Читать «Красавицы Бостона. Охотник и Злодей. Комплект из 2 книг» — Л. Дж. Шэн онлайн
Страница 8 из 10
– Велел придержать его, пока не закончатся твои шестимесячные ограничения, чтобы ты понимал, насколько серьезно мы с твоей матерью относимся к этому вопросу.
Я ничего не сказал. Я оказался в его власти, и это приводило меня в бешенство. Возможно, пойти в колледж и найти себе какую-то опору было не такой уж плохой идеей. Я посмотрел в окна на неясные очертания небоскребов Бостона. Сжал пальцами деревянную лошадку, висящую у меня на шее.
– Брось теребить свои жемчуга и не вздумай связываться с девчонкой Бреннан, – прорычал отец.
Убрав руку от лошадки Дала, я прикусил щеку, пока не почувствовал теплый солоноватый вкус крови во рту.
– А теперь выметайся из моего кабинета и привыкай к новому рабочему месту.
– Да, сэр.
В какой-то момент я подумал, что хуже этот день стать уже не может, но мне не стоило его недооценивать. Следующие несколько часов я потратил на то, чтобы изучить все доступные материалы о «Королевских трубопроводах» и ознакомиться с политикой, историей и зарождением компании.
Я до хрена всего о ней не знал.
Например, о том, что в 2015-м активисты GreenWorld вырубили шестьдесят восемь наших станций в США в знак протеста против бурения скважин в Арктике.
Как и о том, что наша компания одной из первых в штатах начала принимать на работу людей с особыми потребностями, или о том, что несколько школ в Восточной Азии и Африке были названы в честь моей семьи, потому что мы их финансировали.
«Королевские трубопроводы» были палкой о двух концах: были хорошими для одних сообществ и пагубными для других. Я задавался вопросом: было ли отцу и Киллиану хоть какое-то дело до того, что они засирали окружающую среду? Предполагаю, что никакого.
После адского дня мой дерьмовый, любящий унижать братец проверил мои знания о компании и отправил обратно за стол с шестью толстенными книгами, которые я должен был прочесть. В результате я, пошатываясь, выполз из офиса в семь вечера, умирая с голоду и пропустив первое вечернее занятие в колледже, да к тому же с такой головной болью, будто кто-то устроил у меня в черепе рейв, на котором все присутствующие выплясывали на высоченных каблуках.
Мне хотелось только одного: поймать такси, вернуться домой и уткнуться лицом в любое блюдо, которое приготовил сегодня повар. Я вызвал Uber и стал ждать, стоя на обочине центральной дороги и наблюдая, как на залитую желтым светом улицу опускается бархатная синяя ночь. Передо мной остановилась новенькая «Мазерати». Пассажирская дверь распахнулась.
– Садись, – велел голос с отчетливым южным акцентом.
Я вскинул бровь и помотал головой.
– Прекрасное, очень заманчивое предложение, но думаю, что откажусь.
Было приятно знать, что я все еще сохранил свою внешнюю привлекательность, даже отработав полный рабочий день. Неважно, что слова были сказаны мужиком, комплимент – есть комплимент, важный знак. Остался еще сто восемьдесят один день воздержания.
– Садись сейчас же, иначе нанесу визит в твою новую шикарную квартиру. Предупреждаю: ты не захочешь, чтобы девушка стала свидетельницей предстоящего нам разговора.
Трой Бреннан.
Чертчертчертчертчерт.
Они с моим отцом обсудили все важные детали моего соглашения с Сейлор, но сам я никогда с ним не встречался. Не сомневаюсь, что это было решением отца. Наверное, он хотел защитить меня от неминуемой смерти, потому что я непременно ляпнул бы что-то неуместное или оскорбительное. А может, все дело в том, что он больше гордился собственным дерьмом, чем мной и моими грязными делишками.
Так или иначе, Бреннан был здесь и хотел поговорить. Так что избежать этого не было возможности. Я сел в его машину, пахло полированной кожей и почти осязаемым богатством. Я мог ощутить его вкус на языке. Сделал глубокий вдох. Проведя девять часов в офисе, я чувствовал себя так, будто отпахал десять лет в шахте.
Я прижался головой к прохладной, гладкой коже и закрыл глаза, зная, что он наблюдает за мной. Кадык нервно подпрыгнул, и я облизнул губы, не обращая внимания на его острый, словно лезвие, взгляд.
