– Туда, – указывает она в самый конец коридора, я благодарно киваю.
Сердито топаю каблуками по полу, а затем останавливаюсь у последней двери.
Внутри всё тысячу раз сжимается и переворачивается, но в этот раз я не дам боли и страху взять над собой верх. Я вырву свою свободу зубами, если придется.
Набираю в грудь побольше воздуха, стучу и тут же открываю дверь, пока смелость не сбежала в пятки.
Дерека нет? Осматриваю абсолютно пустую темную спальню с мебелью из дорогого красного дерева и уже начинаю думать, что ошиблась местом, как тянется ручка двери. Из ванной выходит Дерек, и я едва не роняю челюсть.
О боги! Он ведь голый! Точнее, полуголый! Но сути дела это особо не меняет.
Мои глаза намертво приклеиваются к белоснежному полотенцу, обмотанному вокруг его узких бедер. Силой заставляю себя оторвать взгляд и посмотреть ему в глаза, но от взгляда не ускользают кубики на животе и внушительные мышцы груди. Помню, как я робко касалась их кончиками пальцев…. Я всё помню….
Нет. Не смотри. Нужно уйти. Бежать!
Едва я кидаюсь ко входной двери, как Дерек загораживает собою путь так быстро, что я врезаюсь в его мощную грудь и едва ли не отлетаю назад, но он ловит меня, крепко и нагло прижимая к себе.
Глава 9. Он знает мой секрет
– Отпусти! – требую я, когда внутри всё переворачивается от близости.
Запах его кожи ворошит былые воспоминания. А этот тёмный взгляд прищуренных, опасных глаз пронзает насквозь.
– И не подумаю, – отвечает дракон, нагло прижимая меня к своему горячему телу еще крепче. Я чувствую его. Каждой клеточкой своего тела.
Да он с ума сошел! Совсем не видит границ! Думает, мной можно играть, как вздумается?
– Я закричу, и сюда придут люди! – шепчу я, не найдя другого способа спастись.
– Отлично, – ошарашивает меня ответом дракон. – Ты себя скомпрометируешь, и я закрою отбор.
– Что?! – не понимаю я, но едва смотрю в его глаза, как внутри опять всё взрывается.
Опасно! Опасно быть в его объятиях!
– Пусти, ради богов! Да что же ты за человек такой? – выкрикиваю я, не в силах вырваться из его стальных объятий, удержать слезы на глазах, и дракон наконец-то отпускает.
Я бросаюсь к выходу, в отчаянии стараясь убежать от выворачивающей душу боли, но дракон загораживает собой дверь.
– Ты ведь пришла не для того, чтобы опять от меня сбежать, – говорит он.
Точно, я пришла за своей свободой, но этот чешуйчатый умеет спутать все мысли! Сейчас я хочу только одного – быть от него как можно дальше!
Нет, Лея, пожалуйста, если ты опять сломаешься, то упустишь шанс поставить точку.
Дыши. Говори!
Сжимаю пальцы в кулаки и что есть сил заставляю себя посмотреть в глаза дракону.
– Я хочу выбыть из отбора! – заявляю я, стараюсь не дать голосу дрожать.
В черных глазах сверкают молнии.
– Исключено! – отсекает дракон.
Как хорошо, когда у тебя есть власть. Одно слово, и плевать, чего хотят другие. Он хочет, чтобы я молила, чтобы унижалась? Так ведь?
– Ты силой заставил меня стать девятой невестой, но я провалила испытание! – взываю к истине, но на искаженным недовольством лице дракона даже мышца не дрогнет.
– Я решаю, провалила ты его или нет, – еще один категоричный ответ.
– Но это нечестно! Я ведь солгала! Смотрители видели!
– И они ничего не имеют против моего решения. Твоя ложь не несет угрозы, напротив, показывает, что ты не преследуешь корыстных целей в этом Отборе.
– Конечно, не преследую! – выпаливаю я. – Я вообще не хочу в нем участвовать! И ты это знаешь! Ты ведь специально всё это устроил, чтобы поиздеваться надо мной!
Не могу уже сдержать слез, а Дерек молчит, но я чувствую каждой клеточкой тела, как от него пышет злостью.
