Перейти к содержанию

Старшая сестра его величества. Власть. Шаг 3 — книга №6 серии «Старшая сестра его величества»

Автор:

4,8 30+ оценок читателей Рунета
Категория
Попаданцы
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Мне пришлось пройти через боль и страдания. Потерять себя и найти снова. Опуститься на самое дно и подняться до небес. И сейчас я в одном шаге от королеского трона. Третий советник думает, что я стану послушной его воле марионеткой. Но он не знает, что у меня на этот счет совсем другие планы.

Читать «Старшая сестра его величества. Власть. Шаг 3» — Алёна Цветкова онлайн

Страница 5 из 7

Мы выехали из Яснограда в тот самый момент, когда солнце коснулось горизонта. В городе, за крепостными стенами, уже царила ночь. Я ехала в небольшой дорожной карете, запряженной тройкой лошадей. Рядом со мной дремал, прикрыв глаза, Третий советник, а Адрей сидел напротив и сверлил меня тяжелым и холодным взглядом.

На сердце было тяжело. Пока я собиралась, Адрей ходил за мной по пятам и следил за каждым моим движением, как коршун. Мне едва удалось предупредить Маргу, что ей придется отвести Катрилу в прачечную без меня. На что-то большее у меня не хватило смелости. Слишком многое было поставлено на карту… Но я не сомневалась, баронессе Шерши станет известно о моем отъезде и о той спешке, в которой все произошло. И «глупышка Ирла» сможет понять в чем дело. А Род Форт сумеет найти нужные слова и объяснит Лушке, почему я не пришла.

Сердце кольнуло. Я прикусила губу, отгоняя от себя тяжелые мысли о сыне. Иначе в груди начинало бухать, на глаза наворачивались слезы, а дыхание прерывали неудержимые всхлипывания. И тогда в глазах Адрея появлялось удовлетворение, а Третий советник смотрел на меня с легким недоумением. И если на чувства мужа мне было плевать, то вызвать сомнения у его отца совсем не хотелось. Раз он решил доверить мне такую тайну, я должна была сделать все, чтобы он не передумал.

Поэтому я закрыла глаза, притворившись, что тоже сплю и постаралась ни о чем не думать… Надеюсь, мои друзья смогут объяснить ему насколько важно не упустить такой шанс. Если я буду знать, кто враг, смогу быстрее найти друзей…

Карета мерно качалась. Лошади ступали ровно и неспешно. Я не представляла в какую сторону мы едем, окна кареты закрыли глухими ставнями. Внутри было бы совсем темно, если бы на полу не стояла жаровня, полная горячих углей, красный отсвет которых отражался в глазах Адрея. Я укрыла нос воротником дорожного тулупа и подвинула ноги в войлочных ботах ближе к теплу. Ночка выдалась морозная… Вздохнула… Не люблю ездить зимой… Мерзну…

Ехали мы всю ночь и все утро. Я то проваливалась в сон, то выныривала из темной дремы и таращилась на Адрея, по-прежнему внимательно следившего за мной, пока не засыпала снова. За это время мы пару раз остановились в постоялых дворах, чтобы сменить лошадей, немного размять ноги и согреться. Благодаря жаровне с углями, в карете было намного теплее, чем на улице, но все равно слишком холодно, чтобы чувствовать себя комфортно.

Во время последней остановки, когда тяжелый утренний сумрак позволил рассмотреть горизонт, я поняла, что мы движемся на юг. Горы, которые тянулись от Яснограда до самого Беломорья, остались позади и вокруг раскинулась широкая степь.

Адрей после бессонной ночи крепко заснул, и взвар на постоялом дворе мы пили вдвоем с Третьим советником, который, на зависть мне, сладко проспал всю дорогу и проснулся аккурат перед последней остановкой. И когда шли к карете, я решила поднять вопрос, на который до сих пор не получила ответа.

– Господин Первый советник, – обратилась я к свекру, – может быть, вы все-таки расскажете мне куда мы едем? И к чему такая спешка?

