Перейти к содержанию

Играя в жизни. Полное издание

Автор:

4,7 120+ оценок читателей Рунета
Категория
Любовно-фантастические романы
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Три сотни лет назад на уцелевших частях планеты появились поселения, объятые куполами, которые были обязаны защищать остатки человечества от новых угроз. Эти поселения стали называть секторами, каждый из них был необходимым для корпорации, ведь стоит рухнуть одному сектору, и придет крах империи, а секторанты узнают, что именно находится за пределами куполов. Станет известно, для кого именно были воздвигнуты невидимые стены. Кого они защищают на самом деле, а кого держат в плену? Тетралогия под одной обложкой.

Читать «Играя в жизни. Полное издание» — Мери Ли онлайн

Страница 15 из 19

Как только Клеопатра произнесла это, тело девушки обмякло, и я больше не слышала от нее ни единого звука. Клеопатра выстрелила так, чтобы девушка понимала, что умирает и мучалась в течение нескольких минут. И сделала она это специально.

Зачем Чейз Шелби отправил меня в это место? Чтобы убить? Но смысла в этом не было. Я ведь не доставляла ему никаких хлопот. Да он даже не видел меня все эти недели.

– Сегодня я позволю тебе просто гулять среди гостей и разносить напитки. Если кто–то захочет тебя трогать, говорить с тобой или закажет тебя на время, ты сообщишь им, что все договоренности пока проходят через меня.

Клеопатра продолжала говорить, и уводить меня от тела девушки. Я же думала о том, как сбежать из этого места. Здесь меня не ждет ничего, кроме насилия, боли и унижений. В этот момент я пожелала увидеться с кочевниками, может, они не настолько ужасны.

– Джек отдал тебя за карточные долги. Поэтому для начала тебе придется отработать все, что он задолжал, а уже потом мы поговорим о соотношении выплат тебе и Клубу.

– Хорошо, – сказала я, рассматривая закрытое пространство.

Выход из Клуба только один. Как мне пройти Конора? Бежать вечером или ночью не получится. Только днем. Сейчас здесь мало людей, гостей нет, а работники и работницы Клуба Заблудших отдыхают перед приемом гостей.

Проклятая Барбара, она все–таки смогла от меня избавиться. Я ведь даже не попрощалась с Шанти. Мысль, которая посетила меня, была печальной. Мы разделились, и теперь ни одна из нас не находится в безопасности. Даже в напускной.

Клеопатра продолжала водить меня по территории Клуба, она рассказывала, что и где находится, словно я задержусь тут надолго. Когда мы шли обратно, то тела девушки уже не было, а кровь убрали. Я краем глаза следила за Клеопатрой, но она даже не взглянула на место, где лежала ее подопечная. Настолько холодного человека мне еще не приходилось встречать. В одно мгновение она успокаивала девушку, гладила по волосам и смотрела, как на родного человека, а в другое – выстрелила ей в спину.

Клеопатра подвела меня к одной из дверей, что находились не в главном здании Клуба и толкнула ее. Небольшая комната встретила нас уютом. Я настолько не ожидала увидеть подобное на Ристалище, что опешила на пороге. Кровать с мягким одеялом и множеством маленьких разноцветных подушек, так и манила к себе. Но после мыслей о том, сколько человек на ней побывало, мой пыл убавился до горения одинокой свечи. Окно выходило прямо за периметр, высокое и немного грязное. Я видела свободу, но не могла к ней прикоснуться.

– Оно не открывается.

Я кивнула. "Но разбивается", стоило этой мысли появиться у меня в голове, как Клеопатра добавила:

– Его невозможно разбить.

Я обернулась к ней, женщина буравила меня тяжелым взглядом.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – сказала она и подступила на шаг ко мне. – Ты думаешь о том, что тебе тут будет плохо и страшно, но это не так. Любовь всегда дорого ценилась. За ней люди пойдут в огонь и воду. Любовь страшная сила, и она дает мне власть, о которой Кланы даже не подозревают.

Она самовлюбленная, не терпящая неподчинения овца с накрашенными губами и глазами.

– Я ничего не говорила.

– Тебе и не нужно. Я встречала множество девушек, и практически у всех была одна навязчивая мысль – бежать. Но если ты посмотришь за окно, то поймешь – там тебя никто не ждет.

Клеопатра продолжала говорить, а я ей позволяла думать, что она бесконечно умна и наблюдательна, но с каждым последующим словом, я все четче понимала, что Клеопатра думает только о власти и наживе. Все девушки, что живут в Клубе для нее не больше, чем материал для заработка и актив для выживания в лучших условиях.

