Мне нужно пройтись, иначе я сотворю беду.
Праздник завершается. На улице еще полно народа.
Поэтому я иду на небольшую кухню в другом конце дома и сталкиваюсь там с Санией – женой моего брата и… сестрой Лале.
Она выглядит так, будто ей плохо. А еще так, словно она напугана. В глазах нет привычной радости, приветливости ко мне. Вывод один – она знала.
Я не говорю ей ни слова. Просто беру бутылку воды из холодильника и ухожу.
Я никогда так с ней себя не вел. Потом мне будет стыдно, и я извинюсь. Но сейчас случай, который не оставляет иного выбора.
Когда я иду обратно по коридору, слышу, как она плачет. Дойдя до своего крыла на этаже, я останавливаюсь в комнате, которая служит небольшой гостиной, из которой попадаешь в спальню. Туда, где сейчас находится эта…
Затылок ломит от злости, в висках пульсирует.
Лгунья подлая.
Встав у окна, я наблюдаю за родственниками, которые приехали справлять большое торжество. Вглядываюсь в счастливые лица.
Завтра будет большой завтрак. Все захотят посмотреть на мужа и жену, которые провели первую ночь вместе и спустились к гостям уже рука об руку. Раньше это было утро «кровавых простыней». Сейчас эту традицию сменили обычным чаепитием.
Там я им и покажу во всей красе мою «жену». Повторит все то, что сказала мне, и дело с концами.
Делаю глоток воды. Смотрю в окно. Щелкает в голове.
Второй глоток уже не для того, чтобы унять жажду. Просто хочу еще немного постоять тут и сделать вид, что я хочу тут быть и пить эту проклятую воду.
Зачем она так сделала?
Когда увидел ее на свадьбе брата, даже внимания не обратил. Потом увидел в декабре опять же дома у брата и невестки в России. Вот так и случился щелчок. Перед отъездом так и сказал Анвару, что хочу жениться на ней.
Он посмеялся, но не во злобу. Скорее по какой-то там иронии, что он женат на старшей сестре, а я буду мужем младшей. Мне и самому понравилась эта мысль.
Отцу сказал о намерении в первый же день моего пребывания дома.
Через неделю он пошел к отцу Лале и заключил договор. Еще через время нам сказали, что девушка согласна.
Так зачем? Думала, что я дурак и не пойму? Или думала, что прокатит и я этот позор утаю?
Нет. Ни за что.
Снова щелчок и уговоры самого себя, что не стоит горячиться, не срабатывают.
Я закрываю воду и бросаю ее на диван, спеша в комнату.
Ворвавшись внутрь, я застаю Лале за разбором вещей. Или сбором. Здесь лишь небольшая сумка, остальное мы планировали забрать завтра. Она надела платье, скрыв опороченное тело.
Я надвигаюсь на нее, и она от испуга пятится к кровати, а когда я не останавливаюсь, падает на нее спиной, но поднимается на локтях, не решаясь отползти.
– Любишь того, кому отдалась, да? – шиплю эти слова со злостью и еле сдерживаемым гневом.
– Люблю, – снова дерзко задирает голову, а я наклоняюсь еще ближе, и она падает на подушки.
– Где он? Где? – оглядываюсь по сторонам. – Кто этот мужчина… хотя какой же он мужчина, если я дал тебе сегодня свою фамилию, а не он.
– Он мужчина… – выкрикивает очень по-детски, хотя я старше всего на год.
– Правда? Кто этот ублюдок?
– Так я тебе и сказала.
– Лучше скажи, потому что ответить придется. Если не мне, то своему отцу точно.
Она смотрит на меня, широко раскрыв глаза.
– Тебя спрашивали о согласии на брак?
– А ты как думаешь?
– Я не буду гадать. Отвечай. Спрашивали?
– Да, – рычит мне в лицо. – Я говорила, что не хочу. Кто меня услышит?
Ладно.
– Во второй раз ты громко сказала – согласна. Не припомню смятения в твоем ответе.
– Ну конечно, – печально улыбается. – Выставили кучу народа из всей родни, и ты ждал, что я скажу откровенное «нет»? Сам в это веришь?
– Так какого черта, говоря свое проклятое «нет» отцу, ты не указала причину? Никакой свадьбы не было. Почему тот, кого ты любишь, успел воспользоваться твоим телом, а не пришел просить брак?
– Отстань от меня. Делай что хочешь, что должен.
– Дай угадаю, очень торопился поиграться тобой? – обхватываю ее подбородок двумя пальцами, вглядываюсь в глаза и хмыкаю, отпуская с толчком ее лицо. – Ты и не сопротивлялась, подарив себя тому, кто этого даже не оценил. Такая вот любовь-однодневка, для такой, как ты, дешевки.
Она замахивается и бьет по щеке. Даже не пытаюсь увернуться или поймать ладонь. Мне это в какой-то мере необходимо сейчас.
Выпрямляюсь и отхожу, смотря на то, как она пару секунд лежит, затем встает со слезами на глазах.
– Без дешевых спектаклей, Лале.
– Ненавижу тебя, – стирает слезы, смотря в мои глаза.
Полчаса назад, я думал, что утону в них навечно, сейчас же… видеть не могу.
– А мне плевать. Завтра утром расскажешь все это на традиционном завтраке. Развод оформим быстро. Учитывая обстоятельства, никто не заставит меня ждать быть твоим мужем, – обглядываю ее с презрением, которое не скрыть. – Так что вещи свои в сумку убирай обратно. И не забудь платье забрать. Пусть тот, кого ты так любишь, снимет его с тебя после меня, уверен, для твоего идеала «мужчины» это не проблема.