Вместо ответа, он зевнул, прикрывая ладонью рот. Я остановилась посреди двора и продолжала внимательно смотреть на него, всем своим видом демонстрируя, как сильно жду его признания… И он, скривившись, будто откусил лимон, задал встречный вопрос:

– Вы уверены, что вам это нужно прямо сейчас? Очень скоро мы доедем до места, сможем хорошо перекусить и отдохнуть.

Я нахмурилась. Кое-что в словах Третьего советника мне совсем не понравилось. И я не стала молчать.

– Сомневаюсь, что, уехав в спешке из замка, мы проделали такой тяжелый путь для того, чтобы перекусить и отдохнуть. Полагаю, что причина достаточна серьезна, чтобы всю ночь трястись без сна в карете. А значит, сразу после нашего приезда, куда бы мы ни направлялись, нас ждет что-то очень важное: встреча с кем-то, разговор… и я хотела бы быть в курсе темы этой беседы. Не люблю, знаете ли, выглядеть дурой и не понимать, что происходит…

Третий советник насмешливо фыркнул.

– Я знал, что вы ответите именно так, но хотел убедиться… что ж… слушайте, – улыбка исчезла с его лица, словно стертая ластиком. Взгляд стал холодным и хищным, как у голодного волка. – Позавчера один из наших людей нашел в своем замке то, что там просто не могло быть. Кое-кто из прислуги прятал этот предмет в своей комнате.

Он замолчал, как будто бы это должно было все объяснить.

И объяснило. Толпа ледяных мурашек промчалась по позвоночнику, сковывая тело больше утреннего морозца. Я поняла, о чем именно говорил Третий советник. Когда мы решили выслать Высоким родам кубки из королевского замка, именно это и планировали – переполох среди заговорщиков. Вот только случилось все гораздо раньше, чем должно было. А значит, одна из наших девочек попалась… И теперь все зависело от того, как много она знала. Я не обольщалась, у Третьего советника и его людей существует много способов заставить говорить самого несговорчивого человека…

Вот только все было понятно мне, а не герцогине Бокрей, роль которой я играла в замке Третьего советника… поэтому я нахмурилась:

– Прислуга нередко не чиста на руку. Но не думаю, что вороватая служанка, – произнесла я и поняла, что чуть не проболталась. Про служанку-то ничего не было сказано! И поэтому я добавила, – или вороватый слуга – повод для вашего беспокойства.

– Вы правы, – кивнул Третий советник и указал на карету, – давайте сядем во внутрь, и я расскажу вам все поподробнее.

Я кивнула. Кучер уже сидел на облучке, дожидаясь, когда можно будет ехать. Свежие, застоявшиеся кони рвали поводья, а мы торопились. К тому же, о таких вещах лучше всего разговаривать там, где нас не могут услышать случайные уши.

В карете Третий советник мельком взглянул на спящего сына и зашептал, не желая его будить разговорами.

– Найденный предмет принадлежал умершему королю, его величеству Эдоарду. Много лет назад, когда король погиб во время заговора, из королевского замка пропало несколько очень приметных вещиц. Все это время ни одна из них так и не появилась среди людей, хотя мы тщательно контролировали всех ювелиров и скупщиков… еще ваш предшественник на троне ночного города организовал систему оповещений, которая должна была сработать, если бы одно из этих ювелирных изделий появилось в Грилории или даже за ее пределами. Однако все эти годы было тихо. И мы уже успокоились, решив, что сокровища сгинули в горах вместе с человеком, который их вынес. И то, что один из этих кубков появился после стольких лет, очень плохой знак.

– Кубков? – вскинула я брови. Если судить по тому, как тщательно подбирал слова Третий советник, проболтался он совершенно случайно. И теперь ему ничего не оставалось, как признаться.

– Кубков, – кивнул он. И повторил, – один из кубков, которые вынесла принцесса Елина…

Я ахнула, прижимая к щекам ладони, всем своим видом показывая в какой шок меня повергли слова свекра. Только на самом деле я скрывала страх, который непременно должен был отразиться на моем лице. Потому что от того, что мое настоящее имя было произнесено Третьим советником, появилось ощущение приставленного к горлу ножа. Захотелось прямо сейчас оказаться подальше отсюда, а не в тесной карете с моим главным врагом.

– Вы думаете, принцесса Елина жива?! – выпалила я, чтобы скрыть свое состояние.

