– Да, до этого здесь еще очень далеко. Если только мы поможем человечеству своими знаниями, – улыбаюсь я.
– А РЕГЕНЕРАЦИЯ дает возможность сохранять свои зубы? – этот вопрос здорово и меня теперь волнует.
– Вполне, никто из Обращенных больше не имеет проблем с этим делом, – отвечает мне граф и продолжает свой рассказ:
– В Варбурге мы появились на красивой карете, сверкнули нашими красавицами в платьях как бы по последней имперской моде и остановились в самом дорогом постоялом дворе города. В общем, появились максимально эффектно, привлекли внимание всей благородной тусовки своим странным составом – имперский норр, сопровождающий двух как бы бывших монастырских послушниц из урожденных дворянок соседнего королевства. Довольно странный состав на самом деле, чтобы приехать и остановиться надолго в довольно захолустном графском городе Варбурге с тремя тысячами жителей на самом краю королевства. Местного золота у меня оказалось около шести сотен, гальдского около трех сотен, приличные деньги, конечно, если только не жить так роскошно. Но я быстро снял отдельный дом в городе, чтобы не тратиться на дорогое проживание и столование, мы все переехали туда уже с парой быстро нанятых служанок для наших красавиц и одним поваром для всех нас.
– И как, смогли девушки-наемницы произвести нужное впечатление на местных дворян? – вот что мне очень интересно.
– У нас оказалась довольно простая история, которая позволила сестрам безбоязненно казаться время от времени недостаточно воспитанными в глазах местного дворянства. Они – мои двоюродные сестры, как бы мать девушек и моя матушка – родные сестры, но дальше идет как раз повторение истории родной тетки настоящего норра Альфирила. Типа, их мать вышла замуж в столицу Гальда, родила двух дочек, потом умерла, отец женился снова, противная мачеха настояла на отправлении девочек в монастырь. Обычная в общем-то история с ненужными детьми, поэтому какую-то излишнюю простоту и не совсем приличные поступки молодых красавиц вполне можно понять и простить. Потому что они настоящие красавицы. Что они получили воспитание не в своем доме с лучшими воспитателями, а при монастыре, где им никто никакую скидку на благородное происхождение не давал. Проблема еще была в их ладонях с конкретными такими мозолями профессиональных лучниц, но тут Ксита придумала из своего опыта, конечно, что они в монастыре работали в уходе за деревьями и кустарниками, вот и натерли руки тяпками и мотыгами. Мозоли на ладонях нам пришлось срочно срезать и стирать всякой местной пемзой. Но потенциальных женихов все эти сложности никак не остановили по итогу.
– А, ну да, мозоли от лопаты и копья немного похожи! – у самого от служебного копья через пару месяцев такие же образовались, как будто всю жизнь землю копал.
– Так что назвались они сестрами Волерин, по фамилии своих знакомых и на несколько лет моложе, прямо сразу семнадцатилетними. Понятно, что история беспощадно разграбленного монастыря позволяет много чего придумать и домыслить. Как выжили чудом во время захвата монастыря и смогли добраться к своему дяде в Империю с большим трудом на последние деньги, там не прижились, потому что не знают совсем имперский язык, а жена дяди, естественно, очень сразу же заревновала его к таким хорошеньким, фигуристым племянницам. Ну и остальное ближайшее женское общество тоже быстро почувствовало реальную угрозу своему семейному положению, поэтому собрали немного вещей и отправили девушек устраивать свою судьбу поскорее с глаз долой. Еще и я, как необыкновенно благородный двоюродный брат, отправился с ними и своими слугами, с парой быстро нанятых стражников, в соседнее королевство, чтобы помочь девушкам устроиться в новой жизни. В свое королевство они возвращаться не захотели, очень уж плохие воспоминания от той жизни остались. Какая-то примерно такая история у нас получилась, – рассказывает граф.
– Вполне нормальная история. Нагнали тень на плетень! Как все пошло с женихами то? – интересует теперь меня. – И недостаток воспитания объясняет, и мозоли на руках, и отсутствие родственников, и то, почему к родному отцу ехать не собираются. Раз он уже от них отказался, значит может снова упрятать в другой монастырь, а они созревшие девицы и хотят нормальной семейной жизни!
