– Вы немного повысили голос, капитан, – испугался Артем. – Я сказал что-то не то?
– Не буду ходить вокруг да около, – ответил Тэг. – Мы не можем официально принять тебя в нашу команду, потому что с нами нет Леви. Он жив, но не способен принимать решения, и потому об официальном приеме можно забыть, и когда он будет пока что вообще неизвестно. Но мы можем принять тебя неофициально, кодекс космических пиратов такое позволяет. Трое дали согласие по поводу твоей кандидатуры и голос Леви по сути ничего не решает, но без него все равно никак. Но вступительное испытание можно устроить и без него. И если ты пройдешь его, то ты можешь быть членом нашей команды. Полноценным! И когда Леви вернется, то ты будешь и официальным. Понимаешь меня?
Артем медленно кивнул. Он обдумывал сказанное, это было хорошо заметно. И глядя на него Тэг мысленно улыбался. Кодекс космических пиратов – и выдумал же! И про согласие он тоже выдумал. Да, они обсуждали втроем кандидатуру Артема, но главное решение всегда за капитаном. Только он может командовать и что-то решать на этом корабле. Так было всегда, и так всегда останется!
– Испытание? – наконец-то спросил землянин после минуты молчания. – Я могу узнать что это за испытание?
Капитан Тэг покачал головой:
– Нет, потому что даже я не знаю, что за испытание тебя ждет. Мы летели в Берлогу Пиратов, но теперь вынуждены изменить курс. Это будет случайная планета, на которой мы попытаемся отыскать что-то, что принесет нам хотя бы минимальный доход. Увы, но наше последнее дело закончилось неудачей и поэтому нам придется зарабатывать самым примитивным способом. Это будет поиск вслепую, потому что удача в таких делал очень капризна. Ты готов прожить на неизвестной планете и возможно в далеко не райских условиях месяц, а может и значительно больше?
Артем округлил глаза:
– Сколько? Месяц? Почему так долго?
Капитан улыбнулся:
– Это не долго, парень. Поверь, это совсем не долго.
– Тогда я должен спросить – долго это сколько? – Артем надеялся, что это шутка, но по лицу капитана было заметно, что шутить он вообще не любитель. И обманывать такой человек тоже бы стал.
– Возможно и год, – ответил Тэг. И ответ его прозвучал как нечто привычное, будто это являлось нормой.
Подумав, Артем решил уточнить:
– У меня есть варианты? Если я откажусь, то что тогда? Я больше не кандидат в вашу команду?
Тэг почти незаметно усмехнулся и кивнул:
– Верно, ты больше не будешь кандидатом в нашу команду. И мы высадим тебя сразу же, как у нас появится такая возможность. И твоё дальнейшее существование – это только твоя проблема. Даю сутки на обдумывание, а затем я жду ответа. Подумай, чего ты хочешь, землянин. Подумай хорошенько…
?
– Землянин со вчера не выходит из своей комнаты. – Баскр вошел в пункт управления кораблем и как обычно сел прямо на пол. – Капитан, что такого вы ему рассказали? Чем-то напугали?
– Нет, – ответил Тэг, прокладывающий новый маршрут. – Ничего особо страшного я ему не рассказывал. Предложил пройти испытание, которое нужно обязательно пройти, чтобы оказаться в нашей команде.
Баскр округлил два глаза, техник Тэис один. И почти одновременно оба спросили:
– У нас новые правила?
– Типа того, – ответил капитан. – Во время разговора pземлянин сильно возмущался тем, что мы нищие. Много думает о деньгах этот парень, это мне не понравилось, и потому я решил его проверить.
– А нас тоже проверять будете? – испуганно спросил Баскр. – А вдруг я не справлюсь и что тогда? Изгнание?
– Тэис, я сменил координаты, можешь работать, – сказал капитан Тэг и повернулся к инхарцу. – Баскр, испытание только для Артема, мы должны проверить его в различных ситуациях. И для этого мы летим не в Берлогу Пиратов, а на Паскурану. К одноглазому Пэту в гости наведаемся, проведаем одноглазого уродца. Он до конца своей жизни в долгу передо мной, поэтому поможет нам деньгами и координатами. Этот гавнюк знает много мест, где можно неплохо поживиться.
