– Ты еще очки чужие на нос надень и поправляй, для важности… – С ним нельзя было разговаривать, не усмехаясь.
Чересчур деловой пацан. Тимофей…
– Чужие носить нельзя. От них зрение падает.
– Смотри, как надо проверять. – Сдвинул ноут к себе, быстро ввел в поиск «Ген директор СтройИнвест Компани».
И с удовлетворением показал мальчишке результат: куча ссылок и статей с моим именем и массой фотографий.
– О. Прикольно. Дай-ка сюда еще раз документы…
– Ты что, будешь личность сверять?
Вот как он умудрился смешать в одном взгляде фунт презрения и тонну уважения? Вроде бы, и проникся ко мне… Но капелька дерьма в бочке меда все испортила.
– А как иначе-то? Ты что, ни разу в кине не видел, как люди забывают проверить, а потом их террористы захватывают?
– Ну… Если так… То давай, проверяй…
– Боком повернись…
– Это зачем?
– Надо посмотреть уши. Их подделать нельзя…
– Больше не смотри боевики и детективы, ладно? Они тебя детства лишат. Слишком серьезный вырастешь!
– Ладно. Верю тебе, дядя Андрей Ермолов… Ой!
Он вдруг прикрыл рот руками и расширил глаза до размера плошек.
– А Егор… Он же… Он тоже Ермолов!
– Да. Все верно. Он мой брат.
– Тогда ты лучше здесь его подожди. – Он явно что-то замыслил неладное, этот пацанчик. Слишком уж забегали глазки по сторонам.
– Нет. Иди, показывай, где он! Иначе останешься без компа!
– Ладно… Пойдем… – Я его как будто в тяжелый поход отправил, а не просто в прогулку по офисным коридорам. Такой унылый вид приобрел Тимофей, что стало его жаль. Совсем немножечко.
– Так ты знаешь, где сейчас Егор?
С этого кренделя станется – сначала заведет меня куда-нибудь, ближе к туалетам, а потом даст деру. Взял его за руку, на всякий пожарный случай…
Ладошка – сухая и крепкая – уверенно вцепилась в мою ладонь. Так, словно мы с ним всю жизнь гуляли за руки…
– Конечно. Они работать пошли.
– Они?
– Да. Он позвал маму. Сказал мне сидеть в приемной. И ушел. А мне скучно стало. На мамином компе кнопки новые, пароль не подобрать. А у Егора – запросто!
Теперь мне захотелось посмотреть еще и на эту маму… Что это за секретарша такая, у которой пароль надежнее, чем у шефа?!
– Вот. Сюда.
Он показал на дверь переговорной. И почему-то отвернулся.
– Пойдем. Показывай. – Мне почему-то не хотелось, чтобы он отбирал свою руку. Привык уже к ней как-то…
– Нет. Я не хочу.
– Это почему еще?
Какого лешего?! Почему он так боится туда заглядывать? Что там может такое происходить?!
– Не хочу. – Пацан насупился, уперся взглядом в землю. И пыхтел, как маленький слоненок.
Все. Ни слова больше не добился. Ни уговорами, ни угрозами.
– Ладно. Стой здесь. Жди меня.
– Егор! Какого хрена?!!
Да. Не зря Тимоха остался за порогом!
– Ты что мне за бордель здесь устроил?!
Эту спину и затылок спутать с кем-то другим невозможно! Это, в конце концов, мой младший брат!
А вот ноги, обвитые вокруг его бедер… Стройные, длинные, с изящными лодыжками… Ноги мне были совершенно незнакомы!
– Да оторвись ты от этой бабы, твою-то мать! Так вы здесь работаете?!
Из груди рвался мат.
И рычание.
И кулаки чесались.
Но – здесь женщина. За стеной – пацан.
Я не жлоб какой-нибудь, чтобы об этом забывать.
А Егору еще успею надавать по морде. В прямом смысле. Чтоб не забывал, кто здесь главный, и зачем его здесь поставили!
– Ой. – Какой-то невнятный писк. Однозначно – женский.
Оба застыли, не двигаясь. И даже одна лодыжка, как-то совсем неудобно повернутая, так и застыла… Как будто сломанная…
– Не «ой», а здравствуйте, уважаемый Андрей Сергеевич. Мы уже бежим на свое рабочее место. Я правильно расшифровал?
Девка – дура, конечно. Только не она здесь порядки наводит. И не одна их нарушает.
– А ты зачем сюда явился, Андрей Сергеевич? Вроде бы, тебя не звал никто… И, тем более, не ждал?
– О.. Надо же… Ты решил, что пора показать мне лицо, вместо голой жопы?
– А где ты здесь голых увидал?
Брат соизволил повернуться. Но все так же загораживал девицу своей спиной.
Смотри-ка, джентльмен какой… Дал ей время поправить лифчик и трусы, наверное? Или просто не хотел показывать?
Что это за краля там такая, о которой Егор так печется? Никогда за ним раньше такого не замечал… Обычно он со свистом выгонял своих телок, чтобы под ногами не мешались…
– Не надо делать такое лицо, словно я к тебе в спальню зашел. Сейчас рабочее время, между прочим!