Третий советник на мгновение задумался и покачал головой:

– Сомневаюсь… Мы бы знали об этом. Скорее всего, это очередная хитрая игра великой Матери…

Я согласно качнула головой и выдвинула свою «гипотезу»:

– Может быть, служанка украла его у своих прежних хозяев?

– В том-то и дело, что эта девица всю жизнь служит одной семье. У нас не принято набирать прислугу со стороны, и чаще всего места в замках Высоких родов переходят по наследству. Тем более, Адрей лично присутствовал на допросе. Служанка призналась, что является Дочерью Ургородских матерей и получила кубок от своей наставницы…

Я снова удивленно ахнула, скрывая свои настоящие чувства, которые можно было описать одним словом – паника… У меня даже появилось подозрение, что я еду на эту встречу с неведомыми заговорщиками не в качестве участника, а в качестве обвиняемой. Хорошо, что я сидела, а не стояла. Иначе мои дрожащие колени не смогли бы удержать меня.

– Именно поэтому я взял с собой вас. Нам нужен человек, который хорошо знает и Ургород, и его правительницу. Мы должны вывести проклятую стерву на чистую воду и все выяснить. Откуда у нее кубок из личной коллекции королевского рода.

Я кивнула. Меня немного отпустило. Значит, я все-таки еду не в качестве жертвы, а в качестве Ургородской матери… Хотя, с другой стороны, мои знания о жизни этой общины могут оказаться недостаточными для того, чтобы ответить на все вопросы, которые мне зададут. Все же, вопреки мнению Третьего советника, я имею к Ургородским матерям такое же отношение, как и он сам…

Оставалось надеяться, что сведения, которые я почерпнула из дневника герцогини Бокрей и рассказов Ирлы Шерши, помогут мне не спалиться…

Глава 11

В поместье герцога Вийрона, королевского казначея, мы приехали к обеду. Я был права, когда раскусила хитрую игру этих двух Высоких родов, они только изображали ненависть друг к другу, а на самом деле были союзниками.

Нас уже ждали. Герцог самолично вышел на крыльцо встретить Третьего советника. Он равнодушно кивнул нам с Адреем, приветствуя в своем доме, и сразу же что-то зашептал на ухо моему свекру. Он говорил слишком тихо, чтобы можно было разобрать слова, но тревогу в его голосе я уловила четко.

Лишь бы девица не проболталась, твердила я про себя. Если бы знала, как просить Древних Богов о помощи, непременно сделал бы это. Но мне оставалось только с уверенным видом идти вперед, держа под руку супруга. Адрей проснулся только недавно и еще не совсем пришел в себя, поэтому молчал.

Мы вошли в дом. Ко мне тут же кинулась служанка, принимая дорожный тулуп и шапку.

– Ваша светлость, – улыбнулась она, – позвольте я провожу вас в вашу комнату…

Я кивнула. И сделала шаг в сторону лестницы, когда меня остановил окрик Третьего советника:

– Абрита, вы идете с нами.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – нахмурился герцог Вийрон и добавил с намеком, – вряд ли герцогиню заинтересуют наши мужские разговоры. Это слишком сложно для дамы…

– Я тоже так говорю, – подхватил Адрей, – отец, пусть моя жена идет к себе. Я, вообще, не понимаю, зачем ты притащил ее сюда. Ей здесь не место. Она слишком глупа, чтобы лезть в мужские дела! Ее дело – раздвигать ноги.

Это было грубо и недопустимо. Неприлично говорить так о своей супруге при посторонних. Тем более, при слугах. Даже если между нами все плохо… Но я не могла сделать замечание мужу. Это ударило бы по мне гораздо больше, чем явное пренебрежение со стороны Адрея. Поэтому я сделала вид, что ничего не услышала. Как и герцог Вийрон. Ему тоже было не с руки вмешиваться в наши семейные дрязги.

