– Что?! Нет, я… – незнакомец с жаром возразил, а его глаза загорелись тревожным огнем. – Значит, тебя узнал не только я. В Карстон уже прибыли главы родов и его величество. Завтра день Единства, и все соберутся у Арки Истины… – он порывисто шагнул вперед, не обращая внимания на предостерегающе поднятые мечи наемников. – Позволь взглянуть на твое правое плечо. Там должно быть клеймо… магическая метка рода Энтаров.
Я машинально потянулась к правому плечу, где под тонкой тканью рубашки скрывался странный шрам в форме полумесяца. Метка, которая была со мной, кажется, всю жизнь, порой мерцала серебристым светом в полнолуние, но никто, кроме меня, этого не замечал. Сейчас же она едва заметно покалывала, словно отзываясь на слова незнакомца. Но я не спешила обнажать плечо. Вместо этого вскинула голову, и прямо посмотрев в глаза мужчине, чеканя каждое слово, произнесла:
– С какой кстати?
– Я должен убедиться… должен знать, что… – отрывисто заговорил незнакомец. В его темных глазах заблестели непрошеные слезы, а холеное лицо, изрезанное едва заметными морщинами, внезапно осунулось и постарело, словно на него разом обрушился груз прожитых лет. – Должен вернуть долг. Я не успел…
– Вы мне ничего не должны, – твердо ответила, внутренне напрягаясь. Звериное чутье, никогда меня не подводившее, сейчас буквально кричало об опасности. Воздух словно загустел от напряжения, а в тенях за спиной незнакомца мне мерещилось движение. – И если вы друг, как только что сообщили, дайте мне и моим людям уйти.
– Это невозможно… не теперь, – пробормотал незнакомец, и в его голосе смешались отчаяние и решимость. Но вот он резко взмахнул рукой, а из его ладони вырвался ослепительный огненный луч, на мгновение озаривший всю таверну багровым светом. Магическое пламя с шипением коснулось моей рубахи, не причинив коже ни малейшего вреда и обнажая плечо с загадочным знаком.
– Жив… жив род Энтаров – глухо прошептал мужчина, и его шепот, пропитанный благоговейным трепетом, эхом разнесся по таверне.
В прокуренном зале тотчас повисла тяжелая, вязкая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догорающих в массивном каменном камине поленьев да приглушенным храпом пьяного посетителя, уснувшего в дальнем углу за пустой кружкой эля.
– Лэрд Авенир, к вашим услугам, – поспешно представился незнакомец и, чуть помедлив, продолжил, – род Энтаров… Их предательски убили. Всех до единого, как считалось до сегодняшнего дня. Никто не уцелел в ту кровавую ночь. Тебе необходимо вернуть родовые земли и привилегии. Восстановить попранную справедливость. Энтары испокон веков были верной опорой короны, а их родовой замок служил неприступным щитом на границе с Дикими землями.
– Кхм… – Харди, не отходивший от меня ни на шаг, тихо кашляну и недоверчиво покачал головой. Базил же, побелевший как полотно, едва слышно выругался, помянув рогатого демона и Нижний мир.
– Мне это не нужно, – отказалась, невольно морщась от пульсирующей боли в потревоженном плече. Старая рана, полученная в последней стычке с разбойниками, начала ныть в такт учащенному сердцебиению, а от терпкого запаха целебных настоек, которыми были пропитаны повязки, к горлу подступала тошнота. – Метка… это всего лишь один из множества шрамов. Обычные издержки ремесла наемника.
– У короля хранится родовой камень Энтаров – древний кулон, передающийся в семье от отца к старшему ребенку со времен основания королевства, – Авенир грустно улыбнулся, машинально поворачивая массивный перстень с тусклым самоцветом на указательном пальце. – Сильная магия, она безошибочно определит, течет ли в твоих жилах кровь этого древнего рода.
