Читать «Исцеляющая тьмой. Вторая жизнь» — Нинель Нуар онлайн
Страница 3 из 7
Дворецкий ждал меня за дверью и без лишних вопросов сопроводил сначала в холл, где я забрала чемоданы и успокоила Камалу, а после в гостевой флигель. Видимо, отец все-таки выдал инструкции на случай, если я останусь.
— Почему мы идем в эту сторону? Здесь же явно никто не живет, — оценив слои паутины по углам, удивилась горничная.
— У папеньки, похоже, давно гостей не было, — громче, чем нужно, заметила я. — Ну ничего. Сейчас слуги разберутся. Все-таки не каждый день приезжает внучка таммавата всея Сомиравы.
Спина фрона Огиля напряглась, но более он ничем свое внимание не выдал.
Никто на самом деле не собирался убираться, да и в покоях царила атмосфера запустения — влажноватое, попахивающее затхлостью белье, сквозняк, пыль.
Устроив чемоданы аккуратной стопкой, я оглядела спальню и решительно развернулась к дворецкому.
— Мы с моей служанкой пойдем, погуляем в саду. Погодка стоит чудесная! А к нашему возвращению здесь должно быть чисто и уютно, — отчеканила я.
— Но йорра Вальд… — заикнулся было он.
— Йорра Вальд вряд ли захочет, чтобы я разбрасывалась заклинаниями на улице, — мило улыбнулась я, взмахивая ресницами. — Мне нужно пустое помещение для практических занятий магией, кабинет для учебы и две спальни — мне и Камале. Она моя помощница, я без нее как без рук. Вы что, хотите, чтобы мне было некомфортно здесь?
— Нет-нет, йоруна! — поспешно заверил меня дворецкий, в красках представив, как я случайным заклинанием уничтожаю любимый розовый куст хозяйки дома. А потом в особняк является разгневанный посол Сомиравы в сопровождении гвардии его величества, чтобы проверить условия содержания их наследницы. — Мы сделаем все, что в наших силах.
— Чудненько.
Мы с Камалой под ручку проплыли мимо несчастного дядьки и, прихватив накидки, направились к выходу. В доме я по-прежнему ориентировалась неплохо. Тем более что флигель мне знаком до боли.
Только в предыдущей жизни убрать и облагородить его так и не потрудились.
Можно было бы устроить грандиозный скандал и потребовать поселить меня рядом с хозяевами.
Но зачем?
Вдалеке от лишних глаз и ушей куда спокойнее.
Тем более мне действительно нужна будет практика. А сводная сестра имела нехорошую привычку пробираться тишком туда, куда ни в коем случае пробираться нельзя.
Раньше-то речь шла о туалетном столике в гардеробной, откуда она стащила пару серег и кольца, подаренные мне на помолвку йором Бергом. А сейчас я планировала разложить на полках вместо обуви и шпилек книги с проклятиями. Тут уж упреками и скандалом не отделаешься. Жива б осталась!
Солнце почти скрылось за горизонтом, но облака все еще пылали алым и бордовым. Цвет роз в таком освещении казался насыщеннее, глубже и бархатистее. Я любовалась природой, попутно составляя план на ближайшее будущее.
До вступительных экзаменов две недели. Но сначала мне нужно договориться об установке печати и пережить саму процедуру. Останься я на Сомираве, мне нанесли бы татуировки, но пока хватало и временных рисунков на спине.
Без полноценного раскрытия дара вряд ли я сумею убедить преподавателей, что меня можно зачислить в академию.
Рановато, конечно. Обычно печати наносят после совершеннолетия. Настоящего, не формального. Но мне ждать нельзя.
— Как хорошо, что я тебя нашла! — ворвался в мои мысли знакомый голос.
— Танна Вальд, — я не отказала себе в удовольствии и присела в грациозном реверансе по всем правилам Скайгардского этикета.
Камала изобразила книксен.
Мачеха и стоявшая за ней девочка чуть младше меня дружно насупились.
— Йорра, попрошу запомнить. Ты более не на островах,— высокомерно вздернула нос Лайса. — Познакомься. Это моя дочь, Хильда. Надеюсь, вы подружитесь.
— Здравствуйте, — прошелестела сестра, как положено воспитанной йоруне, едва слышно, и тоже присела.
Далеко не так изысканно. Подросток, что с нее взять.
— Разумеется.
— Мы завтра собираемся к модистке. Думаю, тебе тоже не помешало бы обновить гардероб, — мачеха смерила меня критическим взглядом с головы до ног и поджала губы.
Ну да, не по последнему писку журнальных стандартов, но вполне достойно. Сдержанно, строго, и в то же время не слишком старчески. Кружева на рукавах и воротнике оживляют наряд.
Классика. Всегда ее предпочитала. Не нужно панически бегать каждый сезон в попытках соответствовать.
Но у папенькиной супруги на этот счет совершенно другое мнение.
Глава 3
Удивительно, как отец до сих пор не разорился.
