Читать «Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2» — Катерина Цвик онлайн
Страница 5 из 7
– Лайза уже была однажды в этом месте и смогла справиться с проблемой.
По тому, как изменилось и, кажется, даже постарело лицо Хораса, я поняла, что с этим столкнулся кто-то из его близких.
– Хорас, вам нехорошо?
Он поднял ладонь, останавливая мои вопросы, и, все еще не поднимая взгляда, произнес:
– Я найду команду, которая доставит вас на границу третьего пояса.
– Х-хорошо. – Я не ожидала такого резкого согласия и была сбита с толку. – Но что взамен?
– Как и сказал ваш еж – информация. Если… – Он осекся. – Когда вы вернетесь, я должен знать, получилось ли у вас.
И поднял наконец глаза. Вот только Хорас уже взял себя в руки, и что-либо понять по его лицу стало невозможно. Но было ясно, что и спрашивать бесполезно. Не сейчас, по крайней мере. Я просто кивнула, и мы скрепили наш договор рукопожатием и магией.
– Вот! А я говорил, что ты хороший мужик! – улыбаясь, заявил Ё-ё, словно позабыв, что совсем недавно доказывал мне, что уломать главного искателя практически невозможно из-за того, что он чудак на букву «м». – Всё, пошли ужинать, я проголодался. – И побежал к двери.
Я покачала головой, сняла купол тишины и последовала за ним. У двери, к моему удивлению, обнаружилась хорошо знакомая тройка боевиков с четвертого курса.
– Разве у вас здесь какое-то занятие? – спросила я, попрощавшись с задумчиво оглядывавшимся Хорасом.
– Нет, то есть мы хотели… – начал было Кайл, но запнулся.
Зато вместо него продолжил Рэй:
– Позаниматься.
– Да, чтобы никто не мешал, – поддержал друзей Леон.
– Да? – удивилась я. – Ну ладно. Идите. – И посторонилась.
Тем временем в коридоре показался Марсель. Нахмурился, увидев уходящего Хораса и обступивших меня адептов. Те поспешили пройти в аудиторию, и эль Лавалье подошел ко мне, когда я уже стояла в одиночестве.
– Вокруг тебя, как всегда, людно, – усмехнулся он и как бы невзначай спросил: – А что тут делал глава гильдии искателей?
Пришлось рассказывать ему о новых разработках и уводить разговор в другое русло.
– Пойдешь со мной на ужин? Сегодня в столовой должны подавать рыбу. Не так вкусно, как в ресторане, но тоже ничего.
– Эйлин, меня вызывают в столицу, – еще больше нахмурился Марсель.
Эта новость стала для меня неприятной неожиданностью, и я растерялась.
– Как в столицу? Прямо сейчас?
– Да, нужно ехать с докладом. Расследование еще не закончено, но начальство требует моего присутствия там. Не знаю, когда получится вернуться, но если у тебя возникнут какие-то проблемы, то обращайся к Даниэлю. И… вот. – Он протянул мне небольшую шкатулку – почтовый артефакт для писем.
Я взяла его и прижала к груди. Судя по всему, он парный и у Марселя есть вторая такая же шкатулка. В голове же билась мысль: «Марс уезжает, а я только вчера сбежала от него. Боялась увлечься и не удержать силу, а теперь он уезжает, и неизвестно, когда мы увидимся».
– Марсель…
– Все будет хорошо, – улыбнулся он, внезапно привлек меня к себе и обнял. – Я постараюсь вернуться поскорее.
– Ага, он уезжает, но обещает вернуться, – хмыкнул снизу Ё-ё.
– И что в этом плохого? – выгнул бровь Марсель.
– Да ничего. Но ехал бы ты уже в свою столицу и не возвращался. Сам ведь нас сюда-то отправил, так что нечего теперь девушке голову морочить-пф!
– А я и не морочу, – ответил Марсель и посмотрел мне в глаза. – Я очень хочу поскорее вернуться.
