– Пример, который получился случайно?
– Даже если и так – что такого? В жизни все происходит аналогичным образом. Случайность может изменить судьбу, – кивнул Ганс. – Теперь Альморей готова за тебя кому угодно глотку перегрызть.
– А я – за нее.
– Вот! Люди из свиты окажут великую услугу, если согласятся пойти вместе с тобой. Ты стоишь в самом начале пути. Никто и ничего про тебя не знает. И если кто-то согласится пойти за тобой – цени это и будь готов, что придется иногда встать на их защиту. Свита – половина злодея. Могучий фундамент, на котором будет стоять твое будущее, – пояснил модератор и, подойдя к лилии, вдохнул аромат цветка.
Как и всегда, встреча с Гансом принесла мне кучу премудростей, которыми я потом воспользовался. Важный разговор, заставивший меня немного пересмотреть свои взгляды…
Альберт и Гера согласились остаться со мной даже несмотря на то, что я их бросил. Они вновь зашли в мою свиту и помогали просто потому, что выбрали меня. И я не имел морального права предать их во второй раз!
На принятие решения у меня было максимум несколько секунд…
– Арвен! Готовься… Сейчас я буду использовать призыв демонической руны для активации пожирания максимального уровня! – прокричал я, обозначив зону захвата.
– С ума сошел?! Они же даже щит не смогут поставить в случае чего! – тут же запротестовала Джин. – Неужели нет другого способа?!
– Увы, но иначе никак. Будь готова!
– Хорошо… – обреченно выдохнула лоли-огр и начала бегать по кругу, то и дело уворачиваясь от энергетических шаров Геры и вялых атак Альберта.
Пожирание высасывало всю ману в выделенной зоне. То есть я мог сильно ослабить не только противников, но и своих солдат, оставив без единого шанса на выживание. Казалось бы – а что такого? Проблема была еще и в том, что лайтурит освещал далеко не весь зал, и где сейчас находился чертов кукловод, я не знал. А зелье восстановления маны не действовало в течение пяти минут после активации пожирания.
Набрав полные легкие воздуха, я протяжно выдохнул и начал кастовать заклинание. Над Герой, Альбертом и Джин возникла ярко-красная пентаграмма. Вспышка на мгновение осветила зал полностью… Черт, а ведь я недооценивал масштабы подземного дворца Кьюбея! Чует сердце, что мы сегодня еще побегаем. Убить кукловода не составит особого труда… главное – найти.
Звук, подобный выстрелу из мощного плазмогана, резанул по ушам, и наши очарованные марионетки тут же рухнули на пол.
– Фу-ух… – с облегчением выдохнула Джин и, словно собачка, подбежала к нашему карманному Чаку Норрису. – Не ушибся?! Все хорошо?!
– Угу… – Альберт лежал и смотрел в потолок удрученным взглядом. – Это было жутко… Нет, я и раньше слышал, что заклинания подчинения очень опасны, но ощутить на себе… Жесть! Я… Как будто был пилотом, а мое тело – огромным поломавшимся самолетом.
– Ничего страшного! Все позади! – продолжала лепетать псевдололи, помогая парню подняться.
– А со мной тоже все хорошо… Можете не спрашивать… – раздраженно профырчала Гера, и я тут же запустил в нее тентаклями. – Эй! ЭЙ! ТОЛЬКО НЕ ЭТО! Хотя…
– Стараюсь всегда быть джентльменом, – усмехнулся я, глядя на то, как проклятые щупальца помогают чародейке подняться на ноги. – Идти можете?
– Ну… Относительно… – ответил юный паладин. – Кстати, а вам когда-нибудь попадались конфеты и коржики в старых сундуках? Типа… никто еще не понимал, зачем они нужны, и сразу же сливал их в ближайшем пункте приема за пару золотых.
– И что? – поинтересовался я, оглядываясь вокруг. В паре сотен метров от нас зиял огромный проход. Надежда на то, что Кьюбей выйдет на бой, еще теплилась во мне маленьким пламенем свечи…
– По ходу дела, они были созданы для того, чтобы восстанавливаться после пожирания… Отдал бы что угодно за подобное, – вздохнул Альберт.
– Правда что угодно? – Джин тут же вцепилась в руку рыцаря. – Ты уверен в своих словах?
– Конечно… А что толку? Все равно среди нас нет тех, кто такое собирает и хранит. Гера, пока мы путешествовали без Кретуса, трижды находила коржики и продавала их торговцам. А патрон вообще ученик демона! Он на них внимания не обращает.
