Страница 5 из 7
– Почему ты ко мне так добр? – уже после пар, прижимая учебники к груди и удерживая лямку рюкзака свободной рукой, шла рядом с Сэмом по коридору до столовой.
– А что не так? – хмыкнул Рэйвен.
– Странно просто, – плечиком дёрнула. – Мы не были знакомы, а ты… сразу… ко мне с душой. Хотя здесь между студентами… то есть адептами, – поправила сама себя, – особо дружеских чувств нет, – сбивчиво озвучила мысль.
– Почему нет? – хмыкнул Сэм. – Особой любви нет, – выделил значимо, – а так… ребята отлично общаются. Хоть и предпочитают дружить стихиями, но…
– Но ведь есть такие, как мы, – напомнила я.
– Ага, – с улыбкой кивнул Рэйвен, – нами разбавляют коллектив снобов, циников, выскочек. – Не знаю, что он в этом находил такого весёлого и задорного. Мне почему-то казалось дико неравноправным и совершенно не смешным – быть априори самой слабой и ущемлённой.
– Мы проще идём на контакт, – уже по лестнице спускались в трапезную. – Смешение крови для дела полезно. Поэтому нет откровенной вражды, чисто спортивное соперничество, ведь каждый мнит именно свою стихию сильнейшей.
– А разве можно так однобоко считать? Я, конечно, не эксперт… от слова «совсем», но в моём понимании стихия – это элемент общей силы. И все они вместе, как единый организм… – не умничала, просто брякнула то, что пришло в голову ещё на паре.
– Глубоко смотришь, подруга, – меня плечом поддел Сэм. – Только, чшш, об этом лучше громко не говорить, не дай бог кто из стихийников услышит, и тогда… полетят головы. Такая теория ими отвергается категорично. Поэтому и связи между одарёнными разными стихиями случаются крайне редко. И тут не генетика, не проклятие, не кара богов виной. Скорее межвидовая неуживчивость. Все! ВСЕ из них с комплексом собственного превосходства. И если один стихийник нетерпим к другому, то простым… таким как мы, проще с ними уживаться. Мы быстрее смиряемся с порядком вещей, и принимаем ИХ силу и особенности, как есть…
– Ну да, – пожевала губу. – Тут уж хочешь, не хочешь…
***
– А можно ли их различить на глаз? Кто есть кто? – уже сидели в столовой. Я с любопытством обводила мрачную залу взглядом. Сначала убранство: простенькое, но придающее помещению хоть какого-то маломальского уюта, а потом по лицам сту… адептов, и как раз остановилась на уже знакомой четвёрке. Нет, их за столом было чуть больше, но именно эти, будучи среди своих, держались обособленно. Они не говорили и даже не ели – просто сидели, каждый со своим гаджетом…
– Я их легко различаю, – уплетал за обе щёки Сэм. – Из личного наблюдения, – покивал с важным видом: – Управляющие воздухом – снобы и циники. Надменные, холодные. Умные, но, как мне кажется, лишённые чувств.
Уж не знаю почему, но именно в этот момент я опять покосилась на того самого светловолосого парня с морозной внешностью и пронзительно-злыми глазами убийцы. Он меня тоже увидел… вернее, когда я на него посмотрела, он уже меня пилил взглядом.
– А это кто? – робко шепнула Рэйвену. Сэм нехотя оглянулся через плечо и тотчас присвистнул:
– О, мать, ты умеешь выбирать знакомых.
– Мы не знакомы, – пробурчала, торопливо отворачиваясь, чтобы избежать неприятного ощущения. – Но вчера я с ними столкнулась, и этот блондин показался жутким снобом… – Осеклась, вспоминая слова приятеля об одарённых. – Только не говори, что это и есть те, кто воздухом управляет…
– Ты прям на лету схватываешь, Лис, – восхитился парень. – Да. И это Грознич Шепс. Самый лютый из этих зверюг…
– Зверюг? – похолодело внутри. Мне ведь реально эти странные «товарищи» казались нелюдями.
– Все силовики ещё те зверюги, – подтверждая мои опасения, покивал Сэм. – И если одни морозят и студят своим равнодушием, то другие, например, кто огнём управляет – спалят, не моргнув глазом. Они туповатые, зато харизма такая, что самомнением затмят любого.
