Ник, бля, хватай и дери. Усмехаюсь своим мыслям. У нее прям на лбу чуть ли не горит желание залезть ко мне в штаны.
– Момент, – и принимаюсь за смешивание ликеров.
Минута, и коктейль готов. Завершающий штрих – соломинка.
– М-м-м, – потягивает напиток. – Вкусно.
– Алиса, – пытается завязать знакомство.
Киваю в ответ, тыкая пальцем в бейдж Санчо. Не намерен я завязывать знакомства. А эту трах на одну ночь явно не устроит. Научился различать и делить на несколько категорий девочек. Те, что закатят истерику и будут во всем винить, обхожу стороной. А вот такие, как ночная фея, встречаются не так часто. А то, что она сама еще и свалила по-тихому, такое у меня вообще впервые. Да, обидно, утро могло быть таким же ахрененным, как и ночь.
– Эй, я тут, – машет рукой, но я переключаюсь на другую.
К концу смены силы на исходе. Выпиваю пару чашек кофе. Прощаюсь с Сеней. Он закончит через час. Отписываюсь Санчо, что с него причитается. Сам же переодеваюсь и тороплюсь на выход.
На улице закуриваю и, отойдя в сторону от входа, наблюдаю за суетой. На часах четыре, скоро начнет светать.
– Привет, – оборачиваюсь на голос.
Выдыхаю. И не отвечаю.
– Слушай, я просто хочу сказать, что ты мне понравился, – стоит, мнется, слова подбирает. В дорогих шмотках, вся такая барби.
– Мне ровно, – отвечаю грубо.
– А в баре ты улыбался, – звучит с обидой.
– Там была работа, тут – жизнь, – тушу окурок и выкидываю в урну.
– Слушай, я уже не маленькая. Знаю, чего хочу. Может, пригласишь меня на… ну, не знаю, чашку кофе? – смотрит на меня, губы кусает.
– Детям на ночь кофе вредно.
– Так уже утро, – улыбается. – И я не ребенок. Мне восемнадцать есть.
– Тебе есть, мне – нет. Папа потерял, наверное, беги домой, кукла, – хмыкаю, наблюдая, как округляются ее глаза.
– Папа? Да ты не знаешь, кто мой папа!
– И не хочу знать. Детка, отвали, а? Я не такой, как тебе мог показаться. Я не зайчик, нежным и пушистым не бываю.
– Я не боюсь, – задирает подбородок.
– А вот я боюсь, – усмехаюсь и щелкаю ее по носу. – Ищи своего принца, принцесса. Я плохой персонаж, не для твоей сказки, – и развернувшись, зашагал к парковке.
Голова гудит от ее голоса, от сопливого желания казаться взрослой. Но, раздвинув ноги, мозгов в голове не прибавится.
Лана
Суббота проходит в суете. Проводив подругу, которая так и норовила выдать очередной совет, я выдохнула, дав себе пару минут остыть, и принялась за готовку. Пока крутилась у плиты, чистила овощи, крутила фарш, в голове образовался штиль. О том, что у меня была бурная ночь, намекали лишь тянущие ощущения там, внизу живота. Ну и мышцы, которые явно не привыкли к такому марафону. Но я старалась не думать о том, что было. Старалась. Но это оказалось не так просто.
– Мам, – в кухне появляется сын, – у нас будут гости? – стоит, подперев плечом стену, и наблюдает за мной.
– Нет, с чего ты взял? – удивляюсь такому вопросу.
– Ты что-то все готовишь и готовишь, вот я и подумал.
Я оглядываю свой фронт проделанной работы и… удивляюсь. Помимо уже почти готового борща, скоро будут готовы котлеты, картошка пюре уже остывает. Тушеные овощи и салат, в который я сейчас нарезаю помидоры.
– Ой, – обалдеваю.
– Значит, гостей не будет?
– Нет. Пару дней не буду готовить, – улыбаюсь, пожав плечами.
– Отлично. Но я думал, что мы закажем пиццу и посмотрим какой-нибудь фильм. С тарелкой борща это будет не очень удобно, – продолжает Артём.
– Ничего. Борщом отобедаем сейчас, а вот картошкой с котлетами и салатом вполне можем в гостиной у телевизора. А от пиццы можно разок и отказаться.
– А шарлотку не сделаешь? – вдруг спрашивает. – Я люблю ее.
– Хорошо, – соглашаюсь. Как раз осталось пару яблок.
– Супер, – улыбается и, крутанувшись на пятках, скрывается из виду.
Пока пекся пирог, мы пообедали и потихоньку начали готовить место для просмотра фильма. Да и выбор, что посмотреть, оказался не простым. Между новым модным боевиком с гонками и нашим новым российским фильмом по мотивам сказки. В итоге выиграл сын, по результатам подкидывания монетки. Мне, кстати, никогда не везет с выбором.
Когда, спустя пару часов тарелки наши на столике, заварен чай и красуется шарлотка рядом с заварником, в дверь раздается звонок.
– Не начинай без меня, – говорю сыну и тороплюсь посмотреть, кто пришел. Никого не ждала.
А открывая дверь, я сразу же подумала о моем невезении выбора. На пороге стоит бывший муж. С букетом пестрых цветов, которые я не люблю, и с тортом в руках.
– Привет, – натягивает улыбку Женя.
– Привет, – хорошее настроение улетучивается мигом. – Ты зачем приехал? Не об этих выходных мы говорили, если мне не изменяет память.
– Я к сыну, – как ни в чем не бывало заявляет. – Не впустишь?
