Вода была темной от грязи, кое-где зеленой от ряски и пахла болотом. Аж дрожь пробирала, стоило подумать, сколько в ней бактерий.
– Тут неглубоко, – заметил Сандарин. – Утонуть можно не бояться. Главная опасность – крокодилы.
Кроко… Что?
– На помощь! – заорала я во все горло, с ужасом озираясь по сторонам. – Помогите! Спасите! Вытащите меня отсюда!
Наслаждаясь моей паникой, остроухий садист на мосту смеялся.
Собственный крик оглушал. Он казался подозрительно громким, будто к моему рту приставили невидимый рупор. Звучное эхо подхватывало мой вопль и разносило по всей округе.
О господи, неужели для обороны сюда и правда запустили крокодилов?
Помощь пришла неожиданно. К обрыву подбежали двое мужчин, а в следующую секунду я с облегчением увидела, как, поскальзываясь на влажной земле, они спускаются ко мне в яму.
«А вот и объект».
Я вздрогнула и тряхнула головой, пытаясь изгнать из нее тихий голос Его Светлости. Жуткое чувство. Будто в затылок встроили радио.
Мрачная фигура Сандарина исчезла с моста, но, прячась где-то, колдун продолжал транслировать мне свои мысли.
«Вернее, объекты. Бери, соблазняй. Что может быть очаровательнее дамы в беде?»
Раздался громкий всплеск. Один из мужчин скатился по склону в воду и теперь стоял в ней по пояс. Темные брызги украсили верх его туники.
Эльф. Острые уши, светлые волосы ниже плеч.
– Как вы здесь оказались, леда?
Даже понимая, что про крокодилов Галя, скорее всего, соврал, я испуганно бросилась в объятия своего спасителя. Тот напрягся.
– Мар? Что случилось? – а вот и другой блондин подоспел.
Я мазнула по нему взглядом. Сразу видно: эти двое – братья. Так похожи! Оба красивые, статные. Плечи широкие, ноги длинные. Под одеждой явно тренированные тела. У одного волосы струились по спине, у другого были заплетены в косу.
Блондин с распущенными волосами, к груди которого я отчаянно жалась, напоминал каменного истукана. Его мышцы казались неестественно твердыми, сердце под моей щекой колотилось, как бешеное.
– Леда, – голос незнакомца прозвучал хрипло. Эльф неуверенно опустил руки мне на плечи и попытался меня отстранить, но куда там! Я вцепилась в него, как клещ. – Все хорошо, не бойтесь. Мы поможем вам отсюда выбраться.
Дрожа от холода, я подняла голову. Лицо моего спасителя горело ярким румянцем. Он тяжело дышал и был так смущен, словно ни разу в жизни не держал в объятиях красивую девушку.
А может, действительно не держал.
– Ма-а-ар, – потрясенно прошептал рядом другой мужчина, – на ней нет корсета.
И мы с упомянутым Маром, как по команде, опустили взгляд.
И правда никакого корсета. И даже никакого лифчика. Мокрое платье плотно облегало внушительную грудь, сквозь тонкую белую ткань угадывались розовые ареолы сосков.
Да я ж почти голая!
Зеленые глаза Мара расширились. Дыхание участилось. Румянец стал гуще, а тело под моими руками напряглось еще больше.
Судорожно вздохнув, эльф отвернулся.
– Возьмите, леда, – пылая щеками, его спутник, тот, что с косой, снял с себя жилетку из бежевой кожи и протянул мне. Предложил прикрыть непотребства.
Я, разумеется, прикрыла, но даже после этого мои спасители неловко отводили взгляды.
Говоря про строгие нравы эльфийского народа, Галя, похоже, ничуть не преувеличивал. На вид этим мужчинам было лет двадцать пять, а вели они себя, как юные застенчивые девственники.
В мире, где нет фривольных журналов и всемирной паутины с доступом к взрослому контенту, а добрачные связи запрещены, мои просвечивающиеся под платьем соски – верх неприличия, зрелище ужасно пошлое и даже шокирующее.
