Демидов смотрит на меня поверх очков, потом на Карельского.
- Я просто помог, - мотает головой. - Не мой.
- Ну да, ну да, - скептично фыркает врач. - В общем, сейчас ваша подруга спит. Хотите навестить, завтра приезжайте.
- Спасибо вам. А по поводу… - мнусь, не зная, как спросить. - Оплаты?
- Этот вопрос уже решен. Хорошего дня.
- Идем, - Роман кивает мне в сторону двери, и я послушно иду за ним. Так же послушно дохожу до парковки и все кручу в голове - оплачено? Выходит, Карельский все оплатил? Там же наверняка много денег надо. Клиника-то явно дорогая.
- Садись, - я даже не заметила, как он уж открыл мне переднюю дверь. - Давай, Олесь, хватит ломаться. Просто отвезу тебя домой.
Я и правда сажусь, а он обходит машину и садится за руль. Но ехать не спешит. Просто сидит, смотрит на руль и словно забывает обо мне.
- У меня мать так чуть не умерла. Тоже от кровотечения, - неожиданно говорит он так тихо, что мне даже кажется, что все это - неправда. - Они с отцом поругались, а потом он психанул и уехал. Оставил ее беременную одну. А у нее кровь, паника.
Карельский так стискивает руль, что костяшки белеют.
- Я пацаном был совсем. Пятнадцать. Что я мог? Но мне повезло - мы успели отвезти ее к Демидову. Мать спасли. А ребенка - нет.
Я ошарашенно смотрю на него и не знаю, что сказать. Можно ли так грамотно играть? Можно ли сочинить все это только лишь ради выигрыша?
- Ты спросила почему я помог - потому что знаю, что это такое, - устало добавляет, а затем тянется к бардачку и, достав оттуда конверт, отдает мне:
- Вот держи. Это тебе.
22. Олеся
Настороженно беру конверт, но открывать не тороплюсь.
- Что это?
- Открой и узнаешь.
Учитывая все, что я узнала про Карельского и спор, мне совершенно не хочется выполнять то, что он говорит. Но, увы, приходится.
Приглшаение разглядываю пару минут. Все это время Рома терпеливо молчит.
- Это обязательно? - вздыхаю, поражаясь насколько же далеко может зайти этот наглый мажор в своем стремлении выиграть. Вон как старается. А ведь я чуть было не повелась на его историю про маму.
- Крайне желательно. Хвостов договорился с моим отцом, так что не прийти, значит, бросить ему вызов.
- С отцом твоим, ну, конечно, - протягиваю, откидывая приглашение с конвертом обратно в бардачок. - Кто мы такие, чтобы спорить с барином.
Карельский морщится так, словно ему и самому не нравится эта идея.
- Думаешь, я в восторге?
- А разве нет?
- Не особенно, - фыркает он и отворачивается к окну. - Но идти придется, раз уж вписались.
Вот не знай я правды, поверила бы. Ну, правда. Хорошо парень играет. Старательно.
- Не думаю, что я буду там уместно выглядеть.
Парень оборачивается ко мне и как-то странно смотрит.
- Почему это?
- Может, потому что, судя по пригласительным, это пафосное мероприятие. Что там делать простой девочке из провинции?
- Если ты стесняешься, то с этим я могу тебе помочь, - уверенно заявляет Карельский.
Невольно вспоминаю, как Марат вот точно так же “помогал” мне не чувствовать себя неуместно в их компании. Неужели у них даже приемы одинаковые?
- Эй, Олесь, я же просто помочь хочу, - вздрагиваю и поднимаю взгляд на Рому. Слишком я, оказывается, ушла в свои мысли.
- Да-да, помочь. Я так и поняла. Платье мне купишь?
- Ну, я в этом не очень шарю, - неохотно признается парень. - Поэтому просто предлагаю поехать в торговый центр, и там наверняка консультанты помогут.
Надо бы согласиться, отыграть свою роль правильно. Но у меня нет сегодня моральных сил. Я после ситуации с Таней еще не отошла, так же что терпеть компанию Карельского вряд ли смогу. Пусть он и помог ей - я не могу быть уверена, что это не было расчетливым поступком.
- Спасибо, но нет, - отказываюсь.
