Струи дождя барабанили по тротуару, разбрасывая в стороны использованные шприцы и размазывая по асфальту свежие экскременты. По крайней мере, ливень смыл кровь с шеи и рук. Ночь выдалась тяжелой, но нужно было выполнить еще одно поручение перед тем, как отправиться в ближайший порт, чтобы перехватить поставку, которая мне не принадлежала.
Пока не принадлежала.
Я бесшумно двигался по некогда оживленному проспекту, полному блеска и света. Вокруг царило мрачное запустение, а сцены на улицах подошли бы фильму про апокалипсис, а не реальной жизни. Добравшись до конца квартала, я остановился у грязной оранжевой палатки, полог которой развевался от ветра.
Прежде чем я успел расстегнуть молнию, передо мной оказался Джастис. Гранатовый перстень на его руке сверкал в ночи.
– Я буду в порядке, – пробормотал я с мятной конфетой во рту, надеясь, что она хотя бы ненадолго притупит вкусовые рецепторы и я смогу пережить эту ночь. Я редко позволял брату сопровождать меня, но из-за недавней болезни стал работать медленнее, поэтому согласился.
– И я, – ответил он, потянулся назад и вытащил два тела. Наверное, можно было назвать их людьми, но это было бы неточным описанием. Это были изможденные фигуры, покрытые багровыми и фиолетовыми синяками, шрамами от уколов, открытыми язвами и струпьями. Оба были мужчинами, и им могло быть от двадцати до шестидесяти лет.
Один из них повернул голову в сторону и сильно качнулся, подставив под удар свое худое, как у скелета, тело. Не проявляя милосердия, Джастис швырнул обоих о кирпичную стену пустующего здания, и я услышал, как сломалась кость. Первому каким-то образом удалось откинуть назад сальные светлые волосы и сверкнуть глазами.
– Кто ты, черт возьми, такой?
– Я с ним. – Джастис резко показал на меня.
Оба призрака обернулись, а затем заметно съежились, увидев мое лицо. Или, может быть, дело было в моих глазах. Я никогда не пытался скрыть ненависть, бурлящую в крови.
– Ты Макс, а ты Джо, верно? – спросил я похоронным тоном.
Джо, у которого была гладко выбритая голова, открывавшая вид на все гноящиеся язвы, сглотнул.
– Да, чувак, это мы, – сказал он, кивая. – Че тебе? Нужен товар?
Я наклонился ближе и сразу же об этом пожалел, когда меня окутала вонь, исходящая от их немытых тел. Пока мята действовала, я хотя бы не чувствовал вкуса их дыхания.
– Нет.
Макс дернул себя за ухо, и по его руке потекла кровь.
– Мы можем достать тебе девчонок, чувак. Хочешь? – Он указал рукой на множество палаток на другой стороне улицы. – Могу подобрать тебе девку любого возраста, какую захочешь.
– Я это уже слышал. – Во всем квартале царила запущенность. После каждой моей чистки сюда попадало все больше человеческой грязи. – Мне нужен источник.
– Дети в пяти палатках отсюда, – сказал Джо, заметно расслабившись. Он начал трястись, у него задергался глаз. Очевидно, ему была нужна доза. – У тебя есть деньги?
Я ощутил жжение от мяты на языке, на котором уже образовались волдыри.
– У меня много денег, – протянул я, поворачиваясь к палатке. – Сколько у вас детей?
– Сейчас восемь, любого возраста, – сказал торжественно Макс.
Я улыбнулся. Мне нравилось, как он пытался отойти от темы.
– Я спрошу еще раз. Мне нужен твой источник.
– Зачем? – Он пытался звучать жестко, но на самом деле его тон был раздраженным. – Я достану тебе человека любого возраста и пола, какого захочешь.
Я пнул его в колено и повалил на тротуар. Затем, схватив за сальные волосы, наклонился и вонзил ему нож между ребер. Чуть ниже.
Его глаза расширились.
Я вытащил лезвие и бросил взгляд на свою руку, покрытую свежей кровью.
– Есть кое-что, что тебе нужно обо мне знать, Макс, – мягко начал я.
– Что? – спросил он, накрыв обеими руками рану на груди.
– Мне нравится убивать людей, – сказал я и присел, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. – Очень. – Я считал, что должен быть честен с парнем, который вот-вот умрет. – Знаешь почему?
Из его глаз текли слезы, а из носа сочились кровавые сопли.
– Э-э, нет, – ответил он и стал лихорадочно оглядываться по сторонам, но Джастис уже прижал его приятеля к стене здания. В воздухе витал сильный запах крови. – Почему? – Он думал, что ему удастся утолить мою жажду.
– Я социопат. Может быть, психопат. Или… кто знает? Просто самый конченый злодей. Обычно я не трачу много времени на размышления об этом.
