– Совпадение, – пожал плечами эксперт. – Я могу предположить, что мясо маг-скорпионов он жрет, потому что другой еды нет. Почему нет? Но ведь он целенаправленно старается забраться как можно глубже в город. Разве это не попытка оторваться от нас?
– Ты его отследить еще можешь?
– Уже только по косвенным признакам. Но чем ближе он к аномалиям, тем сложнее подобное определять. А упорядоченное сознание, как вы знаете, дальше пятидесяти шагов не найти. Вполне стратегия.
– А если нет? – тихо спросил один из магов-бойцов. Молчаливый. Он обычно не отличался особой разговорчивостью, но встревал только по делу.
– Что – «нет»?
– А если у него другие мотивы? Мы ведь пытаемся понять его поступки, исходя из своего видения ситуации. Поставьте себя на место этого гостя. Он жил в мире, в котором нет магии. Столкнулся с ней. Да еще и угодив в чужой для себя мир, полный всякого странного и непонятного. Насколько я знаю, в мирах Мора такой дряни, как маг-скорпионы, обычно не обитает. А тут вон – в достатке. Да и другую мерзость он тоже видел. Один контакт с Харламом чего стоит. Тот ведь после возрождения, скорее всего, ходил в своем излюбленном облике – мумией. Ну и что бы вы на его месте делали?
– Уж точно не полез бы в аномалии, – буркнул старший.
– А он знает, что это аномалии? И чем они опасны? Представь, что у них там всего этого нет. Для него этот город просто брошен и населен всякими тварями. Разве нет?
– От нас же чего тогда он бежит?
– Если из нашего мира ты бы знал только Харлама… что бы ты о нас подумал?
– Ну… – задумчиво протянул Фарим. – Да… Но зачем он прет в центр города?
– А куда ему еще лезть? – улыбнулся самый старый маг. – В пустыню? К нам?
– Мне кажется, вы все усложняете, – пожал плечами один из бойцов. – Он просто безумен. Это отлично все объясняет.
– Безумен? Вряд ли. Все, что мы видим, говорит о другом, – серьезно произнес Фарим, нахмурившись.
Он держал этого парня в своей команде только из-за давления начальства. Хороший красный маг, сильный, но думает он плохо и совершенно не подходит для оперативной работы. Ситуации-то разные случались, и часто им требовалась гибкость. А этот постоянно влипал во всякие неприятности из-за дубовости, втягивая в них остальных. Вот и тут Фарим прямо почувствовал, как это «боевое полено» лезет на рожон.
– Так может, нагоним его и скрутим? – не унимался «дуб».
– А ты уверен, что обойдется без потерь? – усмехнулся эксперт, кивнув на останки маг-скорпиона. – Он, судя по всему, за словом в карман не лезет. За топором тоже. И вообще – парень резкий. Если предположить, что он от нас бежит, то попытка захвата может закончиться фатально. И для него, и для кого-то из нас.
– Но он же еще не маг… так, зародыш. Неужели ты его боишься? – презрительно скривился «дуб».
– Маг-скорпионы тоже так думали… – криво усмехнулся Фарим. – Только представь, какие новости будут греметь по всему городу. Что он тебе первым отрубит? Хвостик?
– Хватит! Не смешно!
– Почему же?
– Любой из нас легко с ним справится.
– В обычных условиях – да. Но, как ты заметил, – кивнул Фарим на останки маг-скорпиона, – он не спешит вступать в бой на обычных условиях. А из засады удар топора – это удар топора. Ты видел, как он клешни им пытался разделывать. У тебя такого крепкого хитинового покрытия нет.
– Да и Харлама он убил показательно, – добавил самый старый маг. – Видимо, человечек не простой. Очень.
– К тому же, – язвительно улыбнувшись, резюмировал эксперт, – ты разве забыл, какой у нас приказ? Он магистру нужен живым. Мы, кстати, тоже.
– Ой, да хватит! Хватит! Я все понял. А то набросились. Ну… погорячился. Виноват.
– Виноват он… – буркнул Фарим, но жестом остановил галдеж. – До доклада всего ничего. Давайте подведем итоги…
* * *
Илья медленно шел по занесенной песком улице.
Здесь, ближе к центру города, следы мародерства встречались реже. И выглядели жиже. Хотя чувство опасности постоянно заставляло его активно маневрировать. Больше он не задумывался о всяких философских вопросах на марше – слишком опасно. Один раз повезло. Но это не значит, что везение не оставит его в самый неподходящий момент…
Переночевал он во второй башне, которую достиг накануне, ближе к закату. Там тоже у верхних этажей были обвалены лестничные пролеты. Видимо, стандартная методика защиты.