Мне не стыдно за свои слова. Но говорить больше не о чем. Поэтому разворачиваюсь и ухожу в гостиную, закрыв дверь.
Глава 3
Открыв глаза, я всмотрелся в тени деревьев, что отбрасывали их на стены и потолок комнаты.
Уже стемнело. Я лег на диван и пролежал на нем больше трех часов… наверное. При этом я не спал, но и как прошли эти минуты, не имею понятия.
За дверью спальни не было ни единого звука.
«Вот тебе и свадьба, Ленур», – угрюмо подумалось мне, и я снова закрыл глаза.
Сейчас злость улеглась, казалось, я потратил на нее все свои силы и сейчас просто-напросто не мог злиться. Хотя безумно хотелось. Я не был спокоен. Мутный осадок в стакане осел, но вода чище не стала. Просто основная грязь улеглась, не более того. Так и мой брак.
Усмехаюсь.
Когда Анвар женился на своей первой жене Лейле, ему было так же, как и мне. И что? Не будь Лейла больна, он бы прожил с ней всю жизнь. Значит, такое бывает? Чтобы без проблем и с любовью. Видно, мне не повезло и возраст ни при чем.
Вспомнив брата, задумался и о другом, о том, что до этого не возникало в голове, а когда успокоился, стал мыслить чуть шире. Его вторая жена – сестра Лале. И тот позор, которым окатит их семью, коснется всех нас.
А он только что вырвался из того хаоса, в который превратилась жизнь после смерти Лейлы. Я и не верил, что он снова станет счастливым. Но стал благодаря Сании. Теперь у них через месяц родится сын, а я собираюсь завтра утром разрушить то, что с таким трудом крепло.
– Проклятье, – подрываюсь с дивана и начинаю мерить шагами комнату, хватаясь за волосы и руками потирая лицо и шею.
Внутри будто сотня вулканов, и каждый просыпается, взрываясь облаком пепла. Каждая секунда – взрыв.
Так может, в этом состоял план этой лгуньи? Может, на это была сделана ставка? Что я вспомню о брате, пожалею и… что? О чем она думала?
Пальцы скрючивает от этой лжи и подлости. Я не идеал мужчины, наверное, был не всегда прав в своих решениях и поведение, откровенно говоря, не очень, за что постоянно получал нагоняй от отца, мамы и брата, но… таким не карают. Такой лжи я не заслужил.
Вот что еще неприятно гложет – Сания. Она знала. Да мы с ней не лучшие друзья, а просто родственники, но мне казалось, что у нас хорошие отношения.
Подойдя к окну, я смотрю на двор, где днем было много народа, родных. Во что превратился этот день в итоге?
Тишина стала напрягать, а мысли путать сознание. Поэтому я снова опустился на диван и включил телевизор. Желудок неприятно сжался и заурчал. В спальне были фрукты и сок, но идти туда я отказываюсь. Спускаться в столовую, тоже не вариант, но и выбора другого нет.
Надеясь, что я останусь незамеченным, в итоге сталкиваюсь с Анваром.
– Привет, брат.
Он с ухмылкой поднимает бровь и смеется.
– Что?
– У тебя поплыли мозги? Мы виделись шесть часов назад.
– Когда это было.
Он насыпает в заварник листья чая и заливает кипятком.
– Проголодался?
– Немного.
– Мама попросила, чтобы приготовили для перекуса что-то. В холодильнике посмотри. Что любит твоя жена, она не знает, поэтому сказала, что вы разберетесь.
Его слова резанули по нервам.
Мама была так рада принять Лале. Что будет с ней после правды?
Засмотревшись на брата, замечаю, как он подносит руку перед моим лицом и щелкает пальцами.
– Понятно, в облаках летаешь. Бери еду и марш обратно.
– Сам знаю, что делать.
Он смеется и, взяв поднос с чаем и кружками, уходит.
– Сания в порядке? – вырывается из меня волнение.
Со всей злостью я забыл, что видел ее в слезах, да и на свадьбе… понятно, почему она плакала.
– Переволновалась за сестру. Поэтому сделай одолжение не обижай Лале.
Хотелось закричать ту правду, что крутилась в моей голове, но я лишь кивнул.
Главное, что невестка в порядке. Она уж точно не виновата. Я бы покрывал брата в чем угодно, поэтому сейчас я могу сказать, что понимаю ее… немного.
Вернувшись в свое крыло, я засмотрелся на тарелку с закусками. Отобрал для себя половину и немного собравшись, подошел к двери.
Открыв ее, я попал в абсолютную темноту. Только из моей комнаты проник свет, я нашел Лале глазами не на кровати, а сидящую в углу комнаты у низкого окна. Я любил это место, когда учился в школе. Проводил именно там много времени играя на телефоне или читая. Оттуда можно было, облокотившись на стену, смотреть во двор. Понятия не имею, почему меня так влекло к этому углу, но там было удобно.
Постояв секунду на месте, я ударил по выключателю и окинув комнату взглядом, подошел к столу.
Фрукты, сок, ничего не было тронуто.
Она следила за каждым моим шагом. Но молча.
Ни звука.
Поставив тарелку, я замялся на какую-то секунду и развернулся, чтобы уйти.
– Ленур, – послышался ее голос, и все внутри снова взорвалось.
– Ни слова, – рявкнул ей и вышел, снова захлопнув дверь.
Нет. Я сделаю это. Точнее, я должен это сделать…
Лале
Звон стоял в ушах еще полчаса минимум после того, как он ушел, оставив на столе еду.