– Проведаем одноглазого уродца, как же это мило звучит, – тихо сказал Тэис, а затем нормальным голосом добавил: – Несси изменила направление движения. Плюс сутки пребывания в подпространстве, капитан.
– Спасибо, Тэис, – ответил Тэг и вновь переключился на инхарца. – Не задавай лишних вопросов, Баскр. Просто доверься мне. Я намеренно не раскрываю всех деталей своего плана. Обещаю вам, что будет интересно. Вы же любите шоу…
?
Паскурана. Планета-пустыня с жестоким климатом. Когда-то давно процветающий мир, а теперь пристанище работорговцев, контрабандистов и пиратов. Артем не мог представить, что будущее станет таким жестоким. Но он уже решил, что испытание будет пройдено! Да, он не сомневается, что будет сложно. Но он так же не сомневается в том, что справится. Иначе нельзя!
Несколько дней назад Артем дал согласие пройти испытание. И с этого момента команда корабля отправила его в максимальный игнор. И помимо игнора они всячески избегали с ним встреч. А Тэис, который никогда не покидал пункта управления, просто заперся в нем и до конца полета так и не открыл эту широкую и уползающую в стену дверь.
Но стоило кораблю выйти из подпространства и команда вновь стала разговорчивой. Если это были традиции испытания, то Артем может сказать о них только одно – они абсолютно глупые.
Пока корабль летел к поверхности планеты, а длилось это всего чуть больше получаса, капитан Тэг ввёл землянина в курс дела.
Их целью был некий одноглазый Пэт, который знал планеты, на которых можно было неплохо поживиться. Но проживал этот тип в городе работорговцев и там имелась бесполётная зона, которую категорически не следовало пересекать и потому корабль сел почти в сотне километров от Паскурата, крупнейшего города планеты Паскурана.
Просто сидеть возле корабля и охранять его. Сидеть снаружи, вооруженным каким-то примитивным оружием, которое не убивает, а только парализует. И в чём, спрашивается, смысл, если можно делать то же самое прямо из летающей тарелки? Тарелки, которая как оказалось значительно больше, чем Артем предположил на берегу реки. Диаметр был не сорок-пятьдесят метров, а все восемьдесят. И высотой, стоя на погрузившихся в песок опорах, Несси была не меньше тридцати метров. Она была гигантской и всем своим видом внушала надёжность.
Несси, скалы и песок – это были единственные достопримечательности, на которые Землянин мог поглазеть на Паскуране. Но совсем худо не было, у Артема имелся приличный запас рыбных консерв и питательного концентрата, палатка с маленьким, но способным на многое модулем контроля климата, и канистра с водой. Ну и парализатор, который сильно напоминал самый обычный земной пистолет, но только он был без отверстий, имел разъем для зарядки и всего одну кнопку. И если верить тому, что сказал Баскр, то оружием эта хрень вообще не считалась и могла отпугнуть только вездесущих грызунов. Но вездесущие грызуны на Паскуране почему-то отсутствовали и проверить работоспособность парализатора было не на ком.
Три часа назад, если верить часам, которые имелись у Артема, капитан Тэг и Баскр сели на маленький гусеничный вездеход и с поразительной скоростью для столь специфического транспорта умчались в сторону города Паскурат. Якобы всего на трое суток.
Всего! На! Трое! Суток! Но, как сказал капитан, они могут задержаться и даже если не вернутся на седьмой день, то терять их не стоит. Десять дней – такой срок они обозначили. Если не возвратятся, то тогда их можно начинать искать. Но в таком случае искать уже будет скорее всего некого – так выразился инхарец Баскр.