Егор не проникся. Ни на капельку. Совсем распустился малой без присмотра…
– А нафиг ты сюда явился, вообще? Тебя не звали и не ждали. В офисе – короткий день. Люди выполнили все задачи и ушли домой…
– Короткий день?! Очешуеть! Это в моей компании теперь можно короткие дни проводить?!
Руки просто зазудели от желания дать этому товарищу леща. По наглой нахмуренной роже.
– Дядя Андрей. Мама говорила, что нельзя так сильно дуться, как ты сейчас.
Тимофею надоело прятаться за моей спиной. И вообще, похоже, парень предпочитал играть первые роли, а не это вот все…
– Это почему еще?
– Лопнешь. И по сторонам какашки разлетятся. Ты же большой, у тебя какашек много…
Точно. Возьму его в переговорщики! Чуток подрастет – и всех уделает своим покерфейсом!
Это ж надо так уметь: говорить мне в лицо про мои же какашки, сохраняя при этом вид задумчиво-философский!
– Сынок! А ты что здесь делаешь?!
Краля Егора, от которой были видны одни коленки и туфли, срочно засуетилась. Выскочила из-за его широкой спины.
Голос, кстати, красивый. И совсем не такой спокойный, как у Тимохи.
Встрепанная, с остатками съеденной помады на губах, она спрыгнула со стола и зацокала своими каблуками.
На меня – ноль внимания. Просто отодвинула и метнулась к пацану. Присела, разглядывая… Так, словно сто лет его не видела. А тут – вот, вытащили из-под камнепада, и нужно срочно пересчитать все детские косточки на предмет: не отвалилась ли какая по дороге, не надо ли новую прилаживать?
– Мам. Я не хотел вам мешать. Ты же сказала, что пойдешь решать сложные вопросы…
– Ну, и как? Все сложности разгадали? – Не смог не вмешаться. Твою же мать! Как можно оставить ребенка, а самой улечься под босса, не откладывая в долгий ящик? Ну, ладно. Не улечься, а усесться своей выпуклой задницей на стол в переговорной!
– А вы кто такой, вообще-то?! Тимофей, ты почему гуляешь по коридорам с взрослым незнакомым дядей?! Я же попросила тебя дождаться на месте?
– А мы познакомились. – Тимофей, кажется, вспомнил: он, так-то, большой, серьезный и независимый человек! Пароли, вон, директорские с ходу подбирает! Раздобыл чужой комп, самый секретный в конторе, и спокойно делает на нем уроки!
А мама с глупостями…
Черт. Откуда во мне все это? Я же ведь давно уже не ребенок…
– Познакомились? Сынок, ты с ума сошел? Сколько раз я тебе говорила, что взрослые могут обмануть! Он же тебе наплетет с три короба и куда-нибудь уведет!
– Девушка. Вы не поздно ли спохватились, а? Нужно было об этом заранее думать, а не сейчас…
Надоело смотреть на белокурый встрепанный затылок. Хотелось глянуть этой крале в глаза.
И разглядеть ее как следует, чего уж там… Интересно же, что такого в дамочке с прицепом нашел мой младший брат? Он раньше за таким замечен не бывал, ни разу.
– Я все документы проверил, мам. – Тимоха снова отвлек, не позволил матери оторваться. Держал ее за руки и очень убедительно вещал. – Посмотрел его права, потом в интернет.
– Да? И что же тебе сказал интернет?
– Он – самый тут главный начальник, дядя Андрей. И у него фамилия, как у Егора.
– Ой… – Девица чуть не уселась на задницу. Наверное, от восторга. Я же должен вызывать восторг у всех сотрудников, не так ли?
– А еще он сказал, что подарит мне ноутбук Егора, если покажу, где вы. Ноутбук – это же круто, мам? С ним удобнее, чем на твоем телефоне?
Дядя Егор отчего-то молчал. Руки в карманы брюк засунул и наблюдал за нами, не проронив ни слова.
Закалка, однако. Что-то еще осталось от воспитания. Хоть что-то… Вот зажимать секретарш по углам, прямо на работе, я его точно не обучал. Это он уже сам нахватался… Интересно, от кого же?
– Андрей Сергеевич? – О. Наконец-то. Распрямилась. Встала на ноги, почти не шатаясь на своих длиннющих шпильках… Почему-то взгляд постоянно соскользал на ее ноги – идеальные, чего уж врать… А девица просто впилась в меня взглядом…
– Даже отчество мое знаете? Изумительно. Я – в… – Черт. Чуть опять не сругнулся. – В восторге, да.
– Оно же у вас такое, как у Егора Сергеевича. И я часто читаю документы, где ваше имя фигурирует…
– Документы? Читаете? Ого! Растете в моих глазах, дамочка…
– Моя мама – не дамочка. Она не любит, когда ее так называют! – Мужик. Мелкий, а уже настоящий, да. Встрял прямо между нами. На защиту матери встал.
– А как надо?
– Анастасия Витальевна! Красиво, правда?
– Сказал бы я, что мне очень приятно… – Поймал ее взгляд – прямой, уверенный, неприязненный. Охренительно. Обычно дамы, пойманные на горяченьком, немного иначе себя ведут. А эта… Как будто я перед ней в чем-то виноват. И должен немедленно извиниться!