– Зачем мне это? – равнодушно спросила, тяжело привалившись к закопченной каменной стене таверны, чувствуя, как комната начинает плыть перед глазами от накопившейся усталости и водоворота безумных событий этого бесконечного дня. В затуманенном сознании, словно насмехаясь, всплыли призрачные образы из другой, такой спокойной и размеренной жизни: офисные коридоры, мерцающие экраны компьютеров, строгие деловые костюмы… Все это казалось теперь нереальным сном, далеким миражом из прошлой жизни, растаявшим в дымке воспоминаний.
– Потому что теперь, когда предатель узнал, что род жив, он сделает все, чтобы уничтожить последнюю каплю крови Энтаров, – в голосе лэрда зазвенела холодная ярость, а с точеного лица мгновенно исчезло всякое выражение придворной учтивости, обнажив железную волю воина. – Сегодня тебе улыбнулась удача – они не ожидали, что простая наемница сможет дать достойный отпор. Но в следующий раз убийц будет больше, и они подготовятся. Только подтвердив свою принадлежность к древнему роду перед лицом короля, ты окажешься под защитой его священного слова.
– Если верить вашим словам, моим родителям это не помогло, – хмыкнула, чувствуя, как внутри поднимается глухое раздражение, смешанное с горечью. – Королевское слово не уберегло их от клинков убийц.
– То были изменники, продавшие честь за золото. Они подло пробрались в замок под покровом ночи, – воскликнул Авенир, с такой силой сжав кулаки, что побелели костяшки пальцев, а перстень с темным камнем глубоко впился в плоть. – А тебя, без роду и племени…
– У нее есть род – это мы! – рявкнул Базил, с оглушительным грохотом ударив мозолистым кулаком по дубовому столу так, что подпрыгнули оловянные кружки. Его изрезанное шрамами лицо побагровело от праведного гнева, а вторая рука крепко сжала потертую рукоять меча, с которым он не расставался вот уже более сорока лет.
Стражники у двери мгновенно напряглись, их руки молниеносно потянулись к оружию, но Авенир остановил их небрежным, едва заметным жестом. Его точеное лицо вновь приобрело бесстрастное выражение, превратившись в идеальную придворную маску:
– Убить тебя сможет любой бродяга с ножом, – спокойно продолжил лэрд, растягивая слова подобно патоке, – и не понесет за это никакой ответственности перед законом. Ты всего лишь безродная наемница без имени и титула, пустое место для благородных домов. Но сейчас ты стала смертельно опасна для определенных людей, и они начнут охоту. Подумай, не разумнее ли встретить стаю голодных гиен за неприступными стенами родового замка, под надежной защитой королевского закона?
Я окинула взглядом убогий зал таверны – закопченные стены, щербатые столы, затоптанный пол. Здесь все было простым и понятным – ты либо жив, либо мертв, либо друг, либо враг. А там, в высоких замках… Воспоминания офисной жизни подсказывали, что интриги и предательства в высших кругах могут быть не менее опасны, чем мечи наемных убийц.
– И снова вы ошибаетесь, – я посмотрела прямо в глаза лэрда, чувствуя, как внутри поднимается злость. – Стены замка не смогли защитить род Энтаров. Так зачем мне менять свободу наемника на золотую клетку, в которой меня рано или поздно настигнут? Здесь я хотя бы вижу своих врагов в лицо, а не улыбаюсь им за обеденным столом.
В моем голосе прозвучал металл, и на мгновение в глазах Авенира промелькнуло что-то похожее на уважение. Или страх? Он явно не ожидал такого ответа от «простой наемницы». Его пальцы снова рассеянно коснулись перстня, а взгляд стал задумчивым, словно он пересматривал какие-то планы.
Харди, все это время молча наблюдавший за нашим разговором, тихо хмыкнул себе в бороду и принялся собирать свои склянки обратно в потертую сумку. Звон стекла в тишине таверны казался оглушительным.
– Что ж, – наконец произнес Авенир, и его слова, словно капли яда, растворились в затхлом воздухе таверны. – Возможно, в тебе действительно течет кровь Энтаров. Такое же упрямство и гордость… но помни – ты можешь отказаться от своего наследства, но оно не откажется от тебя. И те, кто охотится за родом Энтаров, не остановятся, пока не убедятся, что род действительно мертв.