И даже Третий советник сжал губы, сдерживая ярость, но промолчал. Уличив сына в хамстве прилюдно, он распишется в собственной беспомощности, как глава рода. И Адрей не мог этого не понимать. Я знала, мой муж – пьяница, хам и, вообще, довольно мерзкий человек, но давно перестала считать его идиотом. Он прекрасно понимал, что его выпад не пройдет бесследно. Отец никогда не простит ему подобного унижения. А значит, у него была своя цель… и это мне не нравилось. Вряд ли это что-то хорошее для меня…

Но была у этого оскорбительного выпада и положительная сторона. Все так старательно изображали невозмутимость, что вопрос о моем присутствии на секретном собрании как будто бы решился сам собой. Если герцог Вийрон и был недоволен новым членом тайного заговора, то предпочел промолчать, чтобы не спровоцировать скандал. Пока все еще можно было замять, списать на усталость от дальней дороги. Но если Адрей продолжит провокации, то есть риск, что кто-то из нас не выдержит.

Кабинет, в который нас привел герцог Вийрон, был самым обычным. Ничего похожего на королевский замок. Видимо, это была фишка Третьего советника, который бесцеремонно, с молчаливого согласия хозяина кабинета, занял кресло во главе стола. Мы расселись вокруг.

Мой свекор обвел нас хмурым взглядом, на мгновение задержавшись на каждом, а потом заговорил:

– Вы все в курсе случившегося инцидента. Но каждый из вас знает чуточку больше, чем все остальные. Поэтому каждый должен поделиться теми сведениями, которые ему известны. Витор, – обратился он к герцогу Вийрону, – расскажите еще раз, как вы обнаружили кубок…

Герцог кивнул и, прикрыв глаза, начал свой рассказ:

– Несколько дней назад, после визита в королевский замок, из спальни моей жены пропало фамильное кольцо. К счастью, она заметила это в тот же вечер, и мы быстро выяснили, что, кроме личной горничной, в покои моей супруги никто не заходил. Я был уверен, горничная не успела вынести драгоценность из замка и приказал обыскать ее комнату. Стража обнаружила там не только кольцо герцогского рода, но и множество других вещей, принадлежавших нашему дому. Я был так зол, что велел прибить воровку и проверить всех остальных. Если моя стража пропустила одну крысу, значит, могли завестись и другие. Во время обыска у одной из служанок и был найден кубок. Девка сразу пошла в отказ и заявила, что эта вещь ей не принадлежит, и она видит ее в первый раз… Однако, я уже видел этот кубок… в личной половине королевского замка, – герцог открыл глаза и взглянул прямо на меня.

Вероятно, это вышло случайно, или он имел в виду что-то совсем другое, но мне на мгновение показалось, что он узнал меня. Я невольно задержала дыхание, кровь отлила от лица, оставляя звенящую пустоту в голове. Мне даже показалось, что герцог сейчас ткнет в меня пальцем и скажет, что я принцесса Елина. Но он просто отвел взгляд в сторону.

Но страх не прошел, так и остался сидеть на плечах и давить своей тяжестью, заставляя прикладывать гораздо больше усилий, чтобы держать спину прямо.

– Я приказал запереть девку в подвале и сообщил о случившемся вам, – закончил рассказ герцог Вийрон.

– Адрей? – Третий советник перевел взгляд на сына…

Адрей хмуро взглянул на меня и заговорил:

– Я лично допрашивал эту девку. Она призналась, что служит ургородским матерям и именно по их приказу должна была подложить этот кубок в кабинет герцога Вийрона. Зачем это было нужно и откуда у Великой матери эта драгоценность, она не знает.

– Ты уверен? – Третий советник нахмурился. – Может, следовало допросить ее более тщательно.

– Отец, – в голосе Адрея зазвенела непонятная злость, – ты сомневаешься в моей способности вести допросы? Поверь, если бы она знала что-то еще, то не стала бы скрывать это от меня.

– Но она не сказала, откуда у нее этот кубок? – усмехнулся Третий советник.

– Нет, – отрезал Адрей и отвернулся.

– Она еще жива?

– Да, – ответил он, не поворачивая головы, – я оставил ее в живых, на случай, если ты сам захочешь поговорить с ней. Но, думаю, у тебя не так много времени. Вряд ли она протянет больше двух-трех дней.

Меня затошнило. До меня только сейчас дошло, что Адрей сделал с несчастной. Отвращение к супругу наложилось на страх за собственную жизнь. И меня качнуло. Я схватилась за стол, чтобы не упасть. И сжала зубы до боли в челюсти.