Упс! Кажется, сама того не желая, я обеспечила ушастых скромников эротическими фантазиями на всю неделю. Знаю я, о чем они будут думать сегодня перед сном и что представлять, лежа под одеялом.
– Давайте мы поможем вам отсюда выбраться. Меня зовут Айнан, а это мой брат Марамир.
– Варя. Ой, то есть Варна.
Я кивнула, мысленно сравнивая двух эльфов.
У обоих волосы длинные, светлые и волнистые, только у Айнана они сияющего жемчужного оттенка, а у Мара более темные, с натяжкой его даже можно назвать русым. У первого брата глаза васильковые, у второго цвета сочной весенней зелени. Оба невероятно хороши собой, но по-разному. У «Косички» лицо шире, черты грубее, а Марамир – идеальный красавчик из глянцевого журнала: с такой внешностью прямая дорога в актеры или модели.
С помощью эльфов я вылезла из воды на камни у стенки рва. Юбка до пят, впитавшая влагу, стала невероятно тяжелой и мешала движению. Я знала, что такая одежда затруднит подъем, поэтому без всякого стеснения превратила длинное платье в короткое – задрала юбку и завязала узлом на бедре.
Потеряв челюсти, братья в шоке уставились на мои обнаженные колени.
– Что-то не так? – мило захлопала я ресницами.
Кадык на горле Марамира дернулся. Айнан закашлялся в кулак.
Мы начали карабкаться наверх.
Помогая мне взбираться по влажному, скользкому склону, Айнан тянул меня за руку, а Марамир подталкивал в спину.
– Простите, леда, – прохрипел он, случайно задев плечом мои ягодицы.
Скулы его горели.
– Не извиняйтесь. И не стесняйтесь. Так будет быстрее и удобнее, – и я с намеком покачала бедрами, показывая, за что ему следует ухватиться.
Марамир вытаращил глаза, закусил губу, тяжело сглотнул, но после долгой паузы таки пристроил широкие ладони на моей пятой точке.
– Мар! – осуждающе прошипел сверху его брат.
– Но так и правда удобнее, – смущенно оправдался тот.
Сперва Марамир очень стеснялся и касался меня робко, осторожно, а потом осмелел и уже лапал вовсю, прикрываясь помощью. Наблюдая это недостойное, на его взгляд, поведение, Айнан хмурился и укоризненно цокал языком.
Наконец мы выбрались из канавы к стенам замка, и Марамир с явным сожалением убрал от меня руки.
– А где ваша нянька, леда? – спросил Айнан. Он упорно смотрел себе под ноги, лишь бы случайно не зацепить взглядом мои голые колени или еще хуже – мокрую грудь между полами жилетки.
– Какая нянька? – вскинула я брови.
Эльфы озадаченно переглянулись.
– Старшая леда, которая сопровождает незамужнюю девушку во время прогулки.
Мои брови взлетели еще выше.
– Зачем меня сопровождать? Я же не ребенок.
Эльфы снова обменялись изумленными взглядами.
– Мы никому не скажем, – спешно заверил Айнан. – Обещаем, никто не узнает, что вы гуляли за пределами замка в одиночестве и… – Он невольно покосился на мою завязанную узлом юбку и сглотнул, его голос опустился до хриплого шепота. – И обо всем остальном тоже. Вашей репутации ничего не грозит.
Теперь он смотрел на свою жилетку, которую любезно отдал мне.
– Оу. Это очень мило, – улыбнулась я, растроганная его заботой о моем честном имени. – Позвольте поблагодарить вас, мои спасители.
И я прижалась губами к гладкой, по-девичьи нежной щеке Марамира.
Айнан, стоящий напротив нас, ахнул. Его голубые глаза стали размером с блюдца, челюсть отвисла.
В следующую секунду я клюнула в щеку и его.
Глава 5. Неправильная эльфийка
Когда девичьи губы коснулись его щеки, Айнан остолбенел от шока. Поцелуй длился секунду, но это была самая долгая секунда в его жизни. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Низ живота свело болезненно-сладкой судорогой, а мужское естество в штанах окрепло, как бывало только по утрам.
