Я впервые видела заражённого бешенством. Родителям ещё хуже. Они его знают, любят. Не так давно они обедали за одним столом, играли, книги читали. А сейчас этот мальчишка, вряд ли ему больше шести, мечется и бросается на пустоту. Страшно. Но Ник спасёт его. Обязательно!
Прошло минут пять, прежде чем мальчик упал на колени. Когда он повалился набок и затих, Никониэль скомандовал:
– Подождём ещё минут десять и пойдём. Нужно одеяло, есть у вас?
– Да, я сейчас!
Девушка выскочила на улицу, а отец, подойдя к мальчику, присел возле него на корточки и, убрав прядь его волос, вздохнул.
– Смешно. Теперь даже просто прикосновение к своему ребёнку – уже счастье. – Он посмотрел на меня. – Можете осуждать, но с появлением малыша вы поймёте, что готовы скрывать его от всего мира.
Мы с Никониэлем переглянулись, но прежде, чем кто-то придумал ответ, вернулась мать, неся шапочку и объёмное одеяло с ярко-синими мячиками.
Никониэль коснулся шеи Энджи, считая пульс. Посмотрел на обоих родителей и кивнул.
– Порядок. Он может рычать или вскрикивать по пути, это нормально. Пойдёмте.
Мужчина хотел взять на руки ребёнка, но волчица не позволила. Никониэль провёл нас какими-то другими, более приятными проулками до машины. Они сели на заднее сидение, обнимая и поглаживая сына.
Я пыталась представить их чувства. Будь у меня ребёнок, что бы я сделала? Оборотни заводят семьи, но, чтобы выжить в Эдхарле, маленький должен стать частью системы. Если хозяин достаточно добрый, он выкупает контракт кадета, и после выпуска семья воссоединяется. Такое случается нечасто.
Трудностей, к счастью, не возникло. Никониэль быстро, но плавно вёл машину, успевая махать прохожим, когда мы притормаживали на перекрёстках. Когда приехали к дому, он оставил машину посреди двора и выскочил первым.
– Я всё подготовлю. Мисс Иви, проводите всех в мою лабораторию.
Кивнув, я дождалась, когда семейство выберется, и махнула рукой, направляясь к парадному входу.
Ник умчался вперёд, а я невольно прикусила губу. Тут пыльно. Надо бы прибраться. Обязательно займусь, а то неловко перед гостями.
– А я ведь не встречалась с господином Бетани лично, – призналась волчица, когда мы вошли в гостиную и направились к кухне. – Меня просто… хозяйка в подвале держала, выпускала только работать. Когда сильно заболела, решила усыпить. И потом внезапно мне сообщают, что меня выкупил господин Бетани и я еду в Орбег-Айс, где меня уже ждёт не только врач, но и… дом.
– Спасибо историям про эльфов, заставляющим их бояться, – улыбнулась я. – Он добрый. Хотя иногда выглядит пугающе.
– Та «прекрасная леди», которая заразила моего малыша – тоже эльф, он говорил. Так что истории правдивы, – фыркнула девушка.
Час от часу…
– Разберёмся.
Мы спустились по лестнице, и я толкнула дверь лаборатории со словами:
– Сейчас будем заниматься Энджелом.
Глава 24
Следующие две недели тянулись одинаково. Ник практически не выходил из лаборатории и пил столько кофе, что мне пришлось отправиться в город и купить ещё мешок. Он выходил только чтобы собственноручно сварить особо питательный бульон для мальчика.
Я бы порадовалась такой самоотверженности, но сам Никониэль превратился в скелет с безумно горящими серебром глазами. Как ему помочь, я не знала.
Волки тоже не вылезали из подвала, а все команды в духе «принеси-подай» они выполняли раньше меня. От безделья я понемногу приводила в дом порядок и готовила еду, но ели её только гости.
В один из таких вечеров Мика, так звали волчицу, которую сейчас сменил Рэй, отложила вилку и пристально посмотрела на меня, откинувшись на спинку кресла.
– Что? – я дёрнула ухом. – Пересолила?
– Энджи уже поднимается. Говорит, даже читает.
Мика сказала это радостно, но как-то странно. Будто за этими словами стоит ещё что-то.
– Это же здорово. Он не стал диким. Значит, лекарство работает и скоро мир изменится.