Глава 5
– Собираемся, – коротко бросил Базил, стоило лэрду Авениру и страже покинуть таверну. – До рассвета нам нужно уйти подальше отсюда.
– А этот… – замялся Харди, покосившись в мою сторону, – он сказал – наша Мел из древнего рода Энтаров…
– Мало ли что сказал этот слизняк! – оборвал его Базил, сердито насупившись, – веры ему нет, поди сам и приказал схватить мою Мел! А как она его прихлебаям наподдавала, так приперся сам и нагородил с гору Зорт!
Я промолчала. Часть меня была согласна с отцом. Лэрду Аверину доверять нельзя, слишком мужчина был настойчив, а причина – вернуть долг девице, которую он видел впервые, была довольно глупа. Но вторая я сомневалась, что мне так просто дадут уйти из города, однако крохотная надежда, что нам все же удастся пересечь границу Дибар до того, как нас настигнут, оставалась. И как это не странно, но мы обе не желали участвовать в сомнительной игре незнакомца…
Сборы были недолгими – наемники привыкли уходить быстро и налегке. Через полчаса небольшой отряд уже покидал спящий город через западные ворота. И пока они не скрылись из виду, многие из нас не прекращали озираться, ожидая преследования. Но горизонт был чист, звуки ночи не нарушали посторонние шорохи, и люди немного расслабились.
Наконец, ночь постепенно отступила, освобождая место робкому рассвету. Небо на востоке начало бледнеть, окрашиваясь нежно-розовыми красками. И Базил, ехавший впереди, поднял руку, призывая отряд остановиться.
– Привал, – скомандовал мужчина, указывая на маленькую рощицу у дороги. – Час отдыха, не больше.
Лагерь разбили быстро и слаженно – годы совместных походов научили каждого своему делу. Кто-то занялся лошадьми, кто-то собирал хворост для костра. Харди, кряхтя, достал свою неизменную сумку с лекарствами, намереваясь проверить раненых.
– Как плечо? – спросил лекарь, когда до меня дошла очередь.
– Бывало и хуже, – отмахнулась, хотя рана действительно ныла при каждом движении.
– Ты думаешь лэрд сказал о тебе правду? – чуть помедлив, проговорил лекарь, с опаской покосившись на Базила.
– Не знаю, – неопределенно ответила, подбрасывая в костер несколько сухих веток. Пламя тотчас ярко вспыхнуло, отгоняя утренний холод и остатки ночных теней. Над огнем уже висел котелок с похлебкой, распространяя аппетитный аромат. Но даже в этой привычной походной обстановке чувствовалось напряжение – наемники говорили тихо, то и дело поглядывая на темнеющий за нашими спинами лес.
– Что думаешь об этом лэрде? – тихо спросил подсевший ко мне Корх, протягивая кружку с горячим отваром.
– Кхм… не знаю. Но что-то здесь не так, – усмехнулась, но честно ответила я, грея озябшие пальцы о теплые глиняные бока кружки. Похоже, всех в отряде интересовал лишь этот вопрос, и только сурово сдвинутые брови Базила до поры до времени невольно заставляли наемников не заговаривать со мной об этом.
– Еще бы, – хмыкнул Брондар, присаживаясь с другой стороны. Его изрубцованное шрамами лицо в отблесках костра казалось вырезанным из темного дерева. – Древний род, наследница… Больно уж вовремя он объявился.
Я молча кивнула, чувствуя, как внутри растет смутное беспокойство. Что-то постоянно ускользало от понимания, и дело было не только в странной истории с родом Энтаров…
С первыми лучами солнца мы снова тронулись в путь. Дорога петляла между холмами, поросшими высокой травой, в которой мелькали яркие пятна полевых цветов. Но даже эта мирная картина не могла развеять гнетущего ощущения опасности.