– Вообще-то у меня есть коржик. – Хитрая любительница тега «бебифейс» тут же вытащила из сумки мучное изделие. – Отец частенько выпивал и… рассказывал мне страшные сказки на ночь. Мы жили в старом прогнившем доме в Камушках… Туда постоянно задувал ветер, и монстры из сказок отца как будто оживали, не давая мне спать. Будешь моим плюшевым медведем на ближайшую неделю?
– Для сестренки – все что угодно. – По-братски улыбнувшись, Альберт приобнял миниатюрную воительницу, отчего та аж затряслась, сверкая похотливым взглядом. – Не стоит плакать! Я всегда защищу тебя…
– Это слезы счастья… братишка… – Джин жадно втягивала носом аромат юного бойца. Во дура-а-ак… Ты выбрал не ту девушку, дружок-пирожок. Ночью тебя ждет жесткое джага-джага! Но предупреждать не буду. Признаться честно – наблюдать за этой парочкой одно удовольствие.
– Не хотелось бы прерывать воссоединение брата и сестры (в стиле «Связанных небом»), но нам пора идти! Кьюбей где-то там… И боюсь, что если мы не найдем его сейчас, то задание будет провалено, – кашлянув, произнес я.
– С этими проклятыми требованиями нам придется забыть про отдых и сон… – недовольно фыркнула Гера. – Совсем оборзели! Грибники хреновы…
– И не говори.
Мы с Джин пошли вперед, чтобы в случае нападения можно было сразу же отразить атаку. Не уверен, что Кьюбей больше не будет создавать своих жутких личинок.
Пройдя в тоннель, я услышал подозрительный шорох. Испуганно пискнув, Гера вновь спряталась ко мне под плащ.
– Тебе не надоело? – обреченно вздохнув, спросил я.
– Нет, – уверенно ответила она, держась за мой ремень. – Это вовсе не потому, что я боюсь… Просто тут так тихо и тепло…
– Ага! Знаешь… – Под ногами что-то хрустнуло. Я замолчал, чувствуя, как хватка Геры моментально усилилась. Присмотревшись, я увидел что-то типа сухого тростника, раскиданного по полу тонким слоем. – Погоди. Арвен! Что это за дичь?
– Хм-м… – Девушка присела на одно колено и подняла высохшую тростинку. – По ходу, стебли томной жимолости! Ее корни используют для некоторых зелий… Слышала, что цветы собирают для декора, но это не точно. Зачем ее тут так много – ума не приложу. Может быть, Кьюбей банчит опиумом?
– А мне кажется, что он рассыпал это, дабы слышать, где именно мы идем, – предположил Альберт.
– Точно! – Я активировал воздушный щит. – Значит, так! Пойдем над землей. Все вместе и аккуратно! Кто упадет с платформы – будет неделю всех угощать за свой счет.
– Отличная мысль! – Гера ловко залезла мне на спину. – Могу я рассчитывать на помощь лидера? Мое тело еще не отошло от пожирания…
– Твое тело еще не отошло от мысли, что ты совсем страх потеряла. Гера, я не такой добрый, каким ты себе это представляешь.
– Добрый. Большой и добрый! – Чародейка прижалась еще сильнее.
– Только сегодня, – обреченно вздохнул я. – Держись крепче! Не хочу, чтобы нас обнаружили из-за сисястой низкожопки.
– Издеваешься, потому что прекрасно понимаешь, что я не могу дать отпор… Наслаждайся моментом, Кретус. Так уж и быть, – проскрипела Гера. – Но учти! Альберт обучил меня навыку вскрытия замков. Не уверена, что твои самочки будут в восторге от того, что «сисятая низкожопка» придет к тебе ночью.
– Ночью я буду спать, – усмехнувшись, ответил я и запрыгнул на воздушный щит, который теперь исполнял роль подвесной платформы.
– В том-то и дело… – прошептала чародейка. – Ты проснешься, а я уже рядом… Они зайдут в твою комнату, чтобы пробудить тебя нежным утренним минетом, а ТАМ Я! БУ-ГА-ГА-ГА-ГА!
– Хватит… Чем громче ты орешь, тем бессмысленнее вся эта затея со щитами, – тут же заткнул ее я. Ишь что удумала! Угрожать еще мне будет!
Создавая платформы, мы довольно шустро продвигались вперед. И чем глубже вела нас дорога, тем больше я проклинал про себя огромные подземелья Кьюбея. Просто мрак, стены и куча рассыпанной сухой травы…
– Мне начинает казаться, что это задание отсылает нас прямиком в типичную классическую РПГ, где нужно зачистить подземелье от монстров. В итоге остается один, в каком-нибудь углу, и ты, как последний дебил, носишься во мраке, пытаясь его отыскать, – устало зевнув мне на ухо, произнесла Гера.
