– Буквально пять минут! – взмолился Матвей Ильич. – Можно я попрощаюсь со своим другом и подойду?
– Хорошо, – кивнула сотрудница больницы и, поежившись, зашла внутрь здания.
– Спасибо вам, Геннадий! – с чувством поблагодарил меня старик. Он даже сделал шаг вперед и взял мою правую руку в свои ладони. – Я очень рад, что познакомился с вами. Уверен, что вас ждет большое будущее.
Признаюсь, я немного обалдел от такого напора. Там, в поселке, старик показался мне довольно сдержанным на эмоции, я бы даже сказал, немного черствым. А здесь – водопад радушия, причем абсолютно, на мой взгляд, необоснованного. Ну подумаешь, подвез человека, что в этом такого сверхъестественного?
– Геннадий, не удивляйтесь, но я хотел бы для вас кое-что сделать, – продолжил тем временем говорить старик, а затем сильно сжал мою руку выше локтя. Меня тряхнуло, как будто от заряда электротока, перед глазами на миг потемнело, а затем я вновь услышал голос Матвея Ильича. – Ну вот, Гена, теперь полный порядок!
Картинка перед глазами прояснилась, и я натолкнулся на внимательный взгляд старика. Матвей Ильич беззвучно шевелил узкими губами и как-то странно их кривил. Я даже подумал, что у него сейчас действительно прихватило сердце, и открыл было рот, чтобы позвать медсестру, но не успел.
– Послушай меня, Геннадий, – старик не говорил, а буквально вбивал слова в мое сознание. – У меня нет времени объяснить тебе все подробности, но такова судьба любого Целителя. Я выполнил долг, но у меня нет возможности найти более достойного кандидата.
Матвей снял с пальца довольно увесистую печатку. Странно, вроде бы приметная вещь, но я до этого почему-то не замечал на руке старика каких-либо украшений.
– Надень кольцо!
– Да не стоит, наверное, – я искренне не понимал, что происходит, и поэтому попробовал отказаться от подарка. В голове даже мелькнула мысль, что у старика с собой нет денег и таким образом он пытается отблагодарить меня за то, что я его к больнице подвез.
– Надень кольцо! – продолжал настаивать Матвей. – Ты сможешь заняться делом, настоящим делом, за которое тебе не будет стыдно.
Происходящее начинало напоминать какой-то дешевый триллер или школьную театральную постановку, но в то же время мне почему-то не хотелось противиться просьбе старика. В конце концов, почему бы и нет. Золотой кругляшок не был дешевой поделкой – змея, сплетающая круг, смотрелась словно живая…
Земля ушла из-под ног внезапно. Меня затошнило, перед глазами танцевали звездочки, а ноги горели огнем, как будто я встал на раскаленные угли. Мне показалось, что я потерял сознание. В голове бухал молот и одновременно звенел колокольчик.
– Тихо, тихо, тихо… – Голос доносился издалека, как будто в ушах стояли ватные затычки. – Стоим, спокойно!
Я проморгался и смахнул с век выступившие из глаз слезы. Вокруг ничего не поменялось. Все тот же двор больницы, пандус приемного отделения и мы с Матвеем возле моей машины.
– А теперь слушай меня внимательно, Геннадий, – положил мне руку на плечо старик. – Кольцо на твоем пальце – это символ Дара целителя. Оно невидимо для окружающих, по крайней мере до тех пор, пока ты сам не решишь показать его им. Его могут видеть только другие целители… Ну и… Неважно, вряд ли ты столкнешься с ними…
– Подождите, Матвей, – перебил я старика. – Какой Дар, какие Целители? Давайте я приеду завтра, и мы с вами спокойно все обсудим. Я не понимаю и половины из того, что вы сейчас говорите.
– Не получится, – с грустной улыбкой покачал головой старик. – Целитель может передать дар только добровольно, но после ему остается прожить всего тысячу ударов сердца. Мне уже осталось двести.
– Как двести? – Я схватил Матвея в охапку и силой потащил в сторону приемного покоя. – Помогите! Человеку плохо!
