– И что же вы думаете, друг мой? Обо всем этом?
Котов не спешил ответить. Настаивать на сверхъестественных причинах смерти Румпфа он не собирался, даже если приятель и ожидал услышать нечто этакое.
– Гипотеза Петра Назаровича показалась мне разумной, – наконец ответил он. – Кто знает, возможно, кому-то и удалось составить такой раствор. И если вы найдете этого гения…
– То его мало только повесить, – с раздражением прервал Олега сыщик. – Это же надо такое придумать! И если это так, то тело Румпфа может быть и опытом. Тогда могут быть и другие подопытные. Этого нам еще не хватало, – и он передернул плечами.
– Да уж, – согласился Котов, – не хотелось бы.
– Не то слово, – ворчливо произнес Сан Саныч. – Но вы всё равно присмотритесь к вашим мистикам. Я по-прежнему утверждаю, что это может быть и по их части.
– Разумеется, я ведь обещал, – ответил Олег. – Но если это преступление не имеет к ним отношения, то не могут ли быть в этом замешаны какие-нибудь террористы? Сейчас развелось великое множество безумцев. В погоне за своими идеями они совершенно перестают ценить человеческую жизнь.
– И не говорите, – вздохнул Рыкин. – Все эти доморощенные революционеры – настоящий бич нашего времени, и плодятся, как грибы после дождя, право слово. Они готовы ввергнуть страну в хаос, пытаясь сделать ее лучше. Грезят о счастье народа, но даже не думают о последствиях того разрушительного упадка, который может возникнуть после. Вот скажите, Олег Иванович, – неожиданно разгорячился Александр Александрович, – кто из них имеет хоть малейшее представление об управлении страной? Они ведь даже между собой не могут договориться, как это надо делать! И что? Вот они исполнят свою мечту и свергнут самодержавие, а дальше что? Будут биться лбами, выясняя, как правильно жить? И что же мужик, перед которым они все дружно готовы пасть на колени? Что будет делать он, пока «радетели» наконец договорятся друг с другом? Ведь не найдя точек соприкосновения, они будут бороться между собой, но уже за власть. Что они оставляют мужику? Уничтожение страны? Гражданскую войну? И такого-то народного счастья они хотят? Хотя, – сыщик понизил голос, – спесь с высшей аристократии я бы сбил. Эти порой безумно раздражают, когда с ними сталкиваешься.
– Совершенно с вами согласен, – улыбнулся Олег и пожал приятелю плечо, успокаивая. – Я бы революционеров все-таки исключать не стал, но сам к ним не пойду, об этом не просите. Мне ближе мои мистики.
– Ох, – вздохнул Сан Саныч и махнул рукой.
Они уже прошли половину пути до Александринской площади, но разойтись должны были немногим раньше, каждый к себе домой. Котов нахмурился, вспоминая, о чем они говорили еще до Обуховской больницы, и хмыкнул.
– А вы, друг мой, так ведь еще и не ответили на вопрос о балерине, – произнес Олег. – С ней поговорили?
– Да, должны были поговорить, – ответил Рыкин, – но я не знаю, что она рассказала. Видите ли, мы разошлись. Тело повезли в покойницкую, господин Антонов отправился к балерине, а я к вам. Так что узнаю только днем. Если вам любопытно, то расскажу.
– Был бы вам весьма признателен, – склонил голову Котов. – Где она живет?
– У нее квартира на Большой Подьяческой…
– В Мариинском танцует? – полюбопытствовал Олег.
– Да, – кивнул Сан Саныч. – А Румпф с женой и братом остановились в Гранд-Отеле на Малой Морской.
Олег задумался, но огласить свои соображения не успел, потому что Рыкин произнес это первым:
– Если Румпф все-таки отправился к родным, то проезжать или проходить он должен был через Мойку, по Синему мосту. Если тело сбросили там, то течением могло отнести к Зеленому, где он и был замечен. Но ведь нужно было время, чтобы сотворить с ним всё это. И тогда самым логичным было бы провести операцию… процедуру, простите, даже не знаю, как это назвать, в квартире балерины. А потом вывезти тело и скинуть в Мойку. Или же его перехватили на выходе от нее. Н-да, прежде нужно узнать, что сказала любовница Румпфа, иначе догадок можно построить превеликое множество.
Котов усмехнулся.
– Тогда операция была проведена после посещения балерины городовым, – заметил Олег. – Он не только общался, но и получил деньги от покойного.
Сан Саныч задержал на собеседнике задумчивый взгляд, а после произнес:
– Или городовой так и не сказал всей правды. Ни за что не поверю, что можно было довести живого человека до такого состояния менее чем за сутки. Тогда, возможно, с Румпфом он не разговаривал, а деньги получил от балерины или еще кого-то, кто был в ее квартире. Да, надо будет заняться связями этой танцовщицы. Ну и допросить городового, разумеется, уже с пристрастием. Надо же! – неожиданно воскликнул сыщик. – Я даже не заметил, как мы дошли!
