– Нет. Ты наверняка говоришь все, что знаешь… Только ищешь не слишком усердно. Такое случается. Начинаешь сочувствовать носителю, позволяешь ее воспоминаниям управлять твоими желаниями. Вероятно, уже слишком поздно. Я считаю, тебе нужно переселиться. Возможно, другим повезет с ней больше.
– Ха! – фыркнула я. – Мелани сожрет их с потрохами!
Искательница застыла как громом пораженная. Даже если ей и удалось что-то выудить из Кэти, об этом она не догадывалась. Она думала, Мелани влияет на меня бессознательно, через память.
– Ты говоришь о ней в настоящем времени. Любопытно.
Я пропустила ее слова мимо ушей.
– Зря вы думаете, что кому-то удастся раскрыть ее секреты.
– Есть лишь один способ выяснить.
– И много желающих? – спросила я, не скрывая отвращения.
Искательница усмехнулась:
– Мне разрешили попробовать. Много времени это не займет. Моего носителя сохранят, пока я не вернусь.
Меня затрясло. Мелани от ненависти лишилась дара речи. При мысли, что Искательница будет копаться внутри, даже в мое отсутствие, к горлу подступила тошнота.
– Вынуждена вас огорчить: я не попрыгунья.
– Значит, выполнение моего задания затянется. Раньше я не интересовалась историей, но готова прослушать полный курс.
– Вы только что сказали, слишком поздно, из памяти уже ничего не извлечь, – напомнила я, стараясь сохранять спокойствие. – Может, лучше закрыть дело?
Искательница пожала плечами, натянуто улыбнулась.
– Наверняка поздно… для добровольного получения информации. Но даже если ты откажешься сотрудничать, она сама выведет меня к мятежникам.
– Выведет?
– Когда получит полный контроль. С тобой повторится история слабака, которого сперва звали Стремительная Песня, а потом Кевин. Помнишь его? Тот, кто напал на Целителя.
Я прожгла Искательницу свирепым взглядом.
– Это лишь вопрос времени. Утешительница не сообщила тебе статистику? В любом случае последними данными она не располагает. Шансы на успех в таких ситуациях – когда носитель начинает сопротивляться – меньше двадцати процентов. Ты знала? Потенциальным колонистам дают другие сведения. Взрослых носителей предоставлять больше не будут, риск слишком велик. Мы теряем Души. Скоро она начнет с тобой общаться, говорить через тебя, самостоятельно принимать решения.
Я не шевельнулась, в лице не дрогнул ни один мускул. Искательница встала на цыпочки, заглянула мне в глаза. Ее голос стал ниже, мягче – так ей хотелось меня убедить.
– Этого ты желаешь, Странница? Проиграть? Раствориться в чужом сознании? Поменяться местами с носителем? Дальше будет только хуже. Ты потеряешь себя. Она победит, и ты исчезнешь. Разве что кто-то вмешается… Возможно, тебя переселят, как Кевина, и ты станешь девочкой по имени Мелани, которой больше нравится возиться с машинками, чем сочинять музыку. Или что там она любит.
– Меньше двадцати процентов? – прошептала я.
Искательница кивнула, тщетно пытаясь скрыть улыбку.
– Ты теряешь себя, Странница. Миры, которые ты видела, накопленный опыт – все это превратится в ничто. Я читала твое личное дело – ты способна стать Матерью. Если ты посвятишь себя Материнству – по крайней мере, знания не пропадут. Зачем тратить жизнь впустую? Кстати, ты думала о Материнстве?
Я покраснела и отшатнулась.
– Извини, – помрачнев, пробормотала Искательница. – Это было невежливо. Забудь мои слова.
– Я иду домой. Оставьте меня в покое.
– Не могу. Это моя работа.
– Столько хлопот из-за горстки людей! Какой смысл в вашей работе? Мы победили! Не пора ли влиться в общество и начать приносить пользу?
