Глава 6
В комнате для преподавателей гул голосов, довольно многолюдно, и я теряюсь, топчусь возле порога, рядом с роскошным высоким фикусом. Меня не замечают, а я стесняюсь привлечь внимание, прервав оживленное обсуждение.
– Не надо разносить сплетни, Михаил, уподобляясь студентам. Это как минимум некрасиво.
– Да ладно тебе, Маш. Что первую училку Арс имеет?
– Выбирай выражения!
– Это все между нами. Ситуация конечно патовая. Препода по французскому найти не так просто. Но если она в первый день…
– Это грязные сплетни!
– Маш, почему ты за нее так впрягаешься? – незнакомый женский голос. – Сколько ее знаешь?
– Слушайте, у меня нет слов насколько вы злые!
– Ага, мы во всем виноваты. Зачем ей в тот санузел понадобилось? Никто из нас туда не ходит.
– Она новенькая!
– Бесполезно, Маш, – другая женщина. – Ты же знаешь, как у нас разносят сплетни. Теперь не остановишь.
– Это неправильно. Декан должен все решить.
– Только Галина может со своим отпрыском справиться. Вот только ей не до этого.
Мои глаза наполняются слезами. Догадаться о ком идет обсуждение – несложно. Они говорят обо мне!
Слушать подобное невыносимо. Интересует ли этих людей как все было в реальности? Сильно сомневаюсь. Михаил и одна из женщин явно получают удовольствие, распиная новенькую.
Выскакиваю из кабинета, тихо не получается, задеваю несчастный фикус.
– Кира?! – доносится в спину голос Марии.
Она выбегает из кабинета.
– Подожди, Кира! Ты слышала… Мне так жаль! Пойдем. Нельзя позволять этим сплетникам победить. Поставим их на место.
– Я не хочу, Маш. Мне надо было с самого начала понять, что это место не для меня.
– Ты что удумала? Только не говори, что увольняться.
– Предлагаешь терпеть это?
– Нет. Мы поставим всех на место.
– Я не понимаю. Ты ведь меня и правда не знаешь. Может быть сплетни – правда?
– Бред не говори. Ты скандал в день собеседования устроила. Поставила Арсаева на место. Двинула ему как следует по причинному месту. Взяла с ректора обещание, что он разберется, так просто не оставит ситуацию. Скорее всего, эта сплетня – банальная месть. Очень грязный прием. Но все причастные за это заплатят. Будь сильнее. Выше ничтожеств, которые сражаются такими способами.
Слова Маши меняют мое отношение. Она права. Я все время убегаю, сдаюсь. Откуда это неумение постоять за себя? И куда оно меня привело? Хуже быть просто не может. Я точно знаю, что рассказы про меня и Арсаева – ложь. Увольнение же только подтвердит мерзкие слухи.
– Спасибо тебе огромное, – вздыхаю. – Ты во всем права. Я такая трусливая, самой противно.
– Ничего ты не трусливая! Ты замечательная. Идем со мной.
– Я не хочу сейчас видеть тех людей.
– Наоборот, посмотришь им в лицо. Пусть им станет неловко, как минимум.
Возвращаемся с Марией в комнату отдыха для преподавателей. Теперь в ней никого, можно осмотреться и выдохнуть.
Большая, очень уютная, в пастельных тонах. Мягкие диваны, столики, в смежном помещении кухня с посудой, плитой, кофемашиной.
– Сделаю нам кофе, аппарат тут как в лучших кофейнях. Просто отличный. Я даже научилась делать сердечко из пенки, – говорит Маша.
– Супер. С удовольствием попробую, – улыбаюсь.
– Я не помешаю, девушки? – в комнату заглядывает женщина, на вид около сорока, волосы собраны в строгий пучок.
– Конечно нет, Ленок. Познакомься, это Кира. Кира Андреевна Сладкова, наша новая коллега. Преподает французский.
– Очень приятно познакомиться, Кира. Я Лена, – приветливо улыбается женщина.
– Елена Юрьевна Карелина. Заступалась за тебя в сегодняшнем споре, – добавляет Мария.
– Спасибо, – возвращаю улыбку.