Я то и дело оборачивалась, высматривая признаки погони. Несколько раз мне казалось, что среди деревьев маячат чьи-то тени, но, возможно, это была всего лишь игра света и воображения. Хотя судя по напряженным лицам остальных наемников, не я одна чувствовала чужое присутствие.
К полудню второго дня нашего пути небо затянули тяжелые свинцовые тучи. Воздух стал влажным и душным, предвещая грозу. Дорога стала виться между лесистых холмов, сужаясь настолько, что всадникам приходилось ехать по двое. Лошади нервно всхрапывали, их копыта скользили по размокшей глине, а ветер доносил далекие раскаты грома…
Воздух наполнился смертоносным пением стрел, прежде чем кто-либо успел поднять тревогу – передний всадник рухнул замертво, даже не успев вскрикнуть. Его тело безвольно соскользнуло с седла, а испуганная лошадь метнулась в сторону, едва не сбив остальных. Корх, ехавший рядом со мной, успел лишь громко выругаться, прежде чем стрела вонзилась ему в плечо. Я видел, как его лицо исказилось от боли, а пальцы судорожно стиснули поводья.
– В укрытие! – громогласно проревел Базил, выхватывая меч. Но укрываться было практически негде – с обеих сторон вздымались крутые склоны, поросшие редким кустарником. Мокрая земля осыпалась под копытами лошадей, а первые тяжелые капли дождя застучали по доспехам. Мы оказались в ловушке, и на этот раз нападавшие подготовились куда лучше…
Они появились с обеих сторон дороги – не меньше трех десятков человек в легких кожаных доспехах. Их лица скрывали темные платки, но двигались они слишком слаженно для обычных разбойников. Наемные убийцы, причем хорошо обученные.
Первая волна атакующих накатила подобно морскому прибою. Звон клинков смешался с криками людей и ржанием испуганных лошадей. Мой меч словно жил своей жизнью – отражал удары, колол, рубил. Годы тренировок превратили тело в отточенный инструмент для убийства.
– Мел, сзади! – крикнул кто-то из своих.
Я развернулась, едва успев парировать удар двуручного меча. Сила удара была такой, что руки онемели до локтей. Противник был хорош – его клинок двигался с молниеносной быстротой, выписывая в воздухе серебристые дуги. Но он не ожидал, что простая наемница может знать приемы высокой школы фехтования.
Финт, обманное движение, разворот… Меч вошел под ребра, и противник рухнул, захлебываясь собственной кровью.
Брондар, прикрывавший мою спину, ликующе выкрикнул, и его топор в очередной раз достиг своей цели. Харди, позабыв, что он лекарь, орудовал коротким мечом с неожиданной для его возраста ловкостью. Базил превратился в настоящую машину для убийства – его клинок, казалось, был везде одновременно.
Но нас было слишком мало. Один за другим падали товарищи – кто-то со стрелой в груди, кто-то от удара меча. Гор, молодой наемник, только недавно присоединившийся к отряду, погиб, прикрывая раненого Корха. А старый Дин, научивший меня когда-то правильно затачивать клинок, упал с перерезанным горлом.
– К лесу! – крикнул Базил, когда стало ясно, что нам не выстоять. – Прорываемся!
Мы начали медленно отступать, прикрывая друг друга. Убийцы наседали, но теперь действовали осторожнее – первый натиск и им дорого обошелся. Земля под ногами стала скользкой от крови, а воздух наполнился металлическим привкусом и звоном стали. Но вдруг где-то вдали послышались звуки рога. Нападавшие заколебались, а потом начали отступать так же организованно, как и напали. И через несколько минут на дороге остались только мы и мертвые…
– На этот раз они подготовились лучше, – проговорил Базил, с остервенением вытирая окровавленный меч. Его лицо было серым от усталости, шрам на щеке побелел от напряжения, а в глазах все еще пылал огонь. – Но все равно недостаточно.