Три часа, прошло так мало, а кажется все три дня. И это день, а скоро должна наступить ночь. И её Артём проведёт в палатке. А вместо него следить за безопасностью будет специальный модуль, который Баскр установил на вершине самой высокой скалы. Но модуль этот работал только ночью и передавать данные напрямую в корабль был вообще не способен. Сперва данные будут переданы Артему на планшет, а уже он должен будет отослать их Тэису и тот решит, что делать. Высокие технологии оказались абсолютно недоработанным дерьмом!
– Тэис, ты слышишь меня?
Артем решил впервые проверить связь. Четыре часа позади, одиночество и страх всё-таки доконали его.
– Слышу тебя, Землянин, – отозвался техник. Связь осуществлялась через небольшую коробочку, которая была частью защитного костюма. – Как ты там? Уже обустроился?
– Да, всё хорошо, – соврал Артем. – Снаружи конечно невыносимо, пятьдесят градусов в тени корабля, а на солнце ещё хуже. Но в палатке уже двадцать пять, ваш чудесный климатический модуль будет покруче навороченного кондиционера. Мне бы еды нормальной, пива и водоемчик, и считай что не работа это, а курорт.
– Не забывай осматривать окрестности каждые три минуты, – напомнил Тэис. – И если захочешь поговорить, то я весь во внимании. У меня ведь работа почти такая же. Просто сидеть и ждать…
– Вот только ты в безопасности, – буркнул Артем почти неслышно. – А я хрен его знает где…
Сутки прошли в страхе и вообще без происшествий. И понимая, что пустыня Паскураны абсолютно мертвая, без растений и живности, Артем всё равно ничего не мог с собой поделать. И он сильно обрадовался, когда увидел как красная звезда по имени Салира сперва показалась в виде зарева, а затем довольно быстро ушла в зенит. Ночь и день на этой планете были быстрыми и словно соревновались друг с другом.
– Артем, как твои дела? Как прошла ночь? – спросил Тэис и тем самым напугал землянина, который в тишине наблюдал мертвый пейзаж планеты-пустыни.
– Все нормально, – соврал Артем. – Спал хорошо и даже выспался.
Но техника было не обмануть:
– Ты плохо спал, связь работала постоянно, я слышал как ты кричал. Тебя мучили кошмары?
За всю долгую ночь Артем дремал от силы пару часов и сейчас он был готов продолжать это делать, потому что днем спать всё же спокойнее, чем ночью. На неизвестной то планете! Но спать было нельзя. Он не должен провалить это дурацкое и одновременно сложное для характера испытание.
– Да, с непривычки снилась всякая ересь, – признался землянин. – И я уже скучаю по сну в подпространстве. Там нет снов и это прекрасно!
– Я сплю редко и совсем иначе, поэтому мне неизвестны ваши проблемы, – сказал Тэис. – И я не знаю, что такое сны, потому что я сплю только телом, а разумом я бодр с тех пор, как осознал себя. Симбиоз с Нессирой вынуждает меня следить за ней всегда. Спать я буду только в случае модернизации. Но зная наше финансовое положение и капитана Тэга могу смело сказать, что проживем мы много, но всегда в бедности и модернизации мне и Нессире не видать так же, как и снов.
В известной вселенной температура измерялась стандартной шкалой градусов. И эта мера как-то удивительно совпадала с Земной мерой Цельсия. Один в один. И не только она, а метр и другие меры так же подозрительно совпадали. И Артем невольно начинал верить рассказам техника о расе людей называемых Сеявших Разум. Но сейчас землянин хотел поговорить не о них, а именно о температуре и цифрах. Но сперва о цифрах! И поговорить он об этом планировал с караинцем:
– Тэис, цифры которые вы используете у нас называются арабскими. Вы же зовете их стандартными. Но у нас есть ещё и римские цифры, и вы их называете цифрами Сеявших Разум. Ты можешь мне объяснить как так вышло? Стандартные цифры появились уже гораздо позже, правильно?
– Ты прав, землянин Артем, – после недолгой паузы ответил Тэис. – Цифры Сеявших Разум были первыми, но уже позже на всех планетах появились цифры, которые зовутся стандартными. Эта загадка, которую пока что так же не разгадали. Но догадки всё же есть и все стрелки сводятся к Следящим. Но мы не будем поднимать эту тему, потому что она под запретом. Следящие не любят, когда о них говорят, запомни это и не забывай.
