Владимир Александрович Сединкин "Папины хлопоты"

Попрощавшись с Мотыгой, который долго махал мне вслед, и справив тризну по бойцам Железного клана, мы перебрались через Ветлугу и встали на дорогу до Бустера. Позади нас весело застучали топоры, и снова раздавался детский смех. Жители вернулись, хоть и были изрядно огорчены смертью бургомистра и его супруги.

Ваш покорный слуга, закинув на плечо свои изрядно потяжелевший рюкзак (раньше-то часть золота была упрятана в моём фургоне, как выяснилось ремонту не подлежащему) вздыхал о своих смирных мышастых лошадках делавших путешествие немного комфортнее и быстрее.

По пути нам встречались брошенные гоблинские копья, мечи, кинжалы, другой мусор и даже трупы мерзавцев то ли умерших от ран, полученных в сражении, то ли что-то не поделивших с собратьями.

Взбивая подошвами своих ботинок, пыль, я вспоминал очередной эпизод из наших с Лизой совместных (таких редких, но ярких) «приключений». Как же я жалею теперь, что этих мгновений было недостаточно много.

Несколько лет назад вместе с дочерью мы ходили в поход за город. Бывшая моя супруга тогда уже тяжело болела и договорившись с врачами об обследовании её в лучшей клинике, я принял решение отвлечь Лизку от грустных мыслей и вытащить на природу.

О, что это была за прогулка! Сначала моя рыбка капризничала, потом хныкала от усталости, потом кричала на меня, что я дескать затащил её в такую глушь, что здесь и сотовые то не ловят и интернета нет. Ну, так всё в соответствии с планом же.

Хитрый папа сделал вид, что мы заблудились, а потом на костре приготовил такой ужин, что просто пальчики оближешь. Как она тогда на меня смотрела…

– Полковник, там, что-то происходит, – прервал мои грёзы Лоник понукавший свою лошадку.

Бросив ему под ноги свой рюкзак и взглядом приказав хранить и беречь, аз многогрешный обогнал идущих впереди гомов и замер рядом с Рофуром угрюмо уставившимся на кучку разодетых в шелка и бархат людей-всадников гарцующих вокруг раскидистой сосны стоящей чуть особняком от леса. На дереве, словно испуганный котёнок, сидела девочка-подросток. Лет двенадцать-тринадцать не более. Вот точь-в-точь как моя Лизка во время того приснопамятного похода.

Командир наш нахмурил брови, а борода его встала дыбом. И когда это они интересно такими добренькими в отношениях к людям стали? Что-то раньше не замечал.

– Слезай мерзавка! Мы же просто поиграть хотели! – орал холёный смешливый молодец с тонкими усиками и лоснящимися румяными щеками. – Чего ты?

– Вы меня по полю гоняли! Я чуть под копыта ваших коней не угодила, – прижав ладошки к груди, испуганно зачастила девчонка. – Вон даже коленку разбила.

Жалобы бедняжки вызвали взрыв смеха мажоров. Наклонившись в седле, один из них поднял с земли шишку и бросил её в поджавшую ноги простолюдинку.

– Ай!

– Слезай давай дура! – взмахнул рукой в тонкой лайковой перчатке мужчина в берете с пером. – Не слезешь, срубим дерево. Да Зорн?

– Как скажите, Ваше Сиятельство, – заискивающе закивал крепкий мужичок в зелёном простом камзоле на немудрёной, но крепкой лошадке.

– Не вмешивайтесь, – бросил я Неистовому и неспешно направился к сосне.

– Так ты спустишься или нет! – снова заорал обладатель берета надув капризно губы. В девчонку полетела новая шишка и новая порция скабрезных шуток.

– Чего вам от меня надо дяденьки?

– Дяденьки! Вы слышали дяденьки! Ха-ха-ха! – шестеро мужиков давились смехом, не замечая, что позади них появилась дюжина гномов и тихий и незаметный мужчина в полном расцвете сил, которого и надо было сильнее всех опасаться.

– Зорн! Руби дерево! – приказал Капризулькин, вонзив пятки скакуну в бок.

– Но я же…

– Руби! Я приказываю!

Коротко разбежавшись, я сильно толкнул его лошадь одновременно ладонями в круп и в шею. Коняга заржала и рухнула на бок, придавив хозяина.

