Читать «Звёздная Кровь. Изгой V» — Алексей Елисеев онлайн
Страница 22 из 30
Руна Улучшение Неокортекса
Вид: Руна-Навык
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови (безвозвратно).
Описание: Улучшает области коры головного мозга ответственные за обработку зрительной, слуховой информации, также улучшает когнитивные способности.
Время действия: одноразовая, при активации исчезает.
Требования: Атрибут Разум не ниже 8.
Руна Гигантизм
Вид: Руна-Навык
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови (безвозвратно).
Описание:Увеличивает размеры тела Восходящего, может привести, к сложностям при передвижении, в связи с увеличением массы тела.
Время действия: одноразовая, при активации исчезает.
Требования: Атрибут Телесность не ниже 2.
Руна Расширение Сознания
Вид: Руна-Навык
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови (безвозвратно).
Описание: При использовании увеличивает когнитивные способности, значительно повышая скорость работы нервной системы и мозга. Так же дублирующая сеть нервных волокон расширяет разум Восходящего.
Время действия: одноразовая, при активации исчезает.
Требования: Атрибут Разум не ниже 9.
Несмотря на все трудности, битва принесла щедрые плоды. Отправленный за трофеями Ух ещё не вернулся с добычей, а я уже получил двести пятнадцать капель Звёздной Крови и сейчас выберу наградную Руну. А правда... Что выбрать?
Ясно, что гигантизм мне не нужен. Зачем мне становиться больше? Хотя... Заманчиво, конечно, прийти в Туманную Долину и всех врагов попросту растоптать, при этом громко, дико и издевательски хохоча над происходящим.
Ладненько... Шуточки-прибауточки в сторону. Что выбрать? Улучшение Неокортекса или Расширение Сознания?
240.
Осмыслив информацию, я устало вытянул ноги. В груди ещё зудело от последствий термического удара. Губы пересохли, и я машинально потянулся к фляге с водой, но она опустела. В экстрамерности нашлась фляга с неприкосновенным запасом, решив, что сейчас самое время его использовать, я надолго приложился к горлышку.
Решив, что на работу своего мозга я до сих пор особо не жаловался и выживал. Можно даже сказать, что справлялся не без комфорта и некоторых выгод для себя. Потому выбрал последний вариант, решив, что дополнительная реакция мне никак не помешает.
Большой Ух вернулся и принёс семьдесят шесть капель Звёздной Крови, две Руны с какой-то очередной некротической пакостью. Зачем мне навык Мумификации или, например, Консервации плоти? Как и все прочие Руны этой направленности, пустил их в распыл. Кроме них, впрочем, было ещё двенадцать пустышек. Пока всё умещалось в Скрижаль, но уже, наверное, пора задуматься о её расширении.
Уха отозвал в Руну и сидел на вершине башни, особо ни о чём не размышляя. Голова была пуста, словно барабан. Лишь время от времени я надевал очки с функцией прибора ночного видения, когда не был уверен в остроте собственных органов восприятия. Усталость всё же подкрадывалась на мягких лапах. Каким бы выносливым организм ни стал, а психологическая усталость никуда не девалась.
— Кир, — раздался шёпот за моей спиной.
Обернувшись, увидел Ам’Нир’Юн. Моя напарница стояла на лестнице, освещённая бледным светом Трона Вечности. Вид у неё был измученный: под глазами тени.
— Иди спать, — сказала она жёстко, хотя в голосе слышалась тревога. — Я постою на страже.
— Я в порядке, — начал было я.
— Кир, — Ами нахмурилась, перебросила карабин с локтя одной руки на другой. — Не спорь. Восходящие тоже люди, тебе нужно поспать.
В обычное время я бы возразил, но сейчас её слова попали точно в цель. Тело вполне могло бы и дальше бодрствовать, но вымотанное сознание просило отдыха. Я кивнул.