– Да налетели сразу же, как вороны! Мы понемногу рассказали всем слушателям, что бесприданницы полные, что карета принадлежит родственникам из Империи, что платья тоже оттуда, в общем имеется только благородное происхождение, невинность, молодость, красота, а еще большая скромность и огромное желание выйти замуж за владельца своего замка, даже на самой окраине королевства. Что совсем не избалованные почти сиротки.
– И этого, конечно, хватило? – улыбаюсь я.
– Ну, скажем так, на благополучных по жизни баронов, еще имеющих все перспективы на нормальную семью из своих таких же соседок, не очень хватило. А вот на всяких других граждан с сомнительной репутацией садистов, насильников или прочих маньяков видимая первому взгляду невинность и свежесть юных барышень подействовали очень даже. Ведь отвечать будет не перед кем серьезно, если ты приведешь такую невесту в свой замок, а она почему-то быстро умрет. Двоюродного брата молодых красоток с всего-то парой стражников при себе никто особо не испугался конечно. Не сказать, чтобы среди сорока благородных семей, живущих вокруг Варбурга в местной глуши таких желающих много нашлось, но список из четырех женихов, желающих всерьез разделить свое сердце и владение с невинными красотками мы все-таки довольно быстро составили.
– И кто в него попал?
– Пара просто одиноких пожилых баронов, оставшихся без супруг и еще сильно поссорившихся с родными детьми, но они все же были вполне нормальными людьми. Один очень скаредный дворянин в довольно стратегически удобно расположенном владении, но весьма разоренном самим владельцем. И еще сорокалетний барон, на которого пал наш выбор довольно быстро, хозяин довольно преуспевающего владения и большого замка, но с понятными признаками явного садиста. И подземелье у него, по слухам, конечно, своими крестьянами забито, и задатки такого явного ненормального мужика тоже присутствуют. Выбор, понятно, пал именно на него! Как на человека, которого никому не будет жалко, ни нам, ни его людям, ни его соседям. Нам, конечно, особенно не жалко.
– А как местная церковь отнеслась к верующим из другого королевства? – теперь интересует меня.
– Для простоты дела даже я стал исправным прихожанином местной церкви. Как и мои двоюродные сестры, что понятно. Сразу показал, что мы все настроены на долгую жизнь в Ксанфе, а не просто так погостить приехали. Вообще верующие во Всеединого Бога настолько в него верят, что почти никогда не переходят в другую веру, но я не стал затягивать с этим процессом. Мне нужно получить максимальное благоденствие местной церкви, и поэтому дело легко вышло, особенно когда ты обрабатываешь ВНУШЕНИЕМ местных священников. Для них это тоже такое реальное достижение – перевести имперца в свою веру. Сестрам оказалось вообще не сложно перестроиться, ибо отличия в вере минимальны, сделаны только для того, чтобы немного разобщить верующих двух королевств после своей кровопролитной гражданской войны.
– Так что прошел всего месяц посещения местной основной церкви и вот в ней проходит свадебная церемония, где венчается баронесса Фиала Волерин и барон Пришвил. Настоящее имя его, как вы правильно понимаете, норр Итригил, никому больше уже совершенно не интересно. После венчания положенные здесь мероприятия, потом шикарный пир в большом замке с кучей гостей и нами всеми тоже, естественно, как гостями со стороны невесты. На самом пиру в замке присутствовал я с Кситой, Терек с остальными нашими людьми радовался жизни во дворе замка, заодно оценивая дружину барона и сами укрепления. Барон Пришвил оказался еще той невоздержанной скотиной, сильно заждавшись тела очень невинной по внешнему виду невесты и немного перепив, начал уже при нас демонстрировать свои садистские наклонности на самой невесте. Больно щипать, покусывать и всячески показывать, что ждет несчастную в его постели. Когда Фиала посмотрела в мою сторону и подала условленный знак, что жених уже разошелся совсем в край, я пристукнул его по сознанию, а так как времени с начала пира прошло уже немало, сам предложил проводить новобрачных в спальню замка, как здесь принято. Фиала взяла уже своего благоверного за руку, я скомандовал ему подниматься и молча топать с ней. Так мы проводили новобрачных в спальню, там девушка перехватила управление над бароном и за ними закрылась дверь, – вспоминает граф.
– А как все прошло дальше?
