Если разобрать весь наш брак по кирпичику, можно легко понять, кто из нас был верен до конца. Я ни разу не давала даже повода думать обо мне в таком ключе. Я презираю флирт, презираю выход за рамки. Я отдаю столько же, сколько хочу получить взамен. Мне всегда казалось, что именно это Леша уважал во мне в первую очередь.
Я не думала о других мужчинах, и мне это не было интересно.
А теперь, выслушиваю обвинения, еще и от кого? От самого изменника! Интересно, говорил ли он серьезно? Или просто пытался меня оскорбить? Привнести в мои мысли хаос?
Другими словами: верил ли он сам в то, о чем говорил? Хотел обидеть или и правда нашелся человек, который заставил его думать именно так? Леша всегда мыслил крайне рационально. Но тогда его мозг не был отравлен всей этой любовной чушью.
Это выматывает. Я эмоциональный человек, факт. Люблю вкладывать эмоции в то, чем занимаюсь. И, видимо отдаю их тоже слишком много.
Хотела же закончить миром. Даже несмотря на его свинский поступок. Но нет, теперь точно никакого соглашения.
Исподлобья смотрю на мужчину напротив.
Надеюсь, Олег Викторович не приукрашивал заслуги своего сына. Я знаю своего мужа. Он пойдет на все, чтобы не оставить мне ни копейки. И мне понадобится опытный и умный адвокат, чтобы сразиться с моим мужем.
На самом деле за слова и поведение Алексея мне перед Сергеем Олеговичем стыдно. Но я пытаюсь проглотить это все. Переварить.
Глубоко дышу. А потом слышу, что адвокат поднимается с места.
– Простите, – киваю, чувствуя себя лучше и благодаря его за спокойное ожидание.
– Успокойтесь, Ирина, – отвечает он и быстро выходит из кабинета.
Я открываю рот, чтобы извиниться, запротестовать и попросить вернуться, но слышу, как он просит для меня воды.
– Ладно, – бормочу себе под нос.
Сергей Олегович возвращается на свое место. Через секунду входит Лена и ставит перед нами по стакану воды, обеспокоенно глядя на меня.
– Все в порядке?
– Да, конечно. Спасибо.
Делая глоток, смотрю на Сергея Олеговича. Сталкиваюсь с ним взглядом, когда он делает то же самое.
Чувствуя неловкость, отвожу глаза и отодвигаю стакан.
– Все, что он сказал, – бред, – считаю себя обязанной внести ясность.
Он молча кивает.
– От плана я не отказываюсь, как и сказала ранее. Но сначала я подожду вашу информацию. Слишком многое сложилось в его пользу. У меня появились важные вопросы. К примеру, почему дети так поступили? С чего Алексей так уверен, что я ему изменила?
– Можете положиться на меня, Ирина. – Он наклоняется к столу и кладет на него руки. – Я представляю, что мой отец мог сказать обо мне. И понимаю, что вы готовы разделить сказанное на два. Но поверьте: руки у меня длинные. Есть инструменты давления на таких, как ваш муж, и нужный опыт. Отец посоветовал обратиться ко мне не просто так.
Адвокат просит меня записать номер телефона мужа, имя и адрес дома с офисом. Когда я продвигаю к нему листок, он кладет его во внутренний карман пиджака, поднимается и, попрощавшись, идет к двери.
Открыв створку, он почему-то медлит, а потом разворачивается и говорит:
– Прежде всего, давайте перейдем на «ты».
Киваю, соглашаясь.
– Так будет проще во всем, – поясняет он. – У меня есть твой номер телефона. Полагаю, если понадобится уточняющая информация, я могу тебе позвонить или написать в любое время?
– Конечно.
– Тогда на сегодня точно все. И мой совет – не переживай и держи эмоции под контролем. Всего доброго.
– И тебе, – отвечаю, немного удивляясь его «совету», когда он уже фактически скрылся за дверью.
Некоторое время думаю о разводе, и это нервирует. Я не могу позволить себе такие вещи. Раньше мне казалось, что я умею четко разделять “внутреннюю” себя на деловую женщину в офисе и жену и мать – дома. Умела, пока не пошатнулась одна из основ, составляющих мою личность.