– Только если на нашей стороне всё так же будет сражаться господин Бетани, – Мика дёрнула ухом. – Но, сама понимаешь, он не только добрый и умный. А ещё богатый, красивый, влиятельный и молодой. Как считаешь, он привлекает женщин?
Меня насторожило направление разговора. Надеюсь, она не засланный агент Хакана, следящий за выполнением «задания».
– К чему ты клонишь?
– Уже завтра сюда может войти новая миссис Бетани, вот к чему. И что нас ждёт? Он создал практически идеальное безопасное место, но всё может рухнуть в одночасье.
– Никониэль в состоянии отстаивать свои интересы.
Мика фыркнула.
– Ты явно не знаешь, что такое брак. Мужчина и сам не заметит, как начнёт делать то, что хочет жена.
– И что ты предлагаешь? – я прижала уши.
– Можно морально готовиться к тому, что будет жесть. Ты, кстати, попадёшь первая. Любая женщина не одобрит красивую девушку рядом со своим мужчиной. К Никониэлю тебя больше никто не подпустит.
– Можешь пропустить эту нагнетающую вступительную часть, – я закатила глаза. – Чего хочешь? Чтобы я травила приходящих сюда женщин?
– Чтобы ты начала шевелить мозгами! – Мика схватила меня за руку. – У тебя единственной есть шанс помочь всем нам!
– Снова об этом! – Я вытянула руку из её пальцев.
– Что значит «снова»? – изогнула бровь Мика, а после отмахнулась. – Что ж, я поняла твою позицию: плыть по течению. Ясно. Тогда говорить не о чем. Попробуем что-то другое. Не знаю… – она задумалась и вдруг щёлкнула пальцами. – Виктория, ну конечно. Правда, человек, но в некотором смысле это даже надёжнее.
– Что? Это кто? – всполошилась я.
– А разве она ещё не приходила? – наморщила лоб волчица. – Впрочем, с чего такие вопросы? Тебе ведь всё равно.
– А ты умеешь общаться без завуалированных намёков и прямо говорить, чего хочешь? – Я сложила руки на груди.
Вот ещё истеричка, у которой ненависть к эльфам переключается по щелчку пальцев, учить меня будет.
– Я ничего от тебя не хочу. Прямо спросила – будешь пытаться Бетани охмурить? Ты меня послала, – волчица повела плечом. – Да, он приятный парень, спаситель моего ребёнка, но именно поэтому я хочу сделать всё, чтобы он остался на нашей стороне. Пусть обман и его использование. Насколько я знаю, он привык быть один, и на искреннюю любовь и привязанность даже надеяться не будет.
– Вот это меня и раздражает! – со злостью огрызнулась я. – Попытка использовать его. Не понимаешь? Хотя с чего бы. Я же тоже оборотень, мы привыкли, что есть те, кто использует, и тот, кого используют. Может, он потому и один живёт в обществе, в котором это норма. И никому не интересно, что он на самом деле думает.
– Ты серьёзно? – Мика округлила глаза. – Да плевать мне, что он думает! Мне нужно выжить и спасти семью. Как и всем нам. Ты из какого мира к нам явилась – сахарной ваты и розовых блёсток?!
– Видимо так, – фыркнула я.
Забрав наполнившийся кофейник, резко повернула к лестнице, злясь на весь мир. Это кошмар какой-то. Теперь, после этого разговора, я и сама была не уверена в том, из какого мира я сюда попала. Вроде бы мы жили в одних условиях, Мика тоже училась в академии. Отличие в том, что она успела пообщаться с первым хозяином, а я почти нет. В этом всё дело?
Перед дверью лаборатории я остановилась, испугавшись своей мысли. Стоит ли Никониэлю спасать нас? Ведь таких, как Мика, Хакан – слишком много. Одни спокойнее, другие агрессивнее. Я начинаю понимать, почему его пытались отравить. И почему та эльфийка, которую мы так и не обсудили, пыталась уничтожить город через мальчика. Ник придумал что-то на этот случай? Он сумеет сдержать агрессию?
Мотнув головой, я толкнула дверь и спрятала тревогу под улыбкой.
Никониэль держал в руках две пробирки – с ярко-жёлтой жидкостью и с ядовито-красной. Рассказывая о чём-то, он по очереди капал из каждой в пузатую пробирку с кипящей водой, которая стояла над зажжённой горелкой. Отца Энджи я заметила на диване уснувшим. Произошедшие сильно его вымотало.
