Дверь снова распахнулась, и на меня уставились три небритые рожи. В этот раз магов среди нападавших не было, зато были накаченные мышцы и пара монтировок.
Внезапно где-то снаружи раздался звук падающего тельца и сразу за ним громыхнул взрыв. Во всём квартале погас свет. Послышались недовольные крики.
– Что за хрень? Кто-нибудь что-нибудь видит? – в темноте прошептал подхрипший голос очередного убийцы.
– Конечно! Идём, я посвечу, – ответил я ему в ухо и, размахнувшись, влепил по челюсти.
Этих троих пришлось вырубать традиционным способом. В последний момент хриплый решил ударить на опережение, и это у него почти получилось.
Удар пришёлся по касательной, но всё же рассёк мне бровь. Ну и хорошо. Не придётся выдумывать версии, каким образом я расправился с шестью бандитами, не получив даже синяка.
Сиплого я вырубил с одного удара, вкачав в руку удвоенную порцию энергии, и несколькими короткими сериями добил остальных, напоследок опустошив их почти до нуля. Поизносился я сегодня основательно.
Проверка тавра Изиды дала положительный результат. Сейчас отметина держалась примерно посередине.
Уже сидя в полном одиночестве, я сделал один очень важный вывод: мне срочно нужно решить вопрос с магическим арсеналом. В следующий раз подослать могут трёх сильных магов, и они просто задолбят меня грозовыми разрядами или размажут о стену воздушным тараном.
Или те же дуэли. В мире аристократии ни дня не проходит, чтобы кого-нибудь не вызвали на поединок по правилам. Не удивлюсь, если здесь практикуют и бугурты.
Что я им противопоставлю?
В моём арсенале есть Тёмное пламя – одно из основных боевых методик некромантов. По сути, это та же пиромантия, с тем лишь различием, что вместо огня, главную роль в нём играет тёмная энергия. И поверьте, сжигать она может не хуже, чем обычное пламя.
Но есть одно «но»!
Для использования Тёмного пламени требуется как минимум два ядра и хорошо прокачанные каналы, а лучше ещё и подпитывающие амулеты. Так что, скоро мне придётся снова посетить лавку редкостей господина Гаусса.
Знал я, конечно, некромантов, которые подчинили себе и другие тёмные антиподы стихий. Например – Сумеречный ветер или Чёрная вода. Но как по мне, достаточно и пламени.
Только вот использовать его в открытую – значит полностью изобличить себя. Здесь требуется особый артефакт, маскирующий тёмную магию под стихийную.
В коридоре послышался топот множества ног. Ну вот, ещё одна партия желающих хорошо выспаться за ночь.
Дверь открылась в третий раз, и на пороге появились пятеро незнакомцев, на этот раз с включенными яркими фонарями. Трое из них были жандармами, а двое – кем-то посерьёзней, потому что на них были надеты одинаковые серые плащи и шляпы, а на шеях латунью поблёскивали нагрудники с непонятными символами.
– Пугачёв? – не соблюдая правила обращения к титулованным особам, спросил один из плащей.
– Смотря с какой целью интересуетесь?
Человек в шляпе усмехнулся и протянул руку.
– Вы в безопасности, граф Пугачёв. Я от Огородникова. Пройдёмте.
– Понятия не имею кто это, но если вы настаиваете, то с удовольствием. Условия здесь никакие, сами посмотрите. Семь человек на девять квадратных метров. Представляете? Людям вон плохо стало, ладно я привыкший.
Я отошёл в сторону, указывая на стопку спящих злодеев.
– И вправду. Проверку бы здесь устроить не помешало, прокурорскую, – человек от какого-то Огородникова снял шляпу и помахал себе в лицо. – Прошу вас, господин граф! Следуйте за мной.
Глава 2
После того, как мама Василия слегла от неизвестной болезни, ответственность за его воспитание легла на плечи тёти. Она забрала племянника из деревни и вместе с ним перебралась в квартиру на окраине Томска, доставшуюся ей от отца. Поближе к больнице, там где лежала сестра.
Василий был рад этой неожиданной смене обстановки, несмотря на то, что с мамой теперь приходилось видеться редко. У него наконец-то выдалась возможность побывать в столице княжества, а ещё он оказался на чуточку ближе к своей детской мечте.
Ещё будучи ребёнком Вася задался целью стать охотником на монстров, чтобы избавить мир от самых опасных тварей.
Но пока этого не произошло, у него появился шанс прикоснуться к таинственному миру книг, ведь в отличие от его дома, в квартире тётушки имелась самая настоящая библиотека.
Василий перевернул очередную страницу и задумчиво посмотрел в окно. Какая же интересная история! Уже опустилась ночь, но он всё никак не может оторваться от этой книги.
Вот и сейчас, он лишь на секунду отвлёкся от чтения, как его внимание привлекла одна очень странная деталь.