Лайса меняла наряды чуть ли не каждый день, ежегодно полностью обновляя содержимое шкафов. Видимо, отрывалась за полуголодное существование в те годы, что семейство Вальд было отрезано от государственной кормушки.
Слуги справились поразительно быстро. Когда мы с Камалой вернулись в покои, те сияли и благоухали. Чемоданы горничные не трогали, хотя учитывая отметки на щите — попытались. Впрочем, быстро сообразили, что совать руки куда не просят ни к чему.
На ужин я переоделась в домашнее платье архипелага. Не собираюсь давиться в корсете дома!
Судя по тому, как вытаращилась Лайса при моем появлении, подобных вольностей юные девушки себе обычно не позволяли.
— Огиль, ты еще не успел познакомиться с нашей гостьей, — грузно приподнялся папенька. — Это твоя сводная сестра, Маранни.
Надо же, все-таки запомнил!
— Приветствую, отец, танна Лайса, танари Хильда. Счастлива познакомиться, тан Огиль, — прочирикала я, вновь заученно приседая.
На репетиции правильного наклона корпуса и положения ног ушло почти все наше плавание. Не хотелось ударить в грязь лицом перед мачехой. А перед инициацией было не до повторения материковых манер.
— Сестра? — нахмурился подросток.
В отличие от шебутной Хильды, парень в прошлой жизни предпочитал держаться от меня подальше. Не дразнил, но и не общался. Делал вид, что меня не существует.
Подход, который я всячески поддерживаю и в этот раз.
— Ошибки молодости. Подрастешь, поймешь, —пробурчал йор Вальд.
— Не советую подобным образом отзываться о матушке,— отчеканила ледяным тоном, устраиваясь за столом и раскладывая на коленях хрустящую от крахмала салфетку. — Брак был освящен в храме, тому есть свидетели. Вы пребывали в здравом уме, никто вас не принуждал.
— Милая, это неподходящая тема для обсуждения за столом, — свистящим шепотом напомнила Лайса, а лица подростков нескрываемо оживились.
Кому в нежном возрасте не хотелось хоть краешком заглянуть во взрослую жизнь? Все эти кипящие страсти и интриги… Это с возрастом понимаешь, что лучше было бы не лезть и ничего интересного там нет.
— Конечно. До тех пор, пока тан Вальд выбирает выражения, я не стану поднимать этот вопрос, — чинно потупилась и опустила ложку в суп-пюре. Судя по пряному аромату, грибной.
Кормили в особняке всегда отменно. Даже непрошеных гостей. Тут не поспоришь.
Папенька покрылся пятнами от моего вольного тона, но ввязываться в разборку не стал. Чуял за собой вину и понимал, что убедить меня в своей праведности будет сложновато.
Это на материке даже храмы воспринимали подобные финты с пониманием, мол, побывал у дикарей, поддался их животному очарованию, с кем не бывает. Крупное пожертвование, выправленный документ — и вот йор Вальд уже свободный птиц, волен жениться, на ком вздумается.
Причем матушку о том даже не соизволили известить.
А уж про обывателей вовсе молчу. Те бы не осудили, соврати посол принцессу архипелага вообще без бракосочетания. Еще и похвалили бы: «Какой очаровательный молодой человек, ни одна дева не устоит!»До тех пор, пока речь не идет об их собственных дочерях, аристократия удивительно всепрощающа.
— И надолго она к нам? — продолжал допытываться Огиль.
— Лет на пять, не более, — ответила я, не дожидаясь пока папенька откроет рот. — Не переживайте, надолго не стесню. Мне только академию закончить, дальше как-нибудь сама.
Как раз совершеннолетней стану. На последнем курсе можно будет вовсе съехать, квартирку подыскать.
Это на Сомираве мой сертификат об инициации —гарантия самостоятельности. А на материке мне ни поселиться одной не позволят, ни нанять слуг, ни оформить покупку недвижимости, даже визит к модистке не оплатить. Ничегошеньки.
Незаконно — и все тут. До восемнадцати жди.
— Ты собираешься поступать? — парень смерил меня скептическим взглядом. — На кого?
В голосе Огиля звучало сочувствие.
В его представлении я не иначе как сошла с ума, что оставила уютный родной архипелаг и собираюсь добровольно нырнуть в пучину презрения и унижения, уготованную выходцам с островов.
— Я разве не говорила? Во мне проснулся дар некромантии.
В звенящей тишине Лайса отчетливо всхлипнула. А папенька оглушительно громко уронил ложку.
Я невозмутимо подтянула ближе поднос с запеченной в ягодном соусе уткой и принялась отпиливать от нее ножку. Вообще-то это должны делать слуги, но те были слишком заняты приведением мачехи в чувство. Лайса показательно осела на пол, благо он чистый, и отказывалась приходить в сознание несмотря на все снадобья и притирки.
— Откуда в тебе… такое? — дрожащим голосом уточнил йор Вальд.
Будто не про магию, а про глистов спрашивал.