– В шкафу висит одежда Корсы, у вас один размер одежды. Выбери что–нибудь красное – сегодня ты должна заявить о себе. А пока отдыхай, вечером ты должна быть максимально отдохнувшей и приветливой.

Клеопатра развернулась, но прежде, чем выйти, обернулась и пронзила меня ледяным взглядом.

– Не пытайся сбежать. Это не удалось никому.

Клеопатра вышла, а я присела на стул у окна и, придумывая план побега, смотрела на лес вдалеке и поняла, что там было не так страшно, как среди людей.

17. Клуб Заблудших

Чем ближе подступала темнота за окном, тем оживленнее становился Клуб Заблудших. Меня увели в парную, надраили до красноты кожи, намазали всевозможными кремами, высушили волосы и сделали прическу, на которую невозможно смотреть и не смеяться. Но все это полнейшая херня, вся беда в одежде, если эти клочки ткани можно так назвать. Тонкая полоска красной ткани прикрывает грудь, даже больничный бинт шире того безобразия, что на меня надели. Да я понимаю, что грудь небольшая, но можно было бы выдать и пару полосок. Юбка тоже крошечная, она еле–еле прикрывает задницу, а с ремня идут легкие полоски прозрачного тюля до самых пят, но они мало что скрывают. По двум сторонам на бедрах разрезы. Клеопатра лично пришла ко мне и нанесла макияж, сначала она хотела сделать из меня свою копию, разрисовав глаза черным, а губы красным, но передумала. Сказала, что пока я свежая и должна быть похожей на только что раскрывшийся цветок. Даже это, казалось бы, милое сравнение было тошнотным.

Время продолжало идти, за окном я видела, как приезжают машины, а внутри с каждой минутой становится громче.

Я не позволю, чтобы мной пользовались. Из этой комнаты нет выхода, кроме двери, окно я пыталась разбить. Трижды. Оно оказалось прочнее металла.

Дверь открылась и в комнату ворвалась волна музыки и шума. Клеопатра смотрела на меня и улыбалась, но взгляд был твердым.

– Пора, – сказала она.

Босые ноги прилипли к полу, я не могла сдвинуться с места.

– Сегодня все клиенты, если они будут, идут через беседу со мной, – напомнила она и отступила от дверного проема.

А я продолжала стоять и смотреть на переодевшуюся в черно–красное одеяние Клеопатру. Слова Джека о том, что Шелби сам придет за мной, возникли в голове неожиданно и вовремя, потому что Клеопатра сообщила, что если я не выйду сейчас сама, то мне помогут.

Мысль о том, что в зале я смогу встретить Шелби, воодушевила. Может, у него был какой–то план, может, я должна буду шпионить тут за кем–то? Или… я несу полнейшую дичь, лишь бы не думать о том, что меня ожидает за дверью.

Я выдохнула и вышла, держась за мысль, что Шелби все же окажется в зале и объяснит мне, что вообще происходит.

Я тут же попала в лавину кишащих людей. Мужчины всех возрастов, полуголые женщины. У многих в руках бокалы – там алкоголь, его запах пропитал все вокруг.

Мы направились в сторону главного помещения. Поняв, что на меня никто не смотрел, так как женщин тут было более чем достаточно, я немного успокоилась и стала наблюдать. Наблюдения привели к тому, что я видела, как уничижительно мужчины относились к работницам Клуба Заблудших. Они их трогали, могли толкнуть, ухватиться за задницу или полапать за грудь.

– Иди к Люку и разноси напитки, будь улыбчивой и сексуальной.

Клеопатра указала мне в сторону мужчины, к которому подходили такие же, как я девушки, брали напитки и уходили в зал. Я отправилась к Люку и встала последней в очереди за бокалами. И тут я заметила интересный момент. Зал был в форме большого круга, который делился на четыре части, напоминая разрезанный пирог. Первая часть – место, где стояла я, здесь не было гостей, а только те, кто работал в Клубе, а вот три оставшиеся – уже что–то интересное. По одежде и по виду людей, разместившихся там и там, можно понять – они из разных Кланов. Два других меня не интересовали, а вот Феникс привлек мое внимание. Рисунок птицы, взмахнувшей крыльями на спинах курток тех, кто еще их не скинул, показал мне, где их искать. Я глаза сломала, выглядывая там одного–единственного человека, который отправил меня сюда и оставил. Я до сих пор не понимала его мотива, но с каждой минутой злилась все больше и больше.

Более того, в Клане Феникса я не видела не только Шелби, там не было Джека и Ханта. Остальных я не знала, лиц этих людей не видела ни разу в жизни.