Тётушка жила на пятом этаже, и под окнами её квартиры стояло длинное белое здание, на крыше которого в свете фонаря сидели два голубя.
Ничего необычного, птицы есть птицы, им вольно сидеть где угодно.
Но в этом и таилась загадка. Ещё вчера, когда тётушка Василия привезла его из деревни, он стоял у этого самого окна и смотрел на город. Тогда он и приметил этих странных птиц, что ютились на крыше, в то время как все их сородичи кружили перед большими воротами, где дворник смёл в кучу оставшееся после выгрузки мешков зерно.
Прошло девять часов, а голуби даже не думали улетать со своих насиженных мест. Они сидели и смотрели прямо перед собой, не обращая внимания на снующих вокруг них пернатых братьев.
Вася достал подзорную трубу, которую подарила ему тётушка, и посмотрел в окуляр.
– Чёрт! Да они же лысые!
Он убрал от лица прибор и ещё раз взглянул на крышу. Так и есть, это те самые голуби, которых он видел вчера вечером. Странно!
Василий снова приложился к телескопу.
Один голубь вдруг зашевелился и пошёл вдоль конька к краю крыши. Через секунду ожил и второй, и пристроился вслед за первым. Птицы были совершенно без перьев, за исключением маленьких хохолков на вертлявых головках, которые постоянно крутились во все стороны.
Пернатые потоптались на карнизе, и тут один из них прыгнул на провод, соединяющий два здания, но в какой-то момент не удержался и полетел вниз.
– Эх! – вырвалось у Васи и он перевёл взгляд на второго голубя.
Тот, к тому времени, тоже приступил к переправе, но в отличие от первого, как талантливый канатоходец, пошёл по двум проводам одновременно.
Он медленно, шажок за шажком, двигался вперёд, вытянув в стороны ощипанные крылья. И едва добрался до конца воздушного моста, щучкой прыгнул вниз, прямо в искрящиеся контакты трансформаторной будки.
Раздался хлопок. И вокруг стало темно.
Василий потянулся за свечкой, что всегда стояла на полке у окна.
Теперь он не сомневался, что между голубями и тем зомбаком, которого он видел на охотничьем кордоне в деревне, есть связь. Всех их поднял один и тот же некромант! И за ним наверняка идёт охота, не зря же те странные люди ночью вытаскивали из озера обезглавленного мертвеца. Всё это звенья одной цепи.
Через полчаса в дверях соседнего здания появился высокий парень. Он некоторое время постоял в кампании какого-то человека, а потом скрылся из вида. Но прежде с улыбкой покосился на трансформатор.
По спине Василия вмиг пробежали мурашки, а в висках застучала кровь. Неужели у него получилось? Неужели он первый в этом мире, кто выследил самого настоящего некроманта? Быть такого не может!
***
К моему удивлению, начальник жандармерии даже не подозревал, что за ночь на меня дважды покушались. По крайней мере, он не подал вида, когда его помощник отдал приказ раскидать спящих уголовников по пустым камерам.
Он только пожурил того за несоблюдение установленных правил и пообещал лишить премии.
Оно и понятно. Тот, кто это организовал, действовал в обход руководства, и скорее всего, договорился с кем-то из его подчинённых, через которого обычно проворачивали подобные дела, а сами исполнители были из числа задержанных рецидивистов.
До профессионалов они точно не дотягивали.
В моём мире поступали точно так же. Кидали на стол тюремщику кисет с серебром. и тот исполнял любые пожелания заказчика. Начиная от банального свидания, и заканчивая расправой, которую зачастую поручали тем же сидельцам, в обмен на разные послабления или недоступные в этом месте блага.
Обратная сторона правосудия. Чего уж тут.
Ну это что касается покушения, а вот задержание наверняка санкционировано на самом верху. Как-то же надо было официально обосновать привлечение такого количества сотрудников.
Говорить о нападении я не стал. А зачем? Разбираться вряд ли кто станет, да и доказательств никаких нет, кроме моих слов.
Заказчик же наверняка действовал через посредника, так что, вряд ли кто из участников этой преступной схемы знал его имя.
Поэтому, когда меня вывели из камеры и усадили на стул для допросов, я уже знал, о чём пойдёт разговор.
В кабинете, кроме меня, находились трое – начальник жандармерии, человек в сером плаще и заместитель прокурора Михаил Борисович Огородников. Полагаю, именно его я должен благодарить за своё спасение. Хотя, в этом случае, скорее спасли самих исполнителей.
Главный жандарм достал из папки кипу бумаг и выложил их перед Огородниковым.
– Итак, вам вменяют убийство некоего Ляхова, – заключил тот, когда закончил изучать документы. – Что можете сказать по этому поводу?
– Я никого не убивал, – просто ответил я, не вдаваясь в подробности.
Начальник запыхтел. Наверное, будь мы сейчас наедине, он бы огрел меня дубинкой.
– Не припомню, чтобы хоть кто-то сам признавал свою вину, – буркнул он.