– Да довольно просто, барона Фиала связала по рукам и ногам, забила ему в рот большой кляп, так что он стонал и подвывал до самого утра, создавая у своих приближенных охранников перед дверями спальни ощущение, что неутомимо занимается любовью всю ночь. Ну и Фиала иногда вторила ему, когда появлялось желание позлить перекошенное лицо барона, лежащего рядом на кровати. Подонок все в общем понял про свою участь, но поделать уже ничего не смог, когда он начинал слишком громко стонать, мешая спать девушке, то получал по сознанию и отключался на какое-то время.
– И как выглядел его конец?
– Рано утром Фиала сняла с него веревки, оставив только кляп, держа барона, понятное дело, под своим ментальным контролем. Дала за пару часов пройти следам от веревок на руках и ногах барона, пришлось даже самой растирать для этого его руки. Перерезала шею молодой, припасенной заранее в спальне, курице, разлила кровь на простыню, сама измазалась в ней. После этого приказала ему раздеться до нижнего белья, да еще раскидать верхнюю одежду перед кроватью. Ну и после правильной подготовки громким испуганным голосом позвала стражу, которая ворвалась вместе со мной в спальню.
– А вы тоже там находились? Перед спальней?
– Как законный представитель фамилии. Попробовали бы мне что-то запретить его воины! – улыбается граф. – По местным понятиям я должен засвидетельствовать случившуюся потерю невинности! Как ближайший благородный родственник со стороны невесты!
– И что же вы там увидели? – смеюсь уже я.
– Да обычную такую картину, невесту, уже законную жену на окровавленной простыни в такой же окровавленной ночной сорочке, полуголого мужа на ней, тоже в перепачканном кровью нижнем белье, но только мертвого. Еще совсем теплого, ведь только что умер, это хорошо видно, бездыханное тело еще не имеет никаких признаков окоченения. Это стража хорошо поняла, когда принялась снимать неудачника с кровати.
– Фиала правильно все сыграла, талантливо показала такую потрясенную внезапной смертью мужа молодую вдову. Впрочем, так же хорошо, как перемешала мозги барону Пришвилу очень сильным ментальным ударом.
Глава 2
«Так, все пока примерно похоже идет», – как я и предполагал.
Легкое, незаметное глазу насилие при прочих сильно отвлекающих обстоятельствах, в которых никого не получится обвинить.
«Перестарался немолодой новобрачный при виде фантастических прелестей невинной, как бы, юной супруги – кто в этом виноват? Попробуй обвини огульно, здесь за такое обвинение отвечать требуется своей честью», – понятно мне.
Это понятные мне хорошо сверхспособности Обращенных, которыми пользуются люди тогда еще не графа, а просто имперского норра.
– И что же случилось дальше? Как я понимаю, привлечь своим прекрасным лицом и фактурным телом жениха-садиста оказалось совсем нетрудно, даже убить его без всяких видимых для посторонних зрителей следов получилось на раз-два? В самую такую пикантную минуту для всех случившихся очевидцев произошедшего, – констатирую я
– А вот, как потом отнеслась та же приближенная стража к его вполне понятной смерти? – есть у меня, о чем спросить графа. – И его наследники?
– А что тут скажешь? Явно видно, что ночь для самого не такого уж молодого барона прошла очень бурно. Дружинники из охраны его спальни подтвердили, что он наслаждался телом невесты почти всю ночь без передыху, ну, как они слышали и определили сами его невнятные стоны. Девственность невесты подтверждена окровавленной простыней, брак по всем местным понятиям признан полностью состоявшимся. Если бы невеста оказалась не девственницей, тут какие-то вопросы могли бы возникнуть, но об этом мы предусмотрительно позаботились. Теперь она официальная и законная баронесса Пришвил, значит наследует замок за своим мужем в случае его утраты. Тем более, как уже вероятно носящая ребенка от покойного барона. Стража в основном сильно обрадовалась поначалу, что вместо заметно страшноватого в своих непостижимых поступках барона ими теперь будет управлять молоденькая девчонка, которой они сами станут сразу же командовать.
Тут я сам улыбаюсь, видя ставшее очень довольным лицо графа во время рассказа.
