– А вы его лично знаете?
– Моя сестра за ним замужем. Кстати, она тоже дракон.
Сижу, хлопая глазами.
– А… вы?
– Не испугаешься?
Я уже догадываюсь, что сейчас произойдёт, и отрицательно мотаю головой, мой страх сгорает в огне любопытства. А Кира протягивает перед собой руки, и они прямо на моих глазах начинают покрываться белоснежной чешуёй, а кончики пальцев удлиняются, превращаясь в когти.
– Я скажу тебе по секрету, – заговорщическим шёпотом сообщает Кира, – что драконы – это обычные люди. Только мы умеем летать.
Её глаза меняются, зрачки вытягиваются. И я понимаю, что сейчас на меня с любопытством смотрит настоящая драконица.
Стук в дверь прерывает очарование момента.
Обратное превращение происходит мгновенно.
– Войдите, – кричит Кира, тряхнув копной огненных волос.
Дверь распахивается, и у меня перехватывает дыхание при виде появившихся на пороге двух мощных широкоплечих фигур. Черноволосый капитан Рэй, в глазах которого прыгают весёлые искорки, и мрачный белокурый Ферон, который бросает на меня короткий недовольный взгляд и тут же отводит глаза.
– Обед сейчас принесут, – заявляет капитан. – Ты не думаешь, Кира, что её лучше временно спрятать?
Но он даже договорить не успевает, как Кира уже тянет меня за руку в направлении купальни. Я протискиваюсь мимо Ферона, который показательно отодвигается в сторону и даже руки за спину демонстративно убирает. Невольно вдыхаю его запах. А пахнет от дракона умопомрачительно: смолой нагретых на солнце корабельных канатов и заморскими специями. Я порой бегала в лавку торговца специями только для того, чтобы почувствовать запах дальних странствий. Есть в нём что-то заманчивое.
И теперь я чувствую себя очень неловко. Может, Кира права, и я действительно зря плохо подумала о нём, о Фероне, ну и вообще о драконах?
Но мачеха столько лет твердила мне, что драконы – зло, что я привыкла к этой мысли. И ведь её мнение было не единственным. Однако других людей я слушала хуже. В магической школе старенький учитель Истории Мира, Верни, рассказывал, что драконы Айсгарда когда-то спасли сначала своё королевство, а затем и все остальные. Мир был заморожен Хаосом до дальних шейханатов.
«Чушь, – по-своему трактовала слова учителя мачеха. – Ваш Верни на окладе у драконов. Что велят, то и говорит. Драконы для того и спасли мир, чтобы управлять людьми. А люди прекрасно жили и во времена Хаоса. При Хаосе не было драконов, и народ Драгонвэла был свободен. А когда король Ингвар и его кровожадные сыновья разбили Хаос на своих землях, то они не остановились и пошли дальше. И тогда пострадал Драгонвэл. А тебе известно, что короля Драгонвэла они скрыли от Хаоса и вырастили у себя? И он целиком и полностью им подчиняется».
И я слушала, слушала.
А сейчас один из кровожадных драконов морщит нос и отворачивается от меня с оскорблённым видом. И мне почему-то становится обидно. С чего бы?
Пусть думает обо мне что угодно. Лучше я ошибусь, плохо о нём думая, чем доверюсь тому, кого не знаю.
Мы выходим из купальни, когда стол уже накрыт на троих. Ну это понятно. Меня же здесь нет.
– Я не буду есть, – заявляет Ферон.
У капитана Рэйгарда вырывается смех, который он пытается скрыть за покашливанием.
– О, не беспокойся, Фер, тебе не придётся умирать от голода из-за собственного благородства. – Кира смешно морщит нос. – Я обо всём позаботилась.
Она извлекает из своей сумки всё, что положено, для того чтобы накрыть стол для четвёртого человека.
А я смотрю на расставленные блюда, и желудок скручивается болезненным узлом. Но я не решаюсь первой сесть за стол под взглядами троих драконов, точнее двоих. Ферон на меня не смотрит.
– Ну же, Лита, налетай, – зовёт Кира. – Долго ты просидела в своём сундуке?