Влажные волосы эльфийки пахли гнилой водой из оборонительного рва, но Айнана это не оттолкнуло. Он думал о розовых пятнышкам под мокрой тканью белого платья.
Соски. Он видел ее соски!
В паху еще больше потяжелело.
Сейчас срамота была спрятана под жилеткой Айнана.
О Гаррот и семь его сестер! Ткань его жилетки облегала мягкие девичьи прелести, касалась груди Варны, и он будто тоже касался ее через свою одежду. Мысль волновала.
След поцелуя горел, и Айнан, потрясенный и растерянный, накрыл его ладонью.
Она поцеловала их. Двоих. И его, и Марамира. Ну что за бесстыдница!
Варна…
Он заметил, что брат не сводит с их новой знакомой горящих глаз.
– Ну, мне пора, – неправильная эльфийка с сомнением посмотрела в сторону замка, словно неуверенная в том, куда ей идти.
Кадык Марамира дернулся. Принц открыл рот, закрыл, облизал губы и после небольшой паузы хрипло выдохнул:
– Леда Варна, вы живете в замке или где-то на острове? Никогда вас здесь не видел.
– О, я недавно вернулась из академии для благопристойных девиц, – и она хохотнула, будто находила в этом что-то забавное.
Взгляд Айнана метнулся к ее голым коленям под задранной юбкой.
И чему, интересно, учат воспитанниц этой академии? Уж точно не скромности и стыдливости.
– Благородных, – машинально поправил Марамир и тоже облизал взглядом ее обнаженные ноги.
– И благородных тоже, – согласилась Варна, а потом сняла с себя жилетку, ослепив обоих братьев ошеломительно откровенным видом. Ее мокрое платье по-прежнему выставляло все напоказ. – Я, наверное, должна вернуть, пока не ушла.
И она протянула жилетку Айнану.
– Оставьте, оставьте себе, – торопливо зашептал тот, прикрывая глаза ладонью, но нет-нет да косясь на грудь эльфийки сквозь раздвинутые пальцы.
А вот Марамир не отворачивался, взгляд не прятал, смотрел на бесстыжую девицу не таясь. Даже протянутую жилетку схватил и быстро напялил на себя, хотя вообще-то это была одежда Айнана.
– Рады были помочь, – и шокируя брата, Мар призывно улыбнулся.
Хвала Гарроту, распутница догадалась опустить юбку, но выглядеть от этого более прилично не стала. Неужели она пойдет в замок в таком виде? Растрепанная, полуголая. Мимо стражников, мимо всех этих важных гусынь, зорко следящих за нравственным обликом молодых эльфиек? Да ее же замуж никто не возьмет после этой скандальной прогулки в мокром платье!
Странная леда уже было направилась вдоль крепостной стены к воротам, но вдруг остановилась и оглянулась на принцев через плечо:
– Я приду сюда вечером. Мало ли, кто-то снова захочет меня увидеть.
И ее губы тронула легкая, загадочная улыбка. Сердце Айнана отчего-то забилось чаще. Никогда он не видел, что бы девушки в Йерне так улыбались. Боясь пересудов, они редко позволяли себе проявлять эмоции. И столь необычного выражения на лице у них тоже не возникало. Айнан не мог подобрать ему определения. Лукавое? Хитрое? Томное? Но при виде этой улыбки и этого выражения на лице у него вдоль позвоночника прокатилась волна щекотно-приятной дрожи.
– Захочет, – глядя на Варну, как завороженный, прошептал Марамир. – Захочет увидеть.
Эльфийка улыбнулась шире и продолжила путь.
Братья наблюдали за ней, пока она не исчезла за крепостными воротами, а потом повернулись друг другу и одновременно произнесли:
– Какая бесстыдница!
– Она потрясающая!
Айнан поджал губы.
Марамир мечтательно вздохнул.
Некоторое время царила тишина, затем принцы снова нарушили молчание, заговорив разом:
– Такое поведение недопустимо.