Вещей в сундуках, кстати, оказалось больше. Запасы одежды, какие-то ткани, инструменты и непонятные предметы. Да и вообще – по самому лагерю было много всего разбросано, наводя на мысли о спешном бегстве. Словно кто-то или что-то спугнуло обитателей, и они убежали, сверкая пятками. Или того хуже.
Одежда лежала в сундуках не навалом, а упакованная такими компактными, плотными «брикетами». На них даже бирки какие-то имелись с надписью на непонятном языке. Он добрые минут пять пытался хоть с чем-то его проассоциировать, но тщетно. Никаких зацепок в его воспоминаниях не нашлось, и все эти символы продолжали оставаться «каракулями».
Вскрыл одну пачку, которая казалась покрупнее.
Ничего особенного там не обнаружилось. Обычный плод конвергенции – типовая одежда для пустыни. Белая, легкая, просторная. Какие-то шаровары, просторная туника и накидка вроде халата. Никаких резинок и пуговиц. Ничего. Просто ткань и завязочки. А вот материал… он был изумительный. Чем-то напоминал шелк, только еще более невесомый. Ткань не мялась, отличалась эластичностью и чрезвычайной прочностью: руками он ее порвать не смог, хотя на хилость не жаловался. При этом она дышала, легко пропуская воздух. А вот пачкалась и намокала плохо. Крайне плохо. Он специально проверил. Казалось, будто она чем-то пропитана непонятным, защищающим от подобных угроз.
На огонь он ее испытать не смог – не имелось под рукой. А вот резалась она плохо – как и та тряпка, из которой он ранее себе тюрбан слепил совершенно «колхозного» вида. И главное – совсем не распускалась. Казалось, что ткань прямо вот и вырастили, словно «перфорированное полотно» нужной формы: швов ведь тоже не имелось – ни единого…
Немного помедлив, Илья переоделся. А свою одежду, слишком неподходящую для этого климата, аккуратно собрал в тюк. И туго увязал, прикрепил лямки, словно у рюкзачка. К нему же он приладил и прочие вспомогательные вещи.
Поработал с поясом и подвесом оперативного оборудования. Кинжал, нож, топор, фляга… а она тут таки нашлась, хотя и была странной. Даже аптечку себе оперативную соорудил, скрутив пару валиков длинных бинтов из с трудом нарезанных лент.
Местную обувь тоже удалось найти, но она ему просто не подходила по размеру и колодке. В остальном же – Илья преобразился. И теперь выглядел как такой феллах, ну или что-то похожее. Только «на морду лица» светло-русый, сероглазый, усталый и злой. Да усатый-бородатый изрядно. Ну и здоровый излишне. Такого феллаха увидишь – сам кошелек отдашь, без всяких там сложностей вроде языкового барьера.
Переночевал Илья в башне, постоянно просыпаясь от малейшего шороха. Подкрепился поутру, сожрав одну лапку гигантского скорпиона. Голод-то уже в известной степени его оставил, поэтому он давил не так сильно. И, осмотревшись, направился дальше, в сторону дворца, до которого уже было не так далеко…
Не спеша.
Размеренно.
Осторожно.
Несколько раз пропускал гигантских скорпионов. Заглядывая при этом в усадьбы и приглядываясь к тому, что там ценного или интересного валялось. Ничего особенного не находилось. Все те же следы суеты и брошенные вещи. Хотя и не так хаотично, как при мародерке.
Наткнулся еще на три мешочка с мелкими непонятными кристаллами, похожими на самоцветы. Несколько золотых изделий. Маленьких. На вид женских, но поди разбери, что и кто в местной моде носит. Самой же радостной находкой оказалась полная бутыль воды, что позволило ему нормально напиться.
Наверное, если бы он потратил больше времени, удалось бы выудить что-то и поинтереснее. Но Илья не старался. Да и зачем? Для него было вполне очевидно, что никто в таких домах ничего толкового не оставлял. А может, и не держал. Суета суетой, а следов боя не наблюдалось. Так что покидали город нервно, но не так чтобы и аврально. Поэтому все действительно ценное и полезное, без всякого сомнения, забрали с собой. Остальное же, по сути, мусор. Ну и вода. Вот она была совершенно бесценна.
Книг, кстати, не приметил.
Вообще.
Ни одной. Хотя отдельные надписи кое-где встречались на все том же совершенно непонятном и незнакомом языке.
Скелетов, кстати, не было. Во всяком случае, гуманоидных. Тот, в башне, получался единственным, встреченным им. Почему? Бог весть. Если обитатели уходили относительно спокойно, на его взгляд, то мародеры тут явно бродили. И гибли, в чем он ни на секунду не сомневался.
Впрочем, учитывая то, как эти гигантские скорпионы хрумкали лапки своих собратьев вместе с хитиновыми панцирями, можно было предположить: жрут тут капитально. Всё и всех. Не воротя нос, как вьюноши за тарелкой супа, в которой, дескать, плавает вареная морковка. Нет. Тут и суп, и морковку, и тарелку, и ложку, и того, кто на разливе стоит, употребят, не стесняясь даже его старых носков. Еще и добавку попросят, если догонят…
Мгновение.