– Часа три, – робко отвечаю я. – Или четыре
– А до этого?
– До этого пряталась за тюками. В этой лавке работает моя бывшая няня, но сегодня её там не оказалось.
– И никто тебя не кормил?
Отрицательно мотаю головой. И в этот момент мой живот издаёт громкое урчание.
Ферон поворачивается, и в его взгляде, брошенном на меня, мелькает что-то, похожее на жалость.
Я сразу же подбираюсь. Не хочу, чтобы на меня смотрели как на зверушку, которую надо отмыть и покормить.
– Так чего ты ждёшь? – Кира чуть ли не силой усаживает меня за стол. – Ешь. И не стесняйся. Здесь все свои.
Она снимает клош с самого большого блюда, и аромат специй и жареного мяса затапливает каюту. Кира сама накладывает мне на тарелку восхитительно пахнущие кусочки мяса, тушёные овощи и сдабривает это всё подливкой.
– А вы чего ждёте? – строго говорит она. – Чтобы девочка подавилась под вашими взглядами?
Не подавлюсь. Потом буду думать о приличиях и правилах поведения за столом. Не сейчас, когда у меня в руке вилка с наколотым на неё кусочком мяса. И когда я успела? Какая разница? Спешу положить его в рот. М-м-м, какая же вкуснотища. Живот снова урчит, и я, почти не жуя, проглатываю первый кусок и сразу же тянусь за вторым.
Только на третьем или четвёртом я замедляюсь и начинаю по-настоящему наслаждаться. Разбираю нежное мясо языком на волокна. Оно просто тает во рту, облизываю испачканные пряным соусом губы и ловлю взгляд Ферона. На этот раз в нём нет жалости. Дракон смотрит голодно, так, словно я у него отобрала этот кусок мяса. Смутившись, кладу вилку на стол.
– Спасибо, я наелась.
– Как птичка поклевала, – отзывается Кира, отрезая себе кусочек стейка с золотисто-коричневой корочкой, из которого сочится розовый мясной сок.
Заметив мой взгляд, она подмигивает.
– Ты же не думала, что драконы питаются сырым мясом?
Её муж давится смешком.
А Ферон хмурится и неожиданно вступается:
– Хватит вам пугать девчонку.
– Кто пугает? Она уже не боится, правда, Лита?
И она права. Кира ведёт себя так, словно мы с ней давно знакомы. И так мне гораздо проще, как ни странно.
– Не боюсь, – подтверждаю я.
Правда, голос при этом всё ещё подрагивает, но это скорее от волнения.
– Я вам очень благодарна за то, что вы меня спрятали и не отдали этому мерзкому…
Я содрогаюсь. Мои спасители перестают есть и смотрят на меня с сочувствием. Капитан Рэйгард становится серьёзным.
– Как ты так вляпалась, девочка? – спрашивает он.
– Я потом тебе расскажу, Рэй, её историю, – отвечает вместо меня Кира. – А пока надо решать, что делать. В принципе, я ей обрисовала ситуацию.
– Тебя устроит Академия Эртариан? – задаёт вопрос капитан.
– Я даже мечтать о ней не смела, – честно говорю я. – А меня туда примут?
– Примут, – отвечает Ферон.
Его голос звучит хрипло.
– Я позабочусь об этом.
– Спасибо вам всем огромное. – Я стискиваю руки перед собой и чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы. – Я бы пропала без вас.
– Ферона благодари, – говорит капитан, вставая из-за стола. – Его решение. Я зайцев обычно сразу за борт.
Лицо его при этих словах становится строгим, а глаза остаются весёлыми. И он мне подмигивает, отчего я не могу сдержать улыбку.
– Рэй, не говори глупости, – начинает Кира, но тут же замечает мою реакцию. – Фух, а я думала, ты опять сейчас начнёшь пугаться. Рэй любит пошутить, но он добрый. А благодарить тебе, действительно, надо Ферона. Мы привыкли друг другу доверять. Если он сказал, что кого-то надо спасать, мы сначала спасём, а потом уже будем разглядывать, кого именно к нам занесло.