– Тогда нечего говорить, что не знаешь, когда приедешь! – сжал лапки в кулачки Ё-ё. – Всегда можно вырваться в гости на денек-то!
Марсель вздохнул:
– В том-то и дело, что в ближайший месяц не получится. Я знаю свое начальство.
Отвечая, он смотрел не на Ё-ё, а мне в глаза, и я понимала, что буду скучать. Очень! Уже скучаю…
– Так и говори, что приедешь не раньше зимнего бала, когда адепты вернутся с каникул. А это, между прочим, через полтора месяца, – ворчливо подвел итог еж.
– Скорее всего, так и будет, – вздохнул Марсель и посмотрел наконец на Ё-ё. – Присмотри тут за Эйлин.
– Что, боишься, что молодые да резвые уведут-то? – ехидно уточнил друг.
– И это тоже, – невесело усмехнулся Марсель и покосился на меня.
Я невольно порозовела, но постаралась сделать вид, что не услышала последних фраз.
– Посмотрим-пф, – нехотя ответил Ё-ё, насупился и, закатив глаза к потолку, отвернулся от нас.
У меня брови поползли вверх. Неужели еж дает свое красноплащевое разрешение на прощальный поцелуй? Но тут Марсель привлек меня к себе ближе и заглянул в глаза. И я сама потянулась к его губам. Ничего, в кармашке лежит целых три накопителя. Справятся как-нибудь с небольшим выплеском.
И я потерялась в этом поцелуе. Забыла, как дышать и где нахожусь. Марсель целовал нежно, но напористо, прижимал к себе, зарывался пальцами в распущенные волосы на затылке, сводил с ума этими прикосновениями. Я пылала в его объятиях, в который раз убеждаясь в словах дяди, что долгое безразличие к мужчинам у магов может вылиться в излишнюю чувствительность, но ничего не могла с собой поделать.
Наконец Марсель отстранился и, тяжело дыша, уткнулся лбом в мой лоб.
– Ты сводишь меня с ума, моя Птичка. Будешь мне писать?
– Буду, – ответила я, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.
Он еще раз быстро и как-то рвано поцеловал меня в губы и с видимым усилием отстранился.
– Пошли, я провожу тебя к столовой.
– Может, и сам поужинаешь?
– Не получится, мне нужно спешить. – И, положив мою руку на сгиб своего локтя, зашагал вперед.
Вернее, попытался, потому что в этот момент я осознала, что Ё-ё находится не где-то сбоку, а прямо у моих ног. Чуть не сбив его, быстро наклонилась, подхватила на руки и поняла, что он во время поцелуя не зевал, а усиленно спасал меня и Марселя, поглощая излишки моей магии. Это что же получается? Трех накопителей не хватило?!
Ё-ё икнул от переизбытка впитанной силы и прикрыл глазки.
– Что-то я расхотел есть. – И заснул, едва договорив фразу.
Глава 7. Об экзаменах и подготовке к походу
Согласие Хораса помочь с проводниками в Пустошь и отъезд Марселя стали отправной точкой в нашей подготовке к походу. Лайза уже бывала в Пустоши, потому знала, какую лучше подобрать одежду и какое снаряжение с собой взять. Она обучила меня нескольким важным, но не очевидным для Пустоши заклинаниям и действиям. Например, заклинанию пустоты, которое формирует вокруг мага кокон без магии, по сути делая мага белым пятном в магических потоках. Кажется, зачем?! Но все оказалось просто – некоторые твари чувствуют сильных магов, особенно ночью, когда маг долго неподвижен, а такой купол отрицания защищает от чужого сканирования во время отдыха и помогает избежать нападения.
Искатели и так ставят вокруг лагеря артефактную защиту, но, как сказала подруга, может случиться всякое, нужно быть готовой выживать в Пустоши в одиночку. Это замечание немало меня напугало, но я понимала, что мы и в самом деле идем не по парку гулять, а в самое опасное в мире место. А потому в который раз взяла себя в руки и продолжила слушать наставления подруги.
