– Нет.
– Ты что, работала в Клубе Заблудших?
– Нет.
– Да. Иначе, где бы еще Велас смог тебя поиметь? – ее злость переходила все грани разумного.
Я схватила ее за руку, и мы остановились.
– Я с ним не спала. Ясно? Большего я не обязана тебе объяснять.
Келли вырвала руку и ушла вперед, возле меня оказался Рик.
– Не обращай внимания, она боится, что история повторится.
– Какая?
– Однажды я выкупил одну из рабынь в Клубе Заблудших. Она долго обхаживала меня, а когда оказалась в периметре Феникса, то в одну из ночей открыла ворота, и к нам пожаловали люди Веласа. Мы потеряли многих.
– Я не знала.
– Не следила на экране за столь интересным действием?
– Нет. Этим страдала только мужская часть моей семьи.
На этом разговор закончился, я удивилась, почему Велас еще жив? Он напал на Феникс, а они даже не отомстили? Об этом я не стала спрашивать.
Чейз купил двух мужчин с красными метками, пока он договаривался и расплачивался, я стояла немного в стороне. В одно мгновение почти все покупатели направились в конец улицы.
–Что там? – спросила я у Рика.
– Аукцион.
Я видела, как женщины и девушки поднимаются на помост совершенно голые, из одеяния на них была только веревка на шее. Лот за лотом уходили достаточно быстро, потому что вначале продавали самый приглядный товар. А потом я увидела ее, сначала я не узнала женщину, но ее невозможно было забыть. Ведьма, как и все, была голой, но она не опустила голову, подняла подбородок вверх и смотрела на всех свысока, будто не она в невыгодном положении. Словно вся толпа, что освистывала ее, стаяла нагая и безобразная.
В нее бросили камень, он угодил ей прямо в живот. Я не заметила, как пошла в сторону помоста.
– Рэйвен! – окликнула меня Келли, но я не могла смотреть, как Ведьму унижают и причиняют боль. Она одна из немногих, кого я знала на Ристалище.
Я проталкивалась сквозь толпу и распихивала зевак локтями. Ублюдки, она ведь работала здесь, а теперь они издеваются над ней.
Когда я добралась до помоста, ей в висок прилетел еще один камень и рассек кожу. Кровь потекла тонкой струйкой по острым изгибам ее лица.
– Стойте! – крикнула я, но меня никто не слышал, толпа ревела. Они знали ее и вымещали на женщине то ли злость, то ли что–то еще.
– Я куплю ее! – крикнул Велас.
Я обернулась в его сторону, он улыбался, смотря на меня. Только не к нему.
В этот момент подошел Чейз и схватил меня за руку. Я обернулась, в его глазах была тихая угроза.
– Я сказал не отходить от меня.
– Но они. Она..
– Нам она не нужна.
– Купи ее, – попросила я, словно имела право просить его хоть о чем–то.
Чейз мельком посмотрел на помост, а потом перевел на меня более холодный взгляд.
– Нет. Уходим.
Он развернулся и стал удаляться, я побежала за ним.
– Эта женщина была с нами в плену у Изгоев, – напомнила я.
– И что дальше?
У них что – семейное, быть в один день добрыми, а на следующий нет?
– Она знала, кто ты, но не рассказала об этом.
Чейз остановился и повернулся ко мне.
– Ты ошибаешься.
Я не поняла его заявления и спросила:
– В чем?
– Во мне. Я не добряк, который занимается спасением всех и вся. Мне плевать, что с ней будет.
– Но она…
– … если бы ты слушала ее там, в плену, то запомнила бы, что она говорила о работе на Рынке. Знаешь, кем она работала?
– Нет.
– Она продавала женщин, – Чейз указал на помост. – Видишь мужика, который сообщает о новом лоте? Так вот на его месте стояла эта женщина, и она ни разу не попыталась спасти кого–то из пленников. Она знала, что станет с большим количество ее товара, когда они попадут в Клуб или к Топорам. Она знала, что их будут насиловать, издеваться, а в конечном счете убьют, но это в том случае, если они сами не успеют наложить на себя руки. Она расспрашивала тебя о метке, имени и других вещах не просто так, это был профессиональный интерес.
