– Скорее, кто вы такая? Ведь это ваш сын, насколько я понимаю, сегодня заявился ко мне домой, – холодно ответила Женя.
– Зачем? Вы что, знакомы? – Вера не могла понять, что происходит.
– Ну вот сегодня и познакомились, – пожала плечами Женя. – Очевидно, кто-то заплатил ему, чтобы он сделал небольшую гадость. Опорочил меня перед женихом.
У Веры от возмущения пропали все слова и даже рот приоткрылся. Она посмотрела на сына и потом снова на Женю. По одному взгляду было понятно, что, если бы она могла разделить наглую девицу на атомы прямо здесь и прямо сейчас, она бы непременно это сделала.
– Да что вы такое говорите! – наконец-то нашлась женщина. – Этого просто не может быть! – Она снова посмотрела на сына и сразу же прочитала правду у него на лице. Настоящая мать. – Лева, зачем ты к ней ездил? Ты что, с ума сошел?
Мальчик опустил глаза, открыл рот, чтобы ответить, и снова зашелся в приступе кашля. Женя брезгливо поморщилась и сделала два шага назад.
– Зачем вы больного ребенка в школу отпустили, у него что, температура? – с тревогой поинтересовалась она.
– Нет у него температуры, – торопливо отмахнулась Вера. – Лева, Левушка, сыночек, что такое, опять? – Вера беспомощно кудахтала вокруг сына, сложившегося пополам и надрывающегося в приступе кашля.
– Откуда вы знаете? Вы что, взглядом ее измеряете? Может, у него туберкулез? – Женя на всякий случай сделала еще один шаг назад.
– Глупости не говорите! – «домашняя курица» рассердилась и сурово посмотрела на Женю. «Типичная неудачница, одежда из секонда, кольца на руке нет, сынуля свет в окне, а он об маманю ноги вытирает. Вот и рожай после этого», – за несколько секунд отсканировала информацию Женя.
– Ничего не глупости, смотрите, как кашляет! – уверенно возразила девушка. – Впрочем, лечите чем хотите, но мне нужно знать, кто его нанял. Иначе придется разговаривать с ним в комнате полиции. Кажется, там есть специальная, для несовершеннолетних, – стараясь перекричать надрывающегося пацана, вещала Женя.
Кашель бесил, пацан раздражал, а беспомощная маманя так и вовсе сводила с ума, вся эта ситуация здорово действовала на нервы. Женя бы с удовольствием убралась из этого театра абсурда как можно скорее, но она привыкла доводить до конца начатое. А ей во что бы то ни стало надо было узнать, какая мерзавка придумала дурацкий план с чахоточным пацаном.
– Слушайте, – вдруг ее осенило. – Он у вас, случайно, в театр юного зрителя или какую-нибудь актерскую студию не ходит? Вон как кашляет, чтобы в полицию не идти.
Лева вдруг перестал кашлять, посмотрел на Женю, сделал глубокий вдох, чтобы ответить, и потерял сознание. Вера упала на колени рядом с сыном.
– Лева, Левушка, ты что, Лева! – Она принялась тормошить пацана.
Женя, сбитая с толку происходящим, сделала шаг ближе. Когда-то она целенаправленно ходила на курсы оказания первой помощи, наивно мечтая стать врачом, и слушала там очень внимательно.
– Что с ним? – вдруг беспомощно обратилась к ней Вера.
– Я не знаю, что с ним, дайте мне посмотреть. – Женя отодвинула бестолковую мать в сторону и подошла к пацану, положила палец на сонную артерию и принялась считать пульс: – Раз, два, три… – Она осеклась. – Что это?
Женя заметила большое пятно на ладони у мальчика, с которого кровь тягуче переливалась на потертые края дешевого свитера. Кажется, мальчик кашлял кровью и, прикрыв рот рукой, выплеснул часть мокроты на нее.
Женя поднялась и снова отступила от пацана.