Ночью цифровой градусник показывал ноль градусов. Ночи на Паскуране холодные и сильный мороз тут являлся вообще не редкостью. Но сейчас был день и температура уже перешла отметку тридцати градусов. И глядя на градусник, который менял показания довольно быстро, Артем спросил:
– Уже не первый раз слышу о Следящих. Они вообще кто? Какая-то особо продвинутая раса людей?
– К счастью нет, – заметно нехотя ответил Тэис. – Люди слишком эмоциональны и поэтому давать им такую мощь непозволительно. Нет, Следящие не люди, это известно наверняка. И это было единственное, что я мог рассказать тебе о Следящих. Больше не спрашивай о них, Землянин, тема закрыта.
– Смахивает на суеверие, – буркнул Артем, а затем уже нормальным голосом спросил: – О другом можем поговорить?
– О чем же? – вопросом ответил техник.
– О нашей бедности и жизненных принципах капитана Тэга. И о еде, которую тебе не приходится есть, но которая, я совсем не вру, полное дерьмо. – Артем покосился на банки с консервированной рыбой и поморщился. Соль, если бы они смогли её где-то раздобыть, сделала бы их жизнь значительно ярче.
– Обсуждение всего, что ты назвал, это бессмысленная трата времени, – тут же отозвался Тэис. – К бедности нужно просто привыкнуть. С едой аналогично. И с принципами капитана то же самое. Просто смирись и всё!
– Ладно, я попробую, – ответил Артем, но при этом мысленно послал смирение куда подальше. Нет, быть бедным и жрать консервированную рыбу и ничего больше, да хрен вам! Он найдет способ улучшить их существование. Обязательно найдет! И первое, с чего начнет, это с соли.
– Тэис, ты знаешь, что такое соль? – спросил Артем, а потом понял какую глупость сморозил, потому что в языке, которому его обучили, слово «соль» имелось, и в химии она называлась так же, как на Земле, была хлоридом натрия.
– Артем, не задавай глупейших вопросов, – смеясь ответил Тэис. – Натрия хлорид является неизменным спутником большей части всех водоемов обитаемых планет. Моря и океаны имеют разную степень солености, но они всегда соленые, пресными они не бывают. Если на планете нет соли, то там нет жизни. И это можно сказать и о множестве других обязательных для жизни химических элементах.
– Обязательный для жизни, говоришь? Ну да, я сглупил, солевой обмен и всё такое, позабыл о простом! – Артем решил выйти на улицу и осмотреть окрестности. Ничего не изменилось, мертвый пейзаж планеты-пустыни был незыблем. Вернувшись в палатку, Землянин поинтересовался: – А на Паскуране есть моря и океаны или тут нет ничего кроме песка?
– На этой планете только три материка, – с вновь ожившим энтузиазмом начал говорить Тэис. – Два находятся на полюсах, на северном и южном, они покрыты километровыми толщами льда и холод там вечный хозяин. А третий материк, мы сейчас на нём, поселился в тропической зоне планеты, которая довольно масштабна. И как ты уже понял, моря и океаны на Паскуране есть, но это не делает пустынный материк более пригодным для жизни. Планета была когда-то обитаема, но потом ей сильно досталось и она уже вряд ли когда-то восстановится. Чем больше времени проходит, тем хуже становятся условия планеты. В будущем Паскурана будет брошена, ей осталось максимум два-три столетия. А может даже меньше.
– Значит соль на этой планете есть, правильно? – обрадовался Артем и посмотрел на банки с консервированной рыбой уже не так озлобленно. Если посолить, а еще и поперчить. Да с картошечкой или с макаронами… Будет бомба!