Я же безмолвствовала, отрешенно взирая на распростертые в дорожной грязи тела погибших товарищей. Дождь, наконец, разразился, смывая кровь и остужая разгоряченные тела. А вокруг царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь стонами раненых и шумом дождя.
И чем дольше я смотрела на тех, кто еще вчера делил со мной хлеб у походного костра, травил байки и мечтал о будущем – тем сильнее внутри меня поднималась холодная ярость. Молодой Эрик, который собирался купить ферму для своей матери. Седой Торн, чьи внуки теперь никогда не услышат окончание его бесконечных историй. Все эти люди пали не в честном бою за золото нанимателя, а из-за чьих-то древних счетов, к которым я, казалось, не имела никакого отношения… Хотя так ли это?
– Я возвращаюсь, – эти слова вырвались сами собой, прежде чем я успела их обдумать.
– Что? – Потрясенно воскликнул Базил, резко развернувшись.
– В Карстон. К лэрду Авениру!
– А если это западня? – с недоумением пробормотал Харди, на секунду оторвавшись от перевязки Корха. – Если сам Авенир подстроил нападение, чтобы ты согласилась принять его предложение?
– Возможно… – кивнула, окинув взглядом поле боя, где вперемешку лежали наши погибшие и тела врагов. – Но в одном он не солгал – они не прекратят охоту. И будут убивать каждого, кто встанет на их пути, стремясь защитить меня.
– Но… – попытался возразить Корх, приподнимаясь на локте. Стрела сейчас же в плече качнулась, и он зашипел от боли, зло процедив: – Все лэрды подлые, им верить нельзя.
Я ничего не ответила, глядя поверх голов своих товарищей туда, где среди грозовых туч виднелись серые башни Карстона. Тяжелые капли дождя гулко барабанили по потертой кожаной броне, прочерчивая дорожки на измазанных кровью и грязью щеках, но я не обращала на них внимания. В голове выстраивался дерзкий план, а пальцы машинально поглаживали серебряное навершие меча, отполированное годами прикосновений до зеркального блеска.
– Что ж, раз лэрд так жаждет моего возвращения, я приму его игру, – спустя некоторое время произнесла, с кривой усмешкой добавив. – Вот только он не догадывается, что правила в ней буду устанавливать я…
Глава 6
– Мы идем с тобой, – проговорил Базил голосом, не терпящим возражения, шагнув в мою сторону так стремительно, словно опасался, что я сейчас же умчусь в Карстон одна. – Мы семья. А семья своих не бросает.
– Спасибо, – коротко ответила, благодарно улыбнувшись отцу. Я окинула взглядом лица соратников – обветренные, усталые, но полные той несгибаемой решимости, что отличает настоящих воинов. В их глазах читалась безоговорочная поддержка, и я была уверена, что и они не оставят меня одну…
Только спустя два часа, когда последний ком земли лег на могилы павших товарищей, а раненых кое-как разместили на взмыленных лошадях, мы тронулись в обратный путь. Воздух звенел от хриплых проклятий, которыми наемники поминали подлых убийц. Размытая дождем дорога превратилась в бурое месиво, глина чавкала под копытами и цеплялась за сапоги, затрудняя шаг. Раненые тихо стонали при каждом толчке, их бледные лица покрывала испарина, а наспех наложенные повязки то и дело приходилось менять.
Но даже в этих тяжелых условиях никто не проронил ни слова жалобы, не потребовал привала. Напротив, казалось, что трудности пути лишь крепче спаяли наш отряд, а мысль, что впереди нас ждет возможный враг, странным образом не угнетала, а придавала новых сил, словно разжигая в крови огонь мести за павших братьев по оружию…
До «Пьяного гоблина» мы добрались глубокой ночью, на третий день изнурительного пути. Дорога обратно далась нелегко – на этот раз раненых было куда больше, и многие едва держались в сознании, не то что в седле. В крохотной придорожной деревушке нам посчастливилось раздобыть старую телегу с рассохшимися колесами, куда мы уложили самых тяжелых. Остальных по очереди несли на наскоро сколоченных носилках, сменяя друг друга каждый час.