Трой тронулся с места. Я не стал спрашивать, куда мы едем. Сомневался, что он мне скажет, но даже в таком случае вряд ли я мог что-то сказать по этому поводу. Хорошая новость: если я умру, то мне, по крайней мере, не придется идти завтра на работу.
– Я полагаю, официальное представление нам ни к чему. – Он свернул в переулок, срезая улицы Хеймаркет и Боудоин-сквер.
– Абсолютно, – тихонько ответил я.
Я вот-вот засну в его машине. Он мог бы прирезать меня прямо сейчас, а я бы думал только о том, как приятно и тепло будет лежать в мешке для трупов. Мне даже было наплевать, что мне понизят рейтинг в Uber за то, что я кинул водителя.
– Тогда, я надеюсь, ты знаешь, зачем ты здесь. – У Троя был чертовски злодейский голос. Он говорил, как Шредер из фильмов про «Черепашек-ниндзя».
Чувак был весьма доверчивым ублюдком для того, у кого, по слухам, в шкафу было скелетов не меньше, чем на кладбище. Я с трудом открыл глаза и подавил зевок. Попытался сосредоточить взгляд на его скрытом тенью профиле.
– Предполагаю, что речь пойдет о чем-то вроде: не трогай мою дочь, не смей рвать ей душу (или девственную плеву), не подкидывай ей мыслей о долгосрочных отношениях, бла-бла… – Я замолчал, гадая, что же повар приготовил на ужин. Я даже не знал, был ли он девкой или парнем, молодым или старым. Наверное, при моем нынешнем расписании я этого никогда не узнаю.
Трой резко остановил машину, судя по звуку, оставив следы торможения на асфальте. Машины позади него начали сигналить. Я услышал визг шин, а за ним легкое столкновение. Но Трой лишь уставился на меня, будто никогда еще не видел настолько чокнутого придурка.
– Нет, клоун ты эдакий. Думаю, у тебя нет никаких шансов с моей дочерью. Она не такая, как заурядные девицы, к которым ты привык. С чего бы мне вдруг думать, будто ее нужно защищать от тебя больше, чем тебя – от нее?
– Да. С чего бы? – поинтересовался другой голос у меня за спиной.
Я так высоко подскочил в кресле, что ударился головой о крышу. Срань господня. Я резко обернулся, нахмурив брови. На заднем сиденье в тени сидел мужчина. На вид он был высоким, массивным парнем европейской наружности и похож на бандита, чуть старше меня и чертовски жестким.
– А ты кто? – Я вскинул брови.
– Сэм Бреннан. Приемный сын Троя.
– Просто сын, – бесстрастно поправил Трой.
Как мило. Даже серийный убийца и редкостный ублюдок любил своего ребенка больше, чем мой отец любил меня.
Я слышал о Сэме. По слухам, его усыновили еще в юном возрасте. Его родителями были лучший друг Троя и его бывшая любовница. Трой и его жена Спэрроу официально усыновили его примерно в то же время, когда родилась Сейлор.
– А потому я к тому же слегка неуравновешенный, заботливый брат Сейлор, который всегда готов к драке. Ну а ты, соответственно, идеальный кандидат на встречу с моим кулаком.
Боже, ну и семейка. Неудивительно, что Сейлор была такой несгибаемой. Видимо, тестостерона в доме Бреннанов хватило бы на все мужские общаги Восточного побережья.
– Вы мне угрожаете? – оскалился я.
– Да, – хором ответили Трой и Сэм.
Маленькая чертовка умела обращаться со смертоносным оружием с олимпийским мастерством. Если кого-то и нужно было защищать в этой гребаной квартире, так это меня.
– Если вы считаете, что ваша драгоценная Сейлор слишком хороша для меня, тогда почему я здесь?
Еще больше машин начали сигналить. Белая «Хонда» издала непрерывный рев, от которого давление в моей голове подскочило до взрывоопасного уровня. Мне хотелось спалить весь Бостон дотла, начиная с Троя, Сэма, Сейлор и моих ближайших родственников (возможно, пощадив Эшлинг и ее домашнего хорька Шелли, если он еще не сдох).
– Ты здесь, поскольку я наслышан о том, какие выходки ты устраивал в Калифорнии, и не хочу, чтобы моя дочь пострадала из-за того, что воспитанием ты не дотягиваешь до шимпанзе. Так что говорю сразу: никаких шуточек, никаких выкрутасов, никакого баловства. Будешь поддерживать в квартире чистоту и порядок, не будешь шуметь и станешь вести себя с ней вежливо и обходительно. Дружелюбно. Ясно?
