у меня было. Десять золотых монет из рюкзака перекочевало в карман подвижного лысого толстячка.

– Ну, вот и ладненько, – сладким голоском просюсюкал он и протянул Рофуру шест с зелёным флажком.

– Это что ещё за хрень? – недовольно спросил гном разглядывая плохо обструганную палку. – Куда мне её тебе вставить?

– Это всего лишь пропуск уважаемый, – раздражённо оборвал его стражник. – На тот берег. Отдадите его троллю. Тому, что в шлеме и он вас пропустит. Вымпел оставите на другой стороне.

Два тролля действительно охраняли каменный мост, пропуская или не пропуская повозки и пешеходов. Один из них был оранжевокожий, обросший щетиной и закутанный в грязную набедренную повязку (даже отсюда я слышал вонь исходящую от монстра), а вот второй… на его описании стоит остановиться подробнее.

Второй тролль действительно был особенным. Во-первых, говорил на языке людей почти чисто, то есть без привычных уже мне «р-р-р», «агр-р-г» и «фр-р-р». Во-вторых, был одет в нормальную одёжку: огромный рогатый шлем, штаны с ремнём и что-то вроде кожаной безрукавки, на которую были редко нашиты медные пластины. Защита так себе, но если учитывать, что каждая была размером с тазик для белья… На ногах чудовища были сандалии на деревянной подошве. А ещё на поясе у него висел самый настоящий меч, вот только без ножен и заточен с одной стороны. Дополняло образ бледная серо-синяя кожа, курносый нос и обломанный клык справа, торчащий из пасти.

– Давайте я перенесу вас бабушка! – сказал гигант и в четыре шага осторожно перенёс через мост старушку с маленьким осликом. Животное даже не испугалось, видно подобное обращение было для него привычным.

– Спасибо Мотыга, спасибо. Что бы я без тебя здоровяка делала.

Прямо при нас стайка девчонок разрисовала бабочками, пчёлками и цветочками подошву сандалий тролля. «Вежливый тролль», – удивился я. Хм, отец высокого фэнтези явно не раскрыл весь потенциал этого мира.

– Я всё сделал, погрузили, можем отправляется, – возник из ниоткуда Лоник улыбаясь во все тридцать три зуба и облизывая сахарного дракончика на палочке.

– Пива взяли? – рыкнул Неистовый с осуждением наблюдая за языком гномика.

– Взяли, взяли. Как ты любишь, тёмного, – успокоил тот. – Остальные продукты тоже. Спасибо, что спросил.

Они ещё переругивались, но я их не слышал. Что-то изменилось вокруг, что-то затрещало по швам и завопило от страха.

Сначала я увидел точки в небе, затем понял, что это огромная стая птиц или скорее несколько стай сбившихся в бестолковую кучу. Скворцы, галки, совы, воробьи и даже дятлы так тороплюсь покинуть лес, что сосем не обращали внимание на соседей. Толкаясь, пробивая себе дорогу в воздухе, они пронеслись над нашими головами.

За птицами из леса выскочили животные. На мост они не полезли, его перегораживали два здоровенных тролля, поэтому твари безрассудно бросались в воду и переплывали на наш берег. Косули, еноты, бобры, зайцы и лисы. Ни одного крупного хищника замечено мной не было. То ли их основательно повывели хоршцы, то ли две образины на мосту. Мотыга кстати тоже, что-то почувствовал так как положил руку на рукоять меча и угрожающе зарычал. Молодец!

Жители Хорша с открытым от удивления ртом смотрели на творящиеся безумие, и только мы с Рофуром поняли что происходит.

20. Длинноносая

– Гоблины! Гоблины идут! Их тьма-тьмущая! – по мосту поднимая пыль промчалась заполненная сеном телега. Взмыленные лошади, разбрасывая вокруг себя пену, выпучили глаза от страха. Они бешено перебирали копытами нахлёстываемые ещё более испуганным возницей.

