Андрюха тащит Селезневу за собой. Чуть не волоком. Что интересно, она за ним идет послушно, даже не возмущается, как со мной. Неужели и правда у него есть какой-то козырь? Или они так давно знакомы, и поэтому девчонка рядом с Киреевым не выпускает шипы?
- Что, мои бабки все еще в безопасности? - интересуется Игнатов, проводя взглядом эту парочку.
- Более чем, - уверенно заявляю.
Почему? Потому что я уж точно доведу начатое до конца. Хотя бы потому что самомнение у этой серой мышки куда больше того, что она из себя представляет. Будет приятно не только щелкнуть по носу Киреева, но и ее саму.
После того как она попыталась дать мне отпор, я понял, что теперь точно добьюсь своего. Не то чтобы я сомневался до этого. Вовсе нет. Но теперь захотелось показать этой нахалке, что не стоит так себя вести со мной.
- Тебе стоит подняпрячься, - советует уже Гриня. - Видел сегодня утром Морозова с Киреевым. Они о чем-то терли про ваш спор.
- А поточнее?
- Ну, твой конкурент уверял, что сегодня он сделает какой-то важный шаг на пути к победе.
Я молчу, смотрю в сторону умотавшей парочки. Есть ли шанс, что именно сегодня меня обставит Киреев? Не думаю. Не выглядели они, как влюбленные голубки. А такие, как мышь, не дают просто так, ради удовольствия. Нет, там должны быть чувства и отношеньки.
- Ну, значит, ускоримся, - выдаю и все же сажусь в тачку. Друзья усаживаются следом и мы покидаем парковку универа.
20. Олеся
В субботу у меня почти получается не злиться. Вернее, я злюсь, но вроде выходит держать лицо. Помню уговор с Андреем и очень долго настраиваюсь, прежде чем иду в читальный зал. Карельский уже на месте, ждёт меня. Глубоко вдыхаю и иду к нему.
- Извини, опоздала, - произношу как можно безразличнее.
- Нестрашно. Я нам место занял, - и кивает на соседний стул.
Сидеть так близко к нему мне, конечно, не нравится. Но ради дела придётся потерпеть. Поэтому сажусь, кладу сумку рядом и вопросительно смотрю на парня.
- Что?
- Ну, это ты хотел встретиться обсудить проект. Вещай, - по-царски разрешаю я.
В его взгляде мелькали недовольство и даже злость, но Рома быстро берет себя в руки, а мне становится тошно. Ради какого спора будет притворяться…
- Я скачал основные требования. Вот. Надо определиться с темой.
Его деловой тон забавляет, учитывая, что подоплеку всего этого я знаю. Так и подмывает спросить - а конкурс-то вообще настоящий? Или, может, сын спонсора просто попросил декана подыграть? Я бы и такому не удивилась. И если бы не этот тотализатор…
- Хорошо, - вздыхаю. - Давай определяться.
- Предлагай. Есть идеи?
- Что ты, куда мне потянуть-то такое, - фыркаю в ответ. - Это ж ты у нас выпускник.
Карельский явно недоволен и уже собирается выдать что-то в своём стиле, но у меня звонит телефон.
Смотрю - Таня. Рядом кто-то шикает - звук я выключить забыла. Так что быстро отвечаю:
- Привет.
- Олесь… мне помощь нужна, - говорит соседка. Судя по голосу она в панике. Или около того. - Ты где? В универе?
- Ну да, в читальном зале. А что?
- Пожалуйста, помоги! Я на втором этаже, в женском туалете. Васька не отвечает, а я…
Она замолкает, а я понятное дело приоритеты меняю.
- Сейчас буду.
Убираю телефон в сумку, но Карельский не был бы собой, если бы не начал снова меня хватать.
- Эй, ты куда? - с претензией выкатывает он. - Мы ещё не закончили.
- Я - закончила, - резко вырываю свою руку. - У меня дела появились. В другой раз обсудим тему. Или выбери, что тебе больше нравится.
Честно говоря, мне плевать, что там Рома решит. Пусть сам разбирается и с проектом, и с уязвлённым самолюбием. Голос соседки звучал так, что у меня даже мысли отмахнуться от ее просьбы не возникает.
Когда захожу в туалет, оглядываюсь, но никого не вижу.
- Тань? - Слышу сдавленный всхлип в дальней кабинке. - Ты тут?
Щёлкает замок, и дверь открывается. Вижу заплаканную соседку, бледную, трясущуюся.
- Тань. что случилось?
В голове куча предположений и одно страшнее другого.
- У меня кровь, - шепчет она, всхлипывает. - Олесь, кровь!
Я озадаченно смотрю на неё.
- Месячные?
- Нет, ее слишком много! И она … снова и снова…
Вот тут я понимаю, что шутки кончились.
- Так, давай скорую!
- Нет! - кричит она, дергается ко мне, морщится и едва не заваливается. - Все увидят и узнают… я не хочу…
- Ты, что, дура?! - Уже злюсь на неё. - Наплевать, кто что увидит. Тебе в больницу надо.