– Отпусти, пожалуйста. Отмени свое решение, – слезно молю я. О боги, как же хотелось быть сильной, но этот дракон…. – Ты хотел моих слез, вот они. Пожалуйста, хватит.
– Я решаю, когда хватит. – рявкает он, становясь еще злее и злее. – И ты никуда отсюда не уйдешь!
Чудовище! О боги, и как я могла любить этого дракона?!
– Ошибаешься, я уйду. Прямо сейчас.
– Ты прекрасно знаешь, что бывает за неповиновение королевской семье! – рычит он.
– В самом деле отправишь меня в темницу? – не верю своим ушам.
Хотя чего это я. Давно уже понятно, что тот Дерек, которого я так безумно любила, и мужчина передо мной – разные люди. Я никогда не знала его настоящего! До того момента….
– Не советую тебе проверять, – он подходит ближе и давит меня таким взглядом, что я вот-вот сломаюсь.
– Ты не сможешь держать меня вечно на этом Отборе. Непременно будет испытание, провал которого ты не сможешь оправдать, – только и говорю я, а затем кидаюсь к двери в узкий проход, образовавшийся между Дереком и стеной.
К счастью, сейчас дракон не собирается меня ловить, и я вылетаю в коридор, плотно закрывая за собою дверь.
О боги, как грохочет сердце. Бью кулаком в грудь, а легче не становится. Пытаюсь дышать глубже, но чувства, которые я годами запихивала в самый темный угол души, вырываются наружу вместе со слезами.
Да что же он за человек такой? Неужели так сложно остановиться и отпустить, тем более зная, что мне не за что мстить? Чего он хочет? Чтобы я и дальше ходила среди его невест, угадывая, которая из них станет в будущем согревать его постель? Которая подарит ему сына?
И при всём этом я еще должна проходить всякие испытания наподобие того в лесу, когда волосы вставали дыбом от страха. Да ни за что! Сейчас же соберу вещи и уйду.
«Темница», – напоминаю я сама себе угрозу Дерека, но тут же мотаю головой.
Нет. Туда он меня не отправит. Не отправит ведь? Он просто стращал, чтобы я не ослушалась! Не знаю почему, но я этом уверена.
Значит, пора брать в руки узелок и на волю. А если он пойдет за мной…. Если увидит Рейна? Значит, нужно забирать моего малыша и уходить подальше отсюда. Надо рассчитать всё до мелочей. Надо написать Гейбу! Или….
Я останавливаюсь, как вкопанная. Можно разыграть мою болезнь! Точно! И тогда они сами сошлют меня подальше!
Скорее кидаюсь в комнату, чтобы продумать всё до мелочей, но натыкаюсь на резко вывернувшего из-за угла мужчину.
– Простите, – шепчу, даже не глядя, и принимаюсь обходить слева, но мужчина вновь преграждает путь, вынуждая меня поднять глаза.
Эйрел Вайд?
– Что с вами случилось, мисс Лейн? – спрашивает он меня, и я тут же стираю со щек соленые слезы.
– Всё в порядке, простите, – отмахиваюсь я, пытаясь обойтись его во второй раз, но он опять отрезает мне путь.
Да что ж это такое? Дружки под стать жениху!
– Лея, – зовет он меня по имени, и я хмурюсь от такой вольности в обращении.
Мы ведь не друзья, и я у него не в прислугах.
– Я здесь не для декора интерьера. Я смотритель и должен знать, если на Отборе что-то идёт не так. Хотя, – делает опасную паузу брюнет. – Меня куда больше интересует, как попала в список невест мать-одиночка.
Что? Что он только что сказал?
Глава 10. Дикий
– Что такое вы говорите? – пугаюсь я.
– Ты не узнала меня, Лея? – спрашивает он, но я совсем не понимаю, к чему он ведет.
Мы точно не знакомы.
– В прошлый раз ты была помощницей знахарки с маленьким ребенком на руках. Так как же вышло, что сейчас ходишь в невестах? – говорит он, а затем приспускает с лица черную маску.
Я вовсю округляю глаза, глядя на приметный шрам от уха до подбородка. Нет, он вовсе не безобразный. Меня пугает другое. Я уже видела его раньше! Точнее, я видела его еще тогда, когда он был раной, а не шрамом.