– Я сообщил… Тебя найдут… Но у тебя найдутся друзья, – продолжал бормотать Матвей, буквально повиснув у меня на руках. – Запоминай адрес. Там мой приятель. Скажешь, что от Матвея. Он, конечно, тот еще пройдоха, но обязательно поможет.
Я плечом распахнул дверь в приемное отделение и заорал во всю глотку:
– Помогите, человеку плохо! Помогите!
– Самое главное, – голос Матвея слабел, но я на удивление продолжал слышать каждое слово, – не доверяй…
Старик захрипел, и я аккуратно уложил его на каталку, которую уже подкатила ко мне медсестра.
– Молодой человек, в сторону, – невесть откуда взявшийся врач довольно невежливо оттолкнул меня, но я даже не сопротивлялся. Матвей Ильич хрипел все громче, а затем вытянулся в струнку и резко обмяк. Медперсонал продолжал суетиться вокруг каталки, но я уже знал, что все бесполезно. Целитель Матвей только что умер.
Что-то укололо мой палец, и я растерянно посмотрел на только что подаренную массивную печатку. Ну и в какой блудняк я вляпался? Перстень как будто вспыхнул на моей руке, хотя, возможно, мне просто показалось от переживаний.
А вот пристальный и чересчур внимательный взгляд медсестры на сто процентов реален. Ей-то что от меня надо?
Глава 2
Здоров? В смысле здоров?
– Молодой человек, – врач, похоже, надо мной искренне потешался. – Слово «здоров» означает, что вы не болеете!
– Э-э-э, – проблеял я. Мозги после бессонной ночи соображали плохо, но к ним сейчас претензий как раз не было. Я что, похож на ребенка? Полгода уже загибаюсь практически и к смерти готовлюсь, а тут здравствуйте! – Доктор, вы уверены? Вот прям вообще здоров?
– Абсолютно, – врач улыбался с таким видом, как будто это именно он меня и вылечил.
– Вдруг откуда ни возьмись, появился… – пробормотал я любимый стишок. – А как же тогда все эти анализы? Обследования? Кашель, наконец!
– Вы сейчас кашляете? – Доктор встал, прошел к умывальнику и принялся в очередной раз мыть руки. Чистоплюй какой-то, не доверяю я таким людям. Но, с другой стороны, вопрос-то по делу. Я действительно за утро ни разу не кашлянул. Да и дышится на удивление легко.
– Тогда я, наверное, пойду? – поинтересовался я, думая, какой еще медицинский центр есть неподалеку, но ответить мне доктор не успел.
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет вломился непонятный громила, сопровождаемый криками из очереди в коридоре. Судя по всему, дядю в детстве забыли отдать на уроки этикета, поэтому он тратил время на пиво и разглядывание наклеек от жвачки «Терминатор». Никак иначе объяснить массивный живот и кожаную куртку в летний день у меня не получалось.
– Слышь, лепила! – рявкнул громила. – Ты, наверное, бессмертный? Или просто бесстрашный? К тебе зачем люди приходят? Чтобы ты их лечил, правда? Ну так лечи тогда, а не сказочки рассказывай!
– Мужчина, успокойтесь! – попытался слиться с обоями доктор. – Вы кто? Прекратите кричать, иначе я вызову охрану!
– Катафалк себе лучше вызови! – ткнул доктора пальцем в грудь громила. – Я тебя еще раз спрашиваю! Почему…
Закончить вопрос у громилы не получилось. Про курсы этикета я уже упоминал, но здесь, похоже, на лицо была более запущенная педагогическая проблема. У дяди отсутствовало не только чувство такта, но и банальный инстинкт самосохранения. Ну а как по-другому, если он позволил мне беспрепятственно подойти, а потом еще и мизинец на излом взять?
Уникальный прием. Боль дикая, бьет по мозгам неимоверно, порыв сопротивляться пропадает моментально, а усилий практически минимум. Идиоты считают, что это сказки, умные же веселятся и водят идиотов за мизинчик, как баранов на поводке.
– А-a-а, – запел на высокой ноте грубиян, привставая на цыпочки, но я уже и так точно знал, что курсы вокала он тоже вряд ли заканчивал.