— Ладно, — сдался я. — Разбуди меня часа через два. Будем выдвигаться. Сможешь покемарить в седле?
— Быть дочерью кочевого вождя – значит уметь выживать в самых жестоких условиях, — с усмешкой бросила Ами. — Справлюсь я. Не переживай. Иди лучше отдохни.
Боковым зрением я увидел, как она немного дрожит от напряжения — и эмоционального, и физического. Но спорить я не стал, только накинул на неё свой кожаный плащ. Спустившись, устроился у ещё тёплых углей костра и мгновенно провалился в тяжёлый тревожный сон.
Утро встретило нас сырой дымкой, пропитанной болотными запахами. Солнце еле высовывалось сквозь плотный туман. Жуткие останки некросов, оставшиеся возле башни, превратились в бугристые силуэты. Густые тучи кровавого марева растворились, уступив место тусклому предрассветному свету. Увы, моя надежда пополнить свой запас сущностных ядер не оправдалась. От самых развитых тварей не осталось ничего, а ковыряться в дохлятине, чтобы извлечь ядрышко с ноготь мизинца откровенно не хотелось. Можно было надеть маску и перчатки, но... Одежда запахом падали пропитается так, что потом вещи останется только выкинуть.
Мы выводили своих тауро из башни, стараясь не скользить по мокрым камням. При каждом шаге нога могла уйти в жидкую грязь — следствие недавних дождей и непонятных испарений Туманной Долины. Повсюду поднимался густой дух разложения.
— И куда теперь? — негромко спросила Ами, окидывая взглядом печальный пейзаж.
— Дальше, вглубь этого каньона, — ответил я, хотя сердце сжималось от неуверенности. — Лис говорила, что Медовое Дерево скорей всего, обитает в низинах, возле тёплых источников. Предлагаю идти пока туда.
Ами пожала плечами — движение получилось каким-то вежливо-безразличным, чуть отстранённым. Я видел, что её это всё здорово выводит из себя. С другой стороны, она не хотела обидеть меня прямым отказом. Но призрачность этой затеи ощущалась даже в малых деталях. Казалось, Лис могла просто ошибиться.
Мы шли вдоль прежнего русла реки, в основном молча, чаще кивая друг другу, когда необходимо было свернуть или остановиться. В воздухе пахло тиной и влажным тёплым камнем. Иногда я всматривался в карту, где расплывались чернильные пометки, и рукой утирал выступающие капельки влаги со лба. Сквозь просветы в тумане виднелись удушливые топи, кое-где торчали умирающие деревья, покрытые грибковыми наростами.
— Думаю, Лис... она и сама не была до конца уверена, что это Медовое Дерево действительно существует тут, — выдала наконец Ам’Нир’Юн тихим голосом. — Ей могли о нём просто сказать, а факты никто не проверял.
— Могла, — пожал я плечами. — Вот и проверим.
Слова прозвучали резче, чем я рассчитывал. С утра в душе скребли сомнения, но показывать их спутнице я не хотел. Дела и так шли наперекосяк начиная с того момента, когда мы заблудились в Копейном Лесу.
После этого наши разговоры снова сошли на нет. Под вечер мы осознали, что до ближайшего безопасного пригорка ещё далеко, и решили остановиться на привал в глубокой пещере. Найти её мы смогли случайно, когда тауро начали скользить копытами по промытому руслу пересохшего ручья. В конце хода обнаружилась расщелина, уходящая вглубь. Там журчала вода, светилась биолюминесцентная водоросль — не идеальное место, чтобы укрыться на ночь, но хоть такое. Мы разожгли маленький костерок, согреваясь теплом очага и пытаясь подсушить промокшие сапоги.
Я ощутил усталость и сомнения. Мы уже видели, на что способна Туманная Долина. Некросы, дикие восходящие, непредсказуемость погоды и вечная сырость... Задание, которое я взялся выполнять, просто чтобы не торчать в Аркадоне без дела, оказалось не таким уж и простым, как показалось сначала.