Адрей выругался:

– Я же говорил, ей здесь не место! – вспылил он. И, подскочив, схватил меня за руку и вздернул вверх, ставя на ноги, – идем!

– Нет, – непроизвольно отшатнулась от него я, выдернув руку и отпрыгнув на пару шагов. Мне показалось, что я ощутила на коже теплую и липкую кровь женщины, которую лично я отправила на самые ужасные пытки, которые можно себе представить. Я не обольщалась. Мой муж – садист, и он был максимально жесток с несчастной.

Адрей снова выругался, с ненавистью взглянул на отца и выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью. Резкий звук заставил меня вздрогнуть. Я медленно обвела взглядом двух герцогов…

В глазах герцога Вийрона я увидела сочувствие. А вот Третий советник смотрел на меня с холодной усмешкой. И она помогла мне прийти в себя. Я проглотила ком, вставший в горле, вскинула подбородок вверх и, вернувшись к столу, медленно опустилась на свое место.

– Простите, – с легкой запинкой произнесла я, – я немного растерялась. Мне еще никогда не доводилось сталкиваться с… допросами, – в последний момент заменила «пытки» нейтральным словом. Невольно вздрогнула, вдруг осознав, что именно это ждет меня, если моя настоящая личность будет раскрыта. И твердо закончила, – но больше этого не повторится.

Герцог Вийрон кивнул и неловко улыбнулся. А Третий советник внезапно громко захохотал:

– Я же говорил, – хлопнул он ладонью по столу, – кремень! Повезло Адрею, и только этот дурачок не понимает насколько.

– Ну, почему же не понимает, – герцог Вийрон кивнул на дверь, в которую сбежал Адрей, – мне кажется, очень даже понимает. Вот только, мой друг, не каждому нужна жена, способная встать рядом и подставить плечо в трудную минуту. – Он усмехнулся, – по правде сказать, такая никому не нужна, кроме тебя. Жена должна сидеть тихо, помалкивать и рожать детей. Я согласен с Адреем, именно в этом ее женская доля и предназначение.

– Глупо считать себя львом, женившись на курице, – парировал Третий советник. – Жена льва и сама должна быть львицей. А если твоя жена клуша, то, мой друг, ты не лев, а петух.

И они оба захохотали, абсолютно довольные разговором. Вероятно, это была старая тема для спора. И каждая сторона знала наперечет аргументы друг друга…

– Но сейчас у нас есть более важные темы, – отсмеявшись, вернул разговор в нужное русло Третий советник. – Кубок у тебя с собой?

– Ага, – кивнул герцог Вийрон и кивнул на ящик, – там, посмотри.

Я не могла не заметить, что с того момента, как ушел Адрей, тон разговора изменился. Стал более открытым, приятельским. Эти двое, несомненно, дружили очень давно и давно перестали считаться титулами в присутствии друг друга. Вот только сейчас с ними была я. И я не совсем понимала, почему вдруг они стали чувствовать себя так раскованно. Поэтому предпочла молча следить за разговором. Возможно, они сами скоро объяснят в чем дело…

Тем временем Третий советник достал из ящика стола кубок и выставил его на середину стола так, чтобы все могли хорошо рассмотреть его в скудном свете зимнего дня.

– Что скажешь, Абрита? – вскинул он брови. Фамильярное обращение резануло ухо, но я сделала вид, что ничего не заметила. Тем более, мне опять показалось, что всем известно, кто я такая. И прямо сейчас Третий советник добавит, что я лучше всех знаю, откуда этот предмет взялся у служанки, ведь я сама отдала ей кубок…

– Красивый, – ответила я осторожно.