Я перевожу взгляд на белокурого дракона. Он тоже поднялся из-за стола и стоит, привалившись плечом к стене.
– Не за что меня благодарить. – Он хмурится. – Рыжая она, как моя Лия. Хотелось бы мне, чтобы ей тогда кто-нибудь помог и ей не пришлось бы пять лет провести в плену.
Получается, он спас меня в память о… какой-то девушке, такой же рыжей, как и я?
Неожиданно в глубине души я чувствую разочарование.
С чего бы? Разве меня касается его прошлое?
Глава 4. Шторм
Лита
Прежде чем уйти, Кира затрагивает главный вопрос:
– Что решим насчёт размещения? Вам здесь как минимум неделю жить.
– Я могу принять все ночные вахты, а днём отсыпаться, – надменно заявляет дракон, в очередной раз глядя мимо меня.
– Целую неделю или даже две, если не повезёт с погодой? – Кира качает головой.
– Мне достаточно сундука, – решаюсь я и почти неслышно добавляю: – И я прошу прощения за истерику.
– Оу, – не выдерживает капитан. – Уже до истерики дошло? Это почти по-семейному.
– Рэй, – рявкает Кира. – Вечно ты…
– Порчу лирические моменты? Что поделать… воспитание подводит. Идём уж, жена.
– Не сердись на неё, Фер. – Кира поворачивается, стоя в дверях. – Ей нарг знает чего наговорили о драконах.
В следующий момент ручища капитана перехватывает её за талию и утаскивает в полутьму коридора. Дверь захлопывается.
Ферон впервые с начала обеда удостаивает меня взглядом. И я зябну. В синих глазах отстранённость и лёд.
– Ладно, – говорит он холодно. – Я всё понял. Располагайся.
Сам он отходит к настенному шкафу, достаёт с полки толстую книгу и усаживается в кресло. Через мгновение дракон погружается в чтение и вообще держит себя так, словно меня здесь нет.
Понял он. Как в нём это сочетается? Бросился спасать незнакомую девушку, а теперь смотрит как на пустое место. Хотя чего я хотела? Перевожу взгляд на его руки, ищу след, оставленный моими зубами. Цапнула-то я его от души. Но кожа чистая. Бездна, я и забыла, что у драконов почти мгновенная регенерация.
Мачеха когда-то обмолвилась, что вред им можно нанести только специальными артефактами. Интересно, кому нужно было изобретать такие артефакты? Ведь миром правят драконы. Не хотят же они вреда самим себе?
Ферон перелистывает страницу, и мой взгляд залипает на длинных красивых пальцах, которыми он задумчиво поглаживает краешек обложки. Мелькает мысль, что они могут быть и нежными, только не тогда, когда он хватает испуганную девушку за запястья. Так и синяки можно оставить.
Но это я, пожалуй, сейчас придумываю. Держал он меня крепко, но бережно. Растираю свои запястья и убеждаюсь, что неприятных ощущений не осталось.
Очень правильный дракон. Со всех сторон идеальный. И спас, и защитил, и не обидел, и не разгневался из-за укуса.
И всё-таки что-то меня в нём раздражает. Перевожу взгляд на лицо дракона: длинные белые волосы, отброшенные назад, прямой нос, высокие чётко очерченные скулы. Очень красивый и высокомерный, наверняка самовлюблённый с такой-то внешностью. Вот только все его черты словно из мрамора высечены, как будто неживые.
Дракон поднимает глаза, и меня бросает в жар.
– Долго ты собираешься меня разглядывать? Так понравился?
– Нет, – отвечаю я, прежде чем включается способность думать.
Бровь дракона насмешливо изгибается. Он аккуратно закрывает книгу и кладёт её на стол.
– Не в твоём вкусе, значит?
Я хмыкаю.
– Не в этом дело. Вы… ненастоящий.
Вот тут уже обе брови дракона взлетают на лоб. Кажется, я ляпнула что-то не то. И я спешу исправиться, но, по-моему, говорю ещё большую глупость:
– На скульптуру похожи, а не на живого человека.
– Ты всегда говоришь то, что думаешь? – В глазах дракона появляется заинтересованность.
Я опускаю глаза.