«Не пора ли нам уйти отсюда? — стучала мысль в висках. — Если я утомлён со своими задранными Атрибутами, то Ами, вероятно уже едва держится...»
— Кир, — негромко позвала напарница откашливаясь. Она сидела у костра, в руках у неё была миска с солоноватой кашей из кхерры и вяленой уксы. — Я вижу твои глаза. Ты думаешь о чём-то...
— Я думаю, стоит ли нам продолжать, — признался я.
Лгать ей уже не хотелось.
— Я не скажу, что нет, — Ами куснула нижнюю губу, в тёмных глазах промелькнула дилемма. — Но у нас цель — найти это дерево. Давай пойдём дальше.
— Да, цель такая у нас есть, но теперь я не уверен, что Медовое Дерево вообще существует. И есть ли смысл рисковать... Будь я во всём этом один, не повернул бы назад, но ты вымотана.
Слова вязли в горле. Я смотрел на свод пещеры, откуда капли воды срывались в несколько луж, образованных ими каменных углублениях.
— Нет, Кир. Я не какая-нибудь изнеженная девица с верхних ярусов Аркадона.
— Знаю. Если бы не был в этом уверен, то не взял бы тебя с собой.
— Тогда не смей из-за меня поворачивать назад!
— Тогда и ты не смей меня менять ночью на дежурстве. Я сам посторожу, а для тебя разобью свою сухую палатку и дам герметичный спальный мешок. Выспись.
— Но...
— Призову Колчака. Вместе с ним покараулим. Ами, я не хочу, чтобы ты рухнула без сил. Тогда нам точно придётся возвращаться. Возражения не принимаются.
— Хорошо.
Так и поступили. Кроме этого, отдал Ам’Нир’Юн ещё и запасной комбинезон. Может, не так красиво, как кружевные трусики и лиф с фигурной вышивкой, зато уж совершенно точно непромокаемая и непродуваемая одежда. Поразмыслив, облачился сам в такой же после того, как напарница застегнула клапан палатки.
Призвав Колчака, я приказал ему нести стражу. Маблан посмотрел на меня умными глазами и свернулся у входа в пещеру, тут же слившись с окружающим ландшафтом. По всем доступным ему каналам, он сигнализировал мне, что ему комфортно. Вот кому из нашей компании в этой сырости было хорошо, так это ему!
Костерок затоптал и сам устроился в густой тени нашего временного прибежища, а спустя несколько часов я почувствовал, как лежавший у входа в пещеру маблан насторожился, по ментальному каналу связи, сообщая об опасности.
241.
Он никогда не беспокоил меня без причины. Колчак вообще был тихим зверем. Его жёсткие, но чуткие вибриссы, словно антенны, вздрогнули, и он встал на задние лапы, уставившись во тьму, достигнув разом не менее полутора метров.
Тихо потащив из кобуры «Десницу», я послал маблану ментальный сигнал расслабиться, чтоб не встревожить врага раньше времени. И тот снова занял свой пост, затерявшись среди камней.
Сидя, не шевелясь и, даже дыша через раз, я наблюдал за окружающим пространством с помощью чуткости моего, призванного силой Звёздной Крови, компаньона. Глаза давно привыкли к полумраку, но я никого не видел. Лишь размытые тени и сочащаяся из дальнего коридора вода.
Когда неизвестный достиг входа в пещеру, я отдал приказ Колчаку тихо зайти в тыл невидимому пришельцу.
— Стоять, — бросил я тихо, но повелительно.
Маблан приблизился к нашему ночному посетителю, выдвигая вперёд лапы, чувствуя сквозь слой невидимости некий запах.
Шорох. Вздох. Будто кто-то тихо выругался, уличённый в подглядывании. Потом сухой голос шепнул, пробивая завесу иллюзии:
— Спокойно, приятель...