– А может пожар? – спросил мужичок в соломенной шляпе. – Вон и животина убегает.

Кто-то из замерших на улице людей его поддержал, но опирающаяся на потемневшую от времени клюку согбенная старуха раскрыла беззубый рот и на удивление внятно произнесла:

– Гоблины несут с собой Длинноносую. Нам всем конец.

Что тут началось, просто представить страшно. Паника в мгновение ока превратила улицы в царство хаоса – детский плач, истеричные визги, ржание лошадей, брань и вопли страха.

К мосту брякая доспехами прибежало два десятка стражников, но было видно, что они трусят не меньше остальных селян.

– Полковник надо уходить! – пробасил гном, закрутив головой по сторонам. – Лоник! Лоник! Где ты?

– Я здесь!

– Готовь телеги к отбытию! Быстро!

– Уже бегу.

Вонючий тролль сначала стоял рядом со своим товарищем, а затем, махнув рукой, неловко спрыгнул с моста и помчался по течению реки обгоняя выплывших на наш берег животных. Даже такой здоровенный детина был испуган.

– Значит, маг не врал и на них действительно напал отряд гоблинов? – повернулся к Неистовому я.

– Это точно. И раз даже животные и птицы рванули из леса, то значит гоблины действительно собрались в большой набег. Кто бы мог подумать, давно такого не было.

– А кто такая Длинноносая?

– Это скорее не кто, а что, – крякнул в бороду Рофур. – Слышал, что это какая-то их реликвия, что-то типа мумифицированной шаманки умершей лет двести назад. Будто бы эта карга, ещё при жизни, предсказала, что доходяги вскоре построят своё государство и будут править людьми, гномами и эльфами.

– Скромно.

– И не говори. Тело её будто не разложилось, а приобрело чудесные свойства. Всё живое рядом с ней умирает. Они прикручивают мумию на шест и несут перед собой вместо стяга. За сто лет гоблины дважды объединялись вокруг Длинноносой и оба раза набеги уносили десятки тысяч жертв, опустошали наши земли и приносили чуму. Поэтому надо уносить ноги Полковник, – закончил гном, подзывая к себе Добура и Болвара.

– Как же это всё не вовремя, – сказал самому себя я, выходя на мост. Мне надо на тот берег, я не могу задерживаться. Через сутки я должен быть в Бустере. Бегство сорвёт все мои планы по спасению дочери. Да и кто вообще сказал, что нас не догонят в чистом поле и не перебьют как куропаток?

Придерживая рукой парик прибежал раскрасневшийся староста Хорша, а за ним его жена толстушка послебальзаковского возраста с поросёнком под мышкой. Животинка тоже была не первой свежести, зато с розовым бантом на макушке. Понятно теперь кого увековечил в мраморе фонтана староста (или он уже поди себя считает мэром). Смело, ничего не скажешь.

Сначала глава местной власти уставился на своего сержанта, даже открыл рот, чтобы что-то приказать, но у того глазки бегали от страха, а зубы выбивали дробь. Тогда он обратился ко мне и хмурому Рофуру разглядывающему что-то на том берегу.

– Я местный бургомистр мэтр Эбле. Рад познакомится.

Не дождавшись ответного приветствия, он, оглядев улепётывающих селян, разбросанные на улице вещи, носящихся туда-сюда кур, устало опустился на опрокинутый короб с зерном и с надеждой взглянул на меня.

– Что нам делать? Располагайте нами. Сделаем как скажите.

– С чего вы взяли, что я знаю? Что могу отдавать приказы?

– Это очевидно, уважаемый. Я живу на этом свете уже немало лет и умею разбираться в людях, – неожиданно спокойно произнёс мэтр Эбле. – Даже гномы из Железного клана смотрят на вас с уважением. Да и то, что вы пришли с ними уже о многом говорит.

Жена бургомистра обняв поросёнка села рядом с супругом и уткнулась ему в плечо.