И всяких нюансов оказалось немало.
– Чем меньше шума ты производишь в Пустоши, тем больше шансов избежать встречи с монстрами. Если пришлось вступить в бой, то старайся не мешать сопровождающим. Вмешиваться, только если видишь, что без тебя не справляются. Место битвы нужно покидать как можно быстрее. На запах крови окрестные хищники сбегаются очень быстро, и еще неизвестно, кто пожалует. А чтобы они не пошли следом, есть специальный порошок, скрывающий все запахи. Действует он недолго, но времени хватает, чтобы удалиться на достаточное расстояние.
– Если мы начнем покупать в лавках нечто настолько специфичное, как этот порошок, нами обязательно заинтересуются, – забеспокоилась я. – Агенты тайной канцелярии все еще в городе.
– Да, ты права… – задумалась подруга. – В прошлый раз у меня такой проблемы не было. Я лекарь и могла себе позволить купить многие вещи без лишних вопросов. Да и времени на подготовку было больше. Теперь же такими покупками заинтересуются в любом случае. А нам лишние допросы ни к чему.
Я вспомнила, как подозрительно Марсель относится к Лайзе, и поняла, что светиться ни в коем случае нельзя. Наверняка за ней присматривают особенно пристально.
– Хорас? – спросила я.
И подруга все поняла верно.
– Похоже, тебе и в самом деле нужно будет попросить его еще и подготовить для нас стандартное снаряжение искателей. А уже потом мы сможем докупить то, что еще посчитаем нужным.
Время летело быстро и за каждодневными хлопотами незаметно. Экзамены за полугодие никто не отменял, и последние две недели оказались особенно напряженными. За мной постоянно ходили адепты, и, кажется, я их видела за спиной, даже когда выезжала в город. Наверное, не удивилась бы, даже застав их в собственной ванной.
И все же мои адепты сдали экзамен! И многие – с отличной оценкой. Я даже почувствовала небывалую гордость за них и за себя. Совсем недавно их главной задачей в прикладной магии было отсидеть занятие, а теперь кто-то из них участвовал в новых проектах, кто-то засиживался в библиотеке, чтобы глубже узнать предмет, а кто-то применял новые знания в боевом слаживании, чем приятно удивлял магистра эль Мейра.
Шпаргалки тоже были. Было забавно разворачивать скрученные в трубочку и вставленные в ручки тонкие листы бумаги, смотреть, как адепты включают магическое зрение, чтобы увидеть написанные магическими чернилами подсказки на рукавах, юбках и брюках. Кто-то даже умудрялся написать шпаргалку на спине сидевшего перед ним адепта. И наверное, такой способ мог бы сработать, но я сама почти постоянно смотрела на мир магическим зрением и эти штучки просекала на раз.
Были еще и кольца с подсказками, которые, когда их переворачивали внутрь ладони, проецировали формулы на стол; часы с исчезающим циферблатом, на котором появлялись ответы на вопросы; браслеты, на каждом шарике которых были написаны подсказки. Была даже ручка, единственной задачей которой было выписать основные формулы на черновик. Кажется, и не придерешься! Адепт ведь сам только что написал для себя формулы. Но магистр я или нет?! Неужели не разглядела бы такой интересный артефакт?! Писали магическими чернилами даже на ногтях! Но для прочтения написанного нужно было использовать лупу, на чем девушка и погорела.
В общем, адепты развлекались на всю катушку, и я вместе с ними.
Но всему приходит конец. Закончилась и сессия, и адепты начали разъезжаться по домам, а мы с Лайзой и Ё-ё получили замагиченное сообщение от Хораса, в котором указывалось точное время и место нашей встречи с группой сопровождения.
***
– Вот, переодевайтесь, и жду вас в гостиной.