– Ну, так они наивно надеялись несколько часов, пока мы с Тереком резко не вышли на первый план. Наследники у барона тоже имелись, но находились не так, чтобы в той стороне, при далекой столице обретались, поэтому особых проблем с ними сразу же не возникло. Терек тут же оказался назначен новой баронессой Пришвил старшим над стражей замка. После чего с моей деятельной непосредственной помощью выкинул пару особо приближенных к барону подонков с крепостной стены в ров, где они благополучно и утонули, остальных таких отправил в подземелье, освободив оттуда пару десятков измученных садистом крестьян.
– О, это реально благое дело! Значит рассказы о преступлениях барона Пришвил оказались не напраслиной? Это меняет дело на корню!
– Да, мы дали им право рассказывать всем про его издевательства, но потом оказалось, что в подвале они не просто сидели, а работали руками на производстве всякой мелочевки из дерева. Так что садист оказался еще и хитрым производителем, обвинял своих крестьян по любому поводу в каких-то прегрешениях перед собой, после чего сажал в свое подземелье бесплатно работать, некоторые там годами сидели.
– Так это оказались все проблемы с переходом замка под ваше управление?
– Нет, в самом замке после ликвидации пары старших воинов из стражи, в открытую бросивших нам вызов и изоляции еще троих их приятелей, которые повели себя явно скромнее, пришлось немного разобраться с управляющим. Впрочем, сам барон Пришвил под ментальным контролем Фиалы рассказал все интересующих новых хозяев сведения о своих делах, сколько имеет с владения и с чего именно, где хранятся деньги и основные бумаги, и даже о том вспомнил, где у управляющего замком спрятан его личный тайник с наворованным. Управляющего тоже пришлось на время понизить в должности, тайник конфисковать с последующим прощением при условии честной работы на благо новых хозяев, для чего сделать его помощником Вольчека и Фириума. Нам оказалось гораздо проще взять замок под свое полное управление, раз при себе имеется пара готовых разбираться с хозяйственной деятельностью весьма опытных по такому делу слуг и даже явный претендент на должность Старшего над дружиной. Дружина оказалась немного избыточна для такого владения, всего двадцать пять воинов по списку, как раз удаление пяти самых высокооплачиваемых из списка позволило серьезно уменьшить бюджет на оборону владения.
– А наследники как?
– Приехали потом, поговорили с нами, получили обещание каких-то выплат со временем и небольшие деньги сразу, чтобы не мешали жить и снова уехали. Поняли, что по закону им мало, что светит, поэтому удовольствовались небольшими деньгами. Но у барона оказались хорошо забитые продовольствием подвалы и хранилища, с владением он управлялся вполне умело, ну и выжимал все соки из своих забитых крестьян. Мы помогли освобожденным как раз с помощью больших запасов зерна и немного снизили подати в пользу замка. Этого вполне хватило молодой баронессе, чтобы обрести заметную популярность среди крестьян, которые теперь и не мечтают о лучшей хозяйке.
– И как после такого не явного, но весьма умно подстроенного захвата солидного владения отнеслась к новой хозяйке здешняя дворянская общественность? – теперь понятный такой вопрос от меня. – Тоже довольно важный аспект для будущей жизни?
– После первого такого случая вполне еще неплохо отнеслась. Почившего во время безудержного секса хозяина большая часть окрестных дворян все же заметно недолюбливала, так что бойкот нашей компании они объявлять не стали, тем более, что мы миром договорились с парой наследников. Но все же нарисовались идейные приятели барона Пришвила, всего трое таких нашлось, которые вместе с ним образовали когда-то военный союз и во всем поддерживали друг друга, вот они очень сильно выказывали нам свое недовольство. Пришлось мне одного даже зарубить на дуэли, причем очень сильного воина, после чего остальные быстро попритихли. Только получилась моя победа с определенным изъяном по исполнению, свидетели определенно заподозрили, что не просто так я противника победил. Не хватило мне личного умения на мече, чтобы обставить саму победу правдоподобно.
– Понятное дело, что сражаться с воспитанными с младых ногтей воинами нашему брату-попаданцу невозможно без определенных хитростей, – констатирую я. – Сам так не раз пользовался своей новой силой. В имперской армии меня неплохо так погоняли, но в поединках на мече я стараюсь не рисковать, использую каждый раз свои умения.