У Троя был весьма беззаботный вид для человека, который перегородил оживленную улицу Бостона в час пик. Я задумался: каково было разгуливать с яйцами весом по пять тонн? Думаю, это влекло массу проблем со спиной.
Я посмотрел на него, как на сумасшедшего. Честно говоря, таким он и был.
Неужели Сейлор проболталась своему папочке о том, что у меня напрочь отсутствуют организационные навыки? Она была непохожа на стукачку. С другой стороны, что я вообще о ней знал?
Что она может тебя убить. И что такая мысль кажется ей заманчивой.
– Я веду себя дружелюбно до невозможности, сэр. Даже преподнес ей вчера подарочный сертификат.
А еще сделал массаж ног, пока она не сорвала весь мой план, но я решил умолчать об эпизоде с прикосновениями из-за беспокойства за собственные яйца.
– Ей не нужны подарочные сертификаты. Лучше в качестве подарка не будь идиотом. Ведь если причинишь ей боль, то мне придется тебя убить. И это не фигура речи. Я в буквальном смысле слова тебя убью.
Я уставился на него, ожидая, когда он засмеется и похлопает меня по спине. Этого так и не случилось.
– Он тупой или просто в шоке? – спросил Сэм позади нас, запалив сигарету.
– И то и другое, – невозмутимо заключил Трой.
– Просто в шоке, – огрызнулся я. – Не каждый день мне угрожают убийством.
– Удивительно, – насмешливо заметил Трой.
– Это обещание на случай, если ты перейдешь черту, – поправил Сэм. – Так что, по сути, это не угроза.
Я пытался придумать, что мне ответить, не выглядя при этом, как плаксивое чмо.
– Я расскажу своему старику.
Черт, не то. Я говорил как плаксивое чмо и к тому же слабак.
– Он уже в курсе и, скажем так, не сочтет это большой потерей. – Трой приподнял бровь.
Туше.
– Я могу сообщить в полицию, – возразил я.
– Они у нас в кармане, – ответил Сэм с заднего сиденья, вызывающе зевнув. – Хочешь поговорить о нашем соглашении еще с кем-то или, может, уже отрастишь яйца и станешь наконец порядочным человеком, мать твою?
Раз уж так, тогда, полагаю, у меня и впрямь не было особого выбора.
К тому же меня что, осуждала парочка убийц? Мне в самом деле стоит внимательно присмотреться к своей жизни.
Трой поехал дальше, но несколько машин успели объехать его по обочине. Проезжая мимо, люди кричали и показывали нам средний палец. И только когда мы доехали до похожего на член здания в Вест-Энде, где жили мы с Сейлор, я осознал, что всю дорогу сидел, задержав дыхание.
Как только Трой разблокировал двери, я вдохнул кислород, будто вынырнул, проведя три минуты под водой, и открыл дверь.
– Запомни, – сказал он из салона, а его лицо оставалось скрыто в тени. – Веди себя хорошо.
– И чисто, – прогремел сзади голос Сэма.
– Я загублю ее своей добротой, – угрюмо буркнул я.
– Господи Иисусе, впервые встречаю того, кто так сильно жаждет, чтобы ему врезали, – пробормотал Трой. – Выметайся, пока не получил то, на что напрашиваешься.
Поднимаясь в пентхаус на лифте, я осознал, что же стало вишенкой на дерьмовом торте, который преподнес мне сегодняшний день: наверняка люди моего отца видели, как я сел в машину Троя (они всюду следили за мной), но ни черта не предприняли по этому поводу.
Я и правда был совсем один в этом мире.
Шестая
Сейлор
На этой неделе мое лицо было расклеено на всех автобусах Бостона. Это была старая фотография, на которой я улыбалась в камеру, прижимая к груди лук. Надпись гласила: «Сейлор Бреннан из Бостона – на Олимпиаду!»
Дело рук Джеральда Фитцпатрика. Он выполнял свое обещание привлечь ко мне больше внимания. Нанял команду, чтобы вести мои заброшенные (читай: несуществующие) аккаунты в социальных сетях. А еще выделил для меня PR-менеджера. Ее звали Кристал, и у нее был выраженный лонг-айлендский говор, который звучал с таким хрипом, будто она выкуривала по пять пачек сигарет в день.
Каждый раз, когда я видела свое лицо, маниакально ухмыляющееся с автобуса, мне хотелось сжаться до размеров яблока, но я не жаловалась.
А еще Хантер.