- Решила подразнить декана?
- Ну, почему же… Если он будет настаивать, я, конечно, пойду. Но ради этого устраивать целый поход по магазинам ни к чему.
Судя по выражению лица Карельского он рассчитывал на другой ответ. И во мне просыпается азарт - как долго он сможет терпеть мои отказы? До вечеринки еще полно времени. Так на сколько хватит ее выдержки? Я же вижу, что его злит, что я не ведусь на его подкаты.
- И ты обещал отвезти меня, - напоминаю его же слова.
Рома стискивает зубы, кивает и заводит машину. До самого общежития больше не произносит ни слова. Только когда я уже собираюсь выйти, тормозит меня:
- В понедельник в читальном зале в пять. Не опаздывай. Может, Хвостов и разрешит тебе не ходить на прием, но работу делать надо.
Судя по всему за время поездки Карельский сумел взять эмоции под контроль и теперь в его голосе опять одна доброжелательность.
- Слушай, мне не этого сейчас. Нужно будет к Тане съездить проведать. Да и других дел по учебе полно. Давай, может, через неделю?
- Ладно, - неохотно соглашается Карельский, и я мысленно праздную свою первую маленькую победу.
Правда длится она недолго. Потому что в понедельник получаю на почту официальное приглашение на тот самый прием. Но теперь уже от Хвостова. Я почти не удивлена, что наглый мажор решил подстраховаться. И такая злость меня разбирает.
Но мне даже не с кем это обсудить - Васе я не призналась, что решила поучаствовать в тотализаторе. А Андрей на этой неделе куда-то уехал, так что даже выговориться мне некому.
Правда Карельский будто чувствует и всю неделю меня не трогает - даже не отсвечивает на горизонте. Оно и хорошо - по учебе нагрузка увеличивается, и я уже всерьез начинаю задумываться - а не переоценила ли я свои силы? Вдобавок мы с Васей регулярно ездим к Тане. Ее уже скоро выписывают, выглядит лучше. Если не брать в расчет моральное состояние. Она мало говорит, подавлена. И мы с Молчановой так и не рискнули расспрашивать про беременность, хотя кто именно отец и так подозреваем.
Когда рассказала Васе как все было, она сначала не очень поверила, что Карельский взял и просто так помог. Но потом я и про его откровенность насчет матери рассказала, добавив, что ради спора он проявляет недюжинную фантазию. И вот тут подруга меня удивила.
- Вообще-то это правда.
- А ты откуда знаешь?
- Да какая разница? Карельские действительно после этого развелись. Мать уехала, вроде вышла снова замуж. И с концами.
Я тогда очень удивилась - Василина наотрез отказалась объяснять, откуда у нее такая информация, но я поверила ей.
И вот сегодня в пятницу вечером, когда я уже если честно и думать забыла про этот пафосный прием со всей этой учебой, приезжает курьер и вручает посылку на мое имя.
- Но я ничего не заказывала и не оплачивала, - растерянно говорю. - Это ошибка.
- Все оплачено. Ваше имя в заказе, - вежливо улыбается юноша и уходит.
Я озадаченно смотрю на коробку и пакет, заношу все это добро в комнату и кладу на кровать.
- Что это? - интересуется Вася.
- Понятия не имею.
А соседка как-то недовольно морщится.
- Открывай. Кажется, Золушке прислали наряд.
И все, настроение тут же портится. Открываю коробку - сверху лежит тот самый пригласительный, а под ним - коктейльное платье. Явно недешевое. В пакете оказываются еще и туфли с небольшим клатчем. Разглядываю все это великолепие обреченно.
- Недурно, - наконец, выдает Вася. - Вроде бы не дешевка, но и не высший люкс.
- В смысле?
- В смысле шарит твой Карельский в том как не переборщить, - фыркает она.
- Не мой он!
- Да-да, не твой, - рассеянно соглашается подруга, доставая платье и прикладывая ко мне. - Симпатично.
- Да ты что! Я не надену это!
- Правда? То есть не пойдешь на прием? Решила рискнуть?
Тяжело вздыхаю. Учитывая, что сейчас у родителей финансовые трудности, проблемы с учебой - последнее, что мне надо. Тут уж хочешь-не хочешь придется играть по правилам этой дурацкой игры.