– Да, после такой проблемы сам стал брать личные уроки у Терека и со временем подтянулся до уровня рядового воина. Но дальше не стал заниматься, мы решили, что моя физическая сила и умения дают мне теперь и так возможность побеждать, просто с более правдоподобным видом. А то нужно по три-четыре часа тратить каждый день на тренировки, просто жаль столько времени спускать, да еще догнать тех же дворян по искусству владения мечом мне все равно очень трудно, – откровенно признает граф. – В любом случае такая дуэль слишком опасное событие без гарантированной победы, если проводить ее честно.
– Ну, честно пусть местные бьются, которые ничего такого в голове не имеют! – усмехаюсь я.
– И как дальше дела у вашего сплоченного сообщества пошли? – первую часть приключений команды попаданца я прослушал, но хочется узнать все остальное.
– Вот, хорошо уже пошли, стали мы все вместе жить-поживать в замке Пришвил, добра наживать, разумно управляя своим немалым хозяйством. Теперь появились желающие среди всех остальных баронов сразу же взять замуж молодую вдову, чтобы присоединить ее владение к своему, но нам оно, такое счастье, естественно, совсем не нужно. Чтобы снова из полноценных хозяев в бесправных приживалов превращаться. Только если снова поступать таким же криминальным образом, а это будет слишком вызывающе в любом случае для молодой баронессы Фиалы Пришвил. Зато через год нарисовался жених уже для Кситы, даже не один, тут уже пришлось делать выбор именно по стратегическим соображениям. Появились за это время у меня кое-какие далеко идущие идеи насчет города Варбурга и упрощенного пути из Империи через Вольные Баронства в столицу Ксанфа. Для этого оказалось необходимо забрать под себя одно из пограничных баронств, ну и большое графство с городом Варбургом, понятное дело, тоже, раз уж само баронство Пришвил оказалось между этим пограничным баронством и Варбургом. Поэтому Ксита остановила свой выбор, к всеобщему удивлению, на одном из бывших союзников барона Пришвила, на бароне Тельпин.
– И что, он тоже умер в первый же день после свадьбы? – опять улыбаюсь я.
– Нет, теперь на пятый день, но эта свадьба случилась уже через год после первой. Ксита за это время заметно окрепла в ментальных делах, поэтому даже без моей помощи, с только одной Фиалой, девушки смогли столько времени продержать барона под своим контролем. Он не то, чтобы оказался каким-то совсем моральным уродом, но к нам в общем относился сильно негативно, искренне переживая о погибшем друге и подозревая, что тут дело нечисто, – спокойно рассказывает граф. – Хотел в том числе разобраться со случившимся на свадьбе Фиалы. Нам это, конечно, тоже совсем не нравилось, поэтому решили убрать его со своего пути, чтобы забрать подходящее нам владение под себя.
– И что? – тут меня рассказ графа сильно заинтересовал. – Хотел отомстить за своего приятеля через такой брак?
– Да, очень хотел, поэтому сам весьма быстро и очень наглядно убедился, что дело и точно не чисто, благо все ночи проводил в связанном состоянии с тугим кляпом во рту. Зато днем появлялся с очень счастливым лицом перед своими людьми и производил впечатление восторженного молодожена. Оказались у него тоже какие-то низменные желания по отношению к своей избраннице, Ксита их удовлетворять не захотела ни разу, поэтому вместо первой брачной ночи взяла мужика под свой контроль. Опять же потерянная невинность была продемонстрирована всем благородным гостям. Фиала, на правах приехавшей погостить на свадьбу сестры, ей хорошо помогла с контролем, но на пятый день это затянувшееся положение им уже самим сильно надоело, поэтому барон тоже умер от разрыва сердца по официальному заключению.
– И как все пошло дальше?
– Мы опять же, совсем случайно, оказались рядом в этот момент, что и следовало ожидать, когда еще живой барон своим голосом приказал страже запустить мой отряд в свой замок. До этого момента напроситься на свадьбу мы не смогли никак из-за понятных опасений жениха и неприязненного к нам отношения. Помогли Ксите полноценно вступить во владение, официальных детей у прежде неженатого барона не оказалось в наличии, так что с одной стороны все прошло проще. В баронской дружине оказалось всего пятнадцать воинов, нормальных таких мужиков, половину отправили в замок Пришвил на перевоспитание, а оттуда приехали столько же наших воинов, уже хорошо все понимающих после муштры Терека. Фириум переехал в новый замок управляться по хозяйству, Вольчек остался у Фиалы вместе со мной, а Терек переехал к подруге снова служить старшим над стражей. Это пограничное владение с небольшим замком на неприступной скале сильно меньше первого, но дает много других возможностей, благо имеет общую границу с Вольными Баронствами. Только вот реакция остального благородного сообщества в этот раз оказалась сугубо негативной, до всех здешних дворян дошло, что как-то больно быстро мрут мужья моих двоюродных сестер. И поэтому больше желающих брать их в жены не нашлось! – смеется граф. – Нам в принципе больше уже и не нужно было.