Мои вопросы и обвинения никак ее не задели.
– Всякий раз, когда их мир соприкасается с нашим, кто-то гибнет. – Эти слова Искательница произнесла миролюбиво. Я взглянула на нее другими глазами. Похоже, она искренне верит в то, что делает. А мне казалось, она выбрала свое Призвание из постыдной склонности к насилию. – Ни одна Душа не должна пасть от рук твоего Джареда или твоего Джейми. Пока на планете не наступит мир, моя работа необходима. Пока такие вот Мелани водят Души за нос…
Я повернулась к ней спиной и широким шагом направилась к дому. Если хочет, пусть догоняет бегом.
– Не потеряй себя, Странница! – крикнула Искательница мне вслед. – Времени мало! – Она помолчала и добавила еще громче: – Сообщи, когда сменишь имя на Мелани!
Голос становился тише, но я знала – она следует за мной по пятам. Прошлая неделя далась нелегко – на каждом занятии видеть ее лицо, слышать за спиной цокот каблуков, – но, судя по всему, это еще цветочки. Она превратит мою жизнь в ад.
Мелани яростно билась внутри черепа.
Сделай так, чтобы ее уволили. Скажи ее начальству, что она совершила какую-нибудь гадость. Напала на нас. Наше слово против ее…
В нашем мире,– напомнила я, почти сожалея, что это предложение невыполнимо,– нет начальства. Все работают вместе, на равных. Есть те, кто централизованно собирает информацию, есть советники, принимающие решения на основе полученных данных, но они не могут отстранить ее от задания. Понимаешь, у нас так устроено…
Наплевать, как у вас устроено, если это нам не поможет! Придумала! А давай ее убьем?
Перед глазами встало непрошеное видение: мои руки сжимаются на горле Искательницы.
Вот потому-то при нас на Земле стало гораздо лучше.
Не выпендривайся! Тебе эта мысль нравится не меньше моего.
Мысленный образ вернулся; лицо Искательницы посинело – и нас накрыла бурная волна удовольствия.
Это ты, а не я.
Я говорила правду: меня мутило от одной мысли об убийстве. Однако моя правда опасно граничила с ложью – возможность избавиться от Искательницы меня действительно радовала.
Что будем делать? Я не сдамся, ты не сдашься. Эта гнусная ищейка тоже.
Я промолчала, не находя ответа.
В голове наступило приятное затишье. Вот бы так подольше. Однако есть лишь один способ выкупить покой. Готова ли я заплатить такую цену? Есть ли у меня выбор?
Мелани постепенно утихомирилась. К тому времени, как я вошла в дом и заперла дверь на замок, которым прежде не пользовалась – в нашем безопасном мире человеческие изобретения не имели смысла, – она предалась размышлениям.
Никогда не задумывалась о том, как вы трясетесь над сохранением своего вида.
К этому вопросу мы подходим со всем тщанием. Спасибо за заботу.
Мелани не потрудилась ответить на сарказм.
Она по-прежнему раздумывала над своим открытием, а я тем временем включила компьютер и начала искать подходящий авиарейс. Через пару мгновений до нее дошло, чем я занимаюсь.
Куда это мы собрались? В ее мыслях мелькнула паника. Она принялась рыскать в моей голове – легонько, словно перышком щекотала, – и я решила облегчить ей поиск.
В Чикаго.
Паника стала сильнее.
Зачем?
Нужно встретиться с Целителем. Искательнице я не доверяю. Хочу поговорить с ним, прежде чем принять решение.
После секундного молчания Мелани произнесла:
Решение убить меня?
Да.
Глава 8
Любовь
– Боишься летать? – Недоверие в голосе Искательницы смешивалось с издевкой. – Ты восемь раз пересекла космическое пространство и боишься перелета в Аризону?