Котов огляделся и негромко рассмеялся.
– И вправду. За интересной беседой да с хорошим собеседником и дорога короче, – сказал он сыщику. – Сан Саныч, дорогой мой, благодарю сердечно за то, что познакомили меня с таким примечательным случаем, и буду ждать от вас новостей. В свою очередь постараюсь узнать что-нибудь для вас полезное.
– Непременно, Олег Иванович, непременно. Тем более вы в наших общих рассуждениях наталкиваете меня на дельные мысли. Доброй ночи, голубчик.
– Доброй ночи, – склонил голову Котов, и мужчины разошлись каждый в свою сторону.
Оставшись в одиночестве, Олег прибавил шаг. Он потер подбородок, и мысли, сорвавшись с привязи, помчались своим путем, отличным от того, каким только что прошли их хозяин и его приятель. Да, Котов обдумывал всё, что узнал за сегодняшний вечер.
Итак, хамелеон поймал немца где-то между Большой Подьяческой и рекой Мойкой. Но более вероятно, что на выходе от любовницы Румпфа. И тогда как это произошло? Живет в соседней квартире? В доме напротив? Ну не сидел же он под домом балерины! Румпф явно случайная жертва.
Стало быть, поймал, выпил и скинул тело в Мойку. А до мойки надо было дотащить. Это был даже не поздний вечер, и людей на улице хватало. Тогда как это сделать, чтобы не привлечь к себе внимания? Поймать, поглотить, доставить к реке…
Олег остановился, ощутив беспокойство. Его взгляд скользнул по темным окнам театрального училища. Поймал, поглотил, доставил, сбросил…
– Извозчик, – шепнул Котов.
Да! Именно! Это мог быть извозчик. Румпф остановил его, сел в экипаж и уже не вышел. Хамелеон скинул тело с моста, когда проезжал по нему.
– Но если это была пролетка, то…
То надо было прежде завезти Румпфа в какое-нибудь тихое место. Подсесть к нему или же выманить, а после поглотить. До реки довезти труп легче. И все-таки людей было немало еще на улице, может, кто и заметил что-то. Можно будет самому пройтись, или Степан через своих агентов соберет сведения.
Но хамелеон отчаянный, право слово. Хотя чего ему бояться? Петербургский сыск ему не страшен, а межмировой еще должен его найти. Но и он не знает, есть ли в Петербурге кто-то из Ведомства, и как выглядят…
– Стоп, – остановил себя Олег и вновь поднял взгляд.
В этот раз он остановился напротив дверей «Старого феникса», однако этого не осознал и попытался ухватить мелькнувшую мысль.
– Это столица, – прошептал Котов.
В Новгороде, может, ведомства и не быть, а в столице должны быть служащие. В каждой столице по миру есть кто-то из Ведомства, а дальше зависит от размеров страны. Чем территория больше, тем больше представителей Ведомства. Сеть раскинута на определенные расстояния, чтобы проникновение чувствовали из нескольких точек. И это не секрет. Значит, вторженец понимает, что в Петербурге кто-то есть, но не знает кто.
– И Румпфа он не прятал… – в задумчивости произнес Котов. – Почему?
Он наконец заметил гостиницу. Взгляд опять прошелся по окнам, перед внутренним взором появилась чета Светлиных, когда они отходили от Федора Гавриловича, а потом юная супруга обернулась. И по приметам похожи…
– Надо к ним все-таки присмотреться, – буркнул себе под нос Олег и застыл, сраженный очередной мыслью. – Приглядеться… – повторил он и шлепнул себя ладонью по лбу. – Приглядеться!
Что если хамелеон не просто выпил Румпфа и скинул его так, чтобы он был быстро обнаружен? Что если намеренно сделал это, чтобы приглядеться к тем, кто окажется у тела? Что если он пытается узнать, кто действительно представляет для него угрозу?
– Проверял, – в сердцах махнул рукой Котов. – Он проверял!
– Милостивый государь, вы хотели чего-нибудь?
Неожиданно раздавшийся рядом голос заставил Олега вздрогнуть. Он повернул голову и увидел, что дверь гостиницы открыта, а перед ним стоит один из служащих.
– Нет, голубчик, – рассеянно произнес розыскник. – Я задумался и рассуждал вслух, не думал, что у меня в такой час могут быть слушатели.
– Простите, – служащий склонил голову. – Не желал вам мешать. Просто вы остановились рядом с гостиницей и вроде бы бранились.
– Нет-нет, к гостинице у меня претензий нет, – ответил Олег. – Доброй ночи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