– Вызывайте скорую, – быстро приказала она.
– Сейчас, сейчас, – бестолково засуетилась Вера. – Мне надо домой, телефон там.
Она поднялась, намереваясь броситься к дому, сделала два шага в его направлении и тоже свалилась на землю без сознания.
Женя в неверии смотрела на открывшуюся ей картину. Пацан в крови и рядом его мать. Оба без сознания. Она растерянно огляделась вокруг – пара любопытных соседей выглядывала из окон.
– Ну что вы смотрите? Скорую вызывайте! – крикнула им Женя. Лица любопытствующих сразу же скрылись за старыми выцветшими занавесками.
– Сволочи, – в сердцах выругалась Женя, достала мобильный телефон и набрала номер.
– Да, здравствуйте. Радужная, шесть. Без сознания мать и ребенок, мальчик, не знаю, сколько лет, восемь или девять где-то. Он кашлял кровью. Пожалуйста, побыстрее приезжайте. Через сколько? Да вы что, издеваетесь? Они на улице лежат, нет, я не могу их перенести в помещение, я вообще не здесь живу. Обалдели вы, что ли, приедете через час? Пожар, ну а я при чем… Эй, женщина, подождите!
С той стороны понеслись гудки. Женя беспомощно огляделась вокруг. На улице ни души. Две трусливые соседские рожи, спрятавшиеся за занавесками, явно не спешат прийти на помощь. Рабочий день в разгаре, большинство обитателей местных трущоб на работе. Первой мыслью было броситься к бабкам и попросить их присмотреть за пацаном и его матерью до приезда скорой помощи. Женя даже сделала шаг в сторону соседнего двора, но потом остановилась.
Нет, она не сможет оставить их здесь лежащими на земле просто так. Черт, черт! Прикусив губу, чтобы не закричать от злости, Женя подошла к лежащей на земле без чувств Вере и со всей силы (даже с неким плохо скрываемым удовольствием) закатила ей пощечину. Нарожают детей, а дать им толку не могут!
– Эй, а ну давай вставай, – жестко потребовала она.
Оплеуха помогла. Вера открыла глаза и затрясла головой, стараясь рассеять пелену перед глазами, смахивающую на густой кислородный коктейль. Попыталась встать и обхватила руками голову: та кружилась немилосердно.
– Вставай давай, – Женя потянула ее за руку, плавно переходя на «ты». – Я в скорую позвонила, она через час приедет, пожар какой-то приключился, все машины на вызове. Неси пацана домой и жди там. Перезвони им, скажи точный адрес.
С помощью Жени Вера поднялась. Но стоило той убрать руку, как женщина снова начала оседать на землю, потеряв равновесие. Женя подхватила ее. Вера была ниже ее ростом и весила, кажется, в разы меньше. Где в этом мире справедливость? Зачуханная тетка вряд ли знала, что такое спортзал и интервальные кардиотренировки.
– До дома сможешь пацана донести? – с со-мнением поинтересовалась Женя. Вера посмотрела на нее и вдруг бухнулась на колени и заголосила.
– Помогите, пожалуйста, его надо к доктору срочно.
Занавески снова приоткрылись. Разворачивающаяся во дворе трагедия не могла оставить местных жителей равнодушными. Женя с ненавистью посмотрела на грязные окна. Да что же они, совсем человеческий облик потеряли? Сейчас умрут эти два неудачника, а милые соседи с удовольствием все запишут на камеру да в интернет выложат, вместо того чтобы выйти во двор и помочь.
– Я не доктор. – Женя попыталась отцепить Веру от своих коленей. Но женщина, еще пару мгновений тому назад валявшаяся без сознания, вцепилась в нее намертво.
– Помогите, он же сейчас умрет! – заголосила Вера.
Женя бросила взгляд на часы – почти двенадцать, а у нее еще конь не валялся. Она закатила глаза.