– Во-первых, не боюсь. Во-вторых, пересекая космическое пространство, я не понимала, что происходит, поскольку находилась в криоспячке. И в-третьих, моего носителя укачивает в самолетах.
Искательница состроила пренебрежительную гримасу.
– Так выпей таблетку! А если бы Целитель Брод не перевелся в Тусон? Отправилась бы в Чикаго на машине?
– Нет. Но до Тусона доеду. Заодно посмотрю мир. В пустыне, должно быть, потрясающе…
– Потрясающе скучно.
– …к тому же я никуда не спешу. Мне нужно о многом поразмыслить. В одиночестве. – Я намеренно выделила последнее слово.
– Все равно не понимаю, зачем куда-то ехать. Здесь полно квалифицированных Целителей.
– С Бродом-в-глубокой-воде мне спокойнее. У него уже был аналогичный опыт. Кроме того, я не уверена, что обладаю всей полнотой информации. – Я еще раз подчеркнуто взглянула на Искательницу.
– У тебя мало времени, Странница. Я замечаю тревожные признаки.
– Простите, но, по-моему, вы не вполне объективны. Я достаточно изучила человеческое поведение и способна определить, когда мной пытаются манипулировать.
Искательница одарила меня злобным взглядом.
Я уложила в арендованную машину то немногое, что решила взять с собой: запас одежды на неделю, гигиенические принадлежности. Вещей мало, но осталось и того меньше. За долгие месяцы почти ничего не накопилось: стены моей маленькой квартиры голые, полки пустые. Наверное, я с самого начала не собиралась здесь задерживаться.
Искательница обосновалась на тротуаре рядом с открытым багажником, атакуя меня ехидными вопросами и комментариями всякий раз, когда я оказывалась в пределах досягаемости. По крайней мере, за мной она точно не увяжется – слишком уж нетерпелива. Пусть летит в Тусон одна. Еще не хватало, чтобы она подсаживалась ко мне в придорожных кафе, караулила у туалета на заправке, донимала расспросами на каждом светофоре. Бр-р… Если переселение в новое тело – единственный способ избавиться от общества Искательницы… что ж, стоит подумать.
Правда, есть альтернатива: покинуть этот мир и отправиться на десятую планету. Вычеркнуть из памяти неудачный опыт. Земля останется крошечным пятнышком в моей практически безупречной биографии.
Улететь – но куда? Туда, где я уже бывала? Поющий мир – один из моих любимых, но променять зрение на слепоту?.. Планета Цветов чудесная… но существа, питающиеся хлорофиллом, почти лишены эмоций. Все будет казаться ужасно медленным.
Может, в новое место? Недавно мы заполучили очередное приобретение – на человеческом языке носители, за неимением более подходящего слова, назывались Дельфинами, хотя больше напоминали стрекоз, чем морских млекопитающих. Высокоразвитый вид, очень подвижный – правда, после долгого пребывания среди Водорослей мысль об очередной водной планете внушала отвращение.
Нет уж, я еще многого не испытала здесь, на Земле. Ничто во Вселенной не влекло меня так сильно, как тенистый зеленый дворик на тихой улице или бескрайнее небо пустыни из воспоминаний Мелани.
На предложенные варианты Мелани не отреагировала. С тех пор как я решила встретиться с Бродом-в-глубокой-воде, своим первым Целителем, она вела себя на удивление тихо. К чему бы это? Прикидывается неопасной? Готовится к вторжению Искательницы? К смерти? А может, собирается с силами, чтобы вступить в схватку и взять надо мной верх?
Каково бы ни было ее намерение, она затаилась, превратившись в настороженную тень на краю сознания.
Я в последний раз обошла дом, проверить, не забыла ли чего. Квартира выглядела пустой. Там стояла лишь необходимая мебель, оставшаяся от предыдущего хозяина. Те же тарелки в буфете, подушки на кровати, лампы на столах; если я не вернусь, следующему жильцу много менять не придется.