Фигура начала проступать из сгустка эфемерного марева: невидимость сползала клочьями, точно прогоревшая ткань. Низенький, плотной комплекции — метра полтора ростом или чуть ниже, большая голова, абсолютно лысая, кожа цвета мокрого камня с лёгким голубоватым отливом, уши заострённые, нос крючковатый, а в сжатых кулаках зажата винтовка. Он носил потрёпанное пончо с многочисленными кожаными заплатами, а по плечу болталась какая-то котомка с побрякушками и яркими висюльками.
— Я не враг, — сказал незнакомец негромко. — Только как дурак вляпался... Но если пристрелишь меня, тебе пользы не будет никакой, я клянусь.
Я прищурился, держа «Десницу» на уровне его головы. Маблан недовольно сопел, готовый вцепиться в глотку.
— Сними чары окончательно, — скомандовал я, чувствуя, как холодная рукоять револьвера успокаивает дрожь в ладони.
— Уже, уже... Полегче, приятель... — Незнакомец широко развёл руки. — Смотри, я пуст.
Чувства Колчака говорили, что пришелец один.
Пока я его разглядывал, собеседник остался на месте, так, чтобы на него падал свет Небесного Трона. Нелепый и странный, но совершенно не кажущийся мне опасным.
— Кто такой? Имя? — спросил я жёстко.
— Меня зовут Чор Комач. Я... закупщик и мелкий поставщик... Для друзей. Что-то вроде контрабандиста, — он виновато усмехнулся, подняв брови. — Принадлежу к славному и многочисленному народу зоргхов — может, слышал?
— Не слышал о твоём многочисленном народе, — процедил я, кивнув на затоптанное кострище. — Что тебе надо у нашего костра?
Чор неловко переступил с ноги на ногу. Его стоптанные сапоги были покрыты пятнами засохшей грязи, сквозь которую проглядывали дыры и трещины.
— У костра? Да… Увидел свет от водоросли, приятель. Рискнул подкрасться поближе, надеялся стрельнуть немного еды, или уж хотя бы погреться. Я не хотел ссориться с твоим зверем, — он кивнул в сторону маблана, смешав страх с восхищением. — Но что поделать, жить-то хочется.
— Хочешь купить еду? — ответил я резко. — Или пришёл воровать?
Чор усмехнулся, показывая неожиданно ровные белые зубы — редкое зрелище для того, кто болтается по Единству в драной обувке.
— Деньги есть. Я чуть было не вляпался в Манаане за контрабанду, но выкрутился...
Спрятав «Десницу» в кобуру, указал Чору на место у почти погасшего костра.
— Тогда будь моим гостем сегодня. Миска кхерры и вяленой уксы у нас для тебя найдётся, — решил я. — В обмен мне расскажешь, как обстоят дела в Манаане.
— Спасибо, приятель...
Мы подбросили несколько дров и вновь разожгли костерок и подогрели еду. Чор съел всё, что мы оставили на следующее утро и, похоже, что не наелся. Когда заварил эфоко, сказал:
— Рассказывай, как дела в Манаане.
— Дела... Не сказать, что хорошие, приятель. В наших краях принято представляться перед беседой, а ты меня ещё и угостил пищей... Кхерру нужно замочить на полчаса с корнем хексы и будет суп или каша... Ммм... Пальчики оближешь, приятель. Я бы, конечно, получше бы приготовил, но спасибо-спасибо, приятель. Меня звать Чор Комач, я из Зоргхов, а ты кто?
— Кир, — представился я, всё ещё не зная, как реагировать на наглость случайного знакомого.
— Просто «Кир»? — картинно удивился он. — Без родового имени?
— Просто Кир, — кивнул я.
— Хорошо, приятель, — легко согласился Камач. — Не сказать, что я в Манаане долго пробыл, мой товар расходится быстрей, чем горячие пирожки, но кое-что слышал. Расскажу-обскажу всё, как есть обскажу-поведаю...