– Доктор, мы уходим! – Я мило улыбнулся врачу и, выводя громилу в коридор, добавил: – Еще раз спасибо за хорошие новости.
Наверняка наша парочка смотрелась колоритно – семенящий чуть ли не на носочках здоровяк и широко улыбающийся я, подмигивающий всем без исключения девушкам старше восемнадцати… Хотя, скорее всего, мы смотрелись просто-напросто забавно – обосравшийся крепыш и чудик с дергающимся глазом. С другой стороны, мне было настолько хорошо, что плевать, как я выгляжу и кто что подумает. Мне подарили надежду на новую жизнь, и я до сих пор не мог в это поверить.
– Отпусти, – простонал громила, когда мы уже спустились на первый этаж, но я проигнорил его просьбу гордым молчанием. Если в детстве не успели объяснить, как вести себя в приличном обществе, значит, придется объяснять по-взрослому. Через боль и матерные крики.
– Это больница! В ней людей спасают! – оттолкнул я наконец громилу, когда мы вышли на улицу. – И орать на врачей – как минимум некрасиво и глупо. Они же не боги, а всего лишь люди.
– Люди, хвосты на блюде! – сплюнул мужик, аккуратно ощупывая отпущенный мной мизинец. Видимо, никак не мог поверить, что палец действительно целый, или просто не понимал, почему буквально пять секунд назад было так больно. – Шарлатаны они здесь, а не врачи! Только и умеют, что бабки за прием и анализы брать.
– Что-то не похож ты на болезного, – усмехнулся я. – А доктора так вообще чуть ли не до инфаркта довел.
– Да и хрен с ним, – выругался громила. – Сдох бы – и не жалко. Ты, кстати, тоже доходягой не выглядишь.
– Ну так я и не кидался ни на кого, – логика у здоровяка тоже явно хромала, но его, похоже, это совсем не смущало.
– Повезло врачу, что ты там оказался, а то бы я и впрямь ему калитку сплющил!
Громила продолжал возмущаться, но я видел, что на самом деле агрессирует мужик уже просто по инерции. Вспыхнул, проорался – и все! Потихоньку начинает мыслить адекватно. Гораздо интереснее оказалось другое. Я заметил вокруг головы крепыша какое-то оранжевое свечение. Ощущение, как будто мелкие искры вспыхивают и гаснут тут же буквально в сантиметре от кожи громилы.
Галлюцинации? Или я вообще сплю?
– Так что случилось-то? – Я протянул мужику зажигалку, глядя на то, как он достал сигареты и теперь нервно хлопает себя по карманам джинсов. – Или ты всегда так по врачам ходишь?
– Сволочи они все, вот что случилось, – затянулся громила. – Меня Денис зовут. Ты не думай, я не психованный. Просто у меня дочка болеет. Какое-то затемнение в легких, ей дышать тяжело, а недавно еще и по ночам задыхаться начала. Пришли в эту клинику, угрохали кучу денег на анализы и обследования, а сегодня этот абапел заявляет жене, дескать, случай сложный, диагноз поставить не удалось, скорей всего вам попросту климат не подходит. Попробуйте свозить дочку на море – возможно, месяца за два все само пройдет. Это нормально?
– Да уж, ситуация, – почесал я затылок. – Даже и не знаю, что тебе посоветовать можно.
– Так а что тут советовать, – еще одной глубокой затяжкой добил сигарету Денис. – Я что, похож на олигарха? Мы и так из-за этих анализов в долги влезли. Какие два месяца моря? Кто это все оплачивать будет? И кто будет отвечать, если дочке не лучше, а наоборот, хуже станет?
Вот тут возразить нечего. Впрочем, я не врач и не волшебник. Мне б со своими болячками разобраться. Я проводил взглядом фигуру здоровяка и достал из кармана смартфон. Где здесь в округе КТ легких делают?
Через три часа я сидел в кафе и на полном серьезе прикидывал, стоит заказать коньяк или пока что рановато? Впрочем, мне не столько хотелось напиться, сколько просто-напросто понять – что происходит?
Либо в гигантском розыгрыше участвует целая секта врачей, либо я ничего не понимаю. Ну не может же быть такого, что я действительно выздоровел? Вот так вот, сразу? По мановению волшебной палочки. Или может?
