Все бытовые вопросы вроде покупок продуктов и даже предметов домашнего обихода взял на себя Олбан, мне хотя бы не пришлось по магазинам ходить, кроме как за одеждой и обувью. Но это требовалось нечасто.
Моя новая работа, между тем, увлекла меня.
С удовольствием я вместе с Энчирой и Олбаном листала каталоги, заказывая новые товары в свою Лавку. Мы обсуждали ремонт в нашем прекрасном и теперь уже безумно популярном заведении, цвет обоев и текстуру штор.
С Бети я могла часами увлеченно беседовать о горожанах, делая пометки в толстую амбарную книгу.
Казалось, я нашла свое призвание!
Мне уже не так тоскливо было без привычных и милых сердцу вещей, оставшихся в моем мире.
Я была бы даже не против найти лазейку в свою земную жизнь и перемещаться туда-сюда, так полюбила Лавку Предсказаний за какой-то месяц с небольшим!
Был один момент, омрачающий мою безоблачную карьеру предсказательницы. Весил этот момент килограммов девяносто, носил богатую одежду и собирал волосы в пучок.
Клифф Силох изображал зачем-то обходительного кавалера. Но с таким надменным изгибом губ можно быть только мерзавцем, пусть и высокородным и вроде как приличным.
Не могла я доверять человеку, который откусил хороший ломоть от моего “наследства”. Конечно, я самозванка, но его вины это не отменяет.
Клифф являлся ко мне каждую неделю, интересовался, как я справляюсь со своей Лавкой и обещал помочь советом.
– Все же я владел этим благословенным магазином десять лет, – вкрадчиво говорил Клифф, делая упор на слове “владел”.
– Эдре Силох, не устаю благодарить вас за то, в каком прекрасном состоянии вы передали мне мой заслуженный приз, – отвечала я, якобы смахивая навернувшуюся слезу умиления.
– Вы можете в полной мере продемонстрировать свою благодарность, если пожелаете, – играл бровями и моим терпением Клифф.
В ответ я заливисто смеялась, стараясь делать это благозвучно. Все-таки я девушка, привлекательная и загадочная.
Какую именно благодарность планировал получить несостоявшийся наследник, я уточнять отказывалась. А ему приличия не давали сделать более прозрачный намек.
Вот и ходил он, высматривал и вынюхивал, причем, старался появиться в какой-нибудь неожиданный момент и застать меня врасплох.
Уж не знаю, за чем именно.
Но я старалась не думать об этом изысканном негодяе и продолжала следовать намеченным курсом, надеясь на свою счастливую звезду, которая, правда, закинула меня в этот мир. Но ничего плохого пока не сделала.
Тяжеловато давались мне дни, когда было по 8-10 приемов. Я в последнее время старалась ограничиться семью, но перегрузы периодически случались.
Хорошо, я хоть себе два выходных выбила.
Но сидеть почти в одной позе часов по десять с небольшими перерывами было тяжеловато. Спина к вечеру давала о себе знать.
И спасением, как и в моей прежней жизни, стала йога.
Те несколько асан, которых я знаю, позволяли делать растяжку и восстанавливать кровообращение.
Всего три позы, пятнадцать минут в день, а какое облегчение!
В очередной раз после напряженного дня я почувствовала, что отекли лодыжки, а спина стонет уже чуть ли не в голос.
– Все, Анастасия, пришло время позаботиться о себе! – сказала я сама себе строгим тоном.
Поднялась и прямо в своем кабинете принялась разминаться.
Я сидела, широко раскинув ноги в разные стороны, сделав корпусом скручивание до хруста, так, будто собиралась в узел связаться. А руки мои при этом были заведены до предела назад и сложены в замок.
Старательно растягиваясь во все стороны сразу я услышала где-то внутри себя негромкий щелчок.
Ох, невезение, спину заклинило!
Но это было еще не все.
В дверь дробненько постучали, и тут же в кабинет твердым, уверенным шагом вошел Клифф Силох.
Я еще не видела, чтобы челюсть у человека могла отвиснуть настолько зрелищно, как на шарнирах.
Хотя, наверняка, сама я со стороны смотрелась еще интереснее.
3.2
– Что с вами, эдери Анастасия? – искаженное лицо Силоха подсказало мне, что он очень впечатлен. И что в этом мире йогой заниматься не принято.
– А-а-а-а! – просипела я. И хотела было дополнить: “Помогите”, но передумала.
Даже с заклинившей спиной я понимала, что не хочу выглядеть перед Клиффом беспомощной.
Этот пройдоха так и ждет, когда я слабину дам. Он подозревает, что я вовсе не ясновидящая, и каждый раз пытается поговорить со мной о том, как я прошла лабиринт. И я ему однообразно отвечаю, что меня вели духи.
– Уходииииитееее, – прошипела я, изгибаясь еще более вызывающе, – я говорю с покровииииителямииии!
– Ой!
Клифф Силох втянул голову в плечи, извинился и вышел.
Еще ни разу я так быстро от него не избавлялась. Но наслаждаться победой мне мешала боль в мышцах.
С хрустом расцепив пальцы, я освободилась от плена, в который сама себя и взяла, распластавшись по полу в позе морской звезды.
– Вот так вот, отдохнуть решила и размяться, – сказала я сама себе вслух.
Щека моя трогательно прижималась к дощатому полу. Перестелить бы его, денег хватить должно, клиенты у меня благодарные. А то вон щели какие между досками.