– Значит, нахальные пришлые из Империи и соседнего королевства захватывают здесь лучшие куски? Так это все выглядит? У всех на глазах, прикрываясь узами браков?
– Да, конечно, так все и выглядит. Вокруг нас возникла конкретная такая стена отчуждения, понятно, что обвинить особо вообще не в чем молодых вдов, но все наши действия потом явно похожи на спланированный, планомерный захват чужих владений. На такой явный кошмар для каждого здесь благородного хозяина.
– Но это пока не объясняет никак, как вы, граф, сами стали графом Варбург?
– Да, графом мне пришлось тоже стать, но там уже без такого явного криминала обошлось. Сначала я для реализации своих планов устроился работать к сильно пожилому графу Варбургу помощником по хозяйству за небольшую плату, тщательно изучил его владение и понял, что для создания полноценного большого торгового порта-хаба нам требуется именно этот, единственный здесь около границы более-менее крупный город и беспрепятственный доступ более дешевых имперских товаров через наши владения в столицу королевства. Ну и с побережья королевства тоже есть чего везти в имперские земли, не считая еще сами Вольные Баронства, которые тоже кое-что покупают. Местные земли не особо плодородны, особого изобилия продуктов не создают, поэтому есть смысл развивать транзит, обработку и производство. Пришлось начать с ремонта дорог и устройства мостов через ручьи, чтобы заманить на нашу территорию весь поток транзитного транспорта. Со временем внесенные улучшения довольно быстро заработали, моя задумка удалась, но это вы сами уже хорошо разглядели, норр.
– А как прошло с графом? Ты женился на его дочери? – не понимаю я замысла графа.
– Ну, у графа Варбурга не было дочери, да и сыновей тоже уже не было, он их всех пережил. Имелись всякие племянники и прочие родственники, очень ждущие наследства от довольно пожилого графа. Пришлось воздействовать на него своим ВНУШЕНИЕМ, чтобы он особенно хорошо относился ко мне, пока я служил у графа и заодно присматривался к его владениям. Где можно поставить водяные мельницы, где разместить кузницы и всякие печи для плавки металла. А когда он стал совсем плох по здоровью, три года назад, начал пропадать из своего сознания, то уже незамедлительно перейти к экстремальному методу контроля. В общем за всего одну неделю я провернул свое официальное усыновление графом по положенному для такого дела строгому ритуалу, стал наследником солидного по размерам владения Варбург и самого города, правда, имеющего определенные права городского управления. Граф потом как-то сразу стал плох, даже без какого-то моего участия, слег в кровать и больше из нее вообще не вставал, но скончался только через полгода под нашим присмотром. А я с отрядом теперь верной мне стражи из замка Пришвил вступил в наследство и занял графский замок.
– Тоже вполне легальный способ оказался все-таки! – понимаю я.
– Графский замок оказался самый большой, сильно распоясавшейся за время безвластия стражи там нашлось аж шестьдесят воинов, пришлось снова размещаться со своими верными людьми и Тереком там заранее. Вычислили местных заводил, собрали в одном месте через взятого под свое ментальное управление старшего воина с целью устроить мятеж, потом всех просто перестреляли из арбалетов без лишних разговоров. Типа, официально подавили настоящий мятеж. После этого пришлось половину воинов отправлять по своим замкам, переварить графский замок оказалось не так просто даже с парой имеющихся владений. Теперь уже сюда переехал управляющим Вольчек, а старшим над дружиной стал опять же Терек. С нашими умениями все прошло без особых проблем, но пришлось еще раз вычислить самых недовольных новым владельцем дружинников и выгнать их из замка полностью безоружными. В общем в замке осталось сорок пять воинов, что больше соответствует правильному ведению дела, а теперь двадцать пять из них служат при городе.