– Точно! – кивнул Альберт. – И в итоге приходилось по три-четыре раза обходить подземелье… Тоскливое дело.
– Тихо! – Я резко остановился, услышав впереди треск. – Слышите?
– Идут… – выдохнула Джин и сжала кулаки. – Всем приготовиться!
– К бою! – испуганно пискнула Гера и накрылась моим плащом.
Спустя мгновение во мраке появилось несколько десятков пар светящихся глаз.
– Отец недоволен… – прошипели мерзкие голоса. – Отец зол!
– Пускай сходит в спортзал и выпустит пар или обратится к психологу, – усмехнулся я. – Водный элементаль. Призываю!
Скастовав сразу трех боевых товарищей, я хотел спрыгнуть вниз и навалять членистоногим детишкам палкой по голове, но тут же вспомнил про Геру, которая ссущимся грузом висела у меня за спиной. Детишки Кьюбея моментально набросились на элементалей и разорвали их на мелкие кусочки. Присмотревшись, я понял, что на этот раз монстры были немного видоизмененными. Широкие плечи, мощные руки и вместо маски – жуткая морда с шипами. Что-то типа арахнидов, но только каких-то недоразвитых.
– Альберт! Быстро ко мне! Арвен – в бой! – приказал я, махнув посохом.
– Есть! – Воинственная лоли спрыгнула со щита и, хрустнув кулаками, вновь ринулась в атаку.
– Кто впустил ребенка в подземелье… – надменно зашипели монстры. Ох… зря они так. Сейчас этот самый «ребенок» переломает им всем черепа!
Джин налетела на первого членистоногого и с размаху врезала кулаком по жуткому рылу. Голова чудища провернулась несколько раз вокруг своей оси, а из отверстия, где должен быть рот, брызнула черная жижа. Оставшиеся детишки Кьюбея наблюдали за всем происходящим с ужасом и, осознав, что дело дрянь, попытались отступить.
– Арвен! Не дай им уйти!
– Пф-ф… И не собиралась! – Воинственная лоли разогналась и невероятным смерчем врезалась в тусовку уродливых членистоногих.
Лут каскадами сыпался прямо под наш щит. Правда, один из монстров прорвался, но, скорее, не из-за особой наглости, а просто от безысходности. Гера неистово заверещала мне на ухо:
– ВАЛИ ЕГО! ВАЛИ!
– Оглушишь, мать твою! – выругался я и, нанеся спектральный удар, размозжил недобитка. Теперь ему прямая дорога на котлеты или гуляш.
– Прошу прощения… – Вся в темной крови, Джин стряхнула ошметки с миниатюрных кулачков и попыталась мило улыбнуться.
– Бывает, – отмахнулся я. – Теперь осталось выяснить, где их отец…
– Здесь, – проурчал жуткий голос, и из мрака медленно выползло огромное страховидло. Жамкая уродливыми жвалами, Кьюбей вальяжно приближался к нам. – Подозрительно сильный друид… Что-то с тобой не так.
– Завали хлебало, уродец, – холодно произнес я и, размахнувшись, запустил в кукловода проклятой цепью. Как только металлический шип коснулся хитиновой пластины, тело Кьюбея тут же рассыпалось на сухие веточки… Техника теневого клонирования!
– Попался! – повторил тот же голос позади меня. Я успел ощутить лишь легкий ветерок, и острое жало кукловода воткнулось в спину Геры.
– Кре… тус… – тихо прошептала она, медленно теряя сознание. Я попытался схватить ее, но обмякшее тело чародейки быстро утянули во мрак.
– Ха! Око за око, ублюдок! – прорычал Кьюбей, держа Геру передними лапами, словно игрушку. – Будет отличной закуской перед ужином… Ха! Это было даже проще, чем я думал!
– Отдай. Моего. Волшебника, – отчеканил я, чувствуя, как внутри меня пробуждается крайне неприятное и очень сильное чувство. Это было не типичное раздражение… И даже не злость из-за очередного косяка. Самая настоящая ярость! Бурлящая и горячая, словно лава в вулкане.
– О-о-о… Всегда обожал этот момент! – Из лапы кукловода вылезла жуткая клешня. – Сперва отрублю ей голову! А потом…
– Кретус! – воскликнула Джин и запрыгнула на нашу платформу, однако я уже активировал заклятие ускорения.
Гера, невзирая на всю мою жестокость, вернулась и согласилась помочь. И несмотря на скверный характер, она была частью моей команды, которую я никогда не дам в обиду. Схватив Кьюбея за лапу, я подтащил членистоногое к себе:
– Опусти чародейку на пол. ЖИВО! – прорычал я, отчего кукловод испуганно прищурился.
– Эй! Да что с тобой?! – настороженно возмутился Кьюбей. – Не смотри на меня так!