Огородников переглянулся с человеком в сером плаще и снова взял документы в руки.
– Если бы сейчас передо мной сидел какой-нибудь кочегар или там пекарь, я бы попросил его выйти и объяснил вам всё на пальцах, – издалека начал он, обращаясь к жандарму, – но передо мной граф. Не барон. Граф! Это не тот человек, которого можно просто так бросить в камеру и не поиметь от этого никаких последствий. За ним стоят люди. Вы понимаете, о чём я?
Полагаю, что между начальниками двух этих структур очень натянутые отношения, и скорее всего, на почве кланового соперничества.
– Ориентировка пришла вечером. С новосибирско…
– Какое отношение это имеет к моему вопросу? – перебил Огородников. – Законы Новосибирского княжества здесь не действуют.
– Преступление совершено на территории Бастиона-11. Кроме этого, существует договорённость о выдаче преступников.
– А где вы здесь увидели преступника? – Огородников осмотрел присутствующих. – Может быть, это я? Никаких явных улик, только одни предположения. Вы хоть ознакомились с подробностями ориентировки?
Начальник жандармерии увёл взгляд в сторону.
– Не успел ещё.
– Ну вот. Здесь указано, что убитый и подозреваемый вместе покинули территорию учреждения. И что-то я не вижу приписки, что господин Пугачёв насильно выводил целого боевого ветерана двух войн капитана Ляхова. Или я не туда смотрю? – Огородников протянул документы начальнику жандармерии. – А то, что происходит за стенами Бастиона, не имеет отношения к вашему ведомству. Не так ли?
Тот нехотя кивнул.
– Ознакомьтесь тогда, а мы пойдём. Мне ещё нужно успеть подготовить доклад о нарушении правил задержания титулованных особ. Прошу вас, граф Пугачёв, нам пора. С вами хотят поговорить, если, конечно, у вас нет претензий к условиям содержания.
– Только пожелания, – с улыбкой ответил я. Смешно наблюдать, как начальник жандармерии из грозного дяди превращается в нашкодившего мальчишку. – Моим сокамерникам вдруг стало плохо, и если бы не я, неизвестно, чем всё это закончилось.
– Вы о том запахе? – спросил мужчина в сером плаще.
– О нём самом, – кивнул я и посмотрел на моргающую лампочку. – Ещё проблемы со светом. Мне полночи пришлось сидеть в темноте. Полагаю, в таком заведении следует относиться к безопасности с большей ответственностью. Мало ли. Думаю, вам это под силу.
Начальник жандармерии стал красным, как рак, и яростно заскрежетал зубами.
– А в остальном, очень даже милое заведение. Особенно мне понравился контингент. Парни так старательно поддерживали меня, что выбились из сил, – резюмировал я и поднялся из-за стола. – Кстати, где мои личные вещи и деньги?
– Сейчас принесут… ваша светлость, – выдавил главный жандарм.
Перед тем, как выйти из комнаты в сопровождении заместителя прокурора и человека в сером плаще, я не стал себе отказывать в удовольствии наградить господина жандарма своей коронной улыбкой.
– Ну что ж, молодой человек, вам очень повезло, что у вас такие покровители. В другом случае, я бы не прервал свой сон и не приехал так скоро, – сказал Огородников, когда мы оказались на улице.
– И что же это за покровители? – спросил я.
Огородников удивлённо сдвинул бровь, а потом посмотрел мне за спину.
– Да вон же они! Можете сказать им «спасибо».
В свете уличного фонаря поблёскивала чёрная машина. Такую модель я видел впервые. Она была наполовину длиннее обычных и имела на двери родовой герб. Интересно, кто бы это мог быть? В памяти Григория не было воспоминаний о каких-либо влиятельных друзьях. И вообще, мне кажется, у рода Пугачёвых с этим были проблемы.
– Благодарю вас, – я попрощался с Огородниковым и неспешно направился к своему благодетелю. Друзья никогда не бывают лишними, тем более в моём положении.
По пути я остановился у гудящей будки. Ремонтники уже устранили последствия взрыва, и теперь ничего не напоминало о моей диверсии. Кроме двух маленьких тел, лежащих в сторонке.
– Спасибо, друзья, – я наложил на голубей печать тления, и те в мгновение превратились в пепел.
Странное чувство заставило меня резко обернуться. В одном из окон пятого этажа дома напротив горела свеча. И кому это не спится?
Внезапно дверь машины открылась, и из неё вышла Марина, та самая, что случайно встретилась мне в Клубе охотников.
– Григорий, – девушка приветливо улыбнулась.
– Полагаю, это вас стоит благодарить за моё освобождение? – я немного склонил голову и не заметил, как принял протянутую мне руку и неожиданно для всех поцеловал её.
Щёки девушки заалели, но руку она не убрала.
Какая хитрюшка, в Клубе она мне казалась неприступным айсбергом.