Стоило выйти за порог, зазвонил телефон. Я зашла обратно, но не успела снять трубку. После первого гудка сработал автоответчик: я уезжаю до конца семестра, лекции отменяются, пока не найдут замену. Без объяснения причин. Часы показывали восемь утра. Вероятно, звонил Курт, получивший чуть более подробное электронное письмо, отправленное вчера вечером. Меня мучила совесть из-за сорванных занятий: я чувствовала себя попрыгуньей. Возможно, скоропалительное увольнение – первый шаг к следующему, еще более позорному решению. Мне стало не по себе. Вроде торопиться некуда, но слушать сообщение автоответчика не хотелось.
Я еще раз оглядела пустую квартиру, к которой так и не успела привязаться. Странное ощущение – кажется, не только Мелани, но и весь этот мир меня отвергает, невзирая на мое желание прижиться. Не позволяет пустить корни. При мысли о корнях я криво улыбнулась: ерунда, суеверная чушь.
Мне еще не доводилось обитать в носителе, подверженном суевериям. Интересное ощущение. Будто за тобой наблюдают, а кто – неизвестно. По спине пробежали мурашки.
Я плотно прикрыла дверь, но не стала запирать на замок, пережиток прошлого. Никто сюда не войдет, пока я не вернусь – или пока квартиру не предоставят кому-то другому.
Не глядя на Искательницу, я села в машину. У меня мало водительского опыта, у Мелани тоже, поэтому я слегка нервничала. Ничего, привыкну.
– Буду ждать тебя в Тусоне, – проговорила Искательница, заглянув в окно с пассажирской стороны.
– Не сомневаюсь.
Я завела мотор, нашла на приборной панели нужную кнопку и, пряча улыбку, подняла стекло. Искательница отпрянула.
– А может… – Она повысила голос, желая до меня докричаться. – Может, мне тоже взять машину? Прокатимся с ветерком.
Конечно, она сказала это нарочно, чтобы выбить меня из колеи. Стараясь не подавать виду, что у нее получилось, я осторожно отъехала от тротуара.
Найти шоссе и следовать знакам, указывающим путь из Сан-Диего, оказалось несложно. Вскоре знаки закончились, а с ними – возможность свернуть не туда. Через восемь часов я доберусь до Тусона. Путь недолгий. Может, заночую в каком-нибудь городке. Будь я уверена, что Искательница не увяжется следом, с удовольствием задержалась бы подольше.
Я поймала себя на том, что не прибавляю скорость и поглядываю в зеркало заднего вида, высматривая хвост. Меня то и дело обгоняли машины, но среди водителей не было знакомых лиц. Искательница просто пошутила; не в ее характере добираться долгой дорогой. Тем не менее… я по-прежнему искала ее взглядом.
Мне доводилось выезжать на запад, к океану, я путешествовала на юг и на север вдоль Калифорнийского побережья, однако на востоке не бывала ни разу. Цивилизация осталась позади, и теперь меня окружали холмы и скалы, предвещающие безлюдный простор пустыни.
Чем дальше от жилья, тем спокойнее. Тревожный знак. Не стоит так радоваться одиночеству. Души – общественные создания. Мы живем и работаем вместе, в полной гармонии. Все одинаковые – мирные, дружелюбные, честные. Отчего же я чувствую себя лучше вдали от сородичей? Может быть, из-за Мелани?
Нет, она дремлет на задворках сознания. Вот и хорошо.
За окном мелькали мили, проносились мрачные темные скалы и пыльные пустоши, заросшие чахлым кустарником, – скучный однообразный пейзаж. Оказывается, я, сама того не осознавая, прибавила скорость. Здесь нечем занять мысли, поэтому невольно хочется двигаться быстрее. Странно – в воспоминаниях Мелани пустыня выглядит более красочной и притягательной. Я проникла в ее разум, пытаясь понять, что особенного она нашла в столь непримечательной местности.