– Хорошо, хорошо! Далеко у вас больница?
– Нет, буквально пять минут езды, районная.
Вера встала. Женя искоса поглядела на тетку – та даже не заметила, что все колени разбиты, колготки порвались и туфли испачкались. Похоже, она не из тех, кого тревожит внешний вид. Недаром говорят, что дети – это цветы на могиле родителей.
Женщины подошли к Леве, мальчик по-прежнему лежал без сознания. Женя наклонилась, чтобы пощупать его пульс. Он был тонким, нитевидным. Она взглянула на Веру, снова готовую разрыдаться.
– Нужно донести его до машины, я стою в паре дворов отсюда. Довезу вас до больницы.
– Спасибо вам большое, – забормотала Вера. Она наклонилась над Левой и попыталась поднять его. В какой-то момент ей это удалось, но уже буквально через минуту она чуть не упала рядом с ним. Груз оказался неподъемный для матери. Женя глубоко выдохнула, чтобы не раскричаться. Что за день-то такой? Откуда они взялись на ее голову? Она решительно отодвинула Веру в сторону.
– Отойдите.
Женя легко подхватила мальчика на руки. Казалось, он весил совсем немного, гораздо меньше, чем она предполагала. Прижав живой груз к себе, Женя решительно двинулась к гаражам, через которые они с Левой попали во двор. Старалась не дышать – мало ли чем он болен? Вера засеменила рядом.
– Вы его что, совсем не кормите? – с раздражением поинтересовалась Женя. Мальчик весил меньше пса, живущего у родителей Станислава.
– Кормлю, только он в последнее время ничего не ест! – посетовала Вера, на щеках снова запылала лихорадочная краска, женщина начинала немного приходить в себя.
– Так заставьте, вы же мать, – сердито буркнула Женя.
– Не могу я заставлять. Потому что я мать.
Женя хмыкнула. Под взглядами сочившихся любопытством бабок они пересекли соседний двор.
– Верушка, что случилось-то? – заголосила худенькая старушка.
– Все в порядке, Марья Петровна, я потом расскажу.
– Левушке плохо, да? – полная бабушка даже приподнялась, с целью подробнее рассмотреть происходящее.
– Ему лучше всех, – огрызнулась Женя и ускорила шаг. Бабки тоже действовали на нервы. Не дай бог дожить до обсуждения концертов и Филиппа. – Достаньте у меня из кармана ключи, – попросила девушка Веру, когда они подошли к машине. Та вытянула брелок из заднего кармана Жениных легинсов и бестолково протянула ей.
– Откройте же, – едва сдерживая раздражение, попросила Женя. Ну что за курица?
Вера нажала на кнопку «закрыть».
– Другая, там, где замочек открывается, – закатила глаза Женя.
– Простите, простите, ради Бога, – забормотала Вера, попыталась нажать на нужную кнопку и уронила брелок в пыль.
– У нас нет машины, – начала слабо оправдываться Вера, поднимая брелок и с третьей попытки нажимая на верную кнопку.
– Это я уже поняла, – пропыхтела Женя, укладывая Леву на заднее сиденье. Пацан побледнел до синевы, и Женя впервые испугалась – а если она не успеет его довезти до больницы? Нужно было ждать скорую и не ввязываться в это. Вечно ей доброта мешает, а ведь была уверена, что почти изжила ее.
– Я сяду рядом с ним, – засуетилась Вера.
– Не стоит, садитесь рядом со мной, ему там нормально, – приказала Женя. Похоже, этой клуше надо отдавать четкие команды, чтобы она хоть как-то разумно действовала.
С трудом пристегнув лежащего Леву и собственноручно пристегнув Веру (у той тоже возникли проблемы с ремнем), Женя тронулась в путь. Вера развернулась и не сводила глаз с Левы.
– Он, он не дышит… – Вера поднесла кулак ко рту и укусила его, чтобы не разреветься.