К обеду приезжает сестра. Я слышу ее задолго до того, как она вваливается в кабинет.
– Не злись. – Карина выставляет руку и проходит к столу. – Я переживала за тебя. Мало кому удается работать, когда кругом такой бардак.
Усмехаюсь, оставляя в покое документы.
– Ты прав. У меня просто все валится из рук. Ненавижу быть такой.
– Знаю. Но и отдыхать ты тоже не захочешь.
– Не захочу.
– Поэтому тебе придется взять себя в руки.
– Дело именно в этом, Карин. Я вроде не так чтобы расклеилась, но все равно ничего не выходит.
– Мне ли не знать, что происходит с людьми после того, как их в пропасть толкают близкие люди?
Грустно смотрю на сестру, но вижу лишь улыбку.
– Не хочу, чтобы ты переживала из-за тех, кто этого недостоин.
– Я встречалась с адвокатом.
– А вот это по-настоящему хорошие новости. Что в итоге решили?
– Решили, что Леша мудак. И что я заберу все, что причитается мне по закону.
Сестра смотрит, выпучив глаза, затем, начинает громко смеяться и хлопать в ладоши.
– Ну ничего себе! Кто этот мужчина, сумевший тебя переубедить? Я хочу его поблагодарить.
– Поверь, – усмехаюсь, – он в этом решении виновен лишь наполовину. Ты еще не все знаешь.
– Правда?
– Мне позвонил Леша и обвинил в измене.
– Какой измене? Той самой? – Сестра шокированно смотрит на меня.
– Ага. Заявил, что знает о моем «новом хахале». Угрожал, чтобы не лезла к детям, и, разумеется, ни на что не претендовала. Иначе заберет все, что у меня есть.
– Матерь божья! – Карина прикладывает руки к груди. – Может, он головой ударился и звонил из больницы? Что за подонок такой!
– По-моему, его били по голове все эти годы. Вот и выбили все мозги, – усмехаюсь.
– Нет, я все понимаю, Ир. Придумать можно что угодно. Но почему именно это?
– И я задумалась. Адвокат пообещал за ним проследить. В итоге мы все выясним.
– Ой, а это хорошая идея, между прочим.
– Согласна. Главное, чтобы дала результаты.
– Не переживай, он свое еще получит. Ему прилетит не только бумеранг, вот увидишь. Поймет потом, пожалеет.
– Да я не сомневаюсь. Только это будет потом, Карин… – Я чувствую, что размякаю, и сквозь надетую броню просачивается боль. – Только как пережить все это именно сейчас? Я же прекрасно понимаю, что ничего не осталось. Ни чувств, ни семьи… Ни капли любви к этому человеку! Все просто уничтожено. Но эти его слова… они так сильно задевают… Я не хочу каждый раз приходить в себя после этих перепалок. Хочу, чтобы тут, – указываю на левую сторону груди, – все отключилось. Сразу. Так же, как мы становимся чужими друг другу, когда ставим подпись в документах о расторжении брака.
Сестра поджимает губы и подходит ко мне. Обнимает и гладит по спине.
– Это тоже пройдет, сестренка. Вот увидишь. Воспаришь еще, милая.
После ухода сестры я беру себя в руки и принимаюсь за работу. На сайте фирмы выставляю новые мотивы, которые в ближайшее время будут популярны в интерьере. Обновляю статьи картинками из проектов, что мы завершили не так давно. И к вечеру радуюсь тому, что все же удалось серьезно разобраться с делами.
Собираясь, кладу в сумку документы, с которыми хотела поработать дома, и принимаюсь искать ноутбук. Была уверена, что оставила его в офисе, но почему-то не нахожу.
– Проклятье, – стону уныло, потому что понимаю, где он может находиться.
Попрощавшись с Леной, выхожу из офиса, все еще размышляя о том, что необходимо съездить за ноутбуком. Плюс забрать другие свои вещи. То есть вернуться в тот самый дом, куда совершенно не хочется ехать.
Разблокировав машину, открываю заднюю дверь и оставляю на сиденье сумку. А вернувшись к водительской двери, вижу буквально в десяти метрах парня моей дочери. Он стоит в обнимку с другой девкой и целует ее.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