В центре круга была сцена, на которой стройные и молодые девушки танцевали и раздевались по ходу дела. Бывало, что кто–то из мужчин в зале подзывал к себе кого–то из танцовщиц, и она безропотно спускалась со сцены и усаживалась на колени. На сцену тут же поднималась другая девушка, и все начиналось заново.

Мне вручили в руки два бокала, сквозь толпу я встретилась взглядом с Клеопатрой, она слегка кивнула и снова переключила свое внимание на мужчину, что стоял рядом с ней. Высокий и подтянутый, с бритой наголо головой и татуировкой прямо на черепе в виде двух скрещенных топоров.

Я пошла в зал, направилась в сторону Клана Феникса, но меня перехватили почти сразу же, я отдала бокалы и быстро вернулась к раздаче. В тот момент я и заметила, как Клеопатра показывает лысому мужчине на меня. Я тут же отвела взгляд и внутренне сжалась.

Я продолжала ходить по залу, но мне так ни разу не удалось дойти до Клана Феникса. Я не знала, что сделаю оказавшись там, что скажу им, но инстинктивно мне казалось, что там я буду в большей безопасности. Время шло, в зале становилось все меньше людей, большая часть мужчин удалились, прихватив с собой алкоголь и женщин, которых осталось не так уж и много. И тогда на меня стали обращать внимание. Мне хотелось сжаться в комок и исчезнуть, но я не хотела выглядеть жертвой, ведь хищника это только привлечет.

Дважды ко мне обращались мужчины, один перекинул мое тело себе на колени и усадил меня, я начала вырываться, он только засмеялся.

– Отпусти, – прошипела я, упершись руками в его плечи.

– Да брось, быстрый отсос, и ты свободна.

Я перестала вырываться и посмотрела в зеленые глаза мужчины. Он был из клана Топоры и Шпоры. Оттуда же и мужчина, который весь вечер провел с Клеопатрой. Я должна отправить этого человека к ней, чтобы она рассмотрела его кандидатуру, но я этого не делаю.

Шершавая ладонь проводит по моему бедру вверх, я наклоняюсь к мужчине и шепчу ему на ухо:

– Если твой член окажется у меня во рту, ты лишишься его навсегда.

Он практически сбросил меня со своих колен, и я с колотящимся о ребра сердцем вернулась к раздаче. Меня трясло и тошнило. Так хотелось выпить бокал алкоголя, но я должна быть полностью в трезвом уме, чтобы постоять за себя.

Меня трогали, каждый раз, когда я шла по пустеющему залу, меня трогали проклятые руки. Кто–то шлепал по заднице, кто–то пытался ухватиться за грудь. Я чувствовала себя грязной и ничтожной. Клеопатра следила за мной словно ястреб, а потом подошла.

– Ты плохо справляешься, – сказала она и закурила. Выдохнула клубок дыма мне в лицо и добавила. – Я нашла тебе гостя.

– Я не пойду.

– Тогда я разрешу каждому, кто остался в зале, взять тебя. – Бросив эту угрозу она продолжила, предварительно указав мне на мужчину с бритой головой. – Это Велас, сегодня он весь вечер скучал, потому что его предыдущая девушка погибла. Ты ее помнишь? Время скорби прошло, и он готов взять себе другую, и главное его условие в том, что она не должна быть слишком использованной другими. Глава Клана Топоры и Шпоры предпочитает свежий товар. Печется о своем статусе среди подчиненных.

В голове моментально всплывает образ застреленной девушки. Он бил ее, и скорее всего это было самым малым, что он делал. Клеопатра нашла мне чудовище, которое стоит в конце зала и поднимает бокал, смотря на меня и криво улыбаясь.

– Велас однолюб и собственник, он не любит делиться и другую себе не возьмет, пока…

– Пока она не умрет, – закончила я за Клеопатру.

– Или не наскучит ему. Но сейчас он готов выкупить тебя на месяц. Ты будешь ублажать только его. Поверь мне, это лучшее предложение, которое столь неопытная и агрессивная девушка может получить.

Я оторвала взгляд от Веласа и повернулась к Клеопатре.

– Я буду биться за себя.

Клеопатра улыбнулась.

– Я знаю. Ему это нравится. Возбуждает.

Клеопатра взяла меня под руку и потащила в сторону комнат, а я старалась найти Шелби среди редеющей толпы. Он так и не пришел.

Клеопатра оставила меня в комнате, что еще утром принадлежала другой девушке, тут уже везде горели свечи, которых не было когда я уходила. Сука все приготовила заранее. Я бросилась к двери, но она была заперта. Из соседних комнат разносились недвусмысленные стоны, из моей будут только крики. Я начала метаться в поисках хоть чего–то, что сможет меня защитить, единственное, что я нашла, – это подсвечник, тяжелый черный подсвечник. Я задула на нем свечи и стряхнула их на пол, схватила металл и замахнулась. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Велас. Увидев у меня в руке подсвечник, он растянул губы в предвкушающей улыбке.