Последние пять дней он всячески игнорировал мое существование. По крайней мере, он при этом был аккуратен и вежлив.
Честно говоря, у нас обоих почти не было времени для общения. Я каждый день уходила из дома в шесть утра, чтобы позаниматься в тренажерном зале, а потом ехала в стрелковый клуб, где тренировалась или давала уроки допоздна. Хантер работал и учился с девяти до восьми.
Придя домой, он относил по две тарелки того, что наш повар Нора оставляла на плите, в свою комнату, вооружившись учебниками для занятий в колледже, и ногой захлопывал за собой дверь. По утрам я обнаруживала, что тарелки вымыты, дверь в его спальню слегка приоткрыта, а в коридоре слышался его тихий храп.
Меня беспокоило, что он не отдыхал. Хотя не должно было беспокоить.
Хантер – не моя забота.
…но вообще-то все же моя.
Следить за тем, чтобы с ним все было хорошо – часть моей работы. Я задумалась, не написать ли мне Джеральду о настроении Хантера. Я должна была еженедельно предоставлять главе семейства Фитцпатрик подробный отчет, но формального характера, и он ничего не упоминал о психическом здоровье Хантера.
Я не говорила со своими родителями о Хантере. Оставляла без внимания все вопросы о нем и упорно рассказывала им о Джунсу и своих тренировках, которые с каждым днем становились все более изнурительными. Меня спасала только мысль о том, что в субботу мы с Хантером вместе посетим мероприятие по сбору средств, организованное «Королевскими трубопроводами». Тогда-то я и смогу узнать, как он.
Фитцпатрики решили, что нам всем будет лучше встретиться на нейтральной территории, чтобы познакомиться друг с другом перед тем, как мы начнем приходить друг к другу на ужин. Они и не подозревали, что я была готова встретиться с ними даже в Антарктиде или в грязном переулке, если мне можно будет прийти в рваных джинсах, кедах и спортивном топе. А поскольку о том, чтобы прийти в таком виде на званый ужин на пять тысяч человек в роскошный отель «Рузвельт» не могло быть и речи, мне пришлось купить себе платье.
У меня не было ни одного платья. Белль и Перси, которые обладали более пышными телами, а потому ничего не могли мне одолжить, бросились на помощь. Я думала, что они будут таскать меня по магазинам в торговом центре (что, в моем понимании, пытка) и уже приготовилась к адскому вечеру.
В пятницу, сразу после того как у них закончились занятия в колледже, а Джунсу отпустил меня с тренировок, Эммабелль прислала мне сообщение с просьбой встретиться с ними по адресу на юге Бостона. Найдя его на карте, я обнаружила, что на этом месте находилась мясная лавка. Я решила, что задавать вопросы было бы проявлением неблагодарности, а потому просто надеялась, что они в курсе, что я не из тех девиц, которые предпочитают странные модные образы в духе мясного платья Леди Гаги.
Я припарковалась перед рядом зданий из красного кирпича. В одном из них виднелась черная железная дверь, которая, видимо, вела в мясную лавку. Я ждала в машине, не выключая двигатель и покусывая омертвевшую кожу на пальце вокруг ногтя. Из динамиков трубила песня «There's No Home for You Here»[16] в исполнении The White Stripes. Она напомнила мне о Хантере.
Я подумывала забить на благотворительную кампанию. Я ненавидела вечеринки, ни разу в жизни не танцевала, а еще неспроста никогда не ходила по магазинам – примеряя красивую одежду, я чувствовала себя расфуфыренной куклой. Я наблюдала, как мои ребра и очертания грудной клетки проступают под тканью.
И все же мой внутренний боец заставил меня довести дело до конца. Семья Хантера на меня рассчитывала, а мне была нужна поддержка его отца, к тому же я была в долгу перед Хантером, пусть и испытывала к нему неприязнь.
Стук в окно машины заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. По какой-то дурацкой причине я подумала, что это был он. Но нет. За окном стояла Белль, одарив меня широкой белозубой улыбкой. Она пошевелила светлыми бровями и открыла передо мной дверь, отвесив легкий поклон. Персефона стояла позади нее, подпрыгивая на месте и пища от восторга. Я вышла из машины, глядя на них с подозрением.
– Мясная лавка, да? – Я схватила свою коричневую кожаную сумку и закинула ее на плечо, хмурясь от их коллективного волнения.
– Мысли шире, шлюшка, – улыбнулась Белль. – Этот говнюк офигеет, когда увидит, какая ты сногсшибательная под этими тряпками.