— В пра, скорее всего, — пожала плечами. — Точно не в вас.
— Не смей об этом упоминать прилюдно! Это же пятно на репутации… Зачем я только согласился тебя принять?! Хильде еще партию подыскивать, кто на ней женится, с такой-то сестрой!
— И зачем так нагнетать? — хмыкнула я, отправляя в рот здоровенный кусок бедрышка и зажмуриваясь. На островах отдают предпочтение сладковатым и острым маринадам. Соскучилась по кислинке материковых блюд. —Подумаешь. Не родная же сестра. Одним скандальчиком больше, одним меньше. Наоборот — есть шанс, что ее заметят.
— Ты понятия не имеешь, каково жить в опале! —прошипела неожиданно очнувшаяся Лайса. Она села так резко, что чуть не разбила лицо склонившейся над ней горничной. — Мы три года ютились в крошечном провинциальном домишке! Новой ссылки я просто не переживу!
Тут несчастная закатила глаза и снова демонстративно и драматично потеряла сознание.
— Я выросла на отдалённом острове. При дворе нас с матушкой презирали и ни во что не ставили, так что мы переехали подальше, чтобы не мозолить глаза деду, —негромко, но весомо произнесла я. — Не могу сказать, что мы нуждались, но точно не купались в роскоши. Не говоря о дурной славе, что следовала за нами по пятам. Не стоит мне рассказывать, что такое жить в опале. Я там родилась. Из-за вас в том числе.
— И теперь отомстишь? — прохрипел йор Вальд.
— Нет. Зачем? Все же наладилось. У таммавата я теперь любимая внучка. Вы тоже вроде бы неплохо устроились. А что дар у меня не самый популярный — ну что ж. Это моя проблема. Не ваша. Как вы правильно заметили, демонстрировать магию в обществе не принято. До моего поступления никто не узнает, какое именно направление я выбрала. А после… пусть попробуют что-то сказать.
И усмехнулась так, как всегда делала перед атакой тварей. Хищно и предвкушающе.
Единственным тонким моментом моего плана был вступительный экзамен. Его следовало сдавать с уже выставленной печатью. А значит, в ближайшее время мне следует озаботиться надежным магом-целителем, который мне ее обеспечит. Причем не болтливым, потому что от традиционной печати некроманта та, что я заготовила как образец, отличается довольно сильно. И объяснить причину изменений будет непросто.
— Ты действительно не собираешься нас уничтожать? —неверяще переспросил папенька.
Я покачала головой.
— Зачем мне это?
— Позлорадствовать?
— Возможно, в аристократической среде на материке так принято. Но я с островов. Мы предпочитаем прощать, если ошибки пытаются искупить. Вы приняли меня в своем доме, предоставили кров и защиту. Я в свою очередь не стану вредить вам.
Через пять лет или даже скорее, все наши дрязги станут неважными, как прошлогодние листья. Но рассказывать об этом еще рано. Тем более отцу — он точно решит, что я либо сошла с ума, либо пытаюсь таким замысловатым образом испортить ему репутацию, распространяя бредовые слухи. Подожду пару лет, если повезет.
Если не повезет — то первого прорыва.
Так что печать нужно ставить как можно скорее.
— Спасибо, — искренне поблагодарил меня йор Вальд.
Лайса вползла при помощи горничных обратно на стул и хлопала глазами, не понимая как реагировать. Дети наблюдали за нашим диалогом, приоткрыв рты и переводя взгляд с отца на меня и обратно, как во время игры в мяч. Пожалуй, таких страстей в особняке не кипело еще никогда.
— Не за что, — пожала плечами, позволяя наконец заменить тарелку на десертную. — Это не значит, что я вас простила и прониклась к вам дочерней любовью. Но в данный момент нам выгоднее сотрудничать. Вы же меня понимаете?
— Еще бы, — эхом отозвался папенька.
Подобный подход ему знаком и близок. Ты можешь до смерти ненавидеть конкурента, но если объединиться на время выгоднее — скажем, отправить общий караван с товаром или нанять в складчину охрану — то засовываешь эмоции поглубже и делаешь, что должно.
В качестве финального аккорда беседы в гостиную величественной походкой вплыл Тьмок. Запрыгнул мне на колени, спихнув салфетку, и показательно затарахтел.
— Это еще что за… — отец благоразумно не стал завершать мысль, наткнувшись на мой многозначительный взгляд.
— Это мой кот. Надеюсь, вы не против. Он никого не побеспокоит и драть мебель не будет. Не будет же?
Я потянула хитреца за ухо.
Гостеприимству тоже есть предел. Как бы семейка Вальдов меня ни раздражала, нужно соблюдать нейтралитет, а порча имущества ни к чему хорошему не приведет. Только лишним тратам денег таммавата —компенсировать ущерб то придется.
— Ладно, не будет, — проурчало порождение тьмы в моей голове. — Но с них мя-у-ско!
— Он обещает вести себя хорошо! — радостно подтвердила я вслух.