– Ну, ничего не скажешь, очень ловкий ход, – пришлось признать мне. – Думал, что придется тоже через брак тебе действовать. Сначала хотя бы с Фиалой получить местное дворянство, а уже потом графской дочерью заняться.
– Нет, с двоюродными сестрами местная церковь венчать ни за что не станет, да и мой титул норра все же признается в этой части королевства без особых проблем, так что просто лишние хлопоты оказалась бы такая прописка. Пришлось пролить немало крови, но такого развития событий не удалось избежать. Учитывая общую шаткость нашего положения, показывать при этом какую-то нерешительность мне нельзя никак, – объясняет мне граф.
– Обошелся в этот раз без лишней суеты и убийств, пришлось подождать три года, честно служа графу и став у него незаменимым человеком. Потом сам граф начал как-то стремительно впадать в деменцию, наверно из-за перенесенного микроинсульта, а я решил немного поуправлять его сознанием, чтобы хапнуть такой лакомый кусок, – объясняет мой соплеменник. – Изучил за это время все легальные возможности и воспользовался одной из них. Местный дворянин имеет право выбрать себе наследника из дворян, если прямых наследников мужского пола у него не осталось.
– И как это пережили местные дворяне? – спрашиваю я, уже зная ответ.
– Очень плохо пережили и сейчас все еще переживают, но пока открыто воевать не лезут, а я лишнего не нарываюсь, – отвечает граф и зовет меня на прогулку. – Прокатимся, уважаемый норр Итригил, пора показаться моим горожанам после долгого путешествия в столицу королевства.
Граф считает жителей города своими людьми, настоящий крепкий хозяйственник.
Вскоре мы выезжаем из дворца с десятком дружинников за спиной, по дороге я внимательно изучаю отношение от прохожих и прочих местных жителей к самому графу. В основном положительное такое внимание к нашему каравану, но изредка проскальзывают сильно негативные эмоции от разных по своему внешнему виду людей.
Специально предупредил графа, что займусь сканированием эмоций горожан и запомню всех особо недовольных.
Когда мы выезжаем из города, я из хвоста процессии приближаюсь к графу и рассказываю ему про свои ощущения.
– Есть такое дело, норр Итригил. Варбург имел свое городское управление и пока старый граф все больше упускал власть из своих рук, в нем устроили свою личную мафию три самых богатых и влиятельных семейства. Подавили различными способами всех своих конкурентов и начали править невозбранно только сами одни. Пришлось провести целую операцию, сначала завербовать пару людей из ближних этих семей, чтобы получить всю нужную информацию. Потом создать законный повод и наехать силовым путем, беспощадно перебить сопротивляющихся членов семей с верными им людьми. Крови пролилось немало, но на полное примирение после того, как я буквально всех выживших жестко ограбил – рассчитывать не приходится. Остальные теперь открыто не выступают, но какое-то определенное сопротивление моей власти имеется. Но другого выбора у меня просто не было, нужно было лишить оппозицию финансов и по крутому проставиться королю.
– Вы, граф, хозяин земли, чтобы терпеть какую-то явную оппозицию в своем главном владении – это совсем наивным нужно быть! – поддерживаю я графа.
– Вот и я так решил. А бороться с богатейшими семьями, которые тут всем рулят, гораздо труднее, чем с уже полностью бедными, у которых все беспощадно отняли. Три больших дома, которые сдаются в городе – это все бывшая собственность этих семей. Местные боятся туда заселяться пока, верные люди у бывших богатеев остались, отомстить могут и даже грозятся.
– Ну, вряд ли обычные горожане попробуют как-то отыграться на благородном имперском норре со своей стражей. Однако предупрежу своих людей, чтобы никого не жалели и жестко допрашивали всех пленников, кто и зачем их послал гадить новому владельцу, – говорю графу.
Да уж, сурово тут граф по своим потенциальным избирателям прошелся, можно сказать, что мечом и огнем. Но все абсолютно правильно по местным понятиям, или ты нагибаешь сам, или стараются тебя нагнуть, другого здесь не дано.
Вот показывает себя коварным и беспощадным властителем, а остальные бароны очень внимательно смотрят и на ус наматывают.
– Если есть сила воли и умение ее реализовать, пока подождем в открытую схлестываться с этим выскочкой, думают про себя, наверно, – высказываю я свое мнение графу.