– Как этот? – коротко кивнула на стол, за которым сидел один яркий представитель мужского пола. Эдакий самЭц в окружении десятка восхищённых красоток. Они ему в рот смотрели, кудахтали, восторженно щебетали, разве что пылинки не сдували. Хотя, полагаю, и этим не гнушались, если была необходимость.
Ничего не скажешь, красивый парень, и харизма через край, почему и заострила на нём внимание. Не личного интереса ради, я таких всегда избегала, но чисто исследования ради.
Тут и самоуверенность, и нарциссизм во всей красе.
В нём и без того переизбыток тестостерона, так природа ещё и не пожалела отсыпать от щедрот своих красоты. Богатая грива длинных, каштановых волос. Высок, крепок, брутален. Сердцеед – улыбка Голливуд, в глазах огонь и смех раскатистый, привлекающий внимание… всех самок «в поиске»!
Эх, берегите, мамки, дочек, тут такой…
– А это Дэрэк Чайо. Чуть ли не единственный представитель стихий огня в академии… Мерзкий тип. Его сородичи не приемлют себе подобных на территории, которую могут охватывать своей силой, – в голосе Рэйвена скользнуло неприкрытое раздражение.
– А как же девушки? – со скепсисом покосилась на брутала с девчонками.
– Я ж сказал: «представитель»! Мужского пола! Но зато в любом количестве дев, – не то с завистью, не то с презрением брякнул Сэм. – Они на него, как мухи на гов…
– Ого, – хмыкнула я, с любопытством глядя на это чудо-чудное. – Стало быть, альф-самец… – Дэрэк Чайо опять раскатисто засмеялся, и, видимо, своей шутке. Девушки дурашливо хихикали ему в поддержку. И он казался таким беззастенчиво счастливым, безгранично весёлым и пустым, что я нахмурилась. Как-то это на театр смахивало, ибо смех не соответствовал взгляду – прямому, колючему, направленному…
И тут нас разделила невероятно текучей походкой Изэлла. Надменная, высокомерная, смотрящая категорично прямо.
И только когда я насилу оторвала взгляд от этой величавой спины с водопадом роскошных белых, точно молоко, волос, моя догадка насчёт театра подтвердилась.
Брутал не смеялся, он, как и я, чего греха таить, как и многие в столовой, кого коснулась аура белобрысой, таращились ей вслед. А стоило ей скрыться из вида, парень тотчас натянул на себя улыбку балбеса, и вновь утонул в своём гаремном окружении.
– Жуть, – брякнула, не пойми к чему. И тотчас уточнила: – А Изэлла?
Глава 6
Елисия
К моему удивлению, Сэм тяжко вздохнул, опустив глаза в стол:
– Она тоже… редкий экземпляр. Сильная стихийница.
– Вода, – догадалась я. И сразу стало понятно, почему глядя на неё, у меня постоянно вползали именно водные ассоциации. Изэлла прямо-таки излучала силу этой стихии.
– Так и есть! А водой заправляют стервозные, высокомерные, заносчивые и язвительные особи. Поэтому, несмотря на красоту, они одиноки, – скривился Рэйвен.
– Я заметила, – поддакнула, допив чай. – С соседкой не подфартило. Я спать рядом боюсь… Ещё задушит.
– Скорее, утопит, – хмыкнул Сэм.
Я тоже поулыбалась чёрному юмору, хотя смеяться было не особо над чем.
– Хм, – чуть погодя прикусила губу я, – вода и огонь, – задумчиво промычала. – Это ведь несовместимо?..
– Причём тут огонь?.. – озадачился Сэм.
– Но мачо-то заправляет огнём, – пояснила мысль я, – а Изэлла – водой. Между ними не может быть отношений. Или могут? – состорожничала.
– Если только вражда, – оскалился Сэм. – Она его презирает и этого не скрывает. А он вечно её подначивает. Ходит слух, что Изи его чуть на боевой практике не уделала. Думаешь, ему это было просто проглотить? – риторически вопросил Рэйвен. – Так что, они друг друга ненавидят!
Несмотря на его убеждённое заверение, я в этом была не уверена. Что-то смущало, а что именно, пока не понимала, зато зацепилась за новое выражение:
– Боевая практика?