– Ой, Кира, не обращайте внимания. К сожалению, придется нарастить броню. Тут непросто. Конкуренция. Студенты есть сложные, с богатыми родителями. Нужно всегда держать свою линию. Иначе замучают. А сплетни… Они неизбежны. Глупо принимать такое всерьез, мы взрослые люди, но тем не менее. Некоторые преподаватели любят гнобить коллег.
– Лена права, ничего с этим не сделаешь. Зато ректор – мировой мужик. Если что – сразу к нему. Быстро мозги вправляет. Арсаеву кстати тоже вправит. Уверена, до него уже дошел инцидент.
– Я забылась, случайно зашла в туалет для студентов, – говорю со вздохом. – В этом вся интрига. Арсаев действительно был там… не один. Он меня даже не видел. Я зашла в кабинку, ведь не сразу поняла, что происходит. Это было неожиданно, признаюсь.
– Поверь, для университета это не норма, – качает головой Мария.
– Короче, везет мне по полной программе. То напугал меня костюмом Дракулы, то это. Не знаю, что дальше. Я бы и рада его избегать, но как-то не выходит, – вздыхаю.
– Не волнуйся, выйдет, надо только подождать немного. До мамаши его дойдет – поедет Тимур снова в закрытое учебное заведение для парней, которых готовят в спецназ. Он в таком уже оттрубил полгода, приехал шелковый. Сейчас опять расслабился.
– Не слышала про такие заведения.
– Не у нас. В Англии. Мать Тимура там большую часть времени проводит, у нее там тоже частное заведение. Там ей проще держать сына в узде. Тем более, есть еще один, помладше, но насколько я слышала – там еще хуже проблемы с поведением.
– Ясно. Ничего себе.
– Так что, Тимур сам нарвался, можно сказать.
– Я не хочу ему зла, – качаю головой. – Ничего, опять же, он мне не сделал. Он даже не знал, что я заходила в тот злополучный туалет. Не думаю, что сплетни дело его рук. Скорее, это девицы, с которыми я на пороге столкнулась. Или та, что с ним была…
Ну ничего себе, это я сейчас Арсаева выгораживаю?
Странно, но что поделать, если в обоих случаях он как-бы и не виноват?
Если так, наказывать его не за что. Получается, даже волноваться за парня начинаю.
– Девочки, давайте сменим тему, – предлагает Маша. – Вот и кофе.
– Спасибо. Красиво как, – смотрю восхищенно на белую кружку изящной формы. В центре милое сердечко, посреди пушистой пены.
С наслаждением закрываю глаза, делаю первый глоток. И правда, очень вкусно.
– Я на свой риск смородиновый сироп добавила. Всего пару капель, – говорит Мария.
– Потрясающе вкусно!
– Рада, что тебе нравится.
– Может сходим в кафе после работы? – предлагает Елена.
– Увы, я сегодня не могу, домашние дела, – отказываюсь. Я бы с радостью, бесконечно счастлива, что нашла на работе приятных людей, но увы, мне нужно экономить.
Мы еще около получаса болтаем на разные темы, я даже забываю напрочь о своих неприятностях. Неумолимо приближается следующая пара, на которой все проходит очень спокойно. Никаких намеков. Отзывчивые студенты. Я почти готова поверить, что неприятности позади.
Глава 7
Тимур
– Ты должен понимать, что это неприемлемо. Я вынужден был сообщить о произошедшем твоей матери.
– Просто отлично, – сжимаю челюсти, неприязненно оглядывая ректора, который на самом деле лишь жалкая шестерка моей матери. Всячески угождает, держится за свое место. Хотя, иногда проявлял ко мне сочувствие, прикрывал в мелких шалостях.
– Тогда чего вы от меня хотите? Зачем позвали?
– Галина сама решит, как наказать тебя. Но я хочу попросить, чтобы ты как минимум извинился перед Кирой Андреевной.
– С радостью пообщаюсь с новый преподшей, – усмехаюсь.