– Значит, есть недоброжелатели у вас, а теперь и у меня тоже, раз мы по жизни крепко-накрепко связаны, ваше сиятельство. Проще их собрать, да и отправить на принудительные работы, чтобы через тяжкий физический труд на грани выживания выбить всякие нехорошие мысли из бедовых головушек, – предлагаю я графу. – Как-то многовато их в городе осталось, как я сейчас все прочувствовал, как бы не договорились со временем между собой и не подняли мятеж. А их дома отдать самым ловким торговцам с рынка, которые будут вам по гроб жизни благодарны.
– Обязательно так и поступим, норр Итригил, – обещает мне граф.
После этого мы целый день катаемся по его владениям, он показывает мне поля, кузницы, плавильные печи и водяные мельницы, всего такого добра на территории графства довольно много оказалось, но все еще в такой начальной стадии разворачивания.
Только плавильные печи все местного стандарта, такие, которые каждый раз из-за новой крицы ломать нужно.
Бесперспективное такое дело для успешного производства и торговли потом с особо высокой прибылью.
– Эх, не прогрессор мой земляк, явно, что такого широкого технического кругозора не имеет, – понимаю я довольно быстро.
Поэтому я подробно рассказываю графу про мое производство, как водяные колеса активно воздух в каталонские горны качали, как увеличившийся в десятки раз непрерывный поток качественного железа со сталью снизил его себестоимость примерно в три-пять, а то и десять раз.
– Так вы сможете, норр Итригил, запустить подобное производство у меня? – интересуется граф после окончания моего рассказа.
– Смогу, ваше сиятельство, но только пока проблема у нас имеется серьезная, нет смысла пока ничем таким заниматься, – приходится разочаровать своего брата, уже очень высокопоставленного попаданца.
– Это из-за возможного появления здесь шпионов Империи? – сразу же догадывается он.
– И из-за них, конечно, в первую очередь. Сами понимаете, только что такие каталонские печи начали заваливать имперские рынки своими качественными изделиями из одного такого особенного Баронства, как обнаружила Тварь. Как уже отсюда пойдет поток таких же самых изделий. Если даже каким-то чудом Слуги Всеединого Бога не обнаружат здесь людей с СИСТЕМОЙ от своего конкурента в головах, то именно такая продукция выдаст мое новое местонахождение сразу же. Но ведь они нас точно обнаружат, если только мы не попрячемся по замкам и не станем там безвылазно сидеть годами.
– Да, это будет явный сигнал, что вы, со своими потрясающими основы Империи знаниями, уехали очень недалеко от прежнего места жительства, – соглашается граф Варбург.
– Сколько у вас здесь Одаренных?
– Да все те же, Ксита с Фиалой, Терек с Сульфаром, Вольчек с Фириумом, один старший стражи в замке. Я еще одного уважаемого горожанина по имени Бургер обратил, когда его немощь разбила полностью. Так что во главе городского собрания теперь стоит верный мне человек. Только он и Терек постоянно в Варбурге мелькают по служебным обязанностям, их точно вычислят самыми первыми Слуги и сообщат своей Твари. Так ведь, норр Итригил?
– Несомненно, ваше сиятельство! Если она передаст им такую возможность! Что в принципе и должна сделать.
– Нам бы, ваше сиятельство, осмотреть все ваши земли пока, проехаться по графству и обоим баронствам. И еще серьезно обсудить имеющиеся перед нами пути для спасения своих жизней и жизней всех наших людей.
Глава 3
Первый совместный день в поездке ушел на мое знакомство с графством, заодно сам граф посещает работающие производства и знакомится с делами.
– Многим кузнецам и ремесленникам я сам выделил деньги на постройку и запуск своего дела! Теперь вот нужно проверить, как идут дела, не пропили ли мои деньги? Приходится так постоянно поступать, чтобы переманить знающих людей в новые места, где их раньше никогда особо много не имелось, – объясняет он мне свои нужды.
Да, мастеровитые и рукастые люди нуждаются в определенной опеке со стороны власти, если хочешь переманить их в свое владение. Хорошо, что в здешних местах еще нет особого закабаления крестьян и мастеровых, как в той же Империи, поэтому можно переманивать мастеров, пусть и с заметным неудовольствием соседей.
Чтобы потом начали приносить прибыль, придется сначала вложиться и, может быть, что потерять деньги.