Я еще раз вспомнил слова загадочного соседа. Что там старик сказал перед смертью? «Полный порядок»? Передо мной лежало четыре заключения от разных врачей разных медицинских центров, и все они были написаны буквально под копирку. Все чисто, никаких затемнений, здоров. Куча бесполезных умных слов, которые никак не могли объяснить произошедшее чудо. Еще вчера я умирал, а сегодня уже готов к полету в космос.
Может быть, у меня галлюцинации? Крыша поехала? Или я вообще банально сплю и подсознание изгаляется?
– Извините, вы не могли бы меня ущипнуть? – попросил я подошедшую к столику официантку. От неожиданности девушка вздрогнула и чуть было не обернула на меня чашку с кофе.
– Может, еще укусить? – достаточно грозно поинтересовалась она. – Или сразу полицию вызвать?
– Полицию не нужно, – виновато потупился я. – Просто друзья разыграли, теперь полное ощущение, что я сплю… Вот, думал, что поможете…
– Могу вилкой в ногу ткнуть, – уже более добродушно предложила официантка. – Или зубочисткой в глаз?
– Все-все, тенденция понятна, – поднял я руки вверх в примирительном жесте. – Я больше не буду.
Коньяк я все-таки заказал. В конце концов, если я и правда здоров, то что мне какое-то там отделение полиции. Другой вопрос, что мысли в голове даже не планировали успокаиваться, а наоборот – понеслись вскачь с еще большей скоростью. Кто такой Матвей Ильич? Случайно мы с ним встретились или нет? Почему сгорел его дом и почему он так спокойно на это отреагировал? И эта больница… Ощущение, что он специально приехал туда умирать. Полицейские ночью очень сильно удивились тому, что пациент умер на пороге приемного отделения. Большинство претензий, правда, предъявляли не мне, а дежурному врачу, но и с меня семь потов сошло, пока они от меня отстали.
За всеми этими мыслями я даже сам не понял, как оказался дома. Очнулся только с пультом от телевизора в руке. Я что-то собирался посмотреть?
Так дело не пойдет. Надо выпить кофе. Аромат свежемолотых зерен моментально поднял настроение, поэтому первую порцию напитка я смаковал с выражением крайнего блаженства на лице. Жаль только, что зерна к концу подходят…
Звон упавшей ложки раздался внезапно, я чуть было не поперхнулся, но успел уловить краем глаза какое-то движение. Форменные глюки! Домашних животных в квартире не было, но мне казалось, что я увидел нечеткий силуэт какого-то невысокого человечка. Что за бред? Добби ворует старые носки?
– Сгинь, нечистая! – потряс я головой, и видение действительно исчезло. Вернее, не то чтобы просто пропало, я успел заметить, как силуэт моего гостя ввинтился в щель между стеной и шкафом. Все-таки в космос мне пора рановато. Чистые легкие отсутствие проблем с головой не гарантируют.
Минуту я сидел без движения, чутко прислушиваясь к каждому шороху, но ничего необычного больше не происходило.
– Фух, – выдохнул я. – Привидится же всякая чушь. Так и до психушки недалеко.
Я задумчиво посмотрел на турку, прикидывая, стоит ли вливать в себя еще одну чашку кофе. Если на старой гуще попробовать, то получится, конечно, не очень вкусно, но по крайней мере взбодрит. Или хватит?
Может быть, я и так уже превысил все разумные нормы? Мозг хочет отдохнуть, поэтому и посылает мне галлюцинации в качестве сигналов, что надо не дурью маяться, а просто-напросто спать ложиться?
– Извините, – внезапно услышал я детский голос. – А почему вы меня нечистым назвали? Я в баню с дедушкой совсем недавно ходил.
Наверное, в этот момент я оцепенел от неожиданности, иначе бы просто заорал, а заодно и подпрыгнул.
Аккуратно развернувшись, я узрел прямо перед собой невысокого человечка в забавных светло-синих спортивных штанах и футболке с изображением трех мультяшных котят. Росточком он едва доставал мне до пояса и по комплекции напоминал десятилетнего мальчишку.