Тэис не заставил ждать ответа:
– Я понял, к чему ты клонишь, землянин. Ты любишь соль? Особенность вашей расы? Надо будет изучить твоё тело и скорее всего почистить от загрязнений солями и прочей ненужной организму химией, чтобы всё выровнялось до нормальных показателей. И да, соль на Паскуране есть, но употреблять её в пищу я не советую. Планета сильно радиоактивна, некие не слишком разумные люди долгое время втайне использовали мировой океан Паскураны как могильник радиоактивных отходов. И химических в том числе. И поэтому я не советую питаться тем, что даёт Паскурана.
– Радиация? – Артем начал крутить головой, словно он мог увидеть уровень радиации. – А это не опасно? Не хочу в ближайшем будущем помереть из-за такой глупости!
Техник быстро объяснил:
– Каждые сто дней мы проводим комплексную обследование каждого члена команды за исключением меня, потому что я никогда не болею. И если у кого-то из команды что-то выявляется, то мы производим лечение и последующую чистку организма. И поэтому ты можешь ничего не бояться, землянин. Если заболеешь чем-то, что не убьет тебя довольно быстро, то можешь быть уверен, что мы это исправим. А если вдруг умрешь, то знай, что оживлять мы не способны. И никто не способен.
– А что насчет бессмертия? – Артем знал, что возможно вопрос прозвучит глупо, но ему было наплевать. Высокие технологии обязаны давать бессмертие, именно такие стереотипы сложились в его голове ещё с детства.
– Бессмертие невозможно, – Тэис говорил смеясь. – На изолированных планетах любят подобные фантазии. Но те, кто знакомы с известной вселенной, конечно же знают правду. Ничто не вечно, включая Творца, что сотворил вселенную или даже вселенные. И его творения так же смертны. К сожалению или к счастью. Но скорее всего второе.
– К счастью? – удивился Артем. – Почему к счастью? Ты не хотел бы быть бессмертным?
Словно старец, Тэис тихо сказал:
– Да, Землянин, я не хотел бы бессмертия. И если ты подумаешь как следует, то поймешь, что я прав. Бессмертие равно бесконечности. А бесконечность однообразна, потому что бесконечна, и если смотреть на неё издалека, то будешь видеть только ровную линию. Мы же существа конечные, и потому стараемся наслаждаться тем кратким мигом, на который пришли в эту вселенную. Мы наслаждаемся и умираем. И в этом вся прелесть. В понимании того, что конец всё таки будет. И в убеждении самого себя, что он будет когда-нибудь, но не сейчас, не в ближайшем будущем…
Техник замолчал. Артем тоже не хотел говорить. И он признал, что Тэис прав. Бессмертие быстро сделает жизнь пресной.
И жизнь сразу же потеряет смысл…
Радиоактивная планета, почти мертвая и горячая как сковородка. Один единственный город на материке. И живут в нём работорговцы, пираты и контрабандисты. И ещё рабы, как без них. Высокотехнологичная известная вселенная, корабли бороздят просторы космоса и летают в подпространстве. И рабство! Как такое вообще возможно? Человеческая жизнь по прежнему ничего не стоит? Данный факт, после того как Артем его полностью осознал, вообще не хотел укладываться в голове.
– Тэис, а как такое вообще возможно? – спросил Артем, погруженный в размышления.
– Не знаю, как возможно, но уверен, что попытаюсь объяснить, – ответил техник. – Но только после того, как ты скажешь о чем речь, потому что я не умею читать чужие мысли.
Артем понял, что сделал, и потому быстро сказал:
– Ой, извини, задумался. Я хотел узнать про рабство. Как оно возможно при таком уровне развития? Известная вселенная вообще не цивилизованная, правильно?
– Смотря где, Артем, потому что известная вселенная огромна и понятие цивилизованности везде разное. – Тэис был хорошим собеседником. Делиться знаниями доставляло ему радость. – В той же Империи, а она в известной вселенной считается самой развитой, рабство официальное. Там без конца говорят о свободе, которую Император дарит своим гражданам, но на самом деле свободы у граждан империи не больше, чем у сидящих в ожидании новых хозяев рабов Паскураны, потому что у раба этой планеты всего лишь один ошейник, физический и носимый на шее. Его снять сложно, но реально. А вот у имперских рабов ошейников десятки и если ты избавляешься от одного, то для тебя тут же находят другой. В империи пристально следят за количеством свободы. И крайне умело её ограничивают.