Он сильнее прижал руку к ране.
– Пожалуйста, не убивай меня.
– Ты умрешь, Макс. Это точно, – сказал я и прислушался к его прерывистому дыханию. Видимо, я задел его легкое. – Но я могу сделать это быстро. Кто доставляет тебе детей?
– Почему? – спросил он, кашляя. Его зрачки от боли стали огромными. – Почему тебя это волнует?
Я всадил нож в его бедро, и он завизжал как поросенок.
– Потому что я возглавляю организацию и ее члены находятся под моей защитой. Короче, ты попал. Кто-то совершил колоссальную ошибку, похитив и убив маленькую девочку, принадлежавшую одному из моих людей. – Прямо на улице. Раньше считалось, что если ты защищен, то все в курсе, но не сейчас. Преступники не в ладах с… ну, с преступниками. – Так что я обязан пролить чью-то кровь. Я не могу допустить, чтобы мои люди думали, что я их не прикрою, понимаешь?
– Я не убивал никакую маленькую девочку, – заскулил Макс.
– Я знаю. – Она выпала из фургона во время погони и погибла. Мне потребовалось две недели, чтобы выследить этого парня, и он оказался не тем, кто нужен. – Назови мне имя или я начну отрезать части тела, – сказал я и отрезал ему ухо. – Ой, рано начал.
Он вскрикнул и закрыл дыру рукой, судя по всему, чтобы удержать внутри свой крошечный мозг.
– Его зовут Нельсон. Это все, что я знаю. Я даю ему деньги или наркотики, которые только могу достать, а он отдает мне детей. Большинство из них бездомные или в одиночку пересекли границу, и никто не знает, что они здесь. Никто их не ищет. Твоя маленькая девочка, наверное, была убита по ошибке.
Я встал и с наслаждением ударил его ногой в шею, убедившись, что попал куда надо. Раздался приятный хруст. Его глаза расширились от боли, а изо рта вырвался судорожный вдох. Он схватился за горло в надежде восстановить проходимость дыхательных путей, но гравитация, как всегда, победила, и он упал на колени, захлебываясь кровью.
Через несколько секунд мы о нем уже забыли.
Слева от меня эхом раздался треск ломающейся шеи: Джастису надоело возиться с ножом, и он наконец расправился со вторым сутенером.
Ветер завыл в ночи, разбрасывая дождевые капли и распространяя вонь от отходов. Боже, я ненавидел это место.
Джастис окинул взглядом многочисленные ряды палаток и самодельных картонных коробок, прежде чем осторожно переступить через очередную кучу дерьма. Я поднял глаза на высокое жилое здание: на первых этажах располагались элитные дизайнерские магазины, а на верхних – роскошные апартаменты. Чем больше становилось бездомных на улицах, тем быстрее люди бежали из Сан-Франциско. По крайней мере те, кто мог это сделать.
– Здание еще не выкуплено? – спросил я, при этом не ощущая ни дождя, ни ветра, будучи одетым так, как никогда бы не появился на людях. Вопреки распространенному мнению, я не прятался в скорлупу. Люди просто не знали, кем я был на самом деле, а если и говорили, то либо быстро забывали, либо вообще переставали разговаривать.
– Мне нужно еще две недели, – произнес Джастис, вздохнув и опустив взгляд на ботинки. – Все, что у меня есть, – это имя Нельсон, – добавил он и просканировал местность в поиске угроз.
– Как и у меня, – сказал я, оглядываясь. – Известно, из-за кого здесь столько бездомных?
Джастис фыркнул.
– Насколько знаю, из-за Бомонта – он распространяет в квартале наркотики.
В то время я считал Матиаса Бомонта тем еще мерзавцем, но было невозможно не восхищаться его деловой хваткой. Он раздавал бездомным наркоту, превращая их в ходячих зомби, которые вынуждали владельцев недвижимости покидать город. Затем он подкупал или принуждал местные власти принимать катастрофические законы, и в конце концов все катилось по наклонной в ад. Когда на имущество налагалось взыскание, он скупал его задешево. Я не знал, как он собирался избавить город от бездомных после всего этого, но надеялся, что его план потерпит крах.
Сейчас я предлагал за те здания больше, чем мог предложить Матиас.
Джастис прокрутил ленту в телефоне. Терпкий вкус мяты сменил хороший кофе. Это была одна из причин, по которой я тогда подпускал его к себе так близко. Он что-то читал, уже забыв о двух мертвых телах на усыпанном шприцами тротуаре.
– Что-то произошло с Аланой.
При упоминании ее имени я уловил во рту привкус меда.
– Что случилось? – спросил я. Голос вдруг стал хриплым.
Джастис поднял голову: на его лице не отразилось никаких эмоций, но в глазах читалось явное беспокойство.