Я с неудовольствием уставилась на совсем уж неприятную трещину под столом, будто ее топором проделали. С того странного угла, под которым я ее рассматривала, заметила кусок тряпки, которой, видимо, пытались заделать эту позорную щербинку.
Я попыталась встать, еще раз хрустнув и клацнув позвонками.
От этого все необходимые детали пазла под названием “Анастасия Зиновьева” вернулись на свои места.
Я с облегчением потянулась, чувствуя легкость и бодро перебралась в кресло.
Уже вечерело, я снова проработала чуть ли не до темноты. Надо прекращать так над собой издеваться, не то скоро я сама поверю, что меня ведут по жизни невидимые сущности.
В верхнем ящике стола отыскала металлическую спицу с крючком на конце. Мне интересно было, зачем она нужна, я так и не нашла ей применение. Но сейчас поняла, что можно вытащить тряпку из пола.
Зачем? Сама не знаю, считайте, что это интуиция.
Подцепив мягкое, я потянула вверх, как бывалый рыболов. С азартом вытаскивала свой непонятный пока что улов, жалея, что у спицы нет катушки, как у спиннинга.
Тряпица оказалась льняным холстом.
Я взяла ее в руки с некоторым предубеждением, мало ли, в чем она испачкана или пропитана. Но холст был чист, насколько возможно в такой ситуации и даже источал запах благовоний.
Разложив тряпочку на столе и расправив, я увидела, что на ней что-то нарисовано или начерчено. Да это же карта!
Интересно, куда она ведет. К сокровищам, или просто это игра типа нашей “Зарницы”?
С азартом я разглядывала необычную находку.
Это точно план какой-то местности.
Горы, небольшой водоем, лес. А в самом центре – значок, похожий на четырехлистный клевер.
Где-то я его уже видела.
Нет, не листочек клевера разумеется, а именно такую эмблему. Она была тщательно прорисована, со штрихами и завитушками, хотя все остальное изображено примитивно, как на не очень старательном детском рисунке.
Меня будто током ударило. Я сначала даже решила, что это отголоски моих слишком старательных упражнений.
Но потом поняла, что это так интуиция проявляется, поднялась и подошла вместе с картой к портрету Лорелеи. Наше с ней странное сходство до сих пор меня пугало, я то отводила взгляд от глаз этой мистической женщины, то наоборот просила у нее поддержки.
Сейчас же я уставилась на брошь, украшающую воротник платья прорицательницы.
Точно, это оно!
Такой же точно четырехлистник.
Как зачарованная, я протянула палец к брошке на картине, надавила на нее легонько.
И тут же послышался скрежет.
Отскочив от портрета, я увидела, как отъезжает в сторону стена передо мной.
3.3
Потайная комната!
У меня дух захватило от волнения. Лорелея Силох оставила секретик после себя.
Присмотревшись, я поняла, что комнатой это назвать можно с трудом. Каморка, кладовка. Просторная настолько, чтобы вместить высокий деревянный стеллаж с широкими полками, табуретку и сундук.
Я подсвечивала себе магическим вечным фонариком, которые здесь были в ходу, чтобы рассмотреть удивительное место, в котором не было пыли.
Волшебство, не иначе.
Прежде всего, подошла к стеллажу, заполненному книгами. Не похожими на те, что продавались в моей лавке. Явно это не склад готовой продукции.
Зачарованно рассматривала я названия на корешках, не решаясь взять книги в руки.
“Традиционная демонология”.
“Толкование сновидений”
“Искусство гадания на ладони”
“Что скажет мне стеклянный шар?”
И еще куча названий специализированных изданий.
Взяв один из томиков, который выглядел не таким старым, как остальные, я с удивлением прочитала название и имя автора.
“Лорелея Амелия Силох. Как трактовать свои видения?”
Ничего себе! Наша хозяйка еще и книжки писала. До чего же удивительная женщина. И она же этот тайник тут устроила. Интересно, знает ли Клифф о нем? Мне почему-то казалось, что вряд ли.
Присев на корточке перед сундучком, я принялась искать замочек или защелку, но не нашла и попыталась просто откинуть крышку, на удачу…
А ларчик просто открывался!
С интересом я сунула нос внутрь, не боясь, что там ловушка или порошок сибирской язвы.
Что это, пергамент?
Я осторожно взяла желтый листок, лежавший на чем-то твердом. Сняла его, боясь, что он рассыпется в руках. Но он оказался вполне себе крепким. И с внутренней стороны что-то написано стремительным мелким почерком. Но сразу читать я не стала, потому как узнала предмет, который до этого был накрыт пергаментом. Это же макет того самого зеркального “лабиринта невероятности”, в который меня занесло со свадьбы Петровой-Смирновой!
Он, разумеется, был маленьким, но очень похожим. Не удивлюсь, если с него и делали большой вариант, и он как раз копия этого, а не наоборот.
Тот лабиринт я видела еще раз, когда его увозили с площади. Где он сейчас, я даже не знаю. Клифф сказал, что это практически мемориал в честь его бабуленьки и он придумает, что с ним делать дальше.
Очень захотелось посмотреть на эту вещицу, но я побоялась разбить или поцарапать лабиринт.
Вместо этого решила почитать сопроводительное письмо. Я не сомневалась, что его автор – сама Лорелея. И чувствовала особое волнение, будто могла поговорить с этой интересной личностью.
Выйдя из тайной комнаты, я снова нажала на брошку Лорелеи и двери за мной закрылись.
Тогда я принялась изучать ее послание.
“Здравствуй, преемница!