Я обернулась к помосту, Ведьма не видела меня, ее уже начали спускать с помоста и передали поводок Веласу.
– Ты все еще хочешь ее спасти? – спросил меня Чейз.
Я повернулась к нему, но не могла дать определенного ответа. Жаль ли мне ее? Да. Заслуживает ли она подобного отношения? Возможно. Желаю ли я ей участи других рабынь? Я не знаю.
Чейз внимательно смотрел за эмоциями на моем лице.
– Всех спасти невозможно. А некоторые вовсе не заслуживают спасения. Ты должна думать только о Клане и его благополучии, все, что находится за пределами Феникса, не имеет значение. Ты поняла меня?
– Да.
– Уходим.
Не помню, как долго мы ходили по Рынку, кажется, время остановилось. Я думала над словами Чейза. Клан это не просто место, где я теперь живу, отныне это моя семья. Семья настолько разная, что я не могла понять, что именно испытывала к ней.
После еще одной встречи за закрытыми дверьми, мы отправились на выход. За время, что мы скитались, я заметила, что у каждого в команде есть свое место, они даже ходят в определенном порядке, одна я, как нечистоты в проруби, не знала, куда себя деть.
Мы направились на выход, я думала, что на сегодня "задания" закончились, но оказалось, нет. Следующая наша остановка должна была быть в лесу.
– В лесу? – спросила я, передвигая ногами, лишь бы не отстать от остальных.
– Да, – ответил Джек, – это там, где деревья растут.
– Да, и где бегают…
Я не договорила, выйдя за пределы Рынка, я увидела тело Ведьмы. Женщина была по–прежнему голой, она лежала на спине, ее живот был вспорот, а глаза выдавлены.
Я отвернулась и меня тут же стошнило, практически на ноги Джеку.
– Какого хрена! – закричал он.
Я утерла губы и быстро пошла к машине. Практически побежала, но мне нужно было убраться от тела как можно быстрее. Немного дальше наших машин стояли другие, за рулем одной из них я увидела Веласа. Его левая рука свисала из открытого окна, он держал окровавленный нож. Он специально оставил тело там, чтобы я увидела? Велас купил рабыню, чтобы убить и напугать меня еще больше?
– В машину, – скомандовал Чейз.
Мы уехали через минуту, а я продолжала видеть перед глазами тело женщины, которую я могла бы спасти. Но засомневалась. Я позабыла о страхе про лес, потому что за нами от Рынка поехало четыре машины с рисунками топоров на дверцах и багажниках.
– Что ему нужно? – спросил Рик у Чейза. – Скоро стемнеет, Веласу до Клана дальше, чем нам.
Чейз ответил:
– Не знаю, может, у него в планах на вечер смерть.
Мы приближались к лесу, Велас следовал за нами, когда Чейз остановил машину, то бросил короткое:
– Не выходить.
Машины Веласа остановились на приличном расстоянии, и я немного расслабилась. Из леса вышел мужчина с огромным листом, сложенным в трубу. Он разложил его прямо на капоте и начал что–то показывать Чейзу.
– Это карта? – спросила я.
– Да, – ответил Рик.
Они разговаривали достаточно долго, я отвернулась к окну и стала смотреть в лес. Из–за заходящего солнца было плохо видно, но дерево шевелилось. Не так, словно листву качал ветер. Ствол дерева начал двигаться. Я протерла глаза и снова посмотрела, но галлюцинация не прекратилась. Дерево двигалось в сторону Чейза и мужчины, к нашей машине.
– Келли? – окликнула я девушку.
– М?
– Там, мне кажется, ну… дерево шевелится.
Рик тут же обернулся ко мне.
– Где именно?
Я указала пальцем в сторону моего персонального глюка. Рик выругался и вышел из машины, Келли тоже, а потом начались странности. Не одно дерево, а три начали идти волной.