- Нет, конечно, просто…. Думала, надеть то, что есть.
Молчанова фыркает, аккуратно складывает платье в коробку, даже закрывает ту.
- Хорошая идея, если ты решила испытать на прочность свой самооценку.
- А при чем тут это? - не понимаю я.
- Ну, ты просто представь, кто там будет и в каком виде. Во-первых, тебя могут элементарно не пустить в тех же джинсах. Обычно там строгий дресс код. А во-вторых… Ты так сильно не хочешь уступать Карельскому, что готова весь вечер ловить косые взгляды? И ладно если только взгляды.
- Откуда ты все это знаешь? - Вася многозначительно хмыкает, но не отвечает. - Ты столько тонкостей учитываешь, словно сама бывала на таких мероприятиях.
- Не бери в голову, - отмахивается соседка. - Мое дело предупредить - ты решай сама, как поступить. Только не забудь, что послезавтра мы обещали Таню забрать из клиники.
- Да, конечно. Помню.
Василина демонстративно надевает наушники, так что расспросить ее больше не выходит. Неприятно, конечно, что она что-то скрывает - уж больше со знание дела она говорила про этот прием, ну да ладно. Сейчас надо решить, как поступить - и решать придется самой. Совета спросить мне больше не у кого…
23. Олеся
В итоге я сдаюсь и все же надеваю подарок от Карельского. Мне это не по душе, но игра есть игра. Никак не могу отделаться от ощущения, что, ввязавшись в эти ставки, я получаюсь ничем не лучше этих зарвавшихся мажоров.
- Здорово выглядишь, - комментирует Вася мой внешний вид. - Но макияж можно было и поярче сделать.
- И так сойдет, - бурчу. К сожалению, платье и правда красивое. И мне понравилось. Даже несмотря на то, что прислал его Карельский. Но это, конечно, ничего не значит - меня подарками не задобрить.
Стук в дверь отвлекает, и соседка идет открывать.
- Олесь, кажется, это за тобой.
Выглядываю в коридор и вижу Рому - тоже весь при параде. В костюме. Надо же, тоже постарался.
Убираю телефон в сумочку и выхожу в коридор. И так же ясно, зачем он тут, к чему устраивать шоу и ломаться.
Карельский, к слову, молчит. Смотрит на меня как-то странно. Словно съесть хочет. Ну, или что-то такое голодное у него во взгляде.
- Эй, зомби, - усмехается Вася, - головой за нее отвечаешь.
Он вздрагивает и, наконец, отводит от меня взгляд. Мне становится жутко неловко. Когда-то Марат тоже смотрет на меня так, что я смущалась. Он тоже был самоуверенным засранцем, популярным парнем и умел себя подать. Но сейчас я вдруг понимаю,что до Ромы ему далеко. И не будь у меня плачевного опыта, не знай я про пари, сейчас бы, наверное, смутилась и начала бы таять от такого откровенного интереса.
- Верну в целости и сохранности, - хрипло произносит Рома. И снова пялится так, что мне не по себе становится.
- Звони, если что, - говорит напоследок соседка и улыбается ободряюще.
Мне неуютно рядом с Карельским. По дороге к выходу из общежития нам постоянно кто-то встречается, и я уже представляю, какие слухи завтра пойдут.
Я напрасно опасалась, что Рома начнет отыгрывать роль, как только мы сядем в машину. Он почему-то напротив молчалив, даже задумчив. В мою сторону почти не смотрит. Так что я даже слегка расслабляюсь. Зато когда наконец оказываемся на месте, я понимаю, о чем говорила Вася. Мы еще только выходим из машины, но я уже вижу, какие гости заходят в здание, где будет проходить мероприятие. И в очередной раз удивляюсь проницательности соседки.
- Идем? - Карельский подает мне руку, и мне приходится наступить себе на горло и взять его за локоть.
На входе пригласительный в итоге спрашивают только у парня. На меня даже внимания особо не обращают. И это не очень приятно.
Правда все эти мысли тут же вылетают, стоит мне оказаться внутри. Потому что уровень помпезности просто зашкаливает. Мне кажется, я начинаю задыхаться от всей это яркости, вычурности и позолоты.