– Почему вы не убегаете?

Вздохнув, мужчина достал из кармашка на животе серебряные часы луковицы и посмотрел на циферблат:

– Наши с Анной родители погибли во время прошлого набега гоблинов. Мы спаслись чудом. Убежать всё равно не сможем. Кто-то должен задержать орду здесь. Только так у других появится шанс.

А ведь бургомистр прав. Женщин, детей и стариков просто вырежут на лесных тропах, до Кноста им не добраться. А потом на их плечах уродцы ворвутся в город, а там… Власта, Глор, Красавчик. Да и мне убегать не хотелось. А уж погибать и подавно.

Осмотрев противоположный берег, я вернулся обратно. Всё это время второй тролль, так и стоявший на мосту, внимательно разглядывал меня с высоты собственного роста.

– Что мы будем делать Полковник? – неожиданно пробасил великан.

– Хороший слух? – улыбнулся я, взглянув наверх и прищурившись от солнца.

– И слух хороший и живу давно – оскалился в ответ Мотыга.

Ещё некоторое время подумав, моя персона приняла решение. Приказывать мне не привыкать.

– Бургомистр прикажите своим людям перегородить мост. С обоих концов.

– У нас есть телеги с камнями, мы собрались строить…

– Они подойдут. Да, и тащите сюда всё, что может гореть.

Рофур нервно подскочил ко мне и попытался ухватить за локоть.

– Полковник, если они несут Длинноносую значит их тысячи! Тысячи! Нам не справится!

– Нам и не убежать, – спокойно ответил я, приметив, что справа и слева от моста река резко расширялась, а значит гоблинам придётся взять мост. – Я не могу уйти.

– Ты что? Это не твоя война. Гоблины покуражатся и успокоятся. Через полгода вернутся к себе. Они же глупые, вздорные и не способны, что-либо создавать. Передерутся, всегда так происходит.

– Я не могу столько ждать, – отрезал ваш покорный слуга. – Мне нужно быть в Бустере через сутки, максимум двое.

Гном впился пятернёй в бороду и с силой дёрнул её:

– Что там у тебя? Что-то дороже жизни?

Сжав крепко губы, я бросил через спину:

– Там моя дочь.

Удивительно, но гном прямо мгновенно изменился в лице. Оставил в покое бороду, расслабил морщинки и, прихрамывая, покинул мост.

Ну, что ж, начнем, пожалуй. Слава богу, что в Хорше затевалось серьёзное строительство. Стражники и не сбежавшие мужики, с луками и копьями (набралось таких ещё десятка три), пригнали к мосту аж две дюжины телег с камнями и брусом. Сюда же притащили шесть здоровенных бочек с местной самогонкой, которая реально горела, когда её поджигали. Крепкая жуть, от неё даже глаза слезились. Как они её только пьют-то?

Мотыга поработал краном и быстренько разложил всё это в указанных мной местах и в нужном порядке. Селяне начали заострять колья, вгоняя их в противоположный берег. Стражники натащили кучу стрел и расставили их в вёдрах на определённом расстоянии друг от друга. Площадь с фонтаном мы превратили в укрепление на случай отступления. Этому способствовали стоявшие друг к другу близко дома и наваленный полукругом скарб, состоящий из мебели, заполненных барахлом сундуков, досок и другой ерунды. В общем, получились баррикады. Не идеальные, но всё лучше, чем без защиты.

Интересно было то, что в село начали возвращаться люди. В основном мужики, но были и женщины, и даже подростки. Поддавшись панике, по дороге они поняли, что убежать не удастся, да и не все были готовы отдавать свой дом просто так, без боя. Видя, что работа кипит, они молча присоединялись к ней. Всех подростков и женщин, я рассадил с луками по крышам. Стрелять тут умели все. Охота существенно разнообразила трапезу, а запрет на убийство дичи здесь ещё не придумали. То ли феодалы были мелковаты, то ли занимало их нечто другое.