– О, пап, – за спиной раздается радостный голос сына. – А я тебя ждал, – выдает детеныш, вгоняя меня в ступор.
– Ждал? А почему мне не сказал? – поворачиваюсь к нему и жду ответа.
Этим пользуется бывший и входит в квартиру, закрыв за собой дверь. Вручает мне букет с тортом и начинает раздеваться.
– Мы договаривались на следующую субботу, – решаюсь напомнить, и все же приходится отступить, стараясь смириться с приходом бывшего мужа.
Но я к нему совершенно не готова. Меня это очень злит, и еще больше, что эти двое сговорились за моей спиной. Такое случилось впервые. И я об этом обязательно переговорю с сыном, чтобы впредь таких “сюрпризов” не случалось.
– Забыл? Поэтому и не сказал, – пожимает плечами Тема.
Ну-ну… мелкий склерозник.
– Па, ты вовремя, мы как раз садимся смотреть кино.
Смотреть фильм, уютно устроившись с вкусняшками, стала нашей с сыном традицией. И никого нам не надо было. Но видимо сын решил по-другому.
– Отлично, что будем смотреть?
– А есть ты будешь? Мама наготовила сегодня, – продолжает довольно тараторить Артём.
– Обожаю, как готовит твоя мать, – говорит бывший, а я готова плюнуть ему в лицо за такое лицемерие. И припомнить его слова – все, что он однажды на меня вывалил – что я чуть комплекс не схлопотала, начиная с ужасной жены, заканчивая готовкой, которой очень отличалась, по его словам, наша соседка по площадке, еще той квартиры, где мы все вместе жили. До нашего с Артемом переезда в этот город.
– Обойдешься, фыркаю, – но в кухню ухожу.
Сделаю ему пару бутербродов и чай налью. Для него моя фантазия отказывается работать, да и кормить его нет никакого желания. И пусть только что-то скажет, отправлю с пожеланиями «хорошей» дороги.
Глава 5
Лана
– Артем, – подгоняю сына, – мы опаздываем.
Это надо же было – проспать будильник!
– Да успеем, – усмехается сын.
До школы еще минут пять, если быстрым шагом. Тротуар скользкий после вчерашней оттепели. Может так оказаться, что очередной шаг станет последним. А ломаться и получать травмы ой как не хочется.
Но, к счастью, мы с сыном добираемся до школы вовремя и без несчастных случаев.
– Бегом в раздевалку и в класс, – даю наказ Артему, хотя он и так знает, что делать.
Я же тороплюсь в раздевалку для учителей и уже потом в свой класс.
День проходит в том ритме, к которому я привыкла. Пока у детей физкультура, занимаюсь заполнением журнала и другими документами. Потом ко мне забегает Яна. Перекидываемся парой слов, и я снова погружаюсь в работу. Пока меня не отвлекает шум, доносящийся из коридора.
Открыв дверь, теряюсь, но быстро прихожу в себя и кидаюсь разнимать драку.
– Гусев, Серов, – пытаюсь схватить сына за рубашку, но тот изворачивается, как уж, и снова кидается на одноклассника.
– А ну, прекратили оба, хватит, – повышаю голос, расталкивая мальчишек.
В коридоре стоит шум. Девочки визжат, мальчишки кричат. В моей голове гул. Сердце готово выпрыгнуть.
– Яна, помоги, – увидев подругу, прошу ее, еле перекрикивая толпу.
Девушка торопится и хватает Гусева, я своего за шкирку. Разводим их в разные стороны.
Отправляю остальных по кабинетам.
– Что здесь происходит? – по коридору летит завуч. – Что случилось?
– Мне тоже очень любопытно, что стряслось? – смотрю на мальчишку напротив, которого удерживает Яна. На лбу красуется шишка. А потом на своего перевожу взгляд. Рубашка порвана, а на губе ссадина.
– Он первый начал, – затараторил Марк.
Мой же молчит и лишь сверлит Гусева недовольным взглядом, сжимая кулаки.
– Пойдем к директору разбираться, – тянет Татьяна Анатольевна.
– Тем, я прошу тебя мне сказать, что у вас случилось? – хочу добиться объяснений.
– Пусть прощение просит, – зло говорит сын.
– У тебя? Даже не подумаю, – в тон отвечает Гусев.
– Не у меня просить, а у Ксюши, – хмурит брови Артем.
– Еще я извиняться буду, ага, разбежался, – фыркает Марк.
– Так, все, хватит! Оба к директору! Там Федор Алексеевич сейчас все выяснит, – забирает детей и ведет за собой.
Я за ними.
– А вы, – оборачивается завуч, – идите к детям, у вас урок, – останавливает меня.
Звенит звонок. И мне ничего не остается, как вернуться в класс к ученикам и начать урок.
Вхожу в кабинет.
– Ребята, – обращаюсь к классу, – расскажите, из-за чего подрались мальчики?
– Марк отобрал сумку у Ксюши и вытряхнул все из нее, – кто-то из ребят отвечает.
Я перевожу взгляд на Ксюшу.
– Тема сделал замечание Гусеву, – поймав мой взгляд, говорит девочка. – Ну и подрались, – пожимает плечами.
– Ясно. Ребята, затихаем. Начинаем урок.
Спустя минут двадцать мальчики вернулись в класс. А еще через почти минут сорок мы засобирались домой. Встретившись с сыном на школьном дворе, направляемся на выход.
– Надо в магазин зайти, – говорю сыну, еле поспевая за ним.
Артем широким шагом идет впереди.
– Угу.