Осторожно осматриваю ее и вижу, что и правда на штанах разводы. Это сколько же…
- Пожалуйста, Олесь, просто помоги мне дойти, - умоляет Таня. - Я потом к врачу схожу.
Я понимаю, что соседка уже не в адеквате - у неё начинается истерика, и либо я сейчас вызову скорую, либо она истечёт прямо тут.
- Я отвезу ее, - вдруг раздаётся позади меня. Мы обе вздрагиваем - возле двери стоит Карельский.
- Что ты здесь делаешь? Это женский туалет! - возмущаюсь.
- Серьезно? - морщится он. - Будешь ругаться со мной или поможем твоей подружке?
У Тани такой затравленный взгляд, что она, похоже, совершенно не в состоянии принять хоть какое-то решение.
- Так, ладно. Что ты предлагаешь?
Рома вместо ответа проходит к нам, окидывает оценивающим взглядом Селиванову и тяжело вздыхает. Достаёт из рюкзака свою кофту и протягивает ей.
- Надень. Длины должно хватить.
Та на удивление послушно выполняет, после чего Карельский просто подхватывает ее на руки.
- Ну, чего тормозишь, дверь открой мне.
Я обалдевшая выполняю все, что он говорит. По дороге нам встречаются не только студенты, но и преподаватели. Кто-то неодобрительно кривится, кто-то улюлюкает. Таня прячет лицо, прижавшись к груди Ромы, но думаю, что слухи все равно пойдут. Хотя, конечно, это пустяки по сравнению с ее здоровьем.
На стоянке возле машины, Карельский, щёлкнув брелоком сигнализации, ставит Таню на ноги. А потом открывает ей дверь и даже помогает сесть. После чего оборачивается ко мне и вопросительно смотрит.
- Я с ней поеду, - твёрдо заявляю.
- Да уж я не сомневаюсь. Запрыгивай.
Сажусь к соседке на заднее, беру ее за руку, а та просто ледяная.
- Где тут ближайшая больница? - спрашиваю у нашего внезапного помощника. - Мне кажется, ей становится хуже.
Тот оборачивается, хмурится и кивает.
- Есть одна. Пристегнитесь. Поедем быстро.
21. Олеся
Всю дорогу мысленно считаю минуты. Доезжаем и правда быстро. Больница выглядит обалдеть как пафосно. По сравнению с теми, что в нашем городе, просто небо и земля.
Но едва выходим на улицу, Таня спотыкается и Карельский снова берет ее на руки.
- У меня же нет документов с собой. Только паспорт, - вдруг спохватывается она.
Это засада. Ведь страховой полис обязательно нужен.
- Забей, - отмахивается Рома и идёт ко входу. Мне приходится успевать за ними.
У регистратуры Карельский тормозит и просит позвать какого-то Демидова. Девушки что-то спорят, но Рома гаркает так, что те спешно выполняют его приказ. Мое внимание полностью сосредоточено на подруге - она такая бледная, что кажется, вот-вот просто отключится.
Тот самый Демидов оказывается высоким мужчиной лет тридцати.
- Роман, не ожидал… Твоя?
- Помоги, а? У нее кровотечение, и похоже… Ну, ты в общем лучше знаешь.
С этого момента все происходит очень быстро - по знаку врача появляется каталка, Таню укладывают, она вцепляется в Рому мертвой хваткой, и нам едва удается успокоить ее. Она плачет, но Демидов все же забирает ее вместе с медбратом.
- Куда ее? - запоздало спрашиваю у Карельского.
- В операционную, полагаю.
- И кто это вообще был?
- Мой хороший знакомый. Не парься, он крутой врач.
Сажусь на один из диванчиков и выдыхаю. Меня слегка потрясывает - эмоции от переживаний никак не улягутся. И я все думаю - как там Татьяна?
Рома не садится рядом, а наоборот даже - уходит куда-то. Но меня это мало волнует. Помог привез - и уже хорошо. До сих пор удивлена, что он не прошел мимо, а оказался неравнодушным в такой момент.
Когда вновь появляется рядом, то протягивает мне стаканчик.
- Что это?
- Горячий шоколад. Кофе здесь отстой полный.
Можно бы заупрямиться, но ситуация не располагает. Беру тот и говорю:
- Спасибо. И за шоколад, и за помощь, что не бросил.
Парень не красуется, что странно, просто кивает и садится рядом.
- Ты почему не уезжаешь? - все же спрашиваю.
- А ты?
- Она моя подруга.
- Ну, а я тоже вроде как в ответ за того, кого привез, - невесело усмехается он.
А меня посещает догадка - может, и это все ради спора? Чтобы меня влюбить в себя. И так гадко становится. Но я, конечно же, молчу. Сейчас главное, чтобы Тане помогли.
Спустя пару часов к нам выходит тот самый врач, который и забрал соседку.
- Ну, как она?
- Как… Крови много потеряла, после выкидыша пришлось делать выскабливание. Так что придется ей побыть здесь какое-то время.
- Выкидыша? - изумленно выдаю.