Женя волновалась, но старалась ничем не выказать свое волнение. Стоит ей дать слабину, и в машине начнется фирменный дурдом.
– Глупости. Просто дыхание слабое, – уверенным тоном заявила она. – Сейчас врачи им займутся, не переживайте.
– У вас есть дети? – Вера медленно перевела взгляд на Женю. Та вздрогнула.
– Нет. У меня нет детей.
– Тогда вы не поймете…
– Уж объясните мне, непонятливой. – Женя вдруг начала заводиться. Еще не хватало, чтобы эта неудачница учила ее жизни.
– Я не могу перестать волноваться, это сильнее меня. Лева – это все, что у меня есть, – выдала она банальную фразу.
– Единственный ребенок? – Девушка привычным жестом откинула челку, выбившуюся из идеального пучка.
– Да.
– А ваш муж, где он? Может, позвоните ему, чтобы тоже приехал в больницу?
– У меня нет мужа, – тихо прошептала Вера и отвернулась к окну.
Женя с трудом подавила вздох.
Через две минуты она затормозила возле приемного отделения районной больницы. Бросив машину возле входа, она взбежала по ступенькам. В приемном сидели два человека, пожилая медсестра неторопливо делала запись в журнале.
– Здравствуйте! У меня в машине мальчик без сознания, – зачастила Женя, переводя дыхание.
– Несите сюда, я врача вызову, – не отрываясь от писанины, приказала медсестра.
– Как – несите? – Женя была немного шокирована. Последний раз, когда она попала в больницу с растяжением связок, ее возле входа встречал санитар с креслом-каталкой. Правда, клиника являлась частной, но все равно, нельзя же вот так просто «несите».
– Мне нужны носилки, – безапелляционно заявила Женя. Медсестра подняла на нее усталый взгляд.
– Девушка, вы или несите мальчика сюда сами, или ждите час-полтора, пока кто-нибудь освободится.
– А если он умирает? Он уже посинел весь!
– Тогда вы просто зря тратите время. – Медсестра вернулась к записям в журнале.
Кипя от возмущения, Женя бросилась назад к машине. Заглушив двигатель и достав Леву, она понесла его в приемное отделение. Машину так и бросила прямо возле входа. Из чувства внутреннего протеста. Вера семенила рядом.
Медсестра, оставив писанину, уже встречала их в приемном. За короткое время отсутствия Жени она умудрилась где-то раздобыть каталку и выкатила ее прямо к дверям. Женя, войдя в больницу, чуть не споткнулась об нее.
– Вот сюда кладите. – Медсестра расправила посеревшую простынь на каталке. Женя обратила внимание на ее руки. Без маникюра, рано состарившиеся. И хотя сама женщина выглядела не старше сорока, руки выдавали с потрохами, что она уже отпраздновала пятидесятилетний юбилей.
– Вот так, сынок. – Медсестра взяла Леву за руку и послушала пульс. Бросила встревоженный взгляд на Женю. – А давайте мы вашего сына сразу к доктору поднимем. Наверх, в реанимацию, – предложила она и толкнула каталку в направлении лифта.
– Это не мой сын, – огрызнулась Женя и обратилась к Вере: – Ну что, я пойду? Всего доброго, не болейте.
Лева неожиданно разразился новым приступом кашля. Кровь брызнула фонтаном. Женя увидела, что Вера снова закатывает глаза, и тут же подхватила ее.
– Соберись, тряпка! Хватит валиться, ты сыну нужна! – уже не сдерживая эмоции, затрясла она Веру.
Медсестра не обращала на них внимания. Ускорившись, она направила каталку с Левой к лифту.
– Потерпи, милый, сейчас тебе помогут, – бормотала она, игнорируя слабые протесты оставшихся в приемном покое граждан. Более чем тридцатилетний опыт работы подсказывал ей, что этому мальчику помощь сейчас нужнее всех.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