И едва мы оказались во дворе таверны, откуда тянуло теплом очага и дразнящими ароматами жареного мяса, люди заметно приободрились. На их измождённых лицах появились улыбки, ведь впереди ждала крыша над головой, горячая вода для омовения и сытный ужин.
Сбросив тяжесть последних дней пути, наемники с неожиданной энергией принялись разбирать наш небольшой обоз. Они бережно снимали раненых товарищей и переносили их в тепло таверны. Даже кони, учуяв близость конюшни и свежего сена, заметно оживились, позвякивая сбруей.
– А я все гадал, вернетесь ли, – проговорил Торм, с нескрываемой тревогой оглядывая заполненный измученными наемниками двор. Его пухлые пальцы нервно теребили край засаленного фартука, а на красном лице застыло выражение искреннего беспокойства. – Тут для тебя письмо оставили, Мел.
– Хм… Спасибо, – усмехнулась, ожидая что-то подобного, я взяла сложенный вчетверо лист дорогого пергамента. Послание было запечатано темно-красным сургучом, на котором виднелся оттиск незнакомого герба – извивающая змея, сжимающий в своих кольцах меч.
Сломав печать, я развернула лист, и мой взгляд скользнул по строчкам, выведенным каллиграфическим почерком. Содержание было кратким – место и время встречи. Королевский дворец. Завтра в полдень.
«Значит, они следили за нами», – мелькнула мысль, когда я передавала послание Базилу, который нетерпеливо переминался рядом, пытаясь заглянуть через плечо.
– Дворец, значит, – задумчиво пробормотал мужчина, поднес пергамент к носу и, втянув воздух, насмешливо хмыкнул. – Что ж, не зря я прихватил парадный камзол.
– У тебя есть парадный камзол? – я удивленно вскинула бровь, пытаясь представить сурового наемника в дворцовых одеждах.
– Ну, мало ли где пригодится, – вдруг смутился Базил и, кашлянув, с тихим смешком продолжил: – Должен же я соответствовать, если моя девочка может оказаться благородной леди.
– Ну да, – кивнула, оглядывая опустевший двор. Кроме нас с Базилом и Харди здесь уже никого не осталось, а из распахнутой настежь двери таверны доносились зычные команды Торма, распоряжавшегося насчет комнат и горячей воды. В общем зале измотанные дорогой и боем наемники, те, кто мог сидеть, уже устроились за стойкой с кружками эля. Раненых разместили на широких лавках у пылающего очага, где молоденькие служанки, причитая и охая, обтирали через силу улыбающихся воинов тряпицами, смоченными в целебном отваре.
– Идем, пора и нам отдохнуть, – скомандовал Базил, первым шагнув в сторону двери, я двинулась за ним следом, мечтая о медной ванне с обжигающе горячей водой, кружке травяного отвара и сочном куске мяса, запеченного с ароматными специями. И только Харди, чуть задержавшись, окинул меня внимательным взглядом, добродушно проворчал:
– Нужно осмотреть твои раны перед завтрашним… визитом. И пожалуй, стоит обработать их целебной настойкой потора. Знаешь, той, что светится в темноте, – добавил лекарь, многозначительно на меня посмотрев. Я мгновенно поняла его намек – эта редкая настойка не только исцеляла, но и защищала от определенных видов магии. В высших кругах частенько прибегали к чарам для достижения своих целей, а мне совсем не хотелось оказаться под внушением какого-нибудь благородного лэрда.
У основания скрипучей лестницы наши пути разошлись. Базил и Харди устремились к стойке, намереваясь поправить здоровье кружкой крепкого эля, а я поспешила в свою комнату, желая поскорей смыть с себя многодневную дорожную грязь и пыль.