Из других машин тоже вышли, все с оружием наперевес, кроме двух выкупленных пленников. Прозрачная хрень бросилась на них. Это не деревья шевелились, а нечто не имеющее цвета, прозрачное.
Это нечто отбросило Рика в сторону, когда он пытался прикрыть собой мужчину из леса. Прозрачная хрень потеряла свое преимущество, когда пуля Келли угодила в нее. Создание замигало и в итоге обрело грязный серый цвет. Это разновидность хамелеона? Он был высоким, выше среднестатистического человека вполовину, худой, с длинными руками и ногами, живот был впалым, как и глазницы, пасть больше человеческого рта в два раза, она была похожей на морду собаки. На морду очень злой собаки. Слюни стекали по клыкам. Он взревел от боли, и я сразу узнала этот рык.
Кочевник…
На окраине леса начали проявляться и другие. Они бросались на команду Чейза, те отстреливались. Я не успевала уследить, за их перемещением. Они не оставались на месте, постоянно перебегали.
Я не знала, что мне делать. Оружия у меня нет, но оно есть в багажнике. Толку от него ноль, если не умеешь пользоваться.
Я обернулась и посмотрела в окно, машины Веласа уехали. Видимо, он решил, что не стоит тратить время на нас, ведь мы и так трупы.
Да блядь!
Я отстегнула ремень безопасности, по боку машины прошла очередь выстрелов, одна из пуль пробила дверь, врезалась мне в ногу, и я взвыла от боли.
На крышу приземлился кочевник, металл прогнулся и заскрипел. Я зажала рот ладонью, но всхлипы все равно были слышны. Со стороны моего окна начало медленно появляться перевернутое вверх тормашками лицо монстра.
Сначала я увидела его лоб, потом впалые глаза, пустующее место без носа и открытую пасть. Оно смотрело на меня на расстоянии двадцати сантиметров. На окне образовался мутный круг от его дыхания.
Я не могла пошевелиться. Кочевник резко дернул головой и разбил окно вдребезги. Я полезла дальше по сиденью, монстр был прямо за моей спиной, я открыла дверь и буквально выпала на улицу. Встала и тут же упала. Я даже позабыла, что ранена в ногу.
Я не придумала ничего лучше и закатилась под машину. Команда продолжала отстреливаться, кочевники рычали. Крик боли разнесся по округе и тут же затих. К машине подкатилась голова мужчины из леса. Я начала отползать от нее. Меня схватили за раненую ногу и выдернули из–под машины и бросили в сторону, словно я ничего не весила. Я ударилась о другую машину и съехала по ней. Кажется, все кости были сломаны. Кашель вырвался из горла, и я начала плеваться кровью. Это было плохо. Рукава меня не спасут.
Я не могла шевелиться, но видела, как Келли хромая шла в мою сторону и отстреливалась от кочевника. Ему было плевать на пули, пока она не попала ему в голову. Кочевник рухнул. В этот момент Рику оторвали руку и вскрыли живот. Келли остановилась возле меня.
– Вставай!
Я попыталась, но не смогла. Как минимум одна нога была переломана в нескольких местах. Я начала терять сознание, чувствовала, как оно покидает меня.
Выстрелы прекратились, рык тоже, сначала я не поняла, что послужило этому. Все же разлепила веки и увидела, что купол над нашими головами искрился яркими всполохами, по нему расходились волны света. От купола разносился громкий треск. Я больше не могла смотреть, глаза закрывались, а силы уходили. Я скулила, жалея себя и переломанные конечности. Больно и невыносимо. Открыв глаза, я увидела, что тела кочевников валяются тут и там, Чейз выстрелил в голову последнему и убрал пистолет. Он тоже посмотрел в небо, как и все, кто остался в живых.
– У нее получилось, – сказал Чейз.
Я хотела спросить, что и у кого получилось, но боль забрала меня. Я очутилась в темноте. Последняя мысль, что посетила меня: " Я умерла, так и не научившись защищаться".
Книга 2
1. Не особенная