– То есть в Империи нет ничего хорошего? – спросил Артем. Нового он к сожалению не услышал. Известная вселенная, технологи и тому подобное… И все как на Земле, но только в ещё большем масштабе. На Земле в некоторых государствах есть рабство с реальным ошейником, например в Африканских странах. И не только… А есть там и страны, в которых якобы можно получить мечту! Но в кавычках, потому что вместо мечты ты получишь ипотеку, кредиты и всевозможные счета… Разве это не ошейники?
– Кому-то нравится Империя, кому-то Федерация Торговцев, а кто-то балдеет у Свободных. Каждому своё, Землянин, – ответил Тэис, а затем добавил: – Но есть и такие, кто никогда не покидал тех мест, где родился. Такие, которые не могут осознать степень рабства, в котором находятся. И более того, ослепленные пропагандой, которая бесконечным потоком льётся в их головы, они считают, что их жизнь прекрасна, а вот во всех остальных мирах есть только бесконечные нищета, угнетение и страдания.
– Человек всегда человек, – протянул Артем. – И не важно, каков уровень развития, в изоляции твой мир или давно имеет варп-двигатель и бороздит просторы вселенной. Особой разницы нет…
Тэис не оставил сказанное без комментария:
– И да и нет, Землянин, потому что известная вселенная огромна и в ней можно найти всевозможные вариации существования разума. Одни закапывают умерших в землю, а другие замораживают их и съедают в голодное время. Те и те будут считать друг друга извращенцами, потому что у каждого своя мораль…
?
– Артем, ты тут, я наблюдаю транспорт, это колесный вездеход, он движется в нашем направлении!
Прежде Артем никогда не слышал, чтобы Тэис говорил обеспокоенным тоном. Это были третьи сутки испытания, землянин уже привык ничего не делать и в данный момент сидел в палатке и пытался пообедать невкусными консервами и питательным концентратом. И поэтому он не стал переспрашивать шутит техник или нет, а сразу рванул наружу, потому что помнил, что Тэис попросту не способен обманывать.
Странный вездеход, бессмысленно высокий и на огроменных колесах, двигался с того направления, в котором уехали на гусеничном и гораздо меньшим по размеру вездеходе капитан Тэг и Баскр чуть больше двух суток назад.
– Тэис, я его вижу, быстро едет, – сказал Артем, не зная куда кидаться и что делать. И поэтому спросил: – Что мне делать?
– Не проявлять агрессию и стараться избегать конфликта даже если прибывшие будут пытаться разжечь конфликт, – ответил инструкцией Тэис. – Если ты в меньшинстве, то следует придерживаться только одной цели, нужно делать всё для сохранения собственной жизни. Оружия, которое способно навредить Нессире на Паскуране нет и не может быть. Это наказуемо смертью. И тех, кто решится вредить, тоже не должно отыскаться, потому что это тоже наказуемо. И тоже смертью!
Тэис не врал, он говорил только правду. Он не знал, кто едет к ним на вездеходе. И флаг, прицепленный к машине и хорошо видимый с корабля, ему так же не был известен. Была вероятность, что это капитан Тэг и Баскр возвращаются. Если бы капитану предложили за транспорт хорошую цену, то он вполне мог его продать. И нанять кого-то, кто отвезет их, потому что перемещаться по Паскуране пешком равносильно самоубийству. Песчаные бури планеты непредсказуемы и убивают крайне надежно.
– Тэис, я тебя плохо понимаю, у них нет оружия и они не станут нам вредить? – спросил Артем. По мере приближения вездехода его страх становился всё больше. Он старался не подавать виду, что боится, но был уверен, что актер из него так себе. Эх, ему бы сейчас что-то мощное, гранатомет к примеру. Жахнуть по вездеходу и всё, снова станет спокойно.