– Это не для нас, – с досадой покачал головой Рэйвен. – Только для самых сильных! Силовиков!
– Если между ними такая вражда, – продолжала возвращаться к мыслям об Изэлле и Дэрэке, – оба боевики, как они ещё не разнесли академию? Не поверю, что между такими особями тишь да гладь… Даже в простых учебных заведениях между студентами происходят стычки.
– Было как-то несколько раз, – кивнул Сэм. – Но давным-давно, в незапамятные времена, когда только появилась академия. Крушили, воевали… потом ремонтировали, пока не утвердили приказ, что в этом корпусе запрещено использование силы. ВСЕМ! Без исключения! Для боевой практики есть отдельный корпус.
– Это который через картину, разделяющую крыло с лекционными и лестничный проём?
– Он самый, – задумчиво покосился на меня Сэм.
– А как отличить представителя стихии земли? – вспомнила, об упущенном элементе я.
– О, – нахмурился Сэм. – Не промахнёшься. Если увидишь грубого, мрачного одиночку с голодным блеском в глазах и с рыком хищника, знай – это ОН!
– Прям рыком? – попыталась свести на юмор смехотворное предупреждение Сэма.
– Ага, ещё и оскалиться может, – знающе покивал Рэйвен без тени улыбки. – Я же говорю: все, кроме огневиков, НЕобщительные.
– Звучит так, будто у них нет никаких положительных качеств, только управление стихией.
– Нет, не все сто процентов, но в общей массе они именно такие, и чем больше сила, тем обострённей худшие качества. Ну, и кровожадность.
– Какая такая кровожадность?..
– Лёгок на помине, – совсем сник Сэм, уставляясь в тарелку, в этот самый момент меня буквально пронзил страх.
Вот прямо до костей. И даже волосы зашевелились от неконтролируемого ужаса… кусок в горле застрял. Я закашлялась. Пока пыталась сглотнуть… Чутье сработало, и я повернулась к выходу из зала. В трапезную размашистым шагом вошёл мрачный тип, который сегодня уже нарушал покой… ворвавшись на лекцию.
Так я и зависла в тягучем, напряжённом ступоре. Словно под гипнозом мрака парня таращилась на него во все глаза и не могла понять, что не так и почему он меня так ненавидит?!
Меня отпустило в тот момент, когда брюнет, подхватив с отдельного столика поднос, отвернулся к шведскому столу, набирать себе еды, если это так можно было назвать. Кусок мяса, хлеба, стакан… с водой.
– Сэм, кто он? – сипло выдавила, обретя вновь речь, и то… минутами погодя, нет-нет, скашивая глаза на дальний стол, за которым устроился Войр.
– Так виделись сегодня уже, – проворчал Рэйвен, укрепляя догадку, что и этому парню Сэм не симпатизирует.
– Виделись, – кивнула, точно зачарованная, ещё ощущая внутри страх. – Но кто он такой?
–Третий курс… Кром Войр. Управленец землёй.
– Одиночка, – памятливо всплыли в голове слова знакомого, – рык, оскал…
– Ага, и… если возвращаться к кровожадности, он и есть самый жуткий тип Академии. Держись от него подальше! – наставлял хмуро друг.
– Да я, вроде, не стремлюсь к знакомству… – передёрнула плечиками. – Он меня до икоты пугает. – Заткнулась. Войр встал из-за стола и, чеканя шаг, не коснувшись меня и взглядом, покинул столовую. За ним не только я следила – все адепты, оставшиеся к этому моменту в трапезной. И смотрели с благоговейным страхом и восхищением.
– Почаще напоминай обходить его стороной, – выдохнула с облегчением, когда в столовой стало легко и свободно от тяжёлой энергетики силовика, которую он унёс с собой.
***
– Как выживать среди одарённых? – вопрос сорвался прежде, чем я его мысленно успела выделить из огромного суетного стада в разрывающейся от боли голове.
– В академии – легко, – отмахнулся парень. – Разрушительной силой обладают единицы. Куда больше тех, кто может стать помощником стихийника.
– Им нужна помощь?
– Конечно. Для этого готовятся такие, как мы!
– И какой от нас прок?