Хорас протянул нам с Лайзой сумку с одеждой и вышел из комнаты. Я достала песочного цвета штаны с зелеными вкраплениями, рубашку, легкую куртку и надела, стараясь привыкнуть к непривычным ощущениям. В платье в Пустоши делать нечего, а штаны я ни разу не носила – дядя был против, а няня… Няня?
Я внезапно задумалась, вспоминая моложавую женщину, которая с детства меня растила, рассказывала о женских штучках и в грубоватой форме наставляла, чего девушке ждать от мужчин. Я внезапно поняла, что не помню ее лица, и вообще… Странное ощущение, когда осознаешь, что человек был в твоей жизни, занимал в ней значительное место, а ты его… забыл?
– Что-то не так? – спросила Лайза, надев похожий костюм.
– Что? – Я осмотрела ее, тут же потеряв ускользнувшую мысль. – Тебе идет.
– Тебе тоже, – улыбнулась подруга. – С удовольствием ходила бы в таком наряде в повседневной жизни. Только в более элегантном варианте.
– А что, нашим боевичкам можно. Почему нам нельзя?
– Потому что они боевички, – сварливо произнес повернувшийся к нам Ё-ё, оценивая наши наряды. – А мне потом придется отбиваться от очередных твоих воздыхателей.
– Не говори ерунды! Никто не воздыхает, – отмахнулась я и похлопала по многочисленным карманам на штанах и куртке, приходя в восторг.
Ё-ё фыркнул:
– На зимнем балу посмотришь, какие обнаружишь кучки из рук и сердец.
Я почему-то представила все это безобразие отнюдь не в переносном смысле и скривилась:
– Фу на тебя.
– А почему кучки появятся именно на зимнем балу? – спросила ежа Лайза.
– Так многие домой поехали, только чтобы заручиться поддержкой и разрешением рода на брак. И если эль Лавалье не появится, то я сам лично напишу ему, сколько предложений Эйлин получила, и заверю, что она думает как минимум над парочкой! А еще…
– Это еще зачем? – опешила я.
– Не поверишь, но только для того, чтобы порадовать свою ежиную душу и увидеть его перекошенную физиономию. А после такого письма я ее точно увижу.
Ё-ё даже прикрыл глазки, предвкушая удовольствие.
– А если он приедет на бал? – со смешком поинтересовалась Лайза.
Еж скис:
– Написаю ему в тапки.
– Что? – У меня чуть накопитель из руки не вывалился, который я собиралась положить в один из кармашков куртки на груди. – Ты же приличный еж и никогда за таким непотребством замечен не был!
– Правильно, – приосанился Ё-ё. – Я приличный еж, но с глубокой моральной травмой по вине этого индивида. Так что некоторое отступление от норм приличия допустимо.
– И какую же моральную травму он тебе нанес? – Лайза даже подбоченилась
– Глубокую, – весомо ответил Ё-ё и важно стряхнул пылинку со своего плаща, заставив нас улыбнуться. Но потом он посмотрел на меня и уже совершенно другим тоном произнес: – Ты так радуешься этим карманам, будто в каждом лежит по накопителю.
– Не лежит, но я положу. Это ведь так удобно! Столько важных мелочей можно с собой носить! Может, пошить себе для повседневной жизни что-то вроде жилета с карманами?
– Разве что для работы в лаборатории. В обычной жизни это будет смотреться странно и даже смешно. А быть странной, поверь, не всегда хорошо. – ответила Лайза, и ее улыбка стала грустной.
Я поняла, о чем она говорила, ведь именно такой ее в академии и считали. Лайза очень часто выглядела задумчивой, а когда выныривала из этого состояния, отвечала невпопад, а иногда говорила очень странные вещи, похожие на предсказания. Я как-то спрашивала ее, почему она так делает, и Лайза ответила, что это из-за зимы. В это время года она более задумчивая и рассеянная и ничего не может с собой поделать.
Покрутившись немного у зеркала, мы собрались выходить. Лайза пошла вперед, а я придержала Ё-ё.