Не дав никому опомниться, я резко хлопнул животное по боку и когда оно, всхрапнув, соскочило с земли, удержал там её хозяина. Капризулькин начал, что-то кричать, но я грубо взял его за руку и протащив по траве, колючкам и песку повесил за пышное жабо на торчащий над землёй сучок.

– Спасите! Помогите! Вассалы защищайте меня! Быстрее! – заверещал феодал, хлопая руками по стволу дерева. – Убейте этого мерзавца, он на моей земле!

Сказано-сделано. Сначала на меня бросился любитель покидаться шишками. Даже шпагу идиот из ножен вытащить не успел. Так и свалился без сознания всего от одной моей оплеухи, набрав при этом полный рот песка и иголок. Затрещины, правда, всегда выходят у меня на загляденье. Эта была не исключением. Бедняга даже пару раз вокруг себя крутанулся.

В очередь! Затем клинок веселого толстячка с тонкими усиками и в белом кружевном камзоле, оказался в моих руках. Я плашмя ожёг его полоской металла по руке, завершив схватку подсечкой и ударом ногой в промежность.

– Аа–яй-яй!

Следующим, перепрыгнув через взвывшего от боли товарища, был высокий юнец с золотой цепью на шее и брошью в виде волка на груди. Его я просто встретил джебом в нос на вытянутой руке, а затем ударом раскрытой ладони в шею. Не до смерти, не беспокойтесь. Костлявая и так уже достаточно попировала накануне.

А вот пятый – невысокий, но крепкий шатен в тёмно-синем дублете, оказался противником подготовленным и ушлым. Он, вооружившись шпагой и коротким клинком с чудным волнистым лезвием, постарался зайти ко мне сбоку и даже сумел нанести два колющих удара в то место где моя персона недавно стояла.

Вынув из ножен гоблинский кинжал, я блокировал следующую его атаку, рассыпав вокруг себя сноп искр. Ещё выпад и опять мимо, ухожу влево, а затем, крутанув запястье противника, избавляю его от шпаги. Живчик так и не понял, как у меня это вышло, но постарался увеличить дистанцию между мной и собой. Жаль сделал он это слишком медленно. Ухватив нападавшего за руку с клинком, я ударил его ступнёй под коленку, и когда тот начал опрокидываться на землю добил ударом локтя в шею.

Зорн, видать лесник или слуга, просто слез с лошади и опустился на коленях в траву, бросив имеющийся у него охотничий нож перед собой. Смотрел он на меня без особого страха, но с уважением. Умный мужик, бывалый.

Ну, вот теперь можно и поговорить.

– Спрыгивай котёнок! засмеялся Рофур, протягивая вверх к девчушке свои ручищи. – Давай, ловлю!

Стрекоза не заставила себя долго ждать. Когда её поставили на землю, она оправила простое коричневое платье и с любопытством начала разглядывать унижения аристократов.

– Вы кто? Кто вы вообще такие? Я барон Латардих Мюллентоп на своей земле и не позволю…

– Рот закрой, Капризулькин! – сказал я, останавливаясь над возящимися на земле противниками. – Так, встать на колени! Руки за голову!

Аристократы с удивлением посмотрели на меня, но приказ выполнили, с опаской поглядывая на скалившихся вокруг гномов. Вот только последний мой противник – фехтовальщик явно был не в себе, и всё время норовил упасть.

– Помогите товарищу, что ж вы! Поддержите его!

– Всё! Я требую представиться!!! – пронзительно завопил висевший на сучке барон. Дерево хрустнуло, и Мюллентоп больно приземлился на пятую точку.

Так кто я сегодня? Купец Рихард Зорге, Одноглазая сова или дятел?

– Это герцог Дона, Ваше Сиятельство, из Кноста, – решил всё за меня Лоник, торжественно показывая окружающим щит выброшенного мною из окна любителя молоденьких девочек.

Он что принял эстафету от Борна? Тот тоже всё эгиды заставлял меня с собой таскать. В руках гнома на солнце посверкивал щит с изображением дятла на зелёно-желтом поле.

– Ваше Светлость, прошу простить, я же не знал, – затряс губами Латардих Мюллентоп срывая с головы берет и кланяясь мне в витиеватом поклоне. – Мы просто никогда с вами не встречались, поэтому и произошло это досадное недоразумение.