– Клео не обманула, – сказал он, запирая дверь. – Только не рассказывай ей, что я так ее называю. Она этого не любит.

Он обернулся и скинул с себя кожаную куртку с нашивкой топоров, идентичной его тату на затылке. Подошел к кровати и лег, подперев голову рукой. Похлопал по месту возле себя.

– Иди ко мне. Нужно познакомиться. Мое имя…

– Я знаю твое имя.

– А я твоего не знаю.

Я молчала. Он смотрел, и с каждым ударом сердца его лицо менялось. Из беззаботного, оно стало скучающим, а потом превратилось в ужасную маску злобы.

– Я не повторяю дважды, – сказал он.

Я сжала подсвечник еще сильнее.

Он сорвался с кровати так быстро, что я онемела. Велас дернул меня за талию, и я повалилась на кровать, а в следующее мгновение он уже нависал надо мной. Я извернулась и скатилась с кровати, потеряв при этом нижнюю часть юбки, тюль остался у него в кулаке. Он поднес тряпку себе к лицу и глубоко втянул воздух носом.

– Становится интереснее, – сказал он и встал с кровати.

Я не могу только обороняться, так я точно проиграю. Когда он выпрямился в полный рост, я бросилась на него, и мы завалились на пол, я услышала, как из глотки Веласа вырвался хриплый выдох. Я взобралась на него и схватила за шею, начала душить, но он одним ударом отбил мои руки, и потеряв опору, я завалилась на него, он прижал меня к себе, и я почувствовала его восставший член. Твою мать!

Я укусила его за плечо, он оттолкнул меня и с размаху ударил по лицу. Я отлетела, а в голове поселился шум. Я больше не слышала стонов из соседних комнат, на мгновение потеряла, где пол, а где потолок. Велас закинул мое тело на кровать. Я лежала спиной на скомканных простынях, а мои ноги свисали с кровати, касаясь пола. Велас сорвал с меня топ и отбросил его в сторону, расстегнул ширинку на штанах и спустил их. Схватил меня за бедра и подтащил так, что моя задница оказалась в воздухе.

– Нет, – прошептала я, приходя в себя.

Я начала отползать и получила еще один удар по лицу. Он что–то говорил, но я этого уже не слышала. Руками пыталась ухватиться за кровать, покрывало, хоть что–то, но от этого не было никакого толку.

Дверь распахнулась, и в комнату вошла Клеопатра, а за ней высокая темная фигура. В следующее мгновение Велас отпустил меня. Я приподнялась на локтях и отползла к изголовью кровати, но из–за потери в пространстве, свалилась с кровати. Велас почему–то тоже лежал на полу, а над ним стоял Чейз Шелби.

Из груди вырвался всхлип.

Голосу Клеопатры удалось прорваться сквозь шум в моих ушах:

– Шелби прекрати! Тут запрещены выяснения отношений между Кланами!

Чейз Шелби направился к Клеопатре.

– Ты не должна была выпускать ее в зал.

– С чего это? Она моя, и я делала с ней все, что считала нужным. Я вообще не понимаю, что ты тут забыл.

– Она не твоя, – сказал Шелби и снял с себя куртку, бросил ее мне. – Прикройся.

– Джек отдал ее за долги, – сказала Клеопатра, уперев руки в бедра.

В комнате повисла тишина, я натягивала куртку, трижды промахнувшись мимо рукава. Велас пошевелился, и я вскочила на ноги, не помню, как оказалась за спиной Шелби и вцепилась в его локоть.

– Он не имел права ее отдавать, – сказал Шелби. – Сколько он тебе должен? Я заплачу, но ты его сюда больше не пустишь. Даже если он будет говорить, что пришел от меня.

Клеопатра стала торговаться:

– Плюс моральный ущерб.

– Оплачу.

– Разгромленная комната.

– Оплачу.

Потом он повернулся ко мне, посмотрел на лицо и сжал губы в тонкую линию.

– Оденься, мы уезжаем.

Мне не нужно было повторять дважды, я нашла штаны, в которых приехала, и обувь, натянула их и снова встала рядом с Шелби. Он приложил свое запястье к запястью Клеопатры. И расплачивался своим местом в рейтинге. За одно мгновение Клеопатра взлетела, а он пал.

Когда мы уходили из комнаты, Клеопатра окликнула Шелби:

– Присматривай за ней лучше, Велас не любит делиться.

Шелби даже не обернулся. Я внутренне сжалась.