– Не люблю повторять. – Клинок крис-ножа блеснул во мраке, и две окровавленные лапы вместе с телом Геры шлепнулись на землю. Кукловод неистово закричал и начал отползать назад.
– Ты в порядке? – Я присел на одно колено рядом с волшебницей.
– Кретус… Ты…
– У тебя полоска ХП опустилась до десяти процентов! Вот… – Я залил в рот Геры зелье здоровья. – Альберт! Арвен! Присмотрите за ней…
– Сука! Сука! Сука! – шипел Кьюбей, размахивая культяпками и заливая все вокруг черной кровью. – Ты поплатишься, урод! Поплатишься!
– Око за око, и весь мир ослепнет, – холодно сказал я и направился прямиком к нему. – Эти авантюристы оказали большую услугу, что согласились пойти со мной в путешествие. И я их в обиду не дам…
– Возомнил себя героем?! Ты хоть знаешь, кто я такой?! – крикнул Кьюбей и пошел в атаку. Я увернулся от его жала, а затем схватил за переднюю ногу.
Хруст разламываемого хитина разлетелся по тоннелю омерзительным эхом.
– АГ-ГР-Р-РХ-Х! – зарычал Кьюбей и попытался вырваться. – СВОЛОЧЬ! Врываешься ко мне в дом! Убиваешь моих детей! Теперь еще и пытаешься унизить… ДА КЕМ ТЫ СЕБЯ ВОЗОМНИЛ?! Кто ты такой?!
– Просто злодей выходного дня, – ответил я и оторвал сломанную ногу.
– Думаешь, что я это так оставлю?! Это читерство! – завопил кукловод и попытался вновь выстрелить жалом. Черный извилистый шип пролетел мимо меня, схватившись за склизкий тросик, я вырвал и его. Желтая вонючая жижа рваными кляксами заляпала стены и пол. Кьюбей заскулил, словно раненый пес. Размахнувшись, я врезал ублюдку по голове. Жуткая маска покрылась трещинами и тут же начала разваливаться на кусочки. Монстр пыхтел и пытался отползти, но я медленно шел за ним. Вот оно… искреннее чувство полной безысходности! Кьюбей прекрасно осознавал свое положение, но инстинкт самосохранения продолжал направлять его тело в безуспешных попытках спастись.
– Отвали… Сука! Ты хоть представляешь, как это больно?! – выл он, прикрывая остаток крепления жала. – Ты пожалеешь…
– Я никогда и ни о чем не жалел. Ты всего лишь очередной мусор, который оказался не в то время и не в том месте… Сегодня фортуна отвернулась от тебя, – произнес я и, ускорив шаг, сломал следующую лапу. Неистовый крик резанул по ушам… А сердце даже не дрогнуло. Оно как будто превратилось в кусок бесчувственного льда. Хотя нет… кажется, было в этом нечто иное. Казалось, что я испытывал удовлетворение, наблюдая за страданиями этого куска дерьма. Обломав оставшиеся лапы, я с упоением смотрел на то, как грозный монстр превращается в беспомощную жужелицу, которую не стали добивать забавы ради.
– Закончи мои мучения… Я больше не могу… – взмолился он, истекая черной кровью.
– Прими это как акт наивысшего милосердия, – холодно произнес я и, размахнувшись, вогнал клинок крис-ножа прямо ему в глаз. Монстр какое-то время содрогался в предсмертной агонии, а затем взорвался, обдав меня мощным снопом искр. На высушенные стебли с хрустом упал металлический нагрудник. Присмотревшись, я с удивлением обнаружил на нем едва заметную гравировку: «Для Кретуса». Ничего себе… Опять подгон от Ганса? Взяв доспех, я поспешил спрятать его в сумку.
– Кретус! – позвала Джин. – Она не просыпается…
– Твою мать… – выдохнул я и подбежал к ребятам. – Что с ХП?
– Полоска полная, – ответила Джин. – Возможно, удар в спину был слишком сильным и у нее шок… Это большая редкость, но всякое может быть. Ее надо срочно пробудить!
– Пробудить? А как? – Я присел на одно колено рядом с Герой и аккуратно обхватил ее миниатюрное личико руками… А ведь раньше я даже не замечал, насколько она крохотная и хрупкая. – Гера! Ты слышишь меня? Гера! Очнись!
– Бум, бейби! – Чародейка резко открыла глаза, обхватив меня за шею, нагло засосала в губы… Вот зараза! Опять обманула…
Кое-как отцепившись, я шлепнулся на пятую точку и отполз назад:
– Гера! Какого черта?! – возмутился я. – Совсем с дуба рухнула?! Мы же переживали!