То же самое хотели сделать и его вассалы, но Рофур пригрозил им пальцем. Мол, никаких резких движений и с земли не вставать.

– Но почему вы здесь один и без охраны? – поглаживая отбитую задницу, спросил феодал. – Почему с вами гномы? – последнее слово он произнёс несколько брезгливо.

– Видите ли, барон, я отправился на охоту…

– Ах так вот, что у вас за костюм! Оригинально! – всплеснул руками Латардих Мюллентоп.

– Да, и мы попали в схватку с гоблинами в Хорше, – продолжил я.

Громко сглотнув, феодал с недоверием уставился на меня и на удерживаемый в моих руках гоблинский клинок. На лбу аристократа заблестели бисеринки пота. Да тут у нас какая-то тайна? Ну, ну. Посмотрим.

– Но, но… ведь гоблины собрали огромное войско и Длинносая… как вы выжили?

– Длинноносая побеждена герцогом. Развеяна в прах. Войско рассеянно, – пояснил Лоник на правах моего камердинера.

Тут уже все аристократы проорали что-то вроде «Вау!», ну или нечто похожее.

– Ну, раз так, – барон о чём-то лихорадочно думал, – тогда ладно. А кто вам эта девочка? Позвольте спросить?

Хм, даже обрадовался, что можно сменить тему.

– Это дочь моей кухарки. Она с матерью ездила в Бустер к родственникам, – не моргнув глазом соврал я. – Наверное, потерялась во время наступления гоблинов.

Девчонка оказалась сообразительной, и опровергать мою версию не стала. Слава богу.

– А сейчас вы куда? – свесив голову набок и мерзко оттопырив губки, спросил феодал.

– В Бустер же. Возникло срочное дело. Пытаюсь догнать корабль с моими людьми, – как можно добродушнее улыбнулся я. – Так сказать дополнительно проинструктировать.

– Хочу вас разочаровать Ваша Светлость, когда гоблины двинулись мимо города, все оркские капитаны отчалили в море. Испугались гнева Длинноносой. В прошлый-то раз им досталось. Так что ни одного корабля в порту точно нет.

– ЧТО?!!! – не сдержался я, страшно сверкнув глазами.

24. Опоздали!

Видать, я всерьёз своим раздражением напугал всех окружающих. Аристократы скукожились, Капризулькин спрятался за лесника, а гномы построились в шеренгу делая вид, что им вообще-то всё равно, но так на всякий случай… Ну, извините, немного вспылил.

Только Рофуру было плевать, и он меланхолично продолжал ногтем ковыряться в зубах, с полуулыбкой наблюдая за моими мысленными терзаниями.

Что решил? Решил продолжать движение к городу. Хотел собственными глазами убедиться, что дочь моя уплыла по волнам. Слову этого напомаженного… урода, ваш покорный слуга, не очень-то доверял.

Спасённую нами девчонку звали Дялкой, ей было одиннадцать лет, и она действительно потеряла свою мать во время встречи каравана с гоблинами. Родительница приказала ей бежать в лес, а тропинку назад она найти не смогла, хоть и видела, что серокожие промаршировали мимо. Пытаясь найти дорогу, Дялка и встретила аристократов выехавших на охоту.

Весь путь до города девчонка болтала, да так, что гномы начали от неё разбегаться в разные стороны. Сто тысяч вопросов о том, что взбредёт в голову: «А почему вы такие маленькие?»; «А почему я ни разу не видела гномов-женщин?»; «А вы умете петь?»; «А как выглядят гномьи коняшки?». И всё в таком духе.

Я же думал о своём. Тщательно проанализировал действия с того дня как оказался в этом мире. Мог ли я двигаться быстрее и действовать результативнее? Нет, не мог. Я и так в сложившихся обстоятельствах предпочитаю всем способам – силовой. Не самый эффективный, зато самый быстрый. Торопился, как мог. Винить себя не за что.

– Мама! Это моя мамочка! – закричала Дялка, вскочив на ноги в телеге и замахав руками замершей на обочине группе людей бредущих вдоль дороги.

– Ну слава тебе Тот Кто Открывает Все Двери! Ты сжалился над бедными подданными своими! – с радостью произнёс Неистовый, а гномы вторили ему, и с облегчением выдохнули.