– Не знаю. По словам моего источника, через час с ней что-то случится. Что-то опасное.
Внутри все сжалось и онемело.
– Пойдем быстрее.
Глава 4
Алана
Мои двенадцатисантиметровые шпильки прилипали к полу бара «Мартини Мани» – одного из самых модных заведений в Пало-Альто, куда мы пришли вместе с Эллой и Розали. Его постоянными клиентами были в основном состоятельные владельцы стартапов и несовершеннолетние девушки. Играла громкая и пульсирующая музыка, в интерьере преобладали яркие и громоздкие гостевые кабинки и рекой лился дорогой алкоголь.
– Не могу поверить, что он хочет встретиться с тобой здесь, – сказала Элла, пряча глаза за толстыми стеклами очков, а фигуру – под мешковатой одеждой. Иногда мне казалось, будто она слишком сильно старалась оставаться незамеченной, но с другой стороны, учитывая, что моя семья пыталась заставить меня выйти замуж за человека, которого я не знала, эта идея была довольно заманчивой.
Розали фыркнула.
– О чем ты беспокоишься? Почему бы тебе просто не трахнуть Соколова? В чем тогда вообще смысл всего этого?
Я закатила глаза. Мы не раз это обсуждали, и на очередной разговор терепения уже не хватало.
– Зачем?
– Ага, – подхватила Элла, хихикая. – Алана хочет настоящей любви, а не простого перепихона.
– С вами обеими так весело говорить о сексе, – сказала Розали со вздохом.
Элла сделала глоток мартини, широко раскрыв глаза.
– Мне все еще кажется, что это плохая идея, – сказала она. – Мы можем вывезти тебя из страны в течение часа.
– Честно говоря, не думаю, что на земле есть место, где мой отец не смог бы меня найти. Есть идея получше, – сказала я, помешивая оливку в бокале с джином и мартини.
Розали допивала свой напиток.
– Думаешь, тебе удастся отговорить Кэла Соколова от свадьбы?
– Я не собираюсь выходить за него замуж, но мы можем помочь друг другу. Ему нравится его холостяцкая жизнь. Да он запостил больше своих выходок, чем я. Если мы объединим усилия, то сможем укрепить обе платформы. Нашим семьям просто придется принять это и отступить.
– Что? – спросила Розали. – Отступить? Кто-нибудь из ваших семей когда-нибудь отступал?
Ответа на этот вопрос у меня не было.
Розали оглянулась через плечо на VIP-зону, обставленную красными бархатными диванами и фацетными зеркалами.
– Мы должны что-то придумать, чтобы ты не вышла замуж за этого пижона.
– Пижона? – засмеялась Элла. Она достала телефон и начала изучать аккаунт Кэла на «Хологрид Хаб». Будучи лучшим хакером из всех, кого я знала, она объездила весь мир, обучаясь у гениев втайне от своей мачехи и сводных сестер. Разумеется, в какой-то момент они выследили ее, но вредить ей было бы слишком заметно, поэтому они не решились на что-то серьезное. – Кэл пишет только о том, как тренируется в зале, занимается сексом и водит тачки. – Она поморщилась. – Он определенно не управляет бизнесом самостоятельно.
– Да. За этим стоит, скорее всего, его старший брат Хендрикс, – предположила Розали, выдохнув. – Я слышала, этот парень просто монстр.
– А разве братьев не трое? – спросила Элла и заказала еще выпивки.
Я последовала ее примеру, желая приятно провести время, прежде чем направиться в VIP-зону.
– Там точно был еще один брат.
– Как его зовут? – спросила Элла и почесала подбородок.
Розали улыбнулась, когда официант поставил перед нами еще три напитка.
– Алексей.
– Точно, почти забыла. Он сейчас в тюрьме, – сказала Элла, подняв голову. Стекла ее очков запотели. – Он жестоко убил мужа своей любовницы, помните? Эта история несколько недель висела в топе новостей.
Я задрожала.
– Помню. – Все выпуски новостей показывали его суровое и разъяренное лицо. Последнее, что мне было нужно, – это оказаться в семье, в которой считали, что супружеская измена оправдывает убийство. Честно говоря, мне и идея измены не нравилась. – Я удивлена, что его семья до сих пор не отмылась от этого.
– Было слишком много свидетелей, – пробормотала Розали. – Не всегда можно откупиться деньгами.
Я похлопала ее по руке. У моей подруги было самое доброе сердце на свете, даже когда она призывала меня оседлать мужчин как лошадей. И при всем этом она дьявольски амбициозный адвокат.
– Иногда в жизни все происходят так, как надо.
– Знаю, – сказала Розали, пристально глядя на меня. – Ты ведь не собираешься выходить замуж за этого парня, правда?
Я прикусила губу.