– Красивый? – хмыкнул Третий советник. – И это все? Мне кажется, ты знаешь гораздо больше, чем говоришь…

Глава 12

– Все, – вскинула я голову, задирая подбородок вверх. То, что мой враг раскрыл меня, не значит, что я буду ползать на коленях и умолять его о помиловании. Напротив, отчаяние и страх, дойдя до крайней точки, испарились, выкипели, оставив вместо себя ту храбрость, которая ведет людей в последний бой, на смерть. Сейчас меня можно было пытать самыми страшными пытками, я выдержала бы все, что угодно. С улыбкой. – А вы хотели услышать от меня еще что-то? – усмехнулась…

– Именно, – фыркнул Третий советник, словно не заметив перемены в моем настроении. – Не разочаровывай меня, Абрита. Вот, – ткнул он в крошечные лазурные сапфиры, украшающие внешний край кубка, – месторождение лазурных сапфиров принадлежит королевской семье, и все добытые камни используются исключительно для собственных нужд монарха. И даже получив камни в подарок за особые заслуги, мало кто может позволить себе носить их на публике. Даже мне такое количество лазурных сапфиров не по статусу. Но разве ты никогда раньше не видела этот кубок?

– Видела, – кивнула. Я уже не боялась. Я уже ждала, когда Третий советник назовет мое настоящее имя. Я жаждала этого. Тогда я непременно выскажу этой твари все, что думаю. Я с улыбкой нащупала на ободке кольца, которое Жерен сделал специально для меня и которое я носила не снимая уже три года, небольшую выпуклость… Если мне повезет, то прежде чем умру сама, я успею убить человека, из-за которого моя семья потеряла все.

– А разве ты не видишь, – вкрадчиво произнес он, – что это тот самый кубок, который преподнесла в подарок королю Великая Мать? Она получила лазурные сапфиры от Эдоарда, когда твоя сестра, ставшая королевой, родила сына. И через год, когда принцу Фиодору исполнился год, Великая Мать вернула камни, украсив ими памятный кубок. Ты должна была видеть его в Ургороде.

– Видела, – ровно произнесла я, примериваясь, как лучше ударить. Мне не совсем было понятно, почему разговор внезапно свернул в другую сторону. При чем тут Великая Мать? И Ургород?

– Или такой же, – добавил так же тихо герцог Вийрон, перебив не только мои слова, но и мысли. – Но зачем Великая мать подбросила этот кубок мне? Ты должна знать. Или хотя бы догадываться…

Я была уверена, что Третий советник раскрыл мою тайну и все эти разговоры ведутся, чтобы заставить меня самой признаться в том, кто я такая на самом деле. Поэтому прозвучавший вопрос поставил меня в тупик. Кажется, они говорят о чем-то другом. А я слишком поторопилась с выводами. У меня появилась крошечная надежда, что это еще не конец…

Оба герцога смотрели на меня вопросительно. И чего-то ждали. И судя по выражениям их лиц, это явно не было мое признание о том, что я принцесса Елина… Для этого они выглядели слишком добродушными. Но что? Что им было нужно от меня? Я попробовала заново воспроизвести разговор, чтобы разобраться, но не смогла. Слова, которые были произнесены, испарились из моей памяти. Остался только смысл, который я вложила в них сама, когда была уверена, что меня раскрыли. Я слишком сильно была напряжена и ничего не запомнила, кроме своей решимости уничтожить Третьего советника, который смотрел на меня с требовательным ожиданием, но без малейшей враждебности…

– Или такой же, – многозначительно повторил он, интонацией и движением глаз давая понять, что я должна продолжить его мысль. Но я все еще не знала на что мне намекают.

– Или такой же, – осторожно кивнула я, соглашаясь с… С чем-то. Я не знала, к чему это приведет. Но у меня просто не было выбора. Отказ надо было чем-то обосновать.

Третий советник расслабленно прикрыл глаза… мне удалось удовлетворить его. Я медленно разжала ладонь, убирая палец от ободка кольца. Я ошиблась. Третий советник и герцог Вийрон не знали, кто я такая. А значит, я все еще могла идти вперед. Медленно и осторожно.

– Я же говорил! – резко выдохнул герцог Вийрон и с размаху хлопнул ладонью по столу. – Эта мерзкая стерва что-то задумала!

От удара я невольно вздрогнула. В голове звенело от перенапряжения, спина был мокрой. Я чувствовала себя так, будто бы меня заставили пробежать марафон, а когда я была уже на пределе возможностей, позволили остановиться.

– Ты уверена, что у Великой матери был еще один такой кубок? – Третий советник смотрел мне прямо в глаза.