И Илью охватило давящее чувство опасности. Внезапное такое. Ни с того ни с сего. Более того – непонятно откуда исходящее. Вот шел-шел – и накрыло. Но сориентировался он быстро. И едва ли не рыбкой нырнул в ближайшую усадьбу.
Почти целую.
Пробежал на третий этаж и затих там, взяв на изготовку хвост гигантского скорпиона. Готовясь им «ужалить» того, кто решится подняться по ступенькам следом.
Но никто не спешил.
Мужчина замер.
Прислушался.
На улице было тихо.
Ни шороха.
Это пугало еще сильнее, потому что чувство опасности едва ли не в набат било. Илью спасала только ушедшая вновь в защитное состояние психика. Иначе он бы бросился бежать куда подальше, сверкая пятками и роняя всякое.
Прошла минута.
Вторая.
Третья.
Он осторожно, тихо-тихо поднялся и подошел к окну. Так, чтобы оглядеть округу, не высовываясь и оставаясь в тени. Тем более что дом был угловой и позволял оценить ситуацию как на улице, так и на прилегающей площади. Там, судя по всему, в прошлом был парк с фонтанами. Сейчас же стояли мертвые палки давно засохших деревьев и масса всего интересного, занесенного песком. Не сильно, кстати, очень не сильно. Казалось, что сюда он если и долетает, то в ограниченном количестве.
Первый ракурс.
Чисто.
Плавно переместился на новую позицию, чуть ли не ползком, чтобы не мелькать в оконном проеме.
Снова осмотрелся.
И опять пусто.
Наконец, третья намеченная им точка. Он поднялся, держась в тени. Чуть подался вперед, выглядывая. И замер… Ибо встретился взглядом с чем-то… с кем-то странным.
В песке, на солнышке, на здоровенном подиуме какой-то опрокинутой статуи покоилось существо, имеющее определенную связь с семейством кошачьих. Сам бы Илья его описал как огромного льва, просто исполинского. Точнее, львицу, ибо гривы у нее не наблюдалось. Но размеры размерами. Мало ли? Скорпионы тут тоже конские. Куда страннее выглядели здоровые кожистые крылья, сложенные вдоль боков, как у нетопыря какого-то. Ну и хвост львицы заканчивался не кисточкой, а жалом.
И вот эта «кошечка» на него смотрела.
Осмысленно так.
С интересом и явным любопытством. Словно домашний кот на охамевшую вконец мышь.
В этот момент ментальное давление усилилось. А чувство страха стало таким мощным, что даже появился легкий мандраж. И это несмотря на защитную реакцию его психики, которую, как правило, мало чем можно было пробить в таком состоянии.
Ничего умнее, чем кивнуть, буркнув «добрый вечер», и медленно разорвать зрительный контакт, отходя за стену, Илья не придумал. Иной бы просто осел, парализованный страхом. А ему только вот такая глупость пришла в голову.
Чуть-чуть отдышался.
Все-таки, если в глаза этой кошке не смотреть, давление так сильно не ощущалось.
Аккуратно выглянул снова.
Твари на ее месте не было.
Захотелось перекреститься. Спрятаться куда-то. Прикинуться ветошью. И он бы так и сделал, если бы отчетливо не понимал: это бесполезно. Подобная тварь тебя найдет везде, куда бы ты ни спрятался.
Мелькнула тень.
«Воздух!» – взвизгнула мысль в его мозгу.
Крыша этого домика не выглядела достаточно крепкой для того, чтобы выдержать посадку таких тяжелых существ. Поэтому Илья, почти не раздумывая, прыгнул вперед, к лестнице – самому крепкому участку дома, окруженному опорными столбами. Буквально закатившись на нее. Удержав в руках хвост скорпиона и едва сам себя им не ужалив. Одно хорошо – он уже немного задубел и почти не гнулся.
Секунда.
Какой-то свистящий звук.
И глухой удар по крыше. Которая, как и ожидалось, не выдержала и провалилась. Прямо в том месте – у окна, где Илья стоял каких-то двадцать секунд назад. А вместе с ней рухнуло и перекрытие между третьим и вторым этажами, роняя это гигантское существо туда – вниз.
Пыль.
Грохот.
Почти ничего не видно.
Но мужчина все одно ткнул уже одеревеневшим хвостом в сторону противника. Туда, где, как ему казалось, тот должен был находиться. В этой пыли было не разобрать ничего толком. Но Илья попытался ориентироваться на свое чутье. На такой дистанции он и сам эту тварь ощущал отлично. И это чувство не подвело.
Удар.