– Это и называется – реакция, – закончил Ник.
Мальчик, всё ещё бледноватый, но без намека на одичалость, стоял рядом и смотрел на Ника круглыми глазами. В себя он пришёл на третий день, но потом лежал почти неделю. А теперь стоит. Поразительно.
– Мистер Бетани! – выдохнул он. – Это ведь даже лучше, чем магия в книжках.
– Именно, – Ник оглянулся, радостно кивнул. – Потому что с магией в книгах всегда много условностей. То она действует, то нет. В какой-то момент герой использует очень мощное заклинание, а после, будто забывая о нём, больше никогда не произносит. Или находится злодей, который умеет им пользоваться гораздо лучше. А наука стабильна, как и её законы. Если ты бросишь предмет на землю – обязательно упадёт. Если лишить пламя кислорода, – прижал огонь на грелке толстой тряпкой, а после поднял, – погаснет. Сочетание уксуса и соды шипит – это лишь крупицы знаний, которые ты, собирая и подставляя, как бесконечную мозаику, можешь превратить в нечто прекрасное.
Ник сгрёб ещё пару мензурок и капнул в общую пробирку. Та снова забурлила, заискрилась всеми цветами радуги.
– Энджи, как ты сегодня? – я нашла кружку Никониэля среди заваленного не пойми чем лабораторного стола. Лучше её помыть. – Хочешь чего-нибудь?
– Нет! Мистер Бетани ещё опыты обещал показать! Смотрите, что мы уже делали, – он показал плотный полиэтиленовый пакетик с водой. Из него торчали карандаши, которые его пробили, но вода не вытекла.
– Здорово, – оценила я, коснувшись плёнки пальцем. – Ты запомнил, почему так?
– Ну… это из-за таких маленьких штук, – Энджи на миг задумался, а после неуверенно посмотрел на Ника. – Молекулы, да?
Тот улыбнулся и кивнул. Мальчик приободрился.
– Они затягиваются вокруг карандашей. А вот если бы мы сначала воткнули карандаш, а после наполнили пакет, он бы непременно протёк.
– Да, – Ник снова улыбнулся. – Мисс Иви, полагаю… – он закашлялся, а после продолжил чуть более хрипло. – Полагаю, этот молодой джентльмен опередит и превзойдёт все мои достижения. Поэтому заранее капитулирую и признаю свою несостоятельность.
Я вымыла кружку в раковине для пробирок.
– Мистер Бетани так красиво говорит, да? – восхитился Энджи. – А ещё он разрешил приходить и читать в библиотеке всё, что захочу. Да, я умею, – важно подчеркнул он, а после просиял. – Первое, что я изобрету – тоже лекарство.
– Благородный выбор, – Ник кивнул. – От какой болезни?
– Как же? – изумился мальчик. – От вашей, господин. Чтобы никогда не кашляли и спокойно могли есть мороженое.
Я улыбнулась, но внутри всё сжалось. Значит, это вижу не только я. И радостно, и грустно, что лишь дети искренне желают помочь.
– Уверен, такая вакцина по плечу лишь будущему профессору Энджелу.
Ник мягко посмеялся, пожав руку мальчику, но тут же отступил, чтобы снов кашлянуть.
– И что? Не хотите помочь коллеге? – я наполнила его кружку кофе.
Никониэль посмотрел на пробирки.
– Уже пытаюсь. Пусть косвенно, но надёжно.
– Надо не косвенно, а целенаправленно, – выразительно посмотрела на него. – Меня тоже запишите в команду. Вдруг чем смогу помочь?
– Вы, мисс Иви, помогаете и вдохновляет уже одним своим присутствием, – Никониэль улыбнулся и вдруг зашёлся резким надрывным кашлем.
Я хотела подать ему кружку, но поставила на стол и подбежала ближе, прижав уши. Я слышала, как менялся кашель всё это время, и теперь звучало совсем плохо.
– Ник, – погладила по спине, не зная, что сделать. – Как помочь? Что принести?
Он не ответил. Согнулся пополам, схватился за край стола и зашёлся ещё более диким кашлем, а после повалился на пол.
Вот блин!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