– Ха, недооцениваешь, – дружески поддел меня плечом Сэм, когда вышагивали по коридору, прочь от трапезной. – На втором курсе нужно будет выбрать специальность, и там уже узкопрофильно будут готовить: ясновидцы, ведьмы\ведьмаки, мастера защит и талисманов.
– Пфф, – не сдержала смешка. – Какая из меня ясновидица? – но тотчас запнулась. Как обухом по голове: вот почему декан Шангайский спросил, не вещие ли у меня сны? Не оживают ли мои картины…
Даже подурнело. Не от страха, а что… это реально не шутки.
– Может и никакая, – согласился с улыбкой Рэйвен, – зато в другой области будешь полезна. Для этого и нужен первый курс. Теория и раскрытие потенциала адепта.
– А сколько всего народу? Не многовато ли… для простого мира проклятых? – уточнила неясную даже для себя мысль.
– Ты уже увидела в столовой… Нас от силы человек сорок.
– Это что ВСЕ адепты? – опешила, сбившись с шага.
– Ага, – с готовностью кивнул Сэм, – на три курса, – важно добавил. – На лекции был первый курс. На втором и третьем учится народу примерно столько же. И помощники и силовики. Поэтому и говорю, нам всем хватит и работы, и занятий!
Даже не знаю, чему он так радовался. Я пока не могла собраться с мыслями, чтобы разложить по полочкам полученную информацию, а Рэйвен как ни в чём не бывало радовался какому-то сомнительному будущему.
– Хорошо, ну вот нас в академии чему-то научат, а дальше? Если я не захочу здесь остаться, – размышляла вслух, – и куда мне трудоустроиться с таким дипломом и такими «талантами», – выдохнула без восхищения, с которым ко всему происходящему относился Сэм, тем более, «даром», «образованием» и прочими точными понятиями язык не поворачивался назвать «проклятие и будущие навыки».
– Ты меня убиваешь! – искренне поржал Рэйвен. – Ты реально думаешь, что тебя кто-то с острова просто так отпустит?
– А сбежать? – робко предположила.
– Шутишь? Отсюда никто в здравом уме не сбежит, – покачал головой Сэм. – Будущее, которое они предлагают, ни с чем не сравнится. Академия пристроит всех, кого считает нужным… Если не в секретной службе, если не в академии, то в городе… Ну, или как наш ректор, за пределами острова, в каком-нибудь учебном заведении, чтобы отыскивать самородков, вроде тебя, – опять хохотнул Рэйвен, дружески пихнув меня в бок, – или следить за кем-то важным, – был щедр на объяснение.
Настроение упало. Зато раскрылось значение фразы дворецкого: «на всю жизнь». Ничего себе, радужное будущее… Сидеть безвылазно на острове.
Нет, я когда-то мечтала остановиться и просто жить, как другие, но привыкшая к перемещениям/переездам, свободе… новым местам и лицам, перспективе, остаток жизни провести в стенах этого заведения или в пределах острова – не обрадовалась. Она меня малость угнетала…
Нужно цепляться за единственный выход – стать важным, нужным, полезным… чтобы сослали в город!
– А чему могут научить здесь, что пригодится за пределами острова?
– Управлять потоками энергии, знать силу природы, применять в зависимости от ситуации. Экстрасенсы, ведуны, шаманы, народные лекари, – чем больше говорил, тем больше у меня глаз дёргался, а Рэйвен, явно не замечая моего внутреннего коллапса, продолжал заливать на все лады. – Ну там предсказывать что-нибудь, связываться с душами умерших, снимать порчу, насылать, привороты… и т.п. – он будто издевался и получал от этого истинное, неприкрытое удовольствие. Прямо смаковал: – Зелье-варенье, лечение травками, камнями, запахами. Продавать полезные аксессуары: амулеты, обереги…
Моё терпение лопнуло:
– Это шутка? Ладно, лечить – дело полезное, если не убивать, – покривилась собственному замечанию, – но талисманы… – мы уже шли по этажам в сторону жилой части академии.
– Это не шутка, зря ты недооцениваешь силу амулетов и оберегов. Это сильные артефакты, и если знать, от кого защищаться, крайне полезная штука!
– Хочешь сказать, повесив на себя амулет, можно от всех сильных спастись?