Я все-таки подпрыгнул на месте, перевернулся и ошарашенно плюхнулся в кресло. Да уж! Сегодняшний день явно планирует превзойти всю мою предыдущую жизнь по количеству событий, причем резко выбивающихся из привычного мировоззрения.
– Здравствуйте, – поклонился мне в пояс коротышка. Стесняется, похоже. Вон, даже ножкой в растоптанных кедах по ламинату загадочные фигуры выводит. – Разрешите с вами познакомиться.
Стоявшее передо мной существо вызывало ассоциации с хоббитом, но мозг отчаянно кричал, что хоббитов не существует. Мелькнула мысль, что меня банально кто-то разыгрывает. Ну а что такого? Пригласили карлика-актера, вот он и ломает комедию…
– Меня зовут Емеля, – тем временем изобразило улыбку существо из категории «неведома зверушка». Кстати, вполне себе милую улыбку. – Я ваш домовой. Ну, не в смысле лично ваш, а проживающий на вашей территории. Вернее, это вы живете на моей территории. В смысле в этом жилом комплексе… Ну… Вы же меня поняли?
Я молчал. Единственное пока, что я понял, – стоящее напротив меня существо не Волан-де-Морт, а значит, я гарантированно не Гарри Поттер. Да и вообще на чудовище этот малыш не тянет. Лицо вполне себе человекоподобное. Я бы даже сказал – смесь обезьянки и обычного человека. Причем взрослого человека, а не ребенка, как можно было ожидать услышав голос.
Руки ноги стандартные, щупалец или хвоста не видно. Может быть, все-таки хоббит? Да нет, хоббиты вроде шерстяные должны быть. Значит, эльфы. Хотя нет, тоже не подходит. У эльфов уши острые, а здесь вполне обыкновенные. Гномы? Тоже нет, для гномов слишком щуплый. Крыльев не видно, так что точно не ангел и не дракон. Хотя…
Мозг отчаянно цеплялся за знакомые ассоциации, вспомнив даже мультик про домовенка Кузю и Нафаню. Да нет, нос обыкновенный, не пуговица и не картошка. Уши не острые, значит не эльфы. Может быть…
– А почему вы молчите? – спросил Емеля. – Я вас чем-то обидел?
– Да нет, – пожал я плечами, внимательно разглядывая домового. – Просто растерялся. Я никогда раньше с такими, как ты, не разговаривал. Вот и удивился. А почему ты раньше мне не показывался?
– Раньше у вас силы не было, – послушно, словно отвечающий на уроке школьник, объяснял мне Емеля. – А раз не было, значит, вы обычный человек, и таких, как я, вам видеть не следует.
– А сейчас? – невольно заинтересовался я.
– А сейчас у вас есть сила – значит, вы уже не относитесь к категории обычных людей.
– Понятно, что ничего не понятно, – почесал я макушку. – Емеля, а ты уверен, что у меня есть какая-то сила? Я вот, например, совсем ничего не чувствую.
– Я не знаю, я просто чувствую, – виновато пожал плечами домовой. – Может быть, сила есть, но вам ей нельзя пользоваться? Или не умеете.
– Так, Емеля… – Я задумчиво почесал лоб, глядя на стоящего передо мной домового. – Ты чай любишь?
– Я больше кофе люблю, – потупился малыш, как будто сказал что-то очень неприличное. – Только не растворимый, а настоящий, из турки.
– О как, – восхитился я. – Ну тут я, наверное, окажусь плохим хозяином. Турка есть, а вот зерна закончились.
– Ну нет так нет, – вздохнул Емеля. – Дедушка вообще говорит, что нам, домовым, пить кофе нельзя.
– Почему? Болеете? – Мозг отчаянно требовал хоть какой-то ясности в ситуации и цеплялся за любую связь происходящего с реальностью. – Что такого плохого в кофе?
– Дедушка говорит, что это чужой напиток, иноземный, а значит, приличным домовым его пить не следует, – пояснил Емеля. – А мне нравится, хоть дедушка и ругается.
– Ладно, я учту, – пообещал я то ли себе, то ли домовому. – Тем более чувствую, что встречаться теперь мы с тобой будем часто.