За мной много грешков водится, но самое смешное, что в этом случае моей вины нет ни на грамм. Появление новой училки стало для меня каким-то снежным комом. Сначала столкновение в деканате, куда я заглянул на пару минут. Когда увидел блондинку в белой рубашке и узкой чёрной юбке, в разгар Хэллоуин-вечеринки, искренне решил, что мне прислали девочку для развлечения. Я лишь следовал игре. Надо же было ей оказаться настоящей училкой! Долго поверить не мог. Только неприкрытая ярость Елистратова заставила понять, что все так и есть. Напугал новенькую преподшу. Едва не лишил университет матери столь нужного преподавателя французского. Моя мать с детства обожает Францию, и все что с ней связано. Хотя школу открыла в Англии. Она росла на книгах Дюма, Конан Дойля, Дрюона. Очень начитанная, образованная.
Поэтому, в своем учебном заведении французскому уделила особое внимание. Английский, естественно, подразумевается по умолчанию.
Как так вышло, что я опять испортил матери бизнес? То бишь первый день милейший дамочки Киры, хотя выглядит она на самом деле, как студентка. Совсем молоденькая юная блондиночка. С короткими волосами чуть недостающими до плеч. Очаровательная мордашка, большие голубые глаза, длинные пушистые ресницы и пухлые чувственные губы.
Мечта для любого ученика с бушующими гормонами. Только мои гормоны давно перебесились. Когда принял ее за малышку из эскорта, играл лениво, как кот с мышью. Не мог решить, нужен ли мне такой сюрприз. Хотя, Кире Андреевне удалось взбудоражить меня, особенно под конец, когда мне по причинному месту двинула. Дерзкая малышка.
Не успел я извиниться за этот неловкий инцидент, как произошёл ещё один. Развлекался с Маринкой в туалете, куда заманила меня хлопающими глазками, обещанием быстрой разрядки. Настроение было паршивым с похмелья, так что я повелся. Но уж никак не мог ожидать, что сразу поползут сплетни, что я был там с новой училкой. Это конечно льстит мне в какой-то степени, но с другой стороны, подобное мне совершенно не нужно. Причем Маринка утверждает, что она к сплетне не имеет никакого отношения. Кира действительно зашла в тот самый невезучий санузел, хотя преподаватели и студенты пользуются разными. Умудрилась оказаться там в самый неподходящий момент, ну надо же…
– Не мне тебе напоминать, Тимур, что за подобную выходку мать снова отправит тебя в…, – осекается, видимо подыскивая точное определение.
– В концлагерь? – усмехаюсь. – Давайте называть вещи своими именами, Вениамин Степанович.
На самом деле это называется «Специальное заведение для трудных подростков и юношей». Моя мать дружит с владельцем, Георгием Вронским. Я попадал туда дважды. Второй раз это обернулось сильным вывихом плеча и сильнейшим физическим истощением. Я сильно подорвал здоровье, место конечно не из приятных. Зато приобрел навыки рукопашного боя. Увлекся боями без правил, даже начал зарабатывать на этом. Нашел клуб, в котором проводились подобные мероприятия и неожиданно выяснилось, что на этом можно очень хорошо поиметь бабла. Так что обрел дополнительную финансовую независимость от матери. Есть еще небольшая компьютерная фирма, которую я открыл в семнадцать лет. Здорово секу в компьютерах, да и руками махаю на отлично.
И все равно мать недовольна, постоянно достает меня. Конфликтов все больше.
Вроде бы любит, но в тоже время поступает очень жестоко. Типа ради моего блага. Она стала такой после того как у отца обнаружили неизлечимую болезнь. Он очень сильно страдает от боли, которую практически невозможно облегчить. Врачи дают разные прогнозы, ставят разные диагнозы, но он продолжает мучиться, сидеть на обезболивающих и мучить мать придирками, скандалами. Когда-то у них была очень сильная любовь. Я еще помню свое детство, тогда мы все были очень счастливы. От этого ничего не осталось, но иногда бывает очень сложно расстаться с иллюзиями.
Глава 8
Месяц спустя
Кира
– Сегодня отмечаем твою первую зарплату, – заявляет Маша, встречая меня у главных дверей университета в конце рабочего дня.