Судорожно вспоминаю самую страшную ночь в моей жизни. Рейну было два года, когда нам вновь пришлось покинуть город. Я сняла комнату у старушки на окраине пригорода, практически в лесу. На большее денег не было.
Обманывать женщину совсем не хотелось, но жизнь быстро меня научила не говорить правду касательно того, почему я осталась с ребенком одна, и я представилась вдовой.
К счастью, госпожа Марэл не спросила документы. Мне даже показалось, что она обо всём догадалась и решила закрыть на правду глаза.
Она же и помогла мне с работой, вот только я не знала, что эта милая старушка не только продает лечебные травы, но и возится с опасными типами.
Хорошо помню день, когда ночью в нашу избу на окраине ввалились трое бугаев. Я так испугалась за сына, что схватилась за кочергу, но оказалась, что они не грабить пришли, а просить целительницу о помощи.
Вот только госпожи Марэл не было в ту ночь, а их друг был так исполосован глубокими ранами, что не дожил бы до утра. Нет, он даже не перенес бы еще одного перемещения.
Я не знала, кто эти люди, но не могла оставить незнакомца умирать. Хотя и выбора мне незваные гости не оставили. Решили сами перевернуть запасы госпожи и варить зелье по рецептам, вот только делали всё так, будто к котлу никогда не подходили.
О боги, они же его скорее отравят, нежели спасут!
Я тоже не зельевар, но сто раз помогала хозяйке и прекрасно видела всё ее хитрости.
Однако стоит ли помогать этим людям? Они не выглядят добропорядочными, скорее уж бандитами.
Хотя мне ли судить о книге по обложке? Меня тоже принимают, гоблины знают, за кого.
Стоило взглянуть на несчастного, который находился в таком бреду, что даже говорить не мог, на агонию на его перепачканном лице, как сомнений не осталось.
Кем бы он ни был, на моих глазах не умрет!
– Отойдите, если не хотите его убить! – говорю я, отгоняя мужланов от котла. – Это зелье готовится не так!
– Давай хоть ребенка подержу, – предлагает бугай, но я ему не доверяю. Однако дышать испарениями Рейну тоже опасно.
– Выйдите, я сама сварю, – прошу я их, решив расположить сыночка в люльке у окна.
Мужчины, видать, не привыкли, чтобы женщина командовала. Да и не доверяют мне. Смотрят так, будто я что-то задумала.
– Тогда выйду я, но ваше варево только навредит, – говорю я им.
– Не слишком ли ты много на себя берешь, ведьмочка? – рычит мне бугай.
– Дайте ведьме работать, – раздается сиплый, едва слышный голос.
Оборачиваюсь и вижу, что окровавленный мужчина уже пришел в себя, но боль терзает его всё сильнее.
Его товарищи переглядываются, а затем неохотно выполняют приказ.
– Ладно, Дикий, как знаешь, – говорят они, покидая комнату, но дверь оставляют открытой.
Я тут же кладу Рейна, который, к счастью сейчас крепко спит. У меня такое чувство, будто он знает, когда мамочке нужна его помощь, и от этого сердце сжимается. Целую его в сладкий лобик, прикрываю простыней и спешу к котлу.
Еще не поздно исправить то, что эти криворукие наделали. Они вверх ногами книгу, что ли, читали?
Полчаса уходит на отвар, но едва я заканчиваю, как Рейн начинает ворочаться, плачет.
Скорее беру его на руки и выхожу во двор.
Бугаи сидят на дровах. Всё еще такие напряженные, что я чувствую их невидимые шипы.
– Дайте ему три ложки. Через полчаса еще три, и так до утра, – сообщаю я, крепко прижимаю сыночка к груди и ухожу в хлев.
За всю ночь так и не смыкаю глаз, боюсь, что бугаи придут по наши души. Может, стоить уйти? Куда я с ребенком, с пустыми руками? Так я только его погублю.
К утру становится всё холоднее. Рейн ворочается и плачет. Я прижимаю его к телу, кутаю в простыню и платок. Успокаивается.
– Лея, – слышу голос хозяйки ближе к рассвету.
