Страница 8 из 8
Что мне делать? Тоже изобразить реверанс? Поклониться?
Тело все сделало само, присев в полупоклоне, пока я пыталась справиться с удивлением.
Вот к этой девчонке, которая выглядит ненамного старше той, какой я сейчас стала, далеко не молодой Иван Михайлович обращается за советом и помощью?
– Взаимно, – улыбнулась Анастасия Павловна. – Проводите меня к пострадавшей.
– Конечно, – опомнилась я. – Пойдемте. И вы… Мария Алексеевна, – вспомнила я. – Тоже. Отдохните с дороги.
Из всей череды комнат, находившихся по эту сторону от спальни старухи, только в две можно было зайти без брезгливости: ту, где сейчас дремала Варенька, и следующую за ней – то ли малую гостиную, то ли комнату для рукоделия. Туда я и намеревалась провести гостей – кроме тех, кто займется пациенткой.
Дамы заторопились за мной. Не успели мы подняться на несколько ступенек, как за спиной раздался стук молотка. Я оглянулась: неужели проворонила возвращение Герасима?
Сиятельный граф Стрельцов, присев над ступенькой, орудовал молотком так ловко и уверенно, будто всегда этим и занимался. Будто почувствовав мой взгляд, исправник поднял голову. Похоже, вид у меня был ошалелый, потому что он улыбнулся и начал заколачивать следующий гвоздь.
Княгиня легонько тронула меня за руку. Смутившись непонятно чему, я вприпрыжку понеслась по лестнице. Анастасия Павловна поспевала за мной легко, словно плыла над ступеньками. Мария Алексеевна тяжело отдувалась, дерево скрипело под ее ногами, так что я даже начала побаиваться, как бы не оказаться пророчицей, если под ее весом решит проломиться еще одна ступенька. Но все обошлось.
Доктор поднялся нам навстречу, поклонился дамам. Шагнул к княгине.
– Позвольте, я приму ваш плащ.
Она распахнула было полы пыльника, но тут же снова поправила их, однако я успела заметить темные круги, расплывающиеся на груди.
Внутри противно заныло. Две внематочные беременности – и с мечтами о ребенке пришлось попрощаться. Конечно, был еще вариант ЭКО, но после второй операции муж демонстративно загулял, заявив, что ему нужен наследник. Я не стала выяснять, что именно он собирался оставить в наследство, не продавленный же диван с телевизором: мы даже жили в квартире, доставшейся мне после отца. Просто собрала его вещи и сменила замки, решив для себя: значит, не суждено. Потом родился племянник, и мне казалось, что я примирилась с неизбежным.
А вот поди ж ты – осознание, что эта совсем юная женщина кормит грудью, что ей доступно счастье, которое мне судьба не отмерила, резануло по живому.
– Не стоит, – вежливо улыбнулась я, помогая гостье скрыть неловкость. – Здесь все еще не протопилось и довольно прохладно.
Она благодарно кивнула. Я указала на дверь:
– Пойдемте, Мария Алексеевна, не будем мешать лечению.
Хотя на самом деле я умирала от любопытства. Только сейчас до меня по-настоящему дошло, что в этом мире есть магия, а значит, и лечение может быть волшебным!
Варенька, которая уже проснулась, воскликнула:
– Нет-нет, не оставляйте меня одну!
Она вцепилась в ручку дивана, пытаясь встать. Потянулась ко мне, схватила за рукав.
– Глафира Андреевна, не бросайте меня! Мне так больно, а вы так хорошо умеете успокоить!
Я растерянно посмотрела на княгиню, колеблясь между любопытством и тактичностью. Никому не нравится, когда над душой стоят посторонние.
– Я не буду делать тебе больно, – мягко сказала Анастасия. «Павловна» к ней не клеилось точно так же, как «Николаевна» к Вареньке. – Только посмотрю.
– Ну пожалуйста! – На ресницах девушки заблестели слезы.
Как будто и не она пару часов назад кусала губы, сдерживая крик, и твердила, что женщина должна уметь терпеть. С другой стороны, всякое терпение когда-нибудь заканчивается. Такой вывих редко обходится без растяжения, если не разрыва связок, и больно ей на самом деле: пик действия лекарства, что дал доктор перед тем, как вправить лодыжку, уже прошел.
– Да останься, Глаша, – пророкотала Марья Алексеевна. – Княгиня у нас барыня строгая, а вам, барышням, друг друга понять легче.
Она подхватила под локоть Стрельцова, замершего в дверях с молотком в опущенной руке.
– А вот тебе здесь нечего делать, граф. Безногой твоя кузина не останется, и прекращай себя грызть: я не я буду, если она тебе этот вывих не припомнит и не отыграется. Так что будет еще возможность расплатиться.
– Он-то тут при чем? – не удержалась я.
– Старший брат всегда при чем, хоть и двоюродный. – Она повлекла исправника за дверь. – И молоток положи, – донеслось из соседней комнаты. – А то еще на ногу себе уронишь, потом тебя лечи.
Варенька хихикнула, будто забыв о боли, остальные разулыбались.
– Дай-ка я посмотрю.
Княгиня ловко ухватила лодыжку девушки. Я ждала, что она начнет снимать бинты, но вместо этого… Воздух словно сгустился, завибрировал, как от удара в гонг. По коже пробежали мурашки, будто от статического электричества.
Повязки вдруг растаяли, как туман. Под ними проступила кожа, расцвеченная свежим кровоподтеком. А потом… я никогда не думала, что можно увидеть живые ткани насквозь, как на рентгене, только в цвете. Желтоватый жир, красные мышцы, белесые блестящие связки. Ничего общего с аккуратными схемами в учебнике анатомии – все живое, пульсирующее, настоящее. Я застыла с открытым ртом, не в силах оторвать взгляд. Учитель биологии во мне отчаянно пытался найти научное объяснение происходящему, но не мог.
Варенька всхлипнула, вернув меня в реальность.
– Я умру?
– Нет, что ты, – ласково сказала княгиня. – И даже не охромеешь. Меня позвали вовремя.
Она перевела взгляд на Ивана Михайловича, добавила совсем другим тоном:
– Вот здесь, передняя таранно-малоберцовая связка, субтотальный разрыв, видите? И вот здесь, повреждена пяточно-малоберцовая.
Доктор кивнул.
– Я немного подправлю благословением. – Сейчас она говорила так, будто опытный врач наставляет молодого. При седой бороде доктора это смотрелось бы смешно, если бы не спокойная уверенность в ее голосе и внимание на лице Ивана Михайловича. – И загипсуем, конечно: магия магией, но иммобилизация все равно необходима. На будущее, если не найдется возможности посмотреть, лучше иммобилизовать профилактически.
Варенька стиснула мою ладонь, пришлось перестать подслушивать.
– Глашенька, они правду говорят? Все будет хорошо?
– Все будет хорошо, – улыбнулась я ей. Княгиня кивнула.
– Вам повезло, Варенька. Вы молоды, связки еще довольно эластичны, и ткани относительно быстро восстанавливаются. Марье Алексеевне на вашем месте пришлось бы куда хуже.
– Да уж, с ее-то пышностью, – хихикнула девушка.
– Благословение в умелых руках ускоряет заживление…
– В самом деле? Никогда о таком не слышала.
– Вы же знаете, в каждой семье свои секреты.
– Не знаю, мне этот дар не достался, – надула губки графиня.
Хотела бы я понимать, о каком благословении они говорят. Явно вкладывают в это слово не тот смысл, к которому я привыкла. Снова магия.
– Я немножко подлечу вас благословением и наложу гипс. Какое-то время вам придется попрыгать с костылями.
– О! – Варенька снова скривилась, готовая расплакаться.
– Я надеюсь, это продлится недолго. Потом сменим гипс на повязку, а после снимем и ее. Придется немного поразрабатывать ногу, отвыкшую от нагрузки, но, когда вы полностью восстановитесь, совершенно забудете о том, что когда-то был вывих.
Она снова сделала… что-то. На миг мне стало тепло и уютно, будто я вернулась в детство, в ясный солнечный день, прибежала к бабушке с разбитой коленкой, и она обнимает меня, так что плакать уже совсем не хочется. «У кошки боли, у собаки боли, у Глашеньки заживи», – услышала я словно наяву.
Встрепенулась, возвращаясь в реальность – эту реальность. На ноге Вареньки снова были бинты, но на лице не осталось ни капли тревоги.
Княгиня выпрямилась.
– Глафира Андреевна, у вас не найдется какой-нибудь плотной ткани подстелить, чтобы не испачкать тут все гипсом? И воды, размочить гипсовый бинт.
– Да, конечно.
Она едва заметно поморщилась, повела плечами. Я вспомнила, как сестра жаловалась на ноющую от избытка молока грудь, когда по какой-то причине не получалось покормить малыша вовремя.
– Может быть, вы спуститесь со мной? – спросила я. – На кухне никого нет, и, пока я вожусь, вы могли бы облегчить тяжесть. – Я выразительно глянула на ее грудь.
– Спасибо, это было бы очень кстати, – без тени смущения кивнула она. – Варвара Николаевна, мы сейчас все подготовим и вернемся.
– Вы удивительно догадливы для барышни, – заметила Анастасия Павловна, когда мы начали спускаться по лестнице.
Я невесело усмехнулась: похоже, она опять намекает на какую-то некрасивую историю, случившуюся с Глашей. Как будто все сговорились тыкать ее носом в старую ошибку.
Княгиня, кажется, поняла. Остановилась на лестнице, посмотрев мне в глаза.
– Так вышло, что я услышала вашу историю только сегодня. И я считаю, что с вами поступили отвратительно. Если вдруг вам понадобится помощь – пошлите за мной, и я помогу всем, чем смогу.
На глаза навернулись слезы: первый человек, кроме Герасима, в этом мире предложил мне помощь просто так. И все же я должна была спросить.
– А если меня признают убийцей?
Глава 7
– Надеюсь, этого не случится. – Она помолчала. – Я не судья и не возьмусь судить, виновны вы или нет. Хочется верить, что нет. Однако, зная, как с вами обошлись, если понадобится, я помогу вам составить прошение о помиловании и прослежу, чтобы оно попало в руки императрицы. Она славится умом и добротой.
Внутри разлилось тепло.
– Спасибо. Надеюсь, это не понадобится.
– Я тоже на это надеюсь.
Я подала ей чистое полотенце и миску. Чтобы не смущать, отвернулась, разводя теплую воду.
– Может быть, не искать ткань, а перенести графиню сюда? – спросила я.
Конечно, мне попадалась в сарае мешковина, но пыльная и пропахшая мышами. Не хватало еще вместе с ней заразу притащить.
– В кухню? Она скажет, что с ней обращаются как с нищенкой, – хихикнула Анастасия за моей спиной.
Так. Еще один пробел, и спасибо ей, что спасла меня от неловкости. Значит, придется собрать все полотенца из буфета в столовой. И там же накрыть на стол. Хорошо, что я нашла столовую еще утром, когда искала кухню. И там было довольно чисто – видимо, где-то Глаша справляться успевала, а на что-то не хватало сил. А может, старухе было не все равно, чисто ли в столовой и гостиной, а на кухню она и не заглядывала. Как теперь узнать?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