– Конечно, я с радостью! – широко улыбаюсь. Я действительно только что вышла из бухгалтерии. Сумма, которую я получила – по моим меркам очень приличная. Смогу и кое-что из одежды новой себе позволить и питаться наконец полноценно, иногда заглядывать в кафе, которые так любит Мария, да и другие коллеги. Жизнь налаживается, это не может не радовать. Еще недавно я думала, что осталась на обочине навсегда. Когда муж вышвырнул из дома разные мысли приходили в голову.
– Не беспокойся, заведение которое я выбрала очень бюджетное, – улыбается Мария.
– Да я не волнуюсь нисколько. Сегодня готова шиковать!
Это чистая правда. Если я умудрилась месяц выживать на очень маленькую сумму, то уж получив зарплату, точно справлюсь. Мне даже не верится, что я получила так много в первый же месяц. Не то чтобы я всю жизнь была нищей и никогда нормальных денег не видела. Наоборот, с мужем мы жили как средний класс, все себе позволяли. И машину хорошую, и квартира с дорогим ремонтом.
Новая жизнь меня тоже полностью устраивает. Я поняла, что точно не в деньгах счастье, а в людях, которые тебя окружают. Я полна решимости больше не подпустить к себе людей, которые предадут сложный момент.
То, что произошло с мужем до сих пор отзывается во мне глухой болью. Он бросил меня, потому что у меня проблемы с зачатием. Но разве любящий человек может поступить так жестоко? Изменить, переложить вину и выкинуть на улицу жену, просто потому что она оказалась непригодной для потомства.
Обычно я запрещаю себе вспоминать о прошлом хочу, смотреть только в будущее. Если бы не Мария, Ольга Владимировна, Елена, мне бы пришлось очень тяжело. Они видели, что я очень жестко экономлю, не акцентировали на этом внимание, но Мария буквально силой всунула мне деньги в долг, чтобы я смогла протянуть до зарплаты. Регулярно приглашала к себе на ужин, на работе старалась угостить. Приглашала в кафе за свой счет. Часто я старалась отказываться, не хотелось оставаться в долгу, шиковать, когда не могу себе это позволить. Мария и Елена относились к этому с большим пониманием.
– Поверь, когда я тоже только закончила универ и уехала от родителей, тоже голодала. Снимала комнату с девчонками, одну на пятерых. Зато все равно весело было. Это не проблема, а лишь вызов. Ты можешь продолжать всю жизнь жить в таком состоянии, либо начать барахтаться. Выкарабкиваться, искать способы заработка. У тебя точно будет все хорошо. Ты отлично вписалась в коллектив. Кстати, нам не запрещено давать частные уроки. Найдем тебе учеников, – рассуждала Мария.
Мне действительно невероятно повезло. Особенно в том, что Арсаев пропал с горизонта. Не появлялся в универе. Иногда я задумывалась, что если его и правда отправили в специализированное заведение?
От этой мысли становилось не по себе, я старалась гнать от себя переживания. Наверняка этот избалованный мажор в Англии, под крылышком мамочки, живет жизнью богатого мальчика. Не стоит о нем беспокоиться, это уже совсем глупо. Я должна думать только о себе.
Но определённо, отсутствие Арсаева сделало мою работу намного проще. Поначалу сплетни еще курсировали по универу, но ректор вскоре нашел источник и жестко все прекратил. Меня вызвали в деканат, где уже находились Марина и две сплетницы, с которыми я столкнулась возле туалета. Девушки униженно просили прощения. Марина все же была довольно высокомерна, но после жесткой отповеди Вениамина Степановича выдавила извинения. Елистратов уверил, что если сплетни продолжатся, то все трое будут отчислены.
– Арсаев тоже получил свое. Может быть, вы к нему хотите присоединиться? – бросил на прощание ректор девицам.
– А что с ним? – спрашиваю, когда девушки выходят.
– С ним решила вопрос Галина Александровна. Не думайте об этом, Кира Андреевна. Тимур сложный юноша, с ним нельзя по-хорошему, к сожалению. Галина Александровна знает, что делает.
Смотрю на собеседника растерянно. Не нахожу что сказать. Значит, всё-таки, Тимур наказан. Если ему сейчас несладко, получается, по моей вине, хоть и косвенной.
– Если Тимур и доставил мне неприятности, то абсолютно не намеренно, – говорю Елистратову. – Это было недоразумением.