В комнате, куда меня проводила служанка, уже ждала медная лохань с дымящейся водой. Воздух был напоен ароматами целебных трав, добавленных для омовения. А на широкой кровати, застеленной свежим льняным бельем, лежала стопка одежды – я сразу отметила тонкую выделку ткани и искусную вышивку по вороту. Такие вещи не купишь в обычной лавке на рыночной площади. На мой вопросительный взгляд служанка, разгладившая складки темно-коричневом платье, лишь пожала худенькими плечами:
– Лэрд Авенир распорядился, госпожа.
«Госпожа» – это обращение резануло слух. Еще вчера я была просто Мел, наемница из отряда Базила, чье имя произносили без всяких церемоний. А сегодня… Кто я сегодня? Наследница древнего рода или пешка в чужой игре? Но больше всего разозлило это самоуверенное вмешательство в мою жизнь – словно лэрд уже считал меня своей собственностью, о которой нужно позаботиться…
Горячая вода немного сняла усталость и накопившееся раздражение, но не смогла избавить от гнетущего предчувствия неизбежных перемен. Взобравшись с ногами на узкую кровать и кутаясь в жесткое льняное покрывало, я медленно потягивала травяной отвар, принесенный служанкой, и отрешенно рассматривала свое отражение в зеркале.
Огненно-рыжие волосы, еще влажные после мытья, падали на плечи спутанными прядями. В черных глазах застыла мрачная решимость, а на изможденном лице проступали следы пережитых испытаний. Крепкое, закаленное в боях тело покрывала сеть шрамов. Но взгляд все время возвращался к метке на правом плече, что сейчас тускло мерцала в полумраке комнаты. Раньше я не придавала этому значения, считая игрой света или обманом уставших глаз.
За окном вдруг раскатисто громыхнуло, а через секунду тяжелые капли дождя забарабанили по прохудившейся крыше. Снизу из общего зала таверны, донёсся взрыв пьяного хохота – наемники праздновали возвращение, пытаясь крепким элем заглушить боль недавних потерь.
А я сидела на жесткой кровати, наблюдая, как пламя свечи отбрасывает причудливые тени на закопченные стены, и размышляла о завтрашнем дне, который мог полностью изменить мою судьбу. Снова. Как в тот день, когда я очнулась на поле боя и в моей голове невероятным образом переплелись воспоминания двух разных жизней…
Ночь прошла беспокойно. В странных снах я видела, как та версия меня, что жила среди небоскребов и неоновых вывесок, неуклюже отбивается мечом от чудовищного монстра с горящими глазами. Проснувшись с приглушенным криком, я машинально окинула комнату цепким взглядом наемника, и только убедившись в безопасности, разжала побелевшие пальцы, стискивавшие рукоять кинжала, что всегда лежал под подушкой.
Плеснув в лицо прохладной воды из кувшина, я прошлась по комнате, разминая затекшие мышцы. Тело, привыкшее к ежедневным тренировкам, само повторяло выверенные движения – плавные перекаты с носка на пятку, стремительные выпады, точные блоки. Постепенно туман в голове рассеивался, а неприятный осадок от ночного кошмара таял.
Тихий стук в дверь и нерешительный голос служанки за ней, прервали мои метания по комнате. А размеренный скрип половиц в коридоре выдавал присутствие как минимум двух человек.
– Госпожа, ваш завтрак.
– Проходи, – отозвалась я, опускаясь на край кровати. А пальцы, скрытые складками одеяла, привычно сжали отполированную рукоять кинжала – годы наемничества научили никогда не терять бдительности.
В комнату, как я и определила по звуку шагов, вошли две служанки. Первая несла поднос с дымящейся кашей и свежим хлебом, от которого исходил такой аромат, что рот невольно наполнился слюной. Вторая девушка бережно прижимала к груди объемный сверток, обернутый в плотную ткань.
– А это что? – кивнула я на таинственную ношу.
– Лэрд Авенир приказал помочь вам облачиться, – с плохо скрытой завистью ответила темноволосая девушка. Она бережно развернула на столе роскошное платье из темно-синего шелка. Серебряная вышивка, украшавшая подол и рукава замысловатым узором, мягко мерцала в лучах восходящего солнца, пробивающихся сквозь мутное окно.