Мать Дялки – Брунита – дородная серьёзная женщина с элегантной монобровью над угольно-чёрными глазами сердечно поблагодарила нас, и продолжила путешествие к городу вместе с нашим отрядом.

Уже через полтора часа мы были вынуждены остановится так как к воротам вела длинная вереница, состоящая из телег, повозок, фургонов и несуразных деревянных домиков на колёсах влекомых мускулистыми быками. Здесь мы простояли часа три.

Моя персона не сильно расстроилась из-за этой задержки так как использовала её с пользой. Я походил туда-сюда вдоль очереди, послушал о чём говорят люди, чем они раздражены, чего боятся, о чём радуются. Информация была отменная и чрезвычайно полезная.

Да, я ещё поближе познакомился с земляками Рофура и они мне совсем даже не понравились. Говорю абсолютно серьёзно. Высокомерные, хамоватые, заносчивые и зачастую излишне агрессивные, они затыкали всем рты, устраивали драки и скандалы, хвастались и упивались своей силой и властью. В общем, представители Железного клана мне нравились намного больше.

Только сейчас я понял, как мне повезло. Ведь спаси я тогда в гостинице гнома из какого-нибудь другого тейпа, мне всё равно бы никогда с ними путешествовать не позволили бы, да и считали бы грязью под ногтями. Правда и в этом я скоро засомневался.

Почему? Познакомился с одним из старейшин Железного клана. Тот тоже с охраной приехал по делам в Бустер и завидев поредевшую команду Неистового отчитал его как мальчишку. Когда старик с седыми патлами, заправленными за пояс и украшенными серебряными колокольчиками узнал, что несколько гномов погибло в Хорше, он вообще устроил безобразную истерику – плевался слюной, топал ногами, бил Рофура кулачком в грудь и покраснел так, что я думал его удар хватит… ан нет, к сожалению, обошлось. На телеги с провизией доставленные нашим командиром и сэкономленные деньги старый козёл даже внимание не обратил.

По прошествии трёх часов Латардих Мюллентоп вспомнил наконец о нас и провёл в город без очереди.

– Ваша Светлость, вы простите меня, просто у нас пропускной режим, – извинялся барон. – Сами же знаете, чуть под гоблинский набег не попали. Чудом нас Великая Мать избавила от этой беды.

Спасибо я этому мажору не сказал, от предложения погостить у него тоже отказался. Направился сразу в порт, чтобы убедится, что никто врать мне не собирался.

«Дьявол! И что же теперь делать!» – думал я, разглядывая абсолютно чистое море, по которому даже ни одного кораблика не плавало.

Позади меня кто-то осторожно покашлял. Обернувшись, я увидел мать спасённой девчонки.

– Господин, дочка рассказала мне, что вам нужно догнать корабль, отплывший в Горланд?

Ай да болтушка, она, видать не только трепаться может, но и слушать и делать правильные выводы.

– Всё верно, уважаемая Брунита, – кивнул я.

– Есть один способ. Но он очень опасный.

– Говорите.

– Мой муж пока не погиб работал с орками. Даже пару раз плавал на корабле капитана Брукиса.

– А кто это такой? – спросил я, усаживаясь на бочку, стоящую рядом.

– Это один из самых удачливых и сильных пиратов по эту сторону моря, – пояснила женщина, забросив за спину собранные в длинный хвост чёрные волосы.

– А кто второй?

– Григус, его личный враг, кровожадный маньяк и каннибал.

– Что мне нужно сделать?

– Договорится с кем-то из них. Брукис и Григус знают короткий путь через Море рифов. Они догонят нужный вам корабль и захватят со всем необходимым, – сказала черноглазая Брунита внимательно смотря на меня.

Смотрит в самую суть. Уж не ведьма ли? А что? Очень даже может быть. Гадалка точно. В подполье. Они же тут вроде как вне закона.

– С кем лучше договариваться? – спросил я, наблюдая за возникшим позади Лоником.

– С Брукисом. Он конечно не подарок, но всё же в первую очередь бизнесмен, в отличие от его врага, полного мерзавца и хладнокровного убийцы.

– И как мне заинтересовать его?

– Убейте Григуса и принесите его голову Брукису.

– А что